Персональные Демоны Безупречных

Трек к главе: Hiroyuki Sawano - Bauklötze

      -Что? Что ты... и Джинни сделали? - выпалила Гермиона.       Девушка ощущала себя так, словно с разгона влетела в каменную стену. И это снова было связано с прошлым и последствиями войны...       После войны Малфои укрылись в Мэноре. Затем с Нарциссой случилась беда - война окончательно сломала её, настолько сильно, что Драко пришлось отправить её в больницу Святого Мунго. А затем Министерство открыло охоту на Пожирателей, которым удалось уйти. И Люциус попал в список первым...       Драко убедил отца бежать на материк, а сам сдался аврорам. Джон Долиш, на то время еще работавший мракоборцем, мечтал засадить Малфоя-младшего в Азкабан, навешивая на него всех собак, вплоть до того, что вырядил Драко в личного наёмного убийцу Волан-де-Морта. Но на помощь слизеринцу, как выяснилось, тайно пришли Рон и Джинни...       -Что-что... Ты была тогда на заседании Визенгамота? - вскричал Рон. - Видела, как Долиш и его дружки накидывались на него? Да они вырядили Малфоя во второго Реддла! Джинни и не выдержала. Я тоже.       -Решил защитить того, кто всё это время поносил тебя и твою семью?       -С каких пор благородство и умение прощать превратилось в порок? - проворчал Рон.       -Я и не ругаю тебя. Но почему ты не рассказал нам с Гарри?       Уши Рона снова вспыхнули, как два запрещающих сигнала светофора.       -Я... я думал... Точнее, я побоялся, что вы станете меня презирать. Посчитаете, что я помог Малфою ради денег. Мол, помог слизеринскому мерзавцу, который всю нашу школьную жизнь находился в стане наших врагов, а он тебе ещё и приплатил...       Гермиона улыбнулась и приобняла Рона.       -Рон, я бы никогда не стала тебя презирать за то, что ты смог простить своего врага и помог ему. Я горжусь тем, что ты сделал.       Рон тоже смягчился.       -Спасибо, Гермиона. Ну, а потом... Мы не хотели брать деньги Малфоя, но он сказал, что "перестанет себя уважать, если не отблагодарит тех, кто забыл о прошлом и протянул ему руку помощи", - последнюю фразу Рон проговорил, манерно растягивая слова и надменно поджимая губы, точь-в-точь как Малфой. Гермиона прыснула.       -У тебя здорово получается пародировать этого слизеринского змеёныша.       -Ну, он нам и заплатил, причем целую кучу денег, - продолжил Рон. - Маме и папе мы, само собой, ничего не сказали.       -Боялись, что они не поймут?       -Нет, просто состояние у них было очень тяжелое. Маму я на следующий же день отправил в санаторий, а Джинни взялась лечить Билла. Папа тоже вскоре оправился от раны. А на оставшиеся деньги мы перестроили Нору. Так что Малфой очень кстати подвернулся нам со своей проблемой и помог решить нашу.       Гермиона вздохнула. Кто знает, может быть это происшествие в Визенгамоте послужит отправной точкой к примирению Золотого Трио и Малфоя?       Мерлинова борода, да кого она обманывает... Малфой бы при любых обстоятельствах остался Малфоем - самовлюбленным и жестоким мерзавцем, которому в этом мире не плевать разве что на себя любимого и других Малфоев.       Второе, кстати, как раз и было камнем преткновения между Гарри и Драко, несмотря на то, что Гарри вытащил Малфоя из горящей Выручай-Комнаты, а Малфой бросил внезапно воскресшему Гарри свою палочку, тем самым не дав ему остаться в финальной битве против Тёмного Лорда безоружным. Не считая уже того, что Нарцисса Малфой соврала Реддлу о том, что он убил Гарри.       Казалось, что теперь топор войны между Избранным и Принцем Крови будет закопан. Но всё испортила "охота на ведьм" в отношении Пожирателей, в которой Гарри принял самое непосредственное участие и, надо сказать, отличился - обнаружил местоположение Люциуса Малфоя, выдал его мракоборцам, а потом ещё и выступил как свидетель обвинения на судебном заседании. Короче говоря, после всего этого Люциус отхватил по полной. А если учесть, что никаких имён он так и не назвал (в Малфое-старшем заговорила его гордость чистокровного колдуна-аристократа), было совершенно очевидно, что срок в Азкабане отец Драко заработал приличный.       Гермиона не знала, как отреагировал на это Драко, но была убеждена, что он был вне себя от ярости. Перси, который приезжал в Мэнор поговорить с ним после ареста Люциуса, рассказывал ей, что на Малфое не было лица, отвечал он злобно и лаконично, а перед тем, как Перси ушёл, Драко попросил его передать Гарри, что "его спокойная жизнь на этом закончилась".       Впрочем, это оказались только слова. Поручив мать заботам знакомых целителей из Мунго, Малфой с парочкой своих дружков-неразлучников, Блейзом Забини и Тео Ноттом, а также со своей бывшей пассией Пэнси Паркинсон, с которой они, впрочем, сохранили самые теплые дружеские отношения (настолько тёплые, что некоторые сплетники открыто заявляли о продолжении их любовной связи) на целый год отправился в кругосветное путешествие, с трудом выбив себе на него разрешение у Бруствера.       А затем дальнейшие четыре года от Малфоя не было ни слуху, ни духу. Кто-то говорил, он тайно занимается чёрной магией, кто-то утверждал, что Малфой отправился в мир маглов, причем и этот лагерь делился на две группы - на тех, кто был убеждён, что Малфой продолжает творить темные делишки и теперь более подробно изучает ненавистных ему созданий для этого, и на тех, кто также был уверен, что Малфой изучает маглов, но для того, чтобы лучше понять их и изменить своё мнение о них. Мнения разнились.       Гермиона же особо этим не интересовалась. Действительно, какое ей должно быть дело до выродка, который на протяжении нескольких лет обсирал её и относился к ней и подобным ей хуже, чем к грязи на своих ботинках? Она бы и не вспомнила о Малфое, если бы он сам не явился в Министерство.       Чёртов Малфой.       Чёртова война.       Чёртовы последствия войны.       Чёртово прошлое, которое не отпускает...       -Будь осторожен, Рон. Не знаю, как на это отреагирует Перси. Впрочем, Гарри и без этого тебя убьёт.       -Но ты же меня прикроешь? - состроил Рон щенячьи глаза.       -Пусть тебя Джинни прикрывает. Я так понимаю, инициатором в вашей затее выступила именно она, - усмехнулась Гермиона.       -Она идею подала. А я поддержал.       Гермиона повернулась к Невиллу (Дин и Симус уже куда-то убежали). Долгопупс развел руками.       -У меня к Малфою нет вопросов. Да, он большой прохвост, но у него не было выбора, он защищал семью. Не знаю, как бы я повёл себя на его месте.       Гермиона, всё ещё чувствуя тяжеленный камень на душе, поправила причёску. Похоже, выбора у них не было.       Им придётся работать с Малфоем... До тех пор, пока либо все Пожиратели Смерти не будут нейтрализованы, и Драко достигнет своих целей, от которых так трещал тут, либо его не отправят к отцу в Азкабан за его выходки... Либо Гермиона шарахнет по нему заклятием, и Малфой отправится к матери в Мунго.       Но это - в самом крайнем случае...       Впрочем, сюрпризы на сегодняшний день не кончились. Стоило Гермионе шагнуть в свой кабинет, как ей в спину врезался злобный возглас.       -Твою мать, значит, мои опасения подтвердились! А я ещё был против этого тюфяка Невилла, чёртов дурак!       Нет. Нет. Не-е-ет.       Ну пожалуйста. Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, прошу. Скажите, что рабочее место Малфоя не в её кабинете.       Кингсли, Микаэль, Перси, за что?!       -Грейнджер, не торчи на пороге. Сядь, в ногах правды нет, - лениво, невероятно бесящим покровительственным тоном пропел Малфой, сидя аккурат за столом напротив от стола Гермионы.       Гермиона, печатая шаг, прошла к своему столу. Малфой сидел напротив и рассматривал какой-то магический артефакт - дутый серебряный перстень с крупным, тёмным камнем, который легко поворачивался в гнезде.       -Что это, Малфой? - поинтересовалась Гермиона, желая поддержать разговор.       -Где твои познания, грязнокровка? - хмыкнул Малфой. - Неужели есть хоть что-то, о чём ты не знаешь? Макгонагалл бы с горя удавилась.       Гермиона приняла решение мудро промолчать. Драко, кажется, понял, что его острота не возымела должного эффекта и продолжил.       -Это перстень-трансгрессор. Используется Пожирателями для перемещения по причине наложения заклинаний Табу над Лондоном.       -И как же они работают? - Гермиона и правда не знала о таком удобном изобретении.       -М-да, смотрю, у вас развал не только в аврорате, - Малфой взял кольцо и рукой в чёрной перчатке довольно резко повернул камень в гнезде. Прозвучал хлопок - и блондин исчез.       Гермиона так и подскочила. Чёрт! А что если Малфой трансгрессировал из Министерства и удрал? Тогда ей точно конец. Гарри оторвет ей голову, а вместе с ним - Кингсли, Сэллоу, Перси...       -Грейнджер, хорош на стену пялиться. Я понимаю, что даже она будет посексуальнее и привлекательнее такой фригидной доски, как ты, но ты держись.       Гермиона обернулась, злобно сопя. Малфой уже вошел в кабинет, стуча по каменному полу дорогими чёрными туфлями.       -Забирай кольцо, грязнокровка, - бросил он, швырнув перстень-трансгрессор на стол Гермионы.       -Поосторожнее с моим столом! - рыкнула Гермиона. Малфой в её сторону, что называется, даже не высморкался.       -Вот так детки Волди научились обходить ваши слабенькие запретные чары. Теперь камень, правда, должен подзарядиться минут пять. Достаточно всего лишь подумать о том месте, куда ты хочешь отправиться, повернуть камень и всё готово.       -Откуда ты столько знаешь об этих кольцах?       -От верблюда, - съязвил Малфой. - Это изобретение Киллиана Нотта, отца Тео. Кстати, передай Поттеру от него привет. Пусть молится, чтобы Тео никогда не появился в Министерстве. После того, что случилось с Киллианом у него к вашему Золотому Трио возникла довольно сильная неприязнь...       Гермиона хорошо понимала, о чём говорил Малфой. Киллиан Нотт был пойман аврорами под руководством Гарри одним из первых среди сбежавших Пожирателей. Гарри не побоялся применить к злобному и жестокому Нотту допрос с пристрастием. Удалось ли ему что-то выбить из главного лизоблюда Реддла, Гермиона так и не узнала. Зато она хорошо знала, что случилось потом...       Нотт-старший попытался бежать прямо во время заседания в Визенгамоте. Каким-то образом ему удалось протащить туда запасную палочку. И Гарри, защищая коллег и друзей и находясь в состоянии аффекта, запустил в Нотта заклятием, которое обещал больше никогда не применять. Он применил к нему Сектумсемпру...       Нотту сразу оказали медицинскую помощь и отправили в Азкабан под тщательным надзором. Спустя три дня Киллиан Нотт умер в камере Азкабана. Как позже сказали целители - Нотт-старший был давно и тяжело болен. Заклятие Гарри его добило.       Гарри, несмотря на то, что пресса поддержала его, страшно корил себя за это происшествие, называл себя убийцей, даже сравнивал себя с Волан-де-Мортом. Он едва не уволился из аврората, но друзьям удалось его успокоить. А потом на его имя в Министерство пришло письмо. Точнее, даже не письмо, а коротенькая записочка, состоявшая всего из одной строчки и подписи:       "Я найду и убью тебя, где бы ты ни был и кто бы не прикрывал твою задницу, Поттер. Ходи и оборачивайся.

Теодор К. Нотт"

      А потом записка внезапно загорелась прямо в руках у Гарри и сильно обожгла ему правую руку, так, что он несколько дней не мог держать палочку и был вынужден выйти на больничный.       Так у Золотого Трио и Министерства появился ещё один недруг. Теодора долго искали, но так и не нашли. После воспламеняющейся записки на Гарри было совершено ещё два покушения - сначала на него откуда-то с крыши рухнул большой валун и едва не раздавил, а потом ему прислали тёмный зачарованный на взрыв артефакт под видом подарка от поклонников. Осторожный Гарри вскрыл его вдали от Министерства и цивилизации в принципе и избежал травм.       -По твоему Нотту уже давно плачет тюремная камера, - скрипнула зубами Гермиона. - Такой же преступник и подонок, как и его папаша. Кстати, не удивлюсь, если ты ему в это помогал.       -Даже если и помогал, дура Грейнджер, вы об этом никогда не узнаете с такими говноедами в аврорате. Мне вообще больно смотреть на то жалкое зрелище, в которое при вас превратилось министерство.       -Так сходи со своей критикой к Кингсли и попробуй высказать это ему, - отрезала Гермиона. - И прекрати называть меня грязнокровкой.       -Грязнокровка, - издевательски сверкнул глазами Малфой. - Напыщенная, тупая, наивная грязнокровая дура.       -Как ты смешон, Малфой. Смешон и жалок, - сказала Грейнджер.       -Я настолько жалок, что помогаю твоим тупорылым дружкам делать их собственную работу, с которой они явно не справляются.       -О, поверь, тебя об этом никто не просил. Ни Рон, ни Гарри, ни тем более я. Если для тебя помощь общему делу всего магического мира ниже твоего проклятого, аристократического достоинства - ты знаешь, где выход из кабинета. Мне же лучше будет.       -Катись ты в задницу со своим красноречием и командирским тоном, дура! - рявкнул Малфой. - Я уже сказал: ноги бы моей здесь не было, если бы не определенные цели, что я преследую. Срать я хотел на тот магический мир, который ваша клика простодушных выродков во главе со шрамированным царьком пытается построить.       -О, не сомневаюсь, - злорадствовала Гермиона. - Зачем Драко Малфою существовать в мире, где у него нет даже малейшего намёка на власть и высокий статус?       -Зачем мне жить в мире, где на вершине пищевой пирамиды уселась кучка отродий, которую поддерживает ещё одна кучка, состоящая из таких, как ваш пресвятой Поттер? Ставлю пятьдесят галлеонов, что следующим министром магии с подачи таких, как вы, станет гном или домовой эльф.       -Не нравится, Малфой? Ну так подавись своей необъятной гордостью. Теперь волшебный мир наконец заживёт по законам равенства, гармонии и всеобщей толерантности друг к другу.       -С удовольствием подавлюсь, - прошелестел Малфой. - У меня эта гордость хотя бы ещё осталась. Не в моих правилах лизать ноги всякому биологическому мусору ради всеобщего одобрения таких моральных педиков, как ты и Поттер.       -О, а что же Рон? Или он теперь не моральный педик, раз помог тебе?       -Можете вместе с Поттером пойти и плюнуть ему в лицо за его милосердие. А заодно и его сестре, но этим пускай Поттер занимается. Не имею привычки лезть в чужие отношения.       -Как высокоморально.       -Пошла на хер, дура.       -Только и можешь, что хамить. Жалкое зрелище. Ещё более жалкое, чем наше министерство.       -А ты осмелела, мразь. Не сидели бы тут твои дружки - ты бы держала свой поганый язык в заднице, причем не думаю, что в своей.       -Увы и ах, Малфой, твоё время прошло. Теперь твоя очередь держать поганый язык в заднице, - беззаботно сказала Гермиона.       -Моё время не пройдёт никогда, безмозглая ты гриффиндорская шваль, - токсичная вербальная кислота Малфоя сочилась через край. - Не будет меня и таких, как я - и из магического мира в принципе пропадет всё магическое.       -Уверена, что нет. То, что ты всё еще не можешь привыкнуть к тому, что мир не крутится вокруг подобных тебе, уже не мои проблемы.       -О да, теперь мир крутится вокруг таких, как ты, Поттер и Уизли. Вокруг тупорылых моралистов, которые готовы для того, чтобы быть, или хотя бы казаться для всех хорошими, готовы поклониться всякому дерьму. Задумайтесь, дурачьё. Вот оно ваше будущее. Вот ваш идеальный мир.       -А какое твое будущее, Малфой? - вспылила Гермиона. - Каков твой идеальный мир? Огромное подобие твоему полупустому Мэнору, где теперь нет ни одного человека, которому на тебя не наплевать? Или, быть может, твоя семья, которая промывала тебе мозги? Это твой мир?       -Закрой свою грязнокровую пасть! - взревел Малфой так, что Гермиона даже попятилась. Блондин вновь принял форму, в которой на него было страшно смотреть - бешено сверкающие глаза, прерывистое, сипящее дыхание и напряжение каждого мускула в его теле.       -Что, Малфой? Правда глаза колет? - поддела его гриффиндорка, и тут же об этом пожалела. Левая рука Принца Змей в чёрной перчатке вцепилась ей в плечо так, что тёмно-голубая ткань костюма затрещала, а Гермиона вскрикнула.       -Малфой, пусти, мне очень больно!       -Ещё раз ты, грязнокровая, гриффиндорская сука, разинешь свой рот в сторону моей мамы или моего отца - и, клянусь тебе Тайной Комнатой Салазара, что весь аврорат во главе с очкастым ублюдком твои кусочки по всему Лондону запарится собирать, - голосом, которым Малфой говорил это Гермионе, можно было, казалось, запугать любого мага до смерти. Но гриффиндорка не спасовала.       -Ты за всю войну так и не сумел никого убить, балабол, - прошипела она. - Отпусти меня сейчас же.       -Я с тобой еще не закончил, грязнокров...       -Отпусти моё плечо, скотина, или я сама тебя убью! - заорала Гермиона, наставляя свою новую палочку прямо в лицо Малфоя. Слизеринец уже держал свою чёрную красавицу на изготовку, целя Гермионе промеж глаз.       -Ну давай, Грейнджер, попробуй, - прохрипел он. - Посмотрим, кто окажется быстрее.       -Убьёшь меня - и сядешь в Азкабан навечно.       -Да уж лучше сгнить в тюрьме, чем жить в мире, где такие, как ты диктуют свои правила и требуют, что бы им лизали пятки.       -Я лично от тебя ничего такого не требовала.       -Охотно верю, - Гермиона почувствовала, что Малфой ослабляет хватку.       -Для меня по-прежнему вопрос - за каким чёртом ты согласился нам помогать, если мы тебе настолько противны?       -Я же тебе сказал, дура, у меня своя цель. Кингсли обещал помочь отцу, если я поработаю с вами.       Гермиона смутилась и немного опустила глаза.       Большую часть своей жизни Драко разгребал то, что наломал Люциус. Чего только стоил приказ убить Дамблдора. Драко очень старался, чуть не погубил Рона и Кэти Белл, но убить сам так и не смог.       Почти с рождения Драко делал всё, чтобы отец мог гордиться им. Искренне радовался тем редким моментам, когда у него это получалось, и искренне горевал и злился в моменты своего краха.       Бесконечно далёкий от понятия "идеальный отец" Люциус всё равно оставался идеалом для сына. Ради своих амбиций он разрушил его будущее, подорвал здоровье жены и опорочил свою фамилию. Но странно - Драко всё равно искренне любил отца и даже сейчас хотел ему помочь.       Гермиона вдруг вспомнила, что сказал Люциус Малфой, когда ему предложили свидание с сыном.       "Прошу, Кингсли - не приводите его ко мне. Я никогда не смогу посмотреть ему в глаза после всего, что натворил..."       Гермиона не знала, передали ли Драко эти слова. Зато она точно знала, как Драко на них бы отреагировал - он бы всё равно пришёл в Министерство. Да, такой же злобный, жестокий и грубый - но пришёл бы...       -Малфой, я... Если тебя...       -Иди нахер со своими извинениями. Мне они что припарка мёртвому, - Малфой наконец выпустил плечо Гермионы. - Чёрт, теперь руку отмывать...       Прекрасно. Всё по классике. Гермиона даже приободрилась.       -У тебя новая палочка? - зачем надо было это спрашивать - чёрт его знает. Видимо, шатенка почему-то решила попытаться наладить контакт. Малфой издевательски усмехнулся, но уже более мирно.       -Что за анкета для знакомств, Грейнджер? В подружки набиваешься?       -Иди ты к чёрту! - возмутилась Гермиона. - Просто заметила, что у тебя новая палочка.       -Ну типа того. Чёрное дерево и сердечная жила дракона, четырнадцать и три четверти дюйма, очень прочная и упругая. У тебя, я смотрю, тоже обновка?       Мерлин, а ты-то нахера у неё то же самое спросил?!       Гермиона осмотрела свою палочку, с изящной ручкой и в изысканных узорах.       -Рябина и сердечная жила дракона, двенадцать дюймов с половиной, приятная и нежёсткая. Купила у мистера Олливандера.       -Да мне по барабану, - отмахнулся Малфой. - Всё, я пошел, я с утра ничего не ел. А мне ещё вместе с тобой на собрание топать сегодня.       -Какое ещё собрание? - не поняла Гермиона. Малфой схватился за голову.       -Лучшая студентка Хогвартса, чёрт бы тебя побрал...       -Стой! - Гермиона неожиданно вспомнила. - Это касается маглов и Статута о секретности?       -Нет, блин, мы соберемся, попьем чайку и обсудим то, как "Пушки Педдл" проиграли "Татсхилл Торнадос" в салат. Грейнджер, ты явно деградируешь.       -А ты-то что там забыл?       -Как грубо. Во-первых, я ваш консультант, а во-вторых, я - сторона, противоположная вашей.       -Ну конечно же, я совсем забыла. Тебе просто жизненно важно опять высказать всем, какие маглы плохие и недостойны того, чтобы волшебники с ними водились, - проговорила Гермиона.       -Твой очкастый дружок вроде как тоже против альянса чародеев и грязнокровых?       -Прекрати бросаться этим омерзительным словом. Горячо любимая тобой теория чистокровности больше не актуальна.       -Чистая кровь здесь ни при чём, Грейнджер. Я против этого альянса совсем по другой причине.       -Боишься, что маглы окажутся способнее тебя в магии? - сострила шатенка.       В ответ на это Малфой внезапно махнул палочкой и негромко сказал.       -Инфернум Максима!       Гермиона замерла на месте. Из палочки Малфоя вылетел небольшой файербол и понесся прямо ей в лицо. Девушка бросилась на пол, закрывая лицо...       -Поднимайся, грязнокровка, - тон Малфоя давал ясно понять, что он очень собой доволен. - Не бойся, я бы не стал на тебя покушаться, зная, что твои пёсики меня тут же по кускам растащат. Вставай, пока можешь жить.       Гермиона поднялась, всё еще слегка дрожа. Огненный шарик висел в воздухе и не шевелился. Малфой щёлкнул рукой в перчатке, и шар растаял.       -Что это только что было, ты, псих?! - воскликнула Гермиона. - Ты меня едва не поджарил! Что это за заклятие?!       -Я так и знал, что струсишь, - Малфой убрал палочку в рукав. - Это улучшенное Адское Пламя. Только не кричи. Я сделал его более послушным и простым в обращении. Теперь такого инцидента, как с Крэббом, не произойдет.       -Как тебе удалось?       -Секрет фирмы, Грейнджер. Не всё тебе выпендриваться.       -И на кой чёрт ты решил запустить в меня своим улучшенным заклятием?       -Ты бы видела себя! Бросилась на пол, словно тебе сейчас горгулья в рот влетит! - расхохотался Малфой. - А если ты, колдунья с немаленьким стажем, так перетрусила, то маглы перетрусят тем паче. Им Остолбеней простейший покажи - они уже в штаны наделают.       -К чему ты клонишь?       -К тому, Грейнджер, что маглы никогда не поймут нас. Ни нас, ни нашу магию. Для них это просто махание палочкой, а для нас - сложнейшая наука. Но они этого не поймут. Найдутся умники, которые полезут это объяснять с научной точки зрения, но и они не поймут. А раз мы для маглов то, чего они не могут понять, значит, они будут нас бояться. Мало они нас боялись, их ещё и Волди с Пожирателями нехило попугал. И они никогда нас не примут, Грейнджер. Они будут ходить среди нас и, в лучшем случае, тыкать в нас пальцами.       -Ты сейчас себя описываешь? - довольно жёстко спросила Гермиона. Действительно, не своё ли непонимание и неприятие маглов сейчас описывает ей Малфой? Но слизеринец выкрутился и здесь.       -Кажется, кто-то минут пять назад бил себя в грудь и кричал, что мир не крутится вокруг таких, как я. Не обо мне речь. Речь о таких, как ты. Как Поттер. Как Уизли. Вспомни, как маглы переполошились, когда Поттер и Рон махнули в Хогвартс на летающей тачке папаши Уизли. Шухер поднялся, словно над ними стая украинских железнобрюхов пролетела. А такого маглофила, как папаша Уизли, по всей Англии ещё поискать. Он маглорожденных понимает. А они его не поймут, как не поймут тебя, твоих дружков и, тем паче, меня. Мы всегда будем для них угрозой, Грейнджер. Всегда. Слишком разного поля ягоды. Даже более разные, чем мой Слизерин и ваш Гриффиндор.       Малфой замолчал. Гермиона хотела что-то сказать, но все слова словно позастревали в горле. А когда они наконец нашлись, Малфой уже скрылся за дверью кабинета, и Гермиона осталась наедине со своими мыслями и сомнениями, которые почему-то с каждым годом плодились со скоростью кроликов...       Малфой, конечно, редкостная сволочь. Напыщенный урод, хам и коварный гад. Это уже можно было выучить и утвердить, как список Непростительных Заклинаний.       Но что если в его словах есть истина? Малфой - выходец Слизерина. А у них чувствовать что-то неладное в крови.       Что если Малфой прав?...