Персональные Демоны Безупречных

Трек к главе: LeanJe - Человек без тени

      4 декабря 2003 года       Замок Лестрейнджей.              Саффолк.              03:15 р.m       Что может быть более возбуждающим и пугающим одновременно, чем осознание того, что ты очень скоро умрёшь?       Руквуд отнял руку от ноющего тупой болью виска. Пожалуй, ничего. Для него, закоренелого Пожирателя Смерти, одного из главных последователей идеологии Волан-де-Морта уж точно. Руквуд не боялся смерти. Будь всё наоборот - он бы давно отошёл от дел, а то и вовсе не стал в них влезать. Но осознание... Оно проедало мозг нового лидера Пожирателей подобно едкого натра. Он ведь ещё столько всего должен успеть, столько всего сделать...       Август чувствовал. Чувствовал каждой фиброй своей темной и мрачной души, как его мозг, пусть и очень медленно, но тем не менее, верно начинает отмирать клетка за клеткой. Конечно, всё это от длительного воздействия чёрной магии. Несомненно. Когда-то молодому Августу Руквуду очень хотелось стать великим, могущественным и властным. Когда-то он почувствовал, что сможет быть одним из тех, кому суждено верховодить и распоряжаться. Именно поэтому он стал предателем. И вот пришла расплата за всё совершенное им, пусть и во имя мечты и идеала.       Руквуд не боялся смерти. Если бы он почувствовал, что умрет лет через десять, или даже через пять, он бы был абсолютно спокоен, ведь тогда ему точно бы хватило времени. Но сейчас невыразимец чувствовал, что в лучшем случае ему осталось года два, в самом идеальном случае - три. И вот это заставляло его сердце трепетать, пусть жестокий и безжалостный невыразимец и скрывал это.       Ему нужно ещё столько всего успеть. Столько, что парой лет здесь явно не пособить. А они...       -Как ты? - Белла. Говорит спокойно, без психов и истерик. Значит, разговор получится вполне приятным. - Ты не пришёл завтракать, я подумала, либо ты занят, либо что-то случилось.       Руквуд кисло улыбнулся и отошёл к окну. Белла побледнела.       -Август...       -Не делай такое лицо, я тебя очень прошу. Ты прекрасно всё знаешь сама. Тлетворная опухоль не лечится. Такую скверну мне из себя не выгнать никогда.       -А зелья?       -Пока ещё помогают, но вечно это продолжаться не сможет. Болезнь прогрессирует, но пока ещё мне удаётся сдерживать её в узде.       -И что же теперь? Сколько тебе ещё осталось?       -Чёрт его знает. Может быть, год, может быть, больше. А может и вовсе помру после Рождества. Мой недуг - самая непредсказуемая херня на свете.       -Ох, Август... - Беллатриса шагнула к нему и положила свои руки ему на плечи.       -Неужели я ничем не могу тебе помочь?       -Ты - нет. Мне бы могла помочь сила твоего внучатого племянника, сына нашего платинового мальчика...       -Так за чем же стоит дело? Мы можем его выкрасть!       -Ага, только сначала нужно найти убежище Серпентариев, а потом умудриться туда войти...       -У меня есть идея на этот счёт. Драко может прятаться в замке Безупречных, на Багамах.       -В Этерналисе? - нахмурился Руквуд. - Разве это не выдумка?       -Вообще-то, Август, ты сейчас разговариваешь с одной из последних Безупречных, - с обиженной гордостью заявила Беллатриса.       -Да, прости, я и забыл, что ты - одна из членов этих семерых семей. Но прежде чем умудриться туда войти, нужно ещё и подумать, как нам оттуда выйти. Ты же видела, как возмужал наш маленький отступник. У меня до сих пор плечо болит от его удара.       -Как бы мне не хотелось отрицать данный факт, этот мальчишка, который раньше боялся даже Круциатус применить, и правда превратился в сильного волшебника. Я даже немного им горжусь.       -И я тоже. Но ему наша гордость всё равно что припарка покойнику. Он уже потерял невесту, и своего сына нам точно не отдаст. И сил у него не меньше, чем у нас, а то и больше.       -Да, я к тебе по этому поводу и шла, - Беллатриса подала Руквуду какие-то бумаги. - Трэверс кое-что подготовил. Говорит, это его новое оружие, которое сослужит нам добрую службу в Третьей Магической.       Руквуд раскрыл бумаги, и тут его жестокое и спокойное лицо скривилось от отвращения. Это был рисунок какой-то жуткой твари, похожей на дементора, но вместо рук у неё были собранные в пучок три склизких, омерзительных щупальца бледно-белого цвета. Также из-под чёрного капюшона проглядывал пустой и ничего не выражающий желтый глаз.       -Трэверс назвал их демерналами, - проговорила Беллатриса. - Жуткие твари. Но согласись, нам ведь такие и нужны!       -То есть...       -Да. Это гибрид инфернала и дементора. Уж не знаю, каким образом Трэверс сумел их скрестить, да это и неважно. У этих существ все сильные стороны дементоров и инферналов - поцелуй дементора, отсутствие болевого порога, коллективность и повышенная защита к Патронусам. С таким подспорьем мы спокойной войдем и выйдем из Этерналиса.       Руквуд поднял на Беллатрису свои колючие глаза, полные какой-то брезгливой жгучестью.       -Я всегда знал, что Беньямин - чёртов психопат, - прохрипел он и бросил бумаги на стол, за которым сидел минуту назад. - Чёртов психопат, у которого очень хорошо получается быть адекватным.       -Август, я что-то не пойму тебя, - нахмурилась Беллатриса. - Ты жить вообще хочешь?       -Хочу. Но не таким образом.       -Каким это - не таким?       -Я не хочу гробить ребёнка ради своей собственной жизни.       Беллатриса выпучила глаза так, что, казалось, еще немного - и они вовсе выпадут из глазниц.       -Я что-то не поняла. С каких это пор Август Руквуд заделался в моралисты?       -Это не моралистика. Просто я не хочу гробить мальчишку.       -Ты сейчас серьезно?       -Ты знаешь, Белла, у меня очень слабое чувство юмора, поэтому я не шучу никогда.       -Я это уже поняла. Значит, ты не в своем уме.       -Как раз наоборот. Тлетворная опухоль не влияет на психику и умственные способности.       -Тогда что с тобой не так? Почему ты отказываешься от, возможно, твоего последнего шанса?       -Просто не хочу гробить ребёнка, возможно, последнего истинного чистокровного волшебника на этом веку.       -Его уже можно чистокровным не считать. Папаша наплевал на чистоту крови и стакнулся с грязнокровкой Грейнджер.       -Да мне плевать. Пусть хоть с ирландской банши мутит, но я Скорпиуса трогать не хочу. Ему столько же лет, сколько моему младшему... - выдохнул Руквуд и прислонился лбом к пыльному и мутному окну.       -Какому еще младшему? Не понимаю...       -И не поймёшь никогда. Не дано тебе это, Белла. Не дано. У тебя был шанс, но, увы, ты сама всё разрушила своей чрезмерной преданностью.       И Руквуд замолк. Но Беллатриса поняла всё и без слов. И это ранило её в самую больную точку её и без того сгнившей и истерзанной, но всё еще живой души...       Мало кто из Пожирателей знал, но с середины Второй Магической Беллатриса носила в себе ребёнка. Его ребёнка. Как им это удалось, знали только два человека - Люциус Малфой и Август Руквуд, но Волан-де-Морт потребовал с обоих Непреложный Обет на предмет того, что они оба будут молчать о том, как это произошло. А потом... Реддл был повержен, а Беллатриса подверглась заклятию со стороны Молли Уизли, которое пагубно сказалось на её организме. Перед Руквудом стоял выбор - спасать Беллатрису или дитя Волан-де-Морта. И Август выбрал первое. Беллатриса выжила, а её нерожденная дочь...       -Не ты ли лишил меня этого шанса, Август? - просипела Лестрейндж сквозь зубы.       -Прости за то, что я спас тебе жизнь, - отрезал Руквуд.       -Слушай, мне непонятно одно - как ты можешь говорить, что не сможешь убить Скорпиуса ради своей жизни, но отнял жизнь моей дочери? Лицемерием не попахивает?       -Я спасал твою жизнь, Белла. Ты была полезнее для Пожирателей, нежели твоя дочь. Для меня в тот момент общее дело было важнее.       -И поэтому ты убил мою дочь! - заорала Беллатриса. - Последнего наследника Лорда, ту, кто мог бы воскресить наше общее дело и заставить его работать снова!       -Твоя дочь бы так и так не выжила! Заклятие в тебя попало очень сильное!       -Она выжила бы! Я бы сумела её вылечить!       -Если бы выжила сама. И с помощью чего бы ты собралась её лечить? С помощью тёмной магии? И таким образом ты превратила бы её в уродку.       -Ты не можешь этого знать! Тебе не знакомы родительские чувства!       -О да, поэтому я, как только началась Вторая Магическая война, сменил имя своей жене и детям и пристроил их в безопасное место.       -А потом убил мою дочь!       -Она бы всё равно не выжила. Я сделал всё, что мог, и тебе это известно. Мне жаль, что так получилось.       -Я могла её спасти!       -Также, как пыталась спасти Реддла? - хмыкнул Руквуд. Беллатриса взвизгнула и, выхватив палочку, приставила её к кадыку невыразимца.       -Ещё одно слово - и я тебе глотку вспорю, - просипела она. - Без всякой магии. Слышишь, ты, тупой, лицемерный, двуличный ублюдок?       -Прекрасно слышу, - как-то легко и спокойной улыбаясь, сказал Руквуд. - Я прекрасно знал, что ты никогда мне не простишь то, что я сделал, тебе будет похуй на это. Даже не потому, что это была твоя дочь, а потому что ты не умеешь прощать. Да и плевать тебе было на свою дочь, давай по-честному. Она была для тебя не человеком, а всего лишь очередным напоминанием о нём. Поэтому ты и не истерила на шутки Торфинна о том, что твоя дочь вырастет вся в отца - безносая, лысая и красноглазая. Потому что она для тебя ничего не значила. Ты её растила всего лишь как придаток от Реддла, из которого после что-то можно будет вылепить нового Тёмного Лорда. Да если так подумать, то я сделал для неё больше чем ты. Потому что даже если бы она выжила после такого заклятия, из неё бы вырос урод.       -Заткнись, Август, молчи... - зашипела Беллатриса, и из её злых, изможденных глаз потекли слёзы. - Заткнись ради Мерлина...       Руквуд отвёл в сторону её руку с палочкой и негромко продолжил.       -Неужели ты думала, что у тебя получится зачать нормальное дитя от этого чудовища? Да, наш Лорд был чудовищем, не спорь с этим. Люциус ещё тогда предупреждал тебя, что такое количество темной магии, с помощью которой Реддл сделал тебе ребёнка, пагубно отразится на тебе. И я говорил тебе тоже самое. Но ты не послушалась, и в итоге - посмотри на себя сейчас. Да ты выглядишь как не до конца сгнивший инфернал. Но Реддлу захотелось оставить наследника, и он, как и всегда всем пренебрег - ребенком, твоим здоровьем, короче, всем, чем можно. И мне жаль тебя, Белла. Возможно, я действительно ублюдок, но я не предатель. А вот Лорд нас предал. И пал жертвой собственного эго, в который раз оставив тебя расхлебывать за ним дерьмо. Так что я рад, что ты не отвергла мою помощь.       Беллатриса отвернулась - она ненавидела себя плачущую и уж тем более не хотела, чтобы её плачущей видел Руквуд.       Он снова прав. В очередной раз он говорит, а она ничем не может ему возразить. Она вербально безоружна против его доводов.       -Тогда зачем ты остался? - тихо спросила она. - Зачем предложил мне помощь, если чувствовал себя преданным? Ради чего? Неужели ты не боялся, что я тоже могу предать тебя?       -Не боялся, ты бы меня не предала. Ты на тот момент была слишком беспомощна, - хмыкнул Руквуд. - А остался я по той самой причине, которую мы обсуждали в начале нашего разговора. Я всё ещё надеюсь, что меня убьют на поле боя. Неважно кто - Серпентарии, маглы или мракоборцы. Я хочу умереть в сражении, а не загибаясь на койке в камере Азкабана или, того хуже, прячась по темным углам, как крыса.       -Ты так говоришь, словно наше дело проиграно.       -А оно проиграно, помяни моё слово. Лев и Стрелец - просто поломанные жизнью идиоты, у них, в отличие от первого нашего Стрельца нет никакой идеи. Они это всё затеяли тупо чтобы отомстить и самоутвердиться в собственных глазах. Плохи дела, когда пескари лезут указывать как воевать акулам и дельфинам.       -Это ты про кого?       -Про Стрельца. А Лев ничем не лучше. Такие твари, как он, ради наследства мать родную с отцом стравят. Он это сейчас и делает.       -Осторожнее, Козерог, - зло усмехнулась Белла. - Как бы они не услышали тебя. В Зодиаке все слухи идут по кругу.       -Хоть по спирали. Во-первых, я пока что всё ещё нужен им, а во-вторых, мне плевать на смерть.       -Вот поэтому мы по-прежнему с тобой в одной команде, Август, - томно прошипела Беллатриса. - Мы с тобой - единственные Пожиратели, которым плевать на смерть, ибо нам нечего терять.       Лестрейндж вновь подошла к Руквуду, на этот раз так близко, что Август ощутил её дыхание. Весьма тёплое и почти приятное. Но, в конце концов, у драконов тоже довольно теплое дыхание...       -Именно так, Белла, - согласился невыразимец. - Только я то, чем дорожу, обезопасил. А ты уничтожила.       И не дожидаясь ответа от Беллатрисы, Руквуд быстрыми и широкими шагами пересёк кабинет и исчез.       5 декабря       Замок Этерналис.              Андрос, Багамские острова                  10:10 a.m       -Тео! Недоносок чертов! Я же просила - заказать золотую мишуру! Какого лешего ты заказал серебряную?! - визжала Дафна.       -Ты мою мать не трогай, дура! - орал всклокоченный и нервный Тео. - Не было там твоего золота сраного! И вообще, цвет нашего факультета зеленый и серебряный!       -У нас Рождество, а не день рождения факультета, и я, как человек с тонким и эстетическим вкусом, хочу, чтобы гирлянды были золотые!       -Ты со своим эстетическим вкусом можешь в этот раз на вечернюю тусу голая прийти с золотым замком на вагине! Заодно и конкурс проведём, кто ключик найдет, тот тебя и открывает!       -Пошёл ты на хуй, извращенец!       -На хуй ты хороша, ПМС ходячее! Не ори на меня, не было там золотых гирлянд!       -Как ты меня назвал, кобель недоразвитый?!       -Блейз, Блейз, твою мать! Заткни свою женщину нахуй, не то я сам её заткну!       -Нотт, заткни фонтан лучше сам и не зли меня! Я тут занят!       -Что, выбираешь своей подстилке маникюр, который лучше подойдет к её трусам?       -Блейз! Ты слышишь, что он тут про меня говорит!       -Заткнитесь там все и хватит орать, а не то я сейчас слезу и обоим вам вот эту гирлянду с остролистом в задницы засуну! Будете скованными одной цепью! Затрахали!       -Паркинсон, я тебя не трахал, по крайней мере пока! Но если твой хахаль не справляется...       -Ой, бля, Забини, не тебе мне про это говорить, таракан ты подкаблучный! Я штуку галлеонов ставлю, что ты в постели с Гринграсс за пассива!       -По себе людей не судят, олень!       -Да ну тебя в пизду, шоколад инцельный!       -Вот так вот весело мы и готовимся к Рождеству, Гермиона, - с улыбкой говорил Драко, слушая переругивания Дафны, Нотта, Забини и Пэнси, сидя в соседней комнате и что-то листая в каталоге. Гермиона с помощью магии создавала рядом красивейшие венки из можжевельника и разного рода украшений и лишь качала головой.       -Как дети малые, ей-богу, - сказала она.       -Нет, как дети малые мы были в Хогвартсе, только там мата втрое было больше. Расслабься, у нас это ритуал перед праздниками. Вечером на Рождество они уже всей компанией надерутся пьяными в мат и уснут на одной кровати. Кстати, я надеюсь, что ты присоединишься к нам.       Гермиона немного смутилась и слегка покраснела.       При всей той близости, которой они достигли с Драко за последнее время, проведенное вместе, она слабо представляла себя на тусовке его круга. Конечно, она ведь отличница с Гриффиндора, которая редко выпивала на подобных праздниках больше трех стаканов сливочного пива, либо же больше трех бокалов медовухи. Стоило Грейнджер прихватить чуть больше, как её начинало болтать по сторонам. Можно было, конечно, надеяться на то, что ей будет можно просто спокойно попить вина на этом празднике жизни... Но скажите - когда слизеринцы ограничивались на своих безбашенных тусовках одним лишь вином, пусть и крепким?       Драко - совсем иной коленкор. Мало того, что историю про половину ящика огневиски и так знал весь Хогвартс, так ведь блондин ещё и обожал смородиновый ром, и коньяк "Драконова бочка". Остальные слизеринцы тоже трезвенниками не были. Так, Джинни однажды рассказала, что Нотт, празднуя день рождения на пятом курсе в Хогсмиде, в одну глотку выхлебал три бутылки смородинового рома, не считая медовухи и пива, а на следующий день в составе сборной Слизерина чуть ли не всухую уделал Когтевран, да ещё и побил рекорд по количеству заброшенных голов. А Блейз как-то так нахлебался веселящей воды, что два дня не приходил на занятия, так как не мог просмеяться. Про Крэбба и Гойла и вовсе нечего было говорить - каждый из этих двух громил мог запросто влить в себя по бочонку объемом в половину нефтяного барреля. Да и слизеринки явно не отставали от ребят. Дафна, конечно, вряд ли себе позволяла что-то крепче эльфийского шампанского, а вот Пэнси вполне могла и заложить за воротник. Драко рассказывал, что как-то они собрались в Мэноре, и Блейз ни с того, ни с сего предложил Пэнси сыграть в английский литрбол. В итоге Пэнси выиграла.       -Не парься. Закладывать за воротник тебя никто заставлять не будет, - Малфой, когда-нибудь ты за свою неуместную и внезапную телепатию останешься без глаза, я тебе это гарантирую. - И потом - я и сам напиваться не особо горю желанием.       -Ой, а что так? - хихикнула Гермиона. - Боишься пьяным маме на глаза попасться? Заругает?       В ответ в Гермиону полетел журнал, который просматривал Драко.       -Дура ты, Грейнджер, хоть и умная дофига, - проворчал слизеринец. - У меня в этом замке есть один человечек, который, наверное, ждет рождественского чуда больше всех. Он в хорошее верить ещё не разучился.       -А, ты про Скорпа, - покивала головой шатенка. - И что, ты придумал для него какой-то праздник?       -Вроде того. Решил так - до шести вечера где-то посижу с нашими, а потом возьму Скорпа и дёрну с ним в Лондон. Думаю, ему пора показать родной город.       -Ты с ума сошел? А если...       -Если ты решила, что я подобное не предусмотрел, я в тебе сильно разочарован. У меня на этот счет есть свои козыри.       -Не сомневалась в этом.       -И ещё кое-что...       Гермиона, услышав странную интонацию Малфоя, хотела поднять глаза, но когда она их подняла, в них уже смотрели две льдисто-серые радужки.       -Видишь ли, - проговорил Драко, - Скорп очень обрадовался тому, что я везу его посмотреть на Лондон. Но он очень хочет, чтобы ты поехала в Лондон с нами. Я, честно говоря, нихрена не могу понять, как ты смогла так быстро и так сильно сблизиться с ним, но факт остаётся фактом. Поэтому хочу тебя спросить - не составишь нам компанию в Лондоне?       Сердце встрепенулось и забилось так, словно его подключили к вечному генератору. Если это слуховая галлюцинация, то пусть она продолжается вечно...       И снова переплетение шоколадного и ртутного цвета. В последнее время данная цветовая гамма стала слишком часто проявляться на темном, бесцветном мольберте мироздания. На этой мысли они поймали себя оба.       Первой молчание нарушила Гермиона.       -Скорпиус сам тебе это сказал?       -Сам. Ну и... - Драко потёр рукой подбородок. - Мне кажется, мы с тобой в тот раз явно недотанцевали и кое-что друг другу недосказали. А я так ненавижу ставить многоточия в историях.       -А я наоборот верю в бесконечные истории.       -Многоточие не значит бесконечность, Грейнджер. Многоточие обозначает недосказанность и недомолвки.       -Хорошо. Я согласна поехать с вами. Тем более, что я и сама скучаю по Лондону. Только как мы сможем провернуть это незаметно?       Фирменный надменный смешок.       -Миледи, вы сейчас разговариваете с Нежелательным Лицом номер один для Магического Министерства. Я всё предусмотрел. А теперь прости, мне нужно ненадолго отлучиться. Скоро вернусь. Разнимать этих идиотов даже не думай, пусть сами проорутся.       Драко пожал ладонь Гермионы и выпорхнул в коридор. Шатенка чувствовала, как её сердце выписывает по её организму самые настоящие фигуры высшего пилотажа, от чего все её внутренности трясутся, словно стены комнаты, в которой врубили громкую музыку.       Малфой пригласил её провести вместе семейный досуг. Значит, она уже точно значит для него больше, нежели просто гувернантка. Но тогда кто она для него?       Любовница? Но эта роль Гермиону не очень устраивала, да и заводить себе просто любовницу при наличии родного сына рядом явно не было прописано в кодексе сегодняшнего Драко. Он уже давно перерос злобного и мелочного себя в детстве. Но кто же она для него? Что она для него значит?       Гермионе было страшно сейчас даже думать об этом. Почему-то она вновь погрузилась в воспоминания школьных времён...       Она вновь вспомнила всё: и злющий прищур Драко в книжной лавке, куда он перед вторым курсом заходил с отцом, и "поганую грязнокровку", и то, как на первой игре против Гарри Драко рухнул с метлы и треснулся оземь так, что Гермионе, возможно, впервые стало его жаль, и его крики от боли, ужаса и осознания своего позора "Он меня убил!" в адрес Клювокрыла, и то, как он пустил в Гарри Дантиссимусом, который отрикошетил в неё, и то, как Драко расхаживал по замку со значком Инспекционной Дружины, однако смутно Гермиона читала в его глазах отвращение, словно его заставили чистить свиной хлев, в котором не убирались целое лето, и то, как он мучил и проклинал других на последнем курсе, но на деле сильнее всего мучил и проклинал себя, и то, как воскресший Гарри спрыгнул с рук Хагрида, а Драко выскочил из толпы Пожирателей, даже не думая, что в него может прилететь Авада, и с криком "Поттер, держи!" метнул Гарри свою волшебную палочку...       Всё это время Драко, пусть и не всегда зримо, присутствовал в её жизни, и никогда их встречи не были чем-то равнодушным. Никогда они не были каким-то обыденным и повседневным толчком двумя локтями мимо проходящих людей, за которыми следуют краткие, бесчувственные извинения, но чаще всего - тишина. Между ними никогда не было тишины. Между ними никогда не было равнодушия...       Поэтому Гермиона решила, что в Рождество всё наконец должно решиться. Если Драко не сможет сам, она возьмет инициативу. Ей не в первый раз, тем более рядом с Драко она и правда стала какой-то слишком нежной и хрупкой...       -Пэнс! - позвала Гермиона брюнетку. - Можно тебя на минутку?       Паркинсон никогда не заставляла себя долго ждать. Минута - и она уже рядом.       -Внимаю твоим словам, подруга.       -Тут дело такое... деликатное... Драко позвал меня вечером погулять в Лондоне, со Скорпиусом. И на вечеринку пригласил.       -Здесь я должна нехило офигеть и спросить, что ты с ним такое сотворила, но я превысила лимит данного офигевания ещё на той неделе, так что сразу к нашим баранам - что от меня требуется? Совет? Пример из жизни? Запереть Дафну в её платяном шкафу?       -Да нет, что ты! Просто... - Гермиона подняла глаза к потолку. - Короче, мне нечего надеть ни на вечеринку, ни в Лондон.              -Подруга, ты обратилась по адресу! - хлопнула её по плечу Пэнси. - Я из тебя сделаю настоящую тигрицу. Уж ты мне поверь, у меня опыт тянется ещё со второго курса Хогвартса. И платье дам какое-нибудь из своих. А не дам - так сошью. Мне мама как раз прислала новые выкройки...       Драко, весело насвистывая что-то торжественное и воинственное, влетел в кабинет.       Она согласилась. Прекрасно. И Скорп обрадуется, и сам он сможет наконец закрыть все гештальты с этой чёртовой инопланетянкой, с которым каждый день превращается в день сурка. Хватит, Драко Малфой. Замыкаться в себе умеет каждый пубрертатный сопляк, коим ты никогда не был.       -Папа, ты куда? - играющий у камина с Фестером и Полумной Скорпиус обратил на отца внимание своим вопросом. Драко подошел к сыну и поднял его на руки.       -В Лондон, ненадолго. Хочу новый костюм к Рождеству себе выбрать. Мы же поедем в Лондон, а там надо одеваться по-джентльменски.       -Папа, я тоже хочу одевать по-жентельменски, - сказал Скорпиус. - А Гермиона с нами поедет?       -Поедет, родной.       -Ура! - обрадовался мальчик. Драко опустил его на пол, взял со стола перстень, повернул камень и в минуту его облик преобразился из высокого и статного блондина в такого же высокого и статного, но брюнета, с небольшой бородкой. Драко кивнул Полумне и вышел.       -Хозяин Драко! - Фестер пошлепал за ним.       -Что, Фестер?       -Я лишь хотел сказать, что очень рад за вас. Вы стали так хорошо выглядеть в последнее время.       -Правильно я приказал Фаркусу больше не подавать жареную картошку. Переизбыток холестерина - штука вредная.       -Всё шутите, - улыбнулся Фестер. - Как вам костюмы, которые я подобрал в каталоге?       -Ты никогда меня не разочаровывал в этом плане, Фестер. За одним таким я сейчас и еду. Ты только не говори пока ничего матери про меня и Гермиону.       -Слушаюсь, хозяин. Я дал слово хозяйке защищать вас лишь от вредоносного. Здесь я ничего вредоносного не вижу. Что-нибудь ещё, хозяин Драко?       -Да. Хотел сказать, что я тебя ненавижу, старый, хитрый, прозорливый стервец, - усмехнулся Драко.       -Рад вам услужить, хозяин, - низко поклонился Фестер. Драко вышел на балкон, щелкнул пальцами и унёсся стаей магических воронов за горизонт.