Персональные Демоны Безупречных

Треки к главе: 1. Thomas Bergersen - Children of the Sun (feat. Merethe Soltvedt)

2. Tom Odell - Can't Pretend

      30 декабря 2003 года       Замок Этерналис.       Андрос, Багамские острова       04:55 p.m       -Дюмон, возьми с собой пару надежных ребят и охраняй эти коридоры. Не дай Мерлин проворонишь, я тебя тогда с того света, если надо будет, достану, - Гойл был напряжен и явно волновался. Не за себя, разумеется.       Француз кивнул, поманил за собой троицу крепких парней и кинулся за угол. С Гойлом остались Грэхэм Монтегю и Деннис Криви. Грэхэм сжал в руках толстую, темную палочку и засопел, Криви бегло осмотрелся.       -Кажется, пока за нами никого нет, - предположил он.       -Главное слово - пока, - угрюмо бухнул Монтегю.       -Грэхэм, Ден, - обратился к ним Грегори, - когда пойдем через потайной ход, останетесь здесь и прикроете нам спину. Я пойду вперед, за мной - вы, тётя Нарцисса, дальше Скорп и Гермиона. Держитесь друг друга и постарайтесь не ссориться.       -Очень смешно, Грегори, - вздёрнула голову Нарцисса. - Пропусти-ка.       Подойдя к стене со странным барельефом - двухголовой химере, у которой левая голова походила на волчью, правая на крокодилью, а вместо хвоста, как у мифологического Цербера, вился клубок змей - Нарцисса сняла с левой руки кольцо с большим треугольным изумрудом, вставила его в глаз крокодильей головы и повернула против часовой стрелки. Что-то слегка хрустнуло, а затем химера вдруг раздвоилась на волка и крокодила, клубок змей расползся по углам стены, а в самой стене открылся широкий проход.       -Ух ты! - восхитился Скорпиус.       -Это тайный проход в западную башню, - пояснила Нарцисса. - Таких по всему Этерналису около десятка. Чтобы воспользоваться любым из них нужно либо знать пароль, либо... - мать Малфоя не без гордости продемонстрировала Гермионе своё кольцо. - Фамильный изумруд нашего рода. Способен открыть любую дверь любому члену нашей семьи.       -Впечатляет, - проговорила Гермиона. - И он, получается, передается женщинами вашего рода из поколения в поколение?       Но в этот момент в окно замка влетел шар магии и ударился об висящую на стене большую картину, которая с грохотом рухнула на каменный пол.       -Давай потом об этом, - спешно сказала Нарцисса, схватила Гермиону за руку и втащила в проход. Грегори метнулся за ними. Монтегю и Криви выхватили палочки и приготовились к худшему...       -Перкуссум Тонитра! - проорал Крэбб, сшибая с метлы пролетающего мимо Пожирателя. Битва была в разгаре. Повсюду раздавались жужжания и взрывы заклятий, порой слышались крики, стоны и грохотанье рушащихся строений Этерналиса.       Ох уж эта вечная война. Винсенту, как жертве Второй Магической, было уже не привыкать. Но он всё равно ужасно устал. Сколько же ещё ему придется терпеть всё это? Сколько ещё ему воевать и грызться? Такое чувство, что он уже в аду, а его должность своеобразного начальника безопасности - подгон вместо танталовых мук или камня Сизифа.       Порой Крэбб ловил себя на мысли - а не было бы лучше, если бы он всё-таки помер в горящей Выручай-комнате? Отец погиб в битве за Хогвартс, мать никогда им не интересовалась после развода, первый раз Винсент узнал про её существование из письма о том, что она умерла. Кто бы пожалел о нём?       Разве что друзья, особенно Драко и Грег. Они сумели что-то разглядеть в угрюмом и нелюдимом по своей натуре Крэббе, и это не могло не тронуть Винсента. Но идеальным другом он не был никогда, иначе бы не стал столько он ругаться с Малфоем на предпоследнем курсе, когда тому поручили убить Дамблдора, не стал бы столько раз его подводить...       Никто никогда не интересовался тем, что в душе у Крэбба. Сила есть - ума не надо. Похоже, что в случае Винсента этот афоризм стал диагнозом. Он всегда воспринимался не более, чем ударной силой. Только Драко и Гойл отнеслись к нему по-человечески, даже несмотря на все подколы Малфоя в школе. И в Выручай-комнате Крэбб реально обнаглел. Понял, что Драко не хочет его неволить, что для него он не орудие, а друг. Ну, а дальше как водится - тот, кому не хватало человечности, получив её, сам превратился в животное. Но друзья всё равно не бросили, не отказались от него. Вытащили, нашли ему врачей, пригласили в общее дело...       Почему ты не помер, Винсент Крэбб? Потому что, как оказалось, ты ещё кому-то нужен. Так не подведи же их...       Чьё-то заклятие ударило Крэбба в спину. Здоровяк упал, прокатившись по полу стены.       -А, Винни! - поднявшись, Крэбб увидел надвигающегося на него Торфинна Роули, нацелившего на него палочку. - Давно не виделись, сопляк! Авада...       -Конкурсо Импульсус!       Грянул взрыв, Роули едва успел отскочить и броситься на пол, но взрывная волна метнула его со стены куда-то вниз и влево. Рядом с Крэббом что-то хлопнуло.       -Как дела, Винни? - прозвучал ободряющий голос Драко.       -Держимся. Крам спустил на Пожирателей наших гиппогрифов, так что берег, считай, мы отбили. Он скоро переместится ко мне, - в этот момент над головами Крэбба и Малфоя на красном гиппогрифе пролетел Аскольд Паркинсон, помахавший парням рукой. В когтях гиппогриф сжимал трепыхающегося и орущего благим матом Пожирателя. Присмотревшись, Драко узнал в нём Холла - одного из пожирательских рекрутов, с которыми ему пришлось столкнуться в особняке Розье.       -Блейз и девчонки сейчас отбивают демерналов на южной стороне, - на выдохе доложил Крэбб. - Им сейчас тяжко. Полумна даже оставила лазарет и присоединилась к ним.       -Тео сейчас к ним присоединится. Где Гермиона, Скорп и мама?       -Грег увел их через потайной ход в западную башню, с ним ещё человек пять. А я... Перкуссум Тонитра! - Крэбб запустил зеленой молнией в Пожирателя, трансгрессировавшего прямо на соседнюю башенку, сбив его вниз.       -Вижу. Не парься, выстоим. Долорэм Мортис!..       Вот только в этот раз циничного оптимизма Малфою хватило ненадолго. Объективность отобрала пальму первенства у самовнушения, а ко всему этому коктейлю еще и подмешалось скользкое, неприятное подозрение...       Пожиратели к этому нападению подошли куда лучше, чем к прошлой вылазке в Ашерсте. Атаковали Этерналис с трех разных сторон, тем самым затруднив Серпентарию возможность для своевремнного маневра по огромному замку. Демерналы, которых какого-то чёрта стало чуть ли не столько же, сколько волшебников, доставляли немало хлопот своим высоким болевым порогом и яростностью. И главное - Пожиратели смогли каким-то образом проскочить защитный барьер, хотя Пэнси и Полумна укрепили его чуть ли не втрое.       Всё это чертовски не радовало Малфоя. Да, Руквуд, конечно, хитёр, но не настолько, чтобы так хорошо спланировать нападение, никогда не посещая Этерналис. Да, Беллатриса могла всё ещё помнить о том, как проникнуть в замок, но разве могла она знать, как пробраться через защитный барьер? А Лев и Стрелец, при всем их коварстве и ловкости, вообще не имели к Безупречным никакого явного отношения...       Как-то дохрена случайных совпадений. Для того, чтобы говорить о закономерности, хватит и двух таких случайностей. А тут их слишком дохрена...       Чем дольше Драко отбивался от рекрутов Пожирателей, демерналов и всей этой срани, тем сильнее в нём крепло ощущение - Зодиак запустил в его "змеиное братство" крысу. И теперь эта крыса зашевелилась. Вот только сейчас времени рассуждать о том, кто она, у Драко не было, и в глубине души его это угнетало. Что если эта крыса уже передала Зодиаку всё? Что если она планирует убить его, или, того хуже - Гермиону или Скорпа? От одной этой мысли Слизеринский Принц чувствовал холод в груди и неприятно змеящиеся по позвонкам мурашки.       Ну ничего, сволочи. Я - Драко Малфой. Убить вы меня можете, это бесспорно, а вот запугать - руки коротки. Даже если вы убьёте меня, я сделаю всё возможное и невозможное, чтобы затащить с собою в преисподнюю как можно больше вашего брата. Вы, может быть, не в курсе, Лев и Стрелец - когда вы в аду попадёте ко мне в один котёл, я всё равно вас мехом наружу выверну. А если учесть, что ад пуст и все черти теперь здесь - это произойдет очень и очень скоро...       -Драко, твоя палочка! - вдруг воскликнул Крэбб дрогнувшим голосом.       Отбив ещё одну волну атак, Малфой наконец увидел - его палочка раскалилась изнутри настолько, что пошла трещинами. Похоже, новая магия и работа на износ оказались для неё губительны в самый неподходящий момент.       -Ну здравствуй, племянничек! Что же ты не обнимешь любимую тётю?       Драко медленно повернулся, его ртутно-серые глаза холодно и жестко впились в осунувшуюся, мослаковатую физиономию Беллатрисы. Под гнетущим взглядом племянника вернейшая помощница Тёмного Лорда, на чьём лице поначалу было написано глумливое ощущение превосходства, даже немного съёжилась.       -Прости, тётушка, - выцедил из себя через зубы Драко. - Характеру не хватает обниматься с полудохлой шизичкой.       -Полудохлой?! - заорала Беллатриса. - Я покажу тебе полудохлую, щенок!       -Не надо на меня рычать, не напугаешь.       -А ведь ты бы мог достичь величия, глупец! Мог бы возглавить нас! Мы бы поставили сначала всю Британию, а потом и весь мир на колени! Но ты выбрал это!       -Предпочёл свою семью возможности рулить кучкой жертв кризиса среднего возраста с шовинистскими наклонностями и быть на посылках у двух ущербных? Какую же золотую жилу я проворонил, мать моя женщина...       -С твоей матерью у нас будет отдельный разговор. Она на пару с этим мерзавцем Люциусом воспитали из тебя рохлю. Я всегда говорила, что ты бы был сильным и надежным, если бы не твоя привязанность к семье! Власть и сила...       -Херня это всё, твои власть и сила, - проговорил Драко. - Просто у тебя никогда своей семьи не было, и никто тебя не любил. Среди Блэков - юродивая, среди Пожирателей - главная цепная собачка Реддла, даже Родольфус тебя сдал. Решил, чем такую женушку иметь - уж лучше в Азкабане сгнить. Я удивлен, как Реддл тебя терпел. Хотя, ему же нравилось забавляться с такими поломанными жизнью, как ты...       -Заткнись! - заверещала Беллатриса, брызгая слюной и слезами из глаз. - Он любил меня! Он считал меня полезной и ценил мою верность!       -Ага, как ценят верность цепной собаки, я же говорю. Один ущербный держит на поводке другую ущербную. Прямо какой-то закон сохранения дефективности. Я даже знаю, чего ты так вызверилась на меня. Не можешь видеть, как я и моя семья счастливы, сохранив друг друга.       -Ну, сохранил ты точно не всех, племянник, - хихикнула Беллатриса. - Бедняжка Астория... Такая молодая, красивая... Да и Скорпиус - каково ему было остаться без мамы?       Как же ты предсказуема, старая тварь. Мои персональные демоны уже давно сидят у меня на коротком поводке. Так что ты меня этим не прошибёшь. А вот я тебя...       -Ну... - тонкие губы блондина изогнулись в фирменной ухмылке. - Тебе точно лучше знать об этом после того, как твоего хозяина пристукнул Поттер, а ваш с ним выродок издох, даже не успев родиться. Первое деяние Руквуда, за которое я готов ему руку пожать.       -Ты труп, сучонок! Авада Кедавра!       -Брат, я иду! - гаркнул Крэбб откуда-то сверху. Драко едва успел выкрикнуть ему.       -Не лезь, Винсент! Инфернум Кайруллиум Максима!       Лазоревое, кислородное пламя объяло собой изумрудный луч, и тут прогремел мощнейший взрыв. Драко почувствовал, как земля уходит у него из-под ног и понял, что летит со стены вниз. Краем глаза слизеринец заметил, как Беллатрису бросило в башню с бойницами, откуда раздался звук разрушаемого кирпича и сдавленный вскрик. Что же, эта стерва теперь долго не оклемается...       Удар о землю получился не такой смертельный, как ожидал Малфой, но сильный и ощутимый. Слизеринец попытался встать, но тут его бок пронзило болью. Похоже, падение не прошло бесследно - он сломал по меньшей мере три ребра.       -Редукс Аморти, - хрипло произнес Драко. Жгучая резь - и он почувствовал себя гораздо лучше, однако...       -Прощай, подруга. Ты славно мне послужила...       Для чёрной палочки Яксли это заклинание стало последним. Кислородный огонь добил её, и обгоревшая, растрескавшаяся палочка развалилась в руке Драко на кусочки.       Положение стало ещё более серьёзным. Пожиратели не отступали, они прибывали и прибывали вновь, а он, Драко, остался без оружия. Да уж, приехали...       Вокруг слышались выкрики заклинаний, что-то жужжало, охало, вскрикивало, взрывалось и рушилось...       -Что такое, сволочь? Нынче без оружия? Наконец-то!       Яксли. Сейчас опять будет ныть за то, что у него отобрали палочку. Как ты ещё своим этими истериками не надоел...       Так думал Драко, оценивая ситуацию. Он заметил в руках Яксли совершенно новую палочку - аспидно-чёрную, блестящую, на несколько сантиметров длиннее той, что Змеиный Король забирал у Корбана, изящную и крепкую, с золотым кольцом на рукоятке.       -Снова новая палочка, Корбан? Не слышу слов благодарности, - фыркнул Драко. Только не показывай, что нервничаешь, только не давай понять, что тебе страшновато...       -Не просто новая палочка, тупица, это полная реплика той, что ты, гаденыш, отобрал у меня. Чёрное дерево и сердечная жила, только на этот не валлийского зелёного, а венгерского хвосторога. Рукоять из обсидиана, четырнадцать с половиной дюймов, крепкая, упругая и прочная, - Яксли, видно, хотелось поиздеваться над Драко. Тот не преминул этим воспользоваться.       -Ну разрекламировал, молодец. Сразу мне её отдашь или поторгуемся?       -Ты слишком самонадеян, парень. Это тебя и погубит, - зло сказал Яксли. - А теперь...       Сверху раздался пронзительный визг, а затем на Яксли кинулась большая черная туша. Пожиратель завопил. Клиновидная, черная голова вцепилась ему в плечо длинными клыками и бросила в сторону Малфоя. Слизеринец времени терять не стал и нанес Корбану сокрушительный хук протезированной рукой. Яксли сложился пополам и рухнул на пол, его новая палочка выпала из его рук и подкатилась к ногам Драко.       -Меня погубит самонадеянность, а тебя - щедрость, Корбан. Спасибо за новую палочку, - хмыкнул Драко, поднимая орудие Яксли с земли. При контакте с палочкой по руке Малфоя пробежало тепло.       -Скучал по мне, старый злейший друг? Еще бы немного - и пришлось бы соскабливать тебя с земли, - весело спросил знакомый, хрипловатый голос. Драко повернулся. Перед ним стоял большой фестрал, а на нем восседал...       -Рон? Какого дракла? То есть - как ты нашел меня и Этерналис? - удивлению платиноволосого не было предела.       -Вот чудак-человек. Ты же мне сам координаты дал. Кстати, я не один пришёл, - и Рон громко крикнул. - Орден Феникса, в атаку!       Внезапно выросшая в воздухе туча фестралов ринулась на парящих в воздухе на метлах Пожирателей, а во двор замка внезапно принялись трансгрессировать лица, чрезвычайно знакомые Малфою. Тут тебе и Эрни Макмиллан, и Чжоу Чанг, и Ли Джордан...       -Но как? - вырвалось у Драко.       -Потом расскажу. Запрыгивай. Тебе куда?       -Мне на южную сторону, - Малфой на ходу вскочил на фестрала. - А я-то думал, ты решил остаться в стороне.       Рон усмехнулся, поднимая фестрала в воздух и поворачиваясь к старому школьному недругу.       -Слушай, ну не тупи. То, что я отказался идти в твой Террариум, или как он там у тебя правильно называется, ещё не значит, что я не стану тебе помогать. Ты за правое дело, как-никак. Сэллоу наверно думает, что я помер, и я рад этому. Мудак лживый...        29 декабря 2003 года        Азкабан        Северное море        01:15 р.m       -Э, Драко, - позвал Тео, - а что будем делать с Уизли? Он как-то хреново выглядит...       Драко спустился с трибуны и посмотрел на Рона. Тот выглядел очень плохо.       -Мне очень жаль, Рон, - сказал Драко. - Прости за Поттера.       Рыжий поднял голову и улыбнулся.       -Не извиняйся. Жив он. Сэллоу его, поди, к награде представляет. Он теперь у нас в Министерстве за рулевого.       -Чего? - от услышанного даже Тео обомлел. - Кингсли там совсем ебанулся, место этому оленю уступать?       -Да не уступал он ничего, - простонал Рон, стискиваемый медвежьими лапищами Крэбба. - Его Конфедерация скинула.       -Отпустите его, парни, - приказал Драко. - Да, Нотт, не смотри на меня, как баран на новые ворота, он меня от тюрьмы спас!       -Но он же...       -Только попробуй сказать "кореш Поттера", я тебя с этой крыши скину нахер, - кварцево-серебряные глаза пустили ту самую жгучую искру, по которой можно было понять - Слизеринский Принц не шутит.       Тео и Крэбб отпустили Рона. Драко подал ему левую руку, и Уизли вздрогнул, увидев чёрный, блестящий протез.       -Это чего... Ты что, ту перчатку на руке переносил?       -Это новый способ выведения татуировок, набитых в молодости по большой тупости, - усмехнулся Драко.       -Ёжкин жмыр... И как, больно было?       -Уизли, только ты мог задать такой вопрос человеку, которому отрезали руку, - рассмеялся Малфой, но без злобы.       -Это чтобы избавиться от метки?       -Именно. Увы, другого пути не было, - мрачно сказал Драко. - Значит, мы теперь с тобой оба нерукопожатные?       -Выходит так, и я, честно говоря, этому рад.       -Так может, присоединишься ко мне? - предложил Драко, протягивая Рону уже правую руку. - Ты сильный волшебник и очень неглуп, пусть я все школьные годы доказывал обратное, - Рон снисходительно улыбнулся. - То, что ты гриффиндорец - фигня, у меня по принадлежности к факультету никого не щемят. И Герми будет очень рада тебе.       -Ого, она уже Герми? - Рон спросил это скорее для приличия. В глубине души он уже давно чувствовал, что его лучшая подруга и бывшая любовь обрела подле его давнего недруга то, чего он не смог дать ей.       Как же всё круто изменилось. Как же всё это... неправильно, что ли? И самое прикольное, что вся эта неправильность мне очень нравится. Малфой с Гермионой вместе, и она, похоже, очень положительно влияет на него. Так положительно, что мы теперь почти лучшие друзья и бьемся за одно и то же. Вот только Гарри...       Мерлин, дай нам сил снова восстановить то, что мы строили почти десять лет, а потом разрушили буквально в два счёта...       -Прости, Драко, - пробормотал Рон. - Я не могу пойти с тобой. Не потому что против тебя, нет, я бы иначе не стал помогать твоему отцу, - Люциус благосклонно кивнул Рону из-за спины сына. - Если я уйду сейчас, может пострадать моя семья, особенно, когда Сэллоу поймёт, что тот обгоревший труп не мой. Ты-то точно знаешь, что такое - семья.       -Достаточно, Рон. Не продолжай, - прервал его Драко, чей взгляд был более, чем красноречив. - Ступай и будь осторожен. Надеюсь, скоро вся эта бодяга закончится, а мы выпьем по бокалу эльфийского и окончательно закопаем все неопределенности.       -Лично для меня все неопределенности были закопаны ещё тогда, когда ты помог моей семье. Береги себя. И Гермиону тоже береги. Пожалуйста, - светло-голубые глаза заглянули в льдисто-серые.       -За неё можешь не переживать, партнёр. Слово Малфоя. Поторопись, скоро сюда слетится херова туча авроров. За магическую Британию и мирное небо?       -Воистину, старый добрый враг, - хмыкнул Рон и крепко пожал Малфою руку...       30 декабря 2003 года       Замок Этерналис.       Андрос, Багамские острова       05:15 p.m       На южной стороне царила самая настоящая мясорубка. Тео, который от нанесенных ему ссадин и ожогов уже походил на заточку для ножей, разил демерналов и Пожирателей направо и налево, Пэнси билась со своим возлюбленным спиной к спине, где-то изредка раздавались команды Блейза, отбивавшегося на башне. Даже тихая и спокойная Полумна в этот раз билась чуть ли не в первых рядах, попутно даже успевая оказывать помощь раненым.       Демерналы шипели, визжали, выпуская из горящих глаз жёлтые лучи, одним из которых Тео был сбит с ног, и покатился по лестнице вниз. Пэнси бросилась на защиту любимого, но в этот момент пущенная откуда-то сзади лилово-голубая молния ударила демернала прямо в глаз. Ослепленное чудовище взвизгнуло, отскочило в сторону и, перевалившись через стену, исчезло в пустоте.       -Цельтесь им в глаза, ребятки, - подняв головы, Тео и Пэнси увидели Люциуса. Малфой-старший был бледен и холоден, его плащ развевался по ветру. - Это их слабое место.       -Вечно ты всё портишь, Люциус! - Трэверс появился на крыше, шагнув из чёрного тумана. Его губы были недовольно поджаты. - Всё тебе неймётся!       -Беньямин, - усмехнулся Малфой-старший. - Тео, Пэнси, отойдите-ка. С этим слизняком я сам разберусь.       -Разуй глаза, говнюк, - мерзко хмыкнул Трэверс. - Я здесь не один.       Сзади что-то зашипело. Люциус развернулся. Пышущая злобой и ненавистью фигура Руквуда надвигалась на него. Малфой-старший крепко сжал свою палочку из вяза.       -Мистер Малфой, я сейчас! - крикнул снизу Тео.       -Нет! Не лезьте сюда, - приказал Люциус и тут же получил удар Баубиллиусом.       -Твоя проблема в твоей мягкотелости, - прохрипел Руквуд. - Ты всегда был мямлей и размазней. Беньямин, действуй. Я поберегу силы для твоего сынка, сволочь.       -С радостью, - прорычал Трэверс.       -Экспеллиармус!       От выкрика Тео оба Пожирателя вздрогнули. Трэверс полетел кубарем, его палочка выпала и откатилась на несколько метров. Улучив момент, Люциус махнул палочкой, и Руквуда сшибло ледяным шаром.       -Всё новое - хорошо забытое старое, - Тео вскарабкался по лестнице наверх, сжимая свою зубчатую палочку.       -Бери на себя Трэверса, Тео, - повелел Люциус. - Руквуд мой.       Август как раз поднялся и поднял палочку вверх, формируя на его конце небольшую чёрную дыру. Люциус не стал долго рассусоливать.       -Фулгур Ирам! - лилово-синяя молния ударила Августа в плечо, тот отшатнулся. Его ответная атака едва не оторвала Люциусу голову, но бывший наперсник Тёмного Лорда пригнулся и неожиданно бросился врагу в ноги. Два лучших Пожирателя Смерти обрушились со стены на нижний этаж.       Упав на пол, Люциус скинул с себя Руквуда и рванулся, чтобы встать, но не смог - его руки вросли в каменный пол. Руквуд сплюнул сгусток крови и поднял палочку.       -Ну что же, подыхай, собака, - чёрт, а я уже и позабыл, как стрёмно Руквуд улыбается. Мне бы только одну руку освободить... - Лишь об одном я жалею - ты так и не увидишь, как я с корнем вырву твой чёртов род и уничтожу его до основания.       -Ты по той же причине свою семейку подальше отослал, Август? - проговорил Люциус с нажимом. - Не хочешь, чтобы они видели, как мой сын тебе башку оторвёт?       -Авада...       -Это тебе за моего мальчика, гадёныш! За моего Фредди! Остолбеней Триа!       Голубая вспышка сбила Руквуда с ног, главарь Пожирателей упал на колено, едва сумев сохранить равновесие. В ту же минуту Люциус ощутил легкий удар, а затем понял, что его рука освободилась.       -Акцио! - скомандовал он своей палочке, а затем махнул ей в сторону Руквуда. - Перкуссум Тонитра!       Козерог покатился по полу. Люциус окончательно высвободился и повернулся, желая видеть своего спасителя. Перед ним стоял плотный рыжий мужчина среднего роста с добродушным лицом, которое Малфой-старший узнал бы даже после нескольких Обливиэйтов...       -Так-так, - сказал Люциус, поднимаясь с земли. - Уизли-старший, какая встреча.       -Люциус, - сдержанно ответил бывшему врагу и ненавистнику отец Рона.       -В Министерстве по-прежнему куча работы, и ты по-прежнему без сверхурочных?       -И у нас всё ещё разный взгляд на то, что позорит имя волшебника?       -Это хороший вопрос, но давай обсудим его потом. Здесь такой бардак... - протянул Люциус, увидев краем глаза, что Руквуд встает и ищет свою палочку.       -Тогда давай его поскорее разгребем, - улыбнулся Артур Уизли.       И главы двух враждующих семейств одновременно выкрикнули:       -Экспеллиармус!       Удвоенная сила заклинания впечатала Руквуда в стену, проломила её и вышвырнула Августа прочь...       -Проходите, скорее! - Гойл пропустил Нарциссу, Скорпиуса и Гермиону в большую, круглую, красивую комнату комнату. Она была полупустой, в ней был лишь большой, тяжелый стол, пара стульев и стойка с холодным оружием. Также в комнате было крупное, круглое окно до самого пола, через которое было видно серое, лениво плещущее море. Интересно было ощущение того, что как будто вся западная башня целиком отсутствовала в происходящем сражении. Заметив замешательство Гермионы, Нарцисса пояснила.       -Это место лучше всего защищено магией. К тому же на ней лежит Заклятие Незримости. Раньше в этой башне содержалась Марселина Молурус.       -Та, от которой взяли своё начало Гринграссы? - спросила Гермиона.       -А Драко хорошо тебя поднатаскал в истории Безупречных. Да. У неё была тяжёлая нервная болезнь, и Тарквин принял решение выделить ей отдельную башню, чтобы она не навредила себе и другим. Только Мелеагр, наш предок, мог её успокоить.       -Бабушка, мама, - внезапно сказал Скорпиус, и его серебристые глаза потемнели, а взгляд их стал настороженным. - Здесь кто-то есть.       Гойл сразу же схватился за палочку, Нарцисса вздрогнула и побледнела, Гермиона обняла Скорпа за плечи и крепче прижала к себе.       -Сынок, ты в этом уверен? - спросила она.       -Да, мамочка, я чувствую. Мои персональные демоны чуют его.       -Твои персональные демоны? - удивилась Нарцисса. - Ты так хорошо научился с ними управляться?       -Это мама меня научила, - Скорпиус поднял голову, глядя на Гермиону. Нарцисса стиснула зубы, её губы сомкнулись в тонкую ниточку, а в левой руке появилась палочка.       -Гермиона, возьми Скорпа и встань к дальней стене. Кто бы здесь ни был, он не должен вам навредить.       -Увы, Цисси, вы опоздали! - каркнул сиплый голос, а затем от стены незаметно отделилась фигура, выстрелившая в Грегори белым лучом. Гойл успел отбить атаку, но тут из облака пыли внезапно материализовался ещё один Пожиратель. Гермиона узнала в нем Селвина - того самого молодого мерзавца, который чуть не убил её и Рона в доме Розье.       -Они здесь, учитель, - прошипел он, обнажив в улыбке маленькие, острые зубы зеленовато-белого цвета. - Нас не обманули.       -Я и сам вижу, не слепой, - проскрипел Антонин Долохов, окончательно отделяясь от стены. - Отойди, Грегори. Ты чистокровный, тебя мы не тронем.       -Я поражаюсь, как вы ещё помните хоть какие-то слова, кроме слова "чистокровный", идиоты, - смело бросил Гойл. - Пошли прочь, вам на сегодня не назначено.       -Цисси, от чьего имени он раскрывает рот? - осклабился Долохов.       -От своего имени я тебе скажу сама, Антонин, - Нарцисса встала рядом с Грегом. - Тронете моего внука или Грейнджер - очень сильно пожалеете.       -Уже защищаешь грязнокровую тварь? Какая мерзость, - засипел Антонин. - Тёмный Лорд сейчас в гробу крутится.       -Искренне надеюсь, что он еще и свернет себе шею, пока крутится там, - буркнул Гойл. - Как вы вообще сюда пробрались?       -А вы думали что, ваш золотушный Драко действительно такой умный и гениальный? - заржал Селвин. - Да он дальше собственного носа не видит!       -Тебе ли говорить про золотушность, щенок? - вспыхнула Нарцисса. - Жалкий клеврет проигравших и обезумевших сволочей, опозоривший свой род - вот ты кто, Селвин! Уж кто точно вертится в гробу, так это твой предок, Данте Молурус.       -Ой, кто это про позор рода зачирикал, Цисси? Ты так вовсе два рода опозорила, - рыкнул Долохов. - Не стыдно?       -Вообще нет. Род моего мужа и сына, по крайней мере, всё ещё процветает, в отличие от тех же Селвинов.       -Ну это ненадолго. Гойл, в последний раз прошу - уйди. Нам нужны они, а не ты, - Долохов пугающе повращал пустыми, рыбьими глазами. - Но я не премину прикончить тебя, если будешь артачиться, хоть и очень уважаю твой род.       Гойл скрипнул зубами.       -Нужны тётушка Цисси, Герм и мой маленький Скорп? - палочка Грегори стегнула по воздуху. - Ну так попробуйте взять, ублюдки. Ужрётесь собственной смертью!       Долохов взвизгнул, как озлобленный гриф, и метнул в Гойла заклятие. Грегори ловко контратаковал. Селвин бросился было к Гермионе, но Нарцисса сшибла его Перкуссумом.       Гермиона перевернула тяжёлый стол, придвинула его ножками к стене и спрятала туда Скорпиуса.       -Милый, посиди здесь. И пожалуйста не высовывайся. Я помогу бабушке.       -Мама, я тоже хочу помочь вам! - запротестовал Скорпиус. Гермиона прижала его голову к себе и поцеловала в макушку.       -Попробуй отправить папе послание, что нам нужна помощь. Это будет лучшая помощь.       Шатенка кинулась на помощь Нарциссе. Несмотря на болезнь, мать Малфоя всё ещё прекрасно колдовала, но Селвин был моложе и ловчее. Отбив три или четыре атаки, Нарцисса была сбита с ног. Селвин занес палочку, но Гермиона ударила по нему Фригус Фронтемом, заморозив его руку, которая перевесила Пожирателя и свалила на пол. В это время Долохов с залитым кровью лицом от удара магии Гойла ударил его Миалгиусом, и Грегори отлетел в сторону.       -Вы следующие, суки Малфоев! - заорал он. - Авада Кедавра!       -Аркте Сектура! - на автомате крикнула Гермиона.       -А-а-а-а-а-а-а! Твою мать! Сучка! Сучка проклятая! - заверещал Долохов, зажимая лохмотья правой руки, брызжущие алой кровью и отступая к окну, чуть ли не на самый край комнаты. На полу валялись его отсеченные заклинанием два пальца, расколотая пополам палочка и растекались пугающие, тёмно-вишневые пятна.       -Я тебя убью! - левой рукой Долохов полез в карман мантии, доставая оттуда странный чёрный шар, и вдруг вскрикнул. Его грудь пронзило длинное, тонкое лезвие.       -Хватит, урод. Наубивался, - проговорил Гойл, всадивший в Долохова меч, который подобрал с пола, когда снес стойку с оружием. - Гермиона, уводите Скорпа. Я тут сам...       И тут произошло непредвиденное - Долохов вцепился Гойлу в плечи и резко рванул его на себя, прямо на остриё...       -Грегори! - закричала Гермиона.       Гойл издал тихий и хриплый стон.       -Нравится, говнюк? - давясь кровью, выдавил Долохов. - А ведь ты мог бы остаться жив, тупица...       -И влачить жалкое существование трусливой твари, подобной вашему брату? - проговорил Гойл. - Ну нет, спасибо.       -Ты всё равно их не спасёшь... - прохлюпал Долохов, все ещё сжимая шар в руке. - Сейчас я...       Но Гойл вцепился криволицему Пожирателю в глотку. Антонин захрипел.       -Эй, Гермиона... - простонал Грегори, глядя в бледное и дрожащее лицо подруги. - Скажи Драко... Я очень херово выполняю предписания, я знаю... Но... По крайней мере, я ушёл красиво, не так ли?..       И с этими словами Гойл, крепче вцепившись в Долохова, всё еще конвульсивно сжимавшего свой артефакт, бросился прямо в окно. Раздался грохочущий звон, и оба волшебника низринулись с башни вниз...       Гермиона упала на колени. У неё словно что-то оборвалось внутри, а из этой дыры повеяло могильным холодом и адским жаром одновременно.       Этого не могло быть... Неправильно... Нет... Гойл... Грегори... Как же так... Ты же не можешь, не смеешь, не должен так взять и... Грегори... Я... Я ведь так сдружилась с тобой... Грегори, нет... Нет... Не верю... Не хочу, не могу... Ты не мог вот так взять и...       Селвин поднялся, шатаясь из стороны в сторону и поднимая дрожащей рукой палочку.       -Прочь лапы от моей мамы и бабушки, урод!       Скорпиус выскочил из-за стола и взмахнул руками. Два серебристых фантома с шипом вылетели, пронеслись по комнате, а затем влетели в Селвина и унесли в разбитое окно.       -Мама! Бабушка! - Скорпиус бросился к Гермионе, обнимая гриффиндорку. Гермиона прижала его к себе, и тут уже слёзы брызнули сами собой. Нарцисса встала. Она была бледна, губы её дрожали. Мать Малфоя подошла к Гермионе и Скорпиусу и привлекла их к себе.       -Тише. Тише, маленькие мои. Тише... Всё будет хорошо... - ласково и тихо сказала она. - Бедный Грегори... Тише, дети мои...       Если уходишь, уходи как можно красивее. И Грегори Гойл ушел максимально красиво. Как герой.       Но неужели это было обязательно, Грегори?!..       Драко шёл по опустелому двору Этерналиса. Глаза его были пусты и безжизненны, в душе как будто что-то твердое и тяжелое пробило огромную дыру.       Битва была окончена, Пожиратели, потерявшие около трети своего состава, отступили. Но потери Серпентария...       Погибло около трехсот человек, почти полторы тысячи получили тяжелые ранения. Среди раненых - Нотт и Дафна. Дафна получила легкую контузию, а вот Тео выглядел так, словно его посадили в мешок с одичавшими кошками.       Спасибо Рону и Ордену. Если бы не они, можно бы было писать завещание, причем коллективное.       Этерналис тоже нехило пострадал. Южная сторона была сильно разрушена, восточная башня была почти полностью сожжена. Но состояние замка сейчас волновало Малфоя меньше всего.       Он спешил на западную сторону. Саднил левый бок, кровоточащий шрам над правой бровью неприятно слипался, ныло левое плечо с протезом, получившее немало залпов магии, губа была рассечена. Но и это были мелочи, ибо то, о чем Драко услышал буквально пару минут назад...       Самые страшные подозрения подтвердились, когда блондин наконец дошел до западного крыла. Могучая фигура Крэбба сидела на обломке стены, странно дрожа и вздыхая. Лишь подойдя к Винсенту, Драко понял - здоровяк не просто плачет, он чуть ли не захлебывается слезами.       Плачущий Крэбб. Даже для Драко, знавшего этого гиганта с малолетства, это был нонсенс, если не сказать - оксюморон. Он ни разу не помнил, чтобы Винни плакал в зрелом возрасте. Неужели то, о чём ему рассказали настолько серьезно...       И тут Драко увидел сам. Увидел - и едва устоял на подкосившихся ногах. Он почувствовал себя так, словно его одновременно ударили под дых дубиной, а на голову свалили кирпич...       Под западной башней лежало два тела. Первое принадлежало Антонину Долохову - скрюченный человекоподобный обрубок в крови и грязи. Из груди Долохова торчало сломанное лезвие вонзенного в тело Пожирателя меча.       А совсем рядом с телом Антонина, со спокойным, умиротворенным лицом, с которым обычно спят, но никак не умирают, распростерся...       Грег... Почему... Почему ты не уберег себя... Я же просил тебя обойтись без слова "умрем", скотина! Почему ты не уберег себя? Почему? Ты не имел никакого права вот так умирать, Грег! Слышишь? Ты не можешь вот так взять и покинуть меня! Меня, Гермиону, Скорпа! Ты мне нужен, жизненно нужен, Грег! Почему ты себя не уберег, почему?!..