Осколок льда

На следующий день оба мальчика с нетерпением ждали встречи. Олегу нравилось помогать другу даже в таких мелочах, а Сереже сново хотелось почувствовать себя так, как он чувствовал себя в тот момент. Да и в целом их встречи были очень теплыми. И вот, момент встречи настал. Олег уже стоит у Сережиной комнаты. Восемь часов, как и договаривались. В детдоме двери не запираются на ключ, но парень не сразу залетает в комнату, чтобы не побеспокоить друга. Он постучался. Не открыли. Ещё пару раз. Опять не открыли. Тогда Олег открыл дверь и зашёл. В комнате не было Сережи. А его соседи по комнате очевидно на ужине или на улице, вообщем-то парни на это и рассчитывали. Олег думал, почему же Сережа не пришел. Неужели ему действительно не понравилось, как Олег учит…хотя…он же сам просил помочь ему разобрать ещё несколько произведений. Пока Волков нахмурившись думал думу свою, в комнату залетел парень, очевидно сосед Сергея. Даже не заметив Волкова, тот схватил футбольный мяч, который лежал под его койкой, и уж было собирался убежать, но Олег схватил его за плечо и повернул к себе лицом. — Слушай, ты не знаешь где Разумовский? — очень вежливо и с улыбкой на лице спрашивает Волков. — Педик этот? — пытаясь пошутить, уточняет парень, но увидев как Олег помрачнел от его слов, сглотнул и продолжил, — Ну это, за школой где-то валяется, как обычно, мы там его приложили об асфальт пару раз, а то что-то он больно счастливый в последнее время ходит. А тебе-то до него какое де…—мальчик не успел договорить и получил по скуле от Олега —Ты че, оху…—начал говорить парень, но Олег перебил его, —Извини, я побежал, потом договорим, — пожал плечами Волков и побежал к Сереже. Олег добежал и сразу же увидел друга. Сережа сидел, облокотившись на стену. Он запрокинул голову, чтобы кровь из рассеченной брови не текла и не капала на белую футболку. Он просто сидел…не звал на помощь, не пытался догнать хулиганов, даже не шел к врачу. Это удивило Олега больше всего. —С-серый, ты это…—Олег был очень растерян, за все время, что парень провел в детдоме, он многим помог расправится с хулиганами и задирами, но Сережу ему было жалко больше всех. Он знал, это этот мальчик — это самая светлая душа, из всех тех, кого он знал. Этот маленький лучик света просто не заслужил такого отношения к себе, —Пойдем что-ли…— Олег подал Сереже руку, но понял, что у того совсем нет сил, поэтому он понял его под руки и кое-как дотащил друга до комнаты. Все это время Сережа молчал. Он ни плакал, ни всхлипывал, ни жаловался. Он просто молчал. Когда Олег дотащил Разумовского до комнаты и посадил на кровать к стене и сел напротив, Сережа ещё минут 10 продолжал молчать. —Серый…ты так и будешь молчать?! — Олег не выдержал, сегодня он осознал многое. Главное, что он понял это то, что Сережа ему действительно дорог и он не хочет чтобы кто-то делал ему больного —А что я доложен говорить, — прохрипел Сережа, — я все знаю. Сегодня ты перестанешь со мной дружить. Кому же такой неудачник нужен?! К тому же…у тебя так много "крутых" друзей. Зачем тебе Сережа Разумовский, которого с детства регулярно пинают, как боксерскую грушу, просто за то, что он существует?! А я ведь так привязался к тебя, знаешь, Олег…ты для меня самый близкий и дорогой человек. А у тебя так много друзей, так много подружек, которые на тебе висят, да ты-то и не против…—Сережа снова протараторил все это на одном дыхании, глядя Олегу прямо в глаза, потом опустил взгляд, улыбнулся и продолжил, — вот видишь, нельзя мне рот открывать…сейчас ещё сочтешь меня эгоистом и всё такое, — он снова посмотрел на Волкова и немного помолчал, —Олег, извини за эту истерику…мне так неловко…я просто не хочу…чтобы ты ушел Волков был в шоке. Все это время он дружил с Сережей без задней мысли. Он даже подумать не мог, что у друга есть сомнения по поводу того, что Олег дорожит им. Всего за пол года они сблизились, но недосказанности, как оказалось, были…Парни сидели и молчали. Нужно было время, чтобы переварить все информацию. И тут Олег решился. —Знаешь, Серый…ты ошибаешься. Среди всех ребят нет ни одного, с кем бы я мог посидеть после уроков и послушать музыку, нет ни одного с кем бы я мог говорить о том что было со мной до детдома, ни одному из них я так не доверяю, как тебе, Сережа. А если бы ты не выдумывал все себе, то все было бы проще…Если бы ты сразу говорил, что тебе не нравится, то не мучатся бы так, — Олег поднял его под руки и повёл в ванную комнату, — А почему ты мне ни разу не говорил, что тебя бьют. А почему воспитатели не знают? — Олег открыл кран и начал набирать в ладошки воду, он мягкими движениями пытался стереть запекшуюся кровь с лица Сережи. — Я же говорю, я думал, что тебе будет неприятно со мной общаться после того, как узнаешь какой я слабак. А воспитатели…ребята в три раза сильне отпиздят, если наябедничать. А сами воспитали не узнают, потому что синяки и рассечения никогда не увидят. Есть правило: бей сколько и куда хочешь, но нельзя не бить в лицо, ну, чтобы никто не спалил — Сережа легонько убрал руки Олега от своего лица и повернулся к нему, — Сам посмотри, — Он поднял футболку и закатал шорты. Ужасное зрелище. Все тело Сережи было покрыто синяками и ссадинами. Олег приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но Сережа остановил его, — Не говори ничего…не надо. Сегодня мне неудачно втащили, по лицу вот попало… Олег долго смотрел на Сережу, на все его синяки и ссадины, постепенно поднимая взгляд, затем он посмотрел ему прямо в глаза. Они стояли и глядели друг на друга. При этом, как будто говорили, просто без слов. Обоим казалось, что прошла целая вечность… — Олег, мне очень сложно поверить, что ты действительно заинтересован в нашей дружбе, никто до этого так со мной не общался. Вот я и надумываю себе…ты прости, —Сережа сделал паузу, подошёл близко к Олегу, ещё пару секунд постоял и подумал, решив, что так будет правильно, положил свою голову ему на плечо, —Давай теперь все будем друг-другу рассказывать и ничего не скрывать…мы же…—Сережа задумался. Но Олег подхватил его мысль — Настоящие друзья! — сказал он и обнял Сережу. Очень нежно, чтобы не сделать пострадавшему другу больно —Да! Мы же настоящие друзья, — Сережа ещё сильнее прижался к Волкову и улыбался. Давно он не был так счастлив