Теперь я предатель!

Гермиона шла за Малфоем по огромному складу вещей в волшебной тайной комнате замка, он привёл её к Исчезательному шкафу. Он лежал на полу и был частично разобран, рядом лежали какие-то старые книги и инструменты для починки, судя по их виду, они были волшебными. Малфой присел на корточки и аккуратно провёл рукой по шкафу. — Ты как-то рассказывала об этом волшебном артефакте своей рыжеволосой подружке, мне он пригодился. Я занимаюсь его починкой с начала учебного года по заданию. Не задавай никаких вопросов, — блондин был уверен в умении Грейнджер держать язык за зубами.

***

Звенит звонок и Снейп заходит в кабинет. Как показалось Гермиона, сегодня он был ещё мрачнее, чем всегда. Профессор направил палочку на доску, на ней появились указания к зелью. Потом он направился к котлу. — На этом уроке вы должны приготовить противоядие к этому зелью, — он указал на котёл, — но перед этим вам предстоить испытать его действие на себе. Попробуйте противостоять его влиянию. Ученики брали свои пробирки и подходили к котлу. Их ошеломленные лица побледнели, большинство были в ужасе. Гермиона последняя подошла к котлу. Это точно был не яд, содержимое котла напоминало ей парализующий напиток. Снейп сказал ученикам по очереди пробовать зелье. Как всегда, его первой жертвой стал Гарри. Он взглянул на зельевара с явной неприязнью и выпил то, что было в его пробирке. Зелье его не парализовало, но глаза мальчика со шрамом широко распахнулись от страха. Гермиона прошептала «Лигиллименс» и оказалась в его сознании, она не сомневалась, Снейп тоже мысленно был там. Гарри, Гермиона и Снейп смотрели на Волан-де-Морта, предупрждающего красивую рыжеволосую плачущую девушку, он кричал ей «отойди по-хорошему, не то с тобой будет то же, что и с твоим мужем!», а она загораживала собой детскую кроватку с маленьким ребенком и умоляла не трогать малыша, забрать его вместо него. Гарри из настоящего закричал, на его глазах заблестели капли слëз, он попытался рвануть на защиту матери, но был будто прикован к полу детской комнатки. Гермиона тоже заплакала. Зелье показывало человеку, который его выпил, его страх. Гермиона вспомнила боггарта, и Гарри, видимо, тоже подумал о нëм, он закричал «Реддикулус», но Лили всë также защищала маленького сына. — Ложь! Этого нет на самом деле! — кричал Поттер, а слезы все текли по его щекам. Гермиона покинула сознание друга и посмотрела на него. То, что недавно выкрикивал парень, слышали и другие, то что выражало его лицо в детской комнате, выражало и в кабинете зельеварения. Гермиона посмотрела на угрюмого профессора и тихо охнула: у вечно мрачного и безымоцианального профессора по щеке стекала слеза. Она перевела взгляд на сопротивляющегося друга, эмоции его захватывали, а он всë пытался вернуться в реальность. Внезапно для всех Поттер успокоился и осел на пол. Гермиона снова проникла в его разум, но больше не видела ужасной картины. Гарри смотрел на Снейпа и вспоминал их уроки оклюменции. У него немного получилось использовать еë и поверить в нереальность происходящего в его голове. Гарри отдышался и осмотрелся по сторонам, задержав свой взгляд на плачущей Гермионе. Потом Снейп сказал приступать к выполнению задания и остальным. Гермиона последняя выпила тёмное зелье. Она сосредоточилась, защищая разум и увидела своего «хозяина», он кричал ей: «Ты же помнишь, кому поклялась в верности?», Волан-де-Морт направил палочку на еë любимых людей: родителей и друзей, — они с ужасом и разочарованием в глазах просили Гермиону спасти их, но девочка отвернулась от них, закрыла глаза, а когда открыла видела однокурсников, продолживших курс зелий. Еë возвращение заметили Снейп и Гарри. Последний подошёл к ней: — Что ты видела? — спросил он. — Смерть родителей, — ложь Гермионы, она хорошо врëт ещё с первого курса, ей тогда пришлось выручать Гарри и Рона от наказания за нарушения правил. Кто бы мог подумать, что именно благодаря еë лжи у неë появятся хорошие друзья. Гермиона заметила как пристально на неë смотрит Северус Снейп. Она испугалась не на шутку, такому искуссному лигеллименту как Снейп очень легко было проникнуть в еë сознание, тем более когда Гермиона была сосредоточена на другом. В реальность вернулся Малфой, но Снейп даже не обратил на это внимания, всë также внимательно изучая лучшую ученицу на курсе. Она не удержалась и упала на пол, а дальше всë что она видела — исчезло.

***

Всегда после таких происшествий тот, кто является пострадавшим в таком происшествии оказывается в Больничном крыле. Этот раз оказался исключением. Как только Гермиона потеряла сознание, Снейп посадил её на ближайший стул и проник в воспоминания. Перед его глазами замелькали сцены из жизни девушки, он остановился на последней встречи Тёмного Лорда и Грейнджер. — «Так значит, это правда, — думал Северус, — что же заставило такую чистую душу стать приспешницей того, у кого нет нормальной души и человечности…?». Он хотел продолжить рассмотривание воспоминаний, но у него не вышло, девочка даже в бессознательном состоянии защищает разум. — «А она неплоха в оклюменции… Но не стоит еë перенапрягать.» Пока Снейп работал с воспоминаниями Гермионы Гарри и Драко смотрели и не смели подойти, хотя оба знали, что он делает. – Мистер Малфой, отнесите мисс Грейнджер в еë комнату, медицинское вмешательство сейчас только повредит ей, – наконец произнёс он и, заметив недовольный взгляд из под круглых очков (наверно, обладатель взгляда сам хотел отнести подругу и вовсе не доверял врагу с первого года обучения) несколько грубо добавил, – вы, Поттер, не сможете попасть в гостиную старост. Малфой направил палочку на Гермиону, расчитывая нести её с помощью магии, но его остановило возмущенное напоминание Поттера о том, что «нельзя применять на других учениках магию без присмотра преподователя, вслед за этим последовал короткий кивок от Снейпа. Слизеринец ухмыльнулся: Поттера ревность сожрет от его действий, он максимально аккуратно переложил Гермиону к себе на спину, поправил еë руки и ноги так, чтобы получилось будто девушка ими его обнимает со спины. Блондин не ошибся – Гарри поджал губы и отвернулся. Снейп пошел раздавать до сих пор не очнувшимся ученикам (никто кроме троих вышеупомянутых не справился с зельем) противоядие. Малфой пошëл в их с Грейнджер башню, идти далеко, но хорошо, что Гермиона была лёгкой. Единственной проблемой на пути оказался школьный полтергейст – маленький человечек Пивз. Увидев Малфоя, он тут же понесся на встречу растягивая слова: – Староста школы – прогульщик! – прокудахтал он. Потом заметил Грейнджер на его спине и развеселился ещё больше, – оба старосты школы – прогульщики! Малфой закатил глаза и пошëл дальше, он редко обращал внимание на слова Пивза. А зря. Полтергейст незаметно нащелкал несколько колдографий и исчез.

***

Малфой поднимался в обитель Грейнджер, аккуратно открыл дверь и зашëл внутрь. Ему сразу бросился в глаза единственный во всей комнате беспорядок. Спальня была идеально прибранна везде, кроме письменного стола, на нëм лежала книга и кучка исписанного пергамента. Драко бережно положил Гермиону на еë кровать и подошëл к столу. Взял несколько листов пергамента и просмотрел их. Там были и конспекты с уроков, и фрагменты с дополнительной информацией по учëбе, взятые из библиотечный книг, и недописанные письма – явно черновики, и схематично изображённый план последних этажей Хогвартса и его башен, в том числе Выручай-комната и кабинет Дамблдора. Это удивило Малфоя, зачем Грейнджер, а это явно еë пера дело, изобразила схему замка? На чертеже были нарисованы кресты в кабинете директора, в обычно тихих местах и на самых высоких башнях. У Драко мелькнула мысль, что в местах, помеченных крестами если что-то случится, будет незаметно остальным, а значит там можно... Тут его как током шибануло шоком. Он посмотрел на девушку, мирно лежащую в отключке. Что же она задумала..?

***

На следующее утро по всему Хогвартсу были развешаны колдографии, сделанные вчера Пивзом. Ученики со всех факультетов, особенные младшие, хихикали глядя на милые изображения Драко и Гермионы. А когда им на глаза попадался Малфой, то можно было услышать: «А меня не покатаешь? Или ты можешь так делать только с девчонками вроде Грейнджер». Гарри не знал как поступить. С одной стороны Малфой, задирающий многих на протяжении нескольких лет, это заслужил, но с другой это касалось и его подруги. После трансфигурации он уломал профессора и она согласилась впустить его в башню. По дороге туда неизвестно откуда взявшаяся Полумна Лавгуд тоже отправилась навестить Гермиону. Вот они молча сидят рядом с ней уже второй час, Гарри теребит кончик одеяло и смотрит на спящую подругу, а Луна смотрит на него. Гермиона наконец открывает глаза и, судя по еë лицу, недоумевает, почему она, Поттер и Лавгуд здесь. Они выдыхают с облегчением и улыбаются ей. – С добрым вечером, – тихо говорит Луна. – Ты в отключке со вчерашнего урока зелий, мы здесь сидим недолго, – опережая еë вопросы рассказывает Гарри. Он отходит от кровати за стаканом кувшином с водой, наливает еë и передаëт садящейся шатенке. – Гермиона, начиная с сегодняшнего утра про тебя и Драко Малфоя много сплетничают, – сказала Лавгуд как о спокойной погоде, а не о неожиданном шипе, а вот Грейнджер поперхнулась от этой новости, Поттер бросил упрекающий взгляд сероглазке, а та будто и не заметила. – Интересно, с чего это началось, – как-то отрешенно произнесла Гермиона, поставила стакан на тумбочку и направилась в ванную, захватив одежду. В ванной был Малфой. С растëгнутой рубашкой, обнажавшей красивый торс, и маленьким белым пушистым полотенцем на плече он умывался, волосы были чуть влажные от попавшей на них воды, на длинных ресницах блестели малюсенькие прозрачные капельки, совсем как пузырьки. Выглядел он охрененно-сексусльно. Парень повернулся к Гермионе, та немного покраснела. – Очнулась наконец, – тихо сказал он и вышел из ванной комнаты. Гермиона закрыла двери, разделась и зашла в душ. Открыла кран с прохладной водой и запрокинула голову, ожидая приятный холод, бросающий в дрожь. Наслажадаясь прекрасными ощущениями, девушка облакотилась на мраморную стену и вдруг резко отпрянула от неё – еë голову навестили самые непрошенные мысли: здесь до неë был тот самый Малфой, только обнаженный...

Черт, Гермиона, что у тебя за пошлые мысли?!

Закончив с процедурами и одевшись, девушка зашла в комнату, где еë ожидали Гарри и Полумна. Последняя заговорила: – А Джинни отбывает сейчас наказание у профессора Снейпа, она очень, мм..., бойко отстаивала твои права на пребывание в сознании после его уроков. – Оу, – только и вымолвила Гермиона. Ей было приятно, что рыжеволосая хотела заступиться за неë и она, опустив голову, наконец-то улыбнулась. Ребята спустились к Большому залу. Луна говорила чистую правду: только завидев Гермиону, все хихикали и прыскали, а когда она поравнялась со столом Слизерина, за которым сидел Малфой, послышался щелчок колдографа. Лавгуд хотела снизить у факультета этого парнишки очки, но Грейнджер покачала головой и уселась за свой стол, рядом с Дином Томасом. И тут же пожалела об этом: – Привет, популярноя девчонка, – сказали он, Джордж продолжил, – Гарри утверждает, что так получилось из-за Снейпа, а не по вашей воле, а ты что скажешь? – Что меня свидетелем назвать нельзя, – отрезала она, Дин изогнул бровь, но Гермиона демонстрационно закатила глаза и не продолжила объяснять. После ужина Гермиона пошла в библиотеку, надо взять материалы по пропущенным урокам, пока она открыта. Прям перед входом в «хранилище книг и знаний» стоял Малфой, кажется, он искал что-то на страницах библиотечного тома. Увидев приближающуюся Гермиону, он закрыл книгу и отступил от дверей, давая пройти. – Зачем ты это сделал? Тебе мало внимания? – Ну, только если от Поттера, привлекать внимание всей школы я не собирался, но, спасибо Пивзу, нам есть за что снимать очки. – Мне не нравится сложившееся о нас мнение окружающих и моя подпортившаяся репутация. – Поверь, меня тоже этое особо привлекает. Но я никак не повлияю на мысли учеников. Лучше успокойся и не обращай на разговоры за спиной внимание, прям как раньше. – Здесь другое. Фотографии! – Гермиона уже чуть ли ни кричала. – Ты сама-то их видела? – хмыкнул Малфой. – Нет, а вот другие видели! – казалось, что аргументы у неё не заканчиваются. – Фотографии уже устранены, успокаивайся и прекращай заставлять меня испытывать лишние эмоции. Он ушёл, оставив Гермиону одну.