Катюша..

Антон просто ждал ее действий, в темноте было плохо видно. Катя прикоснулась рукой к бедру Антона, после чего подползла поближе, и снова поцеловала в губы. Она села на его колени, обнимая Антона за шею. Он мог поклясться что когда целовал ее, чувствовал что будто ест клубнику.. настолько сладкими и замечательными были ее мягкие губы. Ее поцелуи вкуса счастья. Ее страсть и энергия передаются всем вокруг, с ней рядом он чувствовал, что мог достичь любых высот. Петров обнимал ее за талию, но его руки невольно начали опускаться вниз, прямиком до бедер девочки, на что Смирнова конечно же сразу отреагировала. —Петров! Какой раз я уже убеждаюсь, что ты извращуга- Закатив изумрудные глазки прошипела Катя. Она улыбалась, да и было видно что она вовсе не была против, но Антон подумал что ей это не нравится. —Извини- Почесав свой затылок, виновато пробормотал Антон, который все еще был одурманен поцелуем. Катя лишь хихикнула, чмокнув Тошу в щечку. Она уже засыпала, ее движения становились все медленнее, она еле-еле держала глазки открытыми. —Кать, поспи чуточек.. ты очень уставшая- Заботливо и нежно прошептал Антон девочке, которая лишь кивнула в ответ, и плюхнулась на подушку. Антон заметил то, как она любит гладить и поправлять свои волосы. Пока она лежала и засыпала, мальчишка гладил ее косичку и голову. Не прошло и несколько минут, как она уже спала как спящая красавица, свернувшись в позе эмбриона как кошечка. В темноте он еле ощутил тумбочку, и взял очки, хоть это особо и не помогло. Везде было темно, и на улице и в комнате, но спать почему то совершенно не хотелось.. Антон заметил что окно широко открыто, поэтому чтобы Смирнова не простудилась закрыл плотно окно. Он посмотрел на ее рабочий стол, обычно все вещи лежат по полочкам, на своих местах, все прибрано и все убрано, но на этот раз там лежал открытый, розовый дневник. Антон попытался перебороть свое любопытство, и просто лечь рядом с Катей, но он опять не смог. Его ноги будто бы сами подошли к дневнику, а руки сами взяли дневник. Он смотрел на невероятно красивый, аккуратный почерк, будто бы это писала не школьница - а какая то писательница. Он сразу же представил у себя в голове то, как она сидит за столом и аккуратно что-то там пишет, изредка поглядывая краешком глаз в окно. Теперь он точно хотел все прочитать, что в итоге и сделал. Усевшись за рабочим столом, он включил яркую лампочку и принялся читать то, что она писала. Он вспомнил как именно в этом дневнике она что-то писала, когда они гуляли с Ромкой, Бяшей и Полиной. Стало еще интереснее, мурашки пробежались по телу заставляя каждый волосок подняться дыбом. И вот теперь он наконец таки принялся читать, позабыв обо всем на свете. "Ох, дорогой дневник. И снова я, как дура смотрю на этого мальчишку под именем Антон. Он меня раздражает, иногда я не хочу его видеть, но он как кислород мне необходим. И снова я пишу ему любовные письма, которые никогда не покажу, не осмелюсь ему показать. И снова я думаю о нем, перед тем как ложиться спать в тёплую кроватку, в этой кровати только не хватает его объятий. Мне так холодно без тебя, будто я нахожусь одна, в холодной тайге. Так пусто в комнате без твоего присутствия. И я ненавижу постель и комнату, когда тебя нет рядом. Не могу сказать, что я ненавижу весь мир, потому что в нем есть много чего доброго и светлого. Но ты — дороже всех и всего. Дороже. И я не знаю, знаешь ли ты об этом, и чувствуешь ли ты то же самое ко мне. . Я не могу не плакать." Петров читал это на одном дыхании, он сам не заметил как слезы начали капать на его колени. Пытаясь собраться с мыслями, он пролистал на следующую страницу, вновь погрузившись в дневник. "Я не знаю, зачем я это пишу, наверное, мне просто не хватает смелости сказать тебе это напрямую. Но понимаю, скрывать дальше нельзя. Я со слезами на глазах вспоминаю то, как я каждый день подслушивала твой разговор с Полиной, дабы больше о тебе узнать. Как я записывала каждую новую информацию которую узнала о тебе, как я представляла тебя перед своими глазами, когда я плачу. Протяни мне руку помощи, заботы и ласки, пожалуйста. Лишь от тебя я больше всех этого хочу, стань же моим героем. Особенно мне нравится то, как у тебя сразу же розовеют щеки, прямо как у меня." Тут уже Антон не сдержался, слезы шли ручьём из его глаз, пока он пытался их остановить. Ему было больше всего обидно за то, что он только щас решил сблизиться с ней. Он ведь даже не подозревал что она писала о нем каждую ночь, а особенно его сердце разбивалось в дребезги когда он смотрел на уже высохшие слезы, которые капали на страницу пока она это писала. —Чеерт..- Сквозь стиснутые зубы прошептал Петров, держась за волосы. Он встал на ноги, положил дневник уже в закрытом виде обратно на стол, и лег к Кате покрепче обняв ее. Он хотел вечно вдыхать ее аромат, укутаться в ее волосах, или просто крепче обнимать ее талию. "Особенно мне нравится то, как у тебя сразу же розовеют щеки, прямо как у меня." Вспоминал он последние слова которые она написала, прежде чем положить дневник обратно и лечь к ней. —Катюша..- Прошептал он, накрывая ее пушистым одеялом. Он навсегда запомнит это, и всегда будет вспоминать это со слезами на глазах.