Две последние или новые сигареты

Звёзды сегодня были особенно хорошо видны. На небе совсем не было облаков и где-то в далеке ярко светила луна. На часах была почти полночь, когда Влад решил последний раз прогуляться по скверу Санкт-Петербурга. Он сидел на лавке, которую окружали молодые березы, а шум их листьев из-за ветра придавал некую ночную жизнь в пустом темном парке. Сегодня должно что-то случится, что-то грустное, трагичное, но даже в этом есть капля романтики, ведь так? Ночь, тишина и лишь слышно, как вдали редко проезжают машины, иногда где-то с ветки на ветку перелетают птицы и есть лишь маленькое пространство, которое освещает одинокий тусклый фонарь, что одаряет улицу слабым жёлтым оттенком. Последний день, последняя ночь, последняя сигарета… Все идеально и, кажется, эту идиллию ничем нельзя испортить. Все тело расслаблено, а звёзды так и кружатся в каком-то своем танце. У них своя идиллия. Пепел медленно осыпался на асфальт, а в воздух из лёгких вышел табачный дым, что быстро растворился в немного прохладном ветерке, оставив за собой лишь расслабленного человека, который наблюдал за ночным небом и был погружен в свои довольно мрачные мысли. — Есть вторая? Все звуки будто разом стихли и остался только тот, что донёсся откуда-то слева из тьмы. — Да, — Коноплев приподнял голову со спинки скамейки, сунул руку в карман лёгкой куртки, достав пачку сигарет, а после саму сигарету. Вместе с пачкой в руке ещё была зажигалка, которую Влад предложил, показав ее и посмотрев на человека. — Нет, спасибо, — мужчина в черной кожаной куртке аккуратно принял сигарету, а после зажал ее между губ и, чиркнув колёсико своей зажигалки, подпалил ее. Клубок вышедшего дыма быстро исчез во мраке, оставив после себя лишь запах. — Константин, — Плотников протянул правую руку для рукопожатия. — Влад, — ладонь мужчины напротив была довольно теплой и это вызывало контраст между ней и прохладным ветром. — Бессонница? — Вроде того, — Бессонница действительно в последнее время была просто невыносимой. Лекарства, прописанные врачом почти не помогали, а будто ухудшали ситуацию. Кошмары преследовали его и с каждым днём они становились все сильнее и реальнее. По телу Влада прошёлся рой мурашек то ли от прохлады, то ли от воспоминаний мерзких, жутких снов. Такая компания не казалась пугающей, отталкивающей или просто раздражительной. Скорее было даже приятно и загадочно вот так сидеть под светом фонаря, рассматривая в далике мерцающие огоньки от фар машин или баннеров с рекламой. — Ты никогда не думал о том, что можно вот так просто исчезнуть и ничего после этого в жизни людей не изменится? — Плотников поправил длинные волосы движением руки, — Что ты — песчинка в пустыне, которой до тебя нет абсолютно никакого дела? То есть я имею в виду, что все мы лишь шестеренки и только. — Он затянулся и выпустил в сторону дым, — Убрав одну ничего не изменится. Да, в крайнем случае, может поменяться работа механизма, но со временем и он привыкнет к этому процессу. — Каждый день, — мужчина едва пожал плечами, сделал последнюю затяжку и выкинул остаток сигареты в рядом стоящий мусорный бак. — Эта жизненная рутина, что съедает изнутри, понимаешь? — Костя посмотрел на Влада, а тот лишь кивнул и этого хватило, — Каждый день ты просыпаешься, умываешься, завтракаешь, делаешь свои рабочие обязонности и идёшь домой, чтобы что? Правильно, опять лечь спать. — Плотников посмотрел на небо и медленно выдохнул дым, — Эта рутина бесконечна. — Не думаю, что мы можем что-то изменить, — Коноплев вновь откинулся на спинку лавки, разглядывая поле звёзд, что живет своей жизнью. Другая вторая сигарета полетела в мусорный бак, а после мужчина приземлился рядом с Владом, не заботясь о том, что может нарушать личное пространство. — Мы только можем ставить разного цвета пятна на холсте и тогда из этого может что-то получиться, — Плотников также облокотился на спинку, — Но, что если за нас поставили столько этих пятен, что места больше нет? — Где-то вдалеке проехала машина скорой помощи с включенной сиреной, но им нет до этого дела. Все лишь винтики. — Купить новый холст? — Влад улыбнулся от чего появились ямочки на щеках. — Или найти пространство среди чужих пятен, — Костя пожал плечами, — довольно сложно, но выполнимо. Ночью город ощущается по другому. Словно появляется свобода из-за малого количества людей на улице. Вывески и уличные фонари переливаются разными цветами, создавая эффект уюта, даже в холодный мороз. Все-таки ночью присутствует особая романтика. Ее нельзя передать словами, ее нужно чувствовать. В каждом шорохе листочка, в каждом шуме шин транспорта, проезжающего по ровному асфальту. Все это ощущается совсем иначе, чем утром. — Почему именно сегодня? — Влад повернулся лицом к человеку, что сидел рядом. Слабый ветер игрался с едва кудрявыми волосами, а красивый профиль приобрёл благодаря освещению блеклый теплый цвет, опадавший тенью на лицо. — День поганый, — Костя сложил руки на груди, тяжело выдохнув. — Надеялся скрасить его, прогулявшись. — И как? — Довольно неплохо. Даже задумался о том, чтобы купить новый холст, — На лице появилась маленькая улыбка. Может это было странно, а может не зря. Коноплев не знал точно. Вообще сложно трезво рассуждать о чем-то ночью. Все мысли и выводы сделанные в темное время суток на утро кажутся бредовыми и полностью абсурдными. Два человека сидели в пустом сквере на скамейке и смотрели на спокойствие звёзд. И не важно, что где-то в далеке уже ехала пожарная машина с включенной, мигающей сиреной.