Исцеление душ

Домодедово. S7 1145 Москва — Челябинск Аэропорт в Челябинске встретил музыканта метелью и сильными морозами. Купленная в Москве куртка оказалась совершенно бесполезной в таких условиях. Пассажиры в зимней полутьме не обращали внимания на растерянного иностранца, стоявшего у выхода из аэропорта. Энтони не знал, куда идти дальше, но вскоре к нему подошел молодой парень с табличкой «Э. Кедис. США – Москва – Челябинск». Фамилию написали с ошибками, что вызвало у Энтони улыбку. Парень проводил музыканта к автобусу и на неплохом английском объяснил, как добраться до вокзала и сесть на автобус, который отвезет группу туристов на Тургояк. После перелета из Москвы в Челябинск Кидис чувствовал себя очень уставшим и, едва сев в автобус, сразу уснул. Тургояк. База отдыха «Х» Автобус остановился у небольших деревянных домиков, которые выглядели очень уютно и мило. Энтони выбрал одноместный номер с видом на озеро. Однако, когда вечером он выглянул в окно, то был немного разочарован, так как к этому времени уже стемнело. Но утром он проснулся от странного чувства, которое заставило его бежать, радоваться и кричать от счастья. Не понимая, что происходит, Энтони выглянул в окно и застыл в изумлении. Перед ним открылось невероятное зрелище: огромное белое озеро, окруженное величественными соснами, чистое голубое небо и яркое солнце. Все это создавало атмосферу зимнего праздника и наполняло воздух свежестью и чистотой. Долгожданная тишина и спокойствие окутали его. Энтони только сейчас заметил, что спал он не раздеваясь: вероятно не было сил раздеться. Горничная с улыбкой накрыла на стол и получив щедрые чаевые смутилась: - Сэр, здесь так много давать не принято. Спасибо огромное. Приятного аппетита. - Постой, как тебя зовут? – Спросил Кидис, очарованный ее голосом и прекрасным английским. - Настя. Вообще-то, сэр, у нас не принято разговаривать с постояльцами на личные темы. - Прости. Я не хотел обидеть тебя. Ты здешняя? - Да, я живу в городе, сюда езжу на служебном транспорте. - Понимаешь, я совсем не знаю этих мест. Ты мне не посоветуешь, куда можно сходить, что посмотреть? - Ну, много чего. Можно сходить на остров Веры, прямо по озеру, на Заозерный хребет, съездить на Таганай, в городе посетить музей. - Что же, спасибо, - улыбнулся мужчина, - не буду тебя больше задерживать. - Приятного отдыха, сэр! – Настя с улыбкой удалилась. Энтони остался один. Озеро манило его своей красотой и спокойствием. Музыкант поспешно оделся и вышел на улицу. Немногочисленные отдыхающие не обращали на него внимания, и это очень радовало певца. Он мечтал об этом моменте. Немного робея, Энтони ступил на лед. Кто-то расчистил небольшой участок от снега, и получился небольшой каток. Кидиса осенило: вот что значит быть самим собой - нужно учиться чему-то новому и познавать не только мир вокруг, но и себя и свои возможности. Оглядевшись, Энтони увидел небольшой домик, из которого люди выходили с коньками в руках. За стойкой была Настя. Она, улыбаясь, выдавала коньки отдыхающим. Мужчина подошел к стойке, и девушка узнала утреннего гостя. Она улыбнулась: - Привет. Что тебе нужно? - Коньки. Хочу попробовать покататься. - А ты умеешь? - со смехом спросила Настя и тряхнула головой. Ее рыжие кудри взметнулись ярким пламенем. - Ну, конечно... Не умею.... Но я хочу научиться. - О, господи, - уже на русском воскликнула девушка. - Свет, замени меня. Тут одному гостю нужен переводчик с английского. Из подсобки вышла круглолицая черноволосая девушка с длинной черной косой и карими глазами. Она шепнула Насте: - Ой, Настя! Я его где-то видела. Он американец? - Да, приехал вчера вечером. Посмотри на него. Куртка тоненькая, у нас в такой в мае холодно, а тут февраль. Может быть, ты отпросишь меня у папы, я хоть город ему покажу... - Конечно! - Света с завистью взглянула на Энтони. - Своди его в магазин. А то простудится, окочурится, потом мы перед ним отвечать будем. Света набрала номер отца, о чем-то долго с ним разговаривала, а вернувшись, сказала: - Папа очень доволен, что ты занимаешься иностранцем. Из всех нас ты одна училась на переводчика. Он говорит, что странно, что ты все еще работаешь горничной и в прокате. Он подумает о должности администратора и экскурсовода для тебя. Хватит уже зассанки чужие убирать! - Ой, Светка! - Настя горячо обняла подругу и подошла к Энтони, который с интересом наблюдал за ними. - Ну что? Выдашь мне коньки? - лукаво прищурился мужчина. - Лучше! С этого дня у тебя есть персональный гид по нашим местам! Знакомься! Это я! Энтони почувствовал, как у него подкашиваются ноги от волнения. Девушка ему очень нравилась. - Лучше и придумать нельзя. Какие планы на сегодня? - Для начала я выдам тебе коньки и научу кататься! Эй, пойдем на лавочку! Свеет! Дай мне тоже коньки! Надо это горе луковое кататься научить! – озорно крикнула Настя. -Горье луковое? Что это? – заинтересовался Кидис. Девушка смутилась, но потом рассмеялась и объяснила: - Ну, у нас так называют человека, от которого постоянно отворачивается судьба. Всё у него не как у людей, хотя, казалось бы, живёт он как все, ничем особенным не выделяется. Про таких ещё говорят: «На нашего Ванюшку – все камушки». Только не обижайся! - На что? Это так и есть. Ты не представляешь, насколько ты права. На меня столько камушков, камней, булыжников свалилось, что они меня совсем завалили. У меня все не как у обычных людей. Там в Мичигане у меня есть все, но счастья это все не приносит… Так что в точку. Настя стояла, наклонив голову набок, слушала исповедь мужчины, которого она видит впервые. Чем-то он напоминал ей индейца из старых вестернов, а чем-то напоминал кого-то из артистов, но кого, она так и не могла вспомнить. Наконец, коньки были зашнурованы и Настя помогла Энтони выйти на лед озера. Все оказалось куда печальнее, чем предполагала Настя. Ее подопечный не мог и шагу сделать без ее поддержки, ноги разъезжались, а после неудачных попыток восстановить равновесие, мужчина и вовсе рухнул на лед. - Вот видишь, горье луковое – это про меня. – Кидис потер ушибленный бок. - Ну, вставай. Расселся! – Настя грозно сдвинула брови и погрозила «ученику» пальцем. Мужчина послушно попытался встать, но и эта попытка не удалась, он упал на спину, потянув на себя Настю. Оказавшись лицом к лицу с мужчиной, Настя покраснела и поскорее села рядом. - Прости, я не ушибла тебя? – Настя взволнованно провела ладонью по его голове. У музыканта медленно начало сносить крышу. Он еле сдерживался. Взяв руку Насти в свою, он аккуратно убрал ее от греха подальше. Девушка вздрогнула. Энтони вздохнул. При падении из кармана куртки выпала фотография. Настя осторожно подняла ее и протянула мужчине. - Откуда у тебя это фото? – удивленно спросила она. Заметив замешательство девушки, Энтони растерялся. - Я летел сюда из Гранд Рапидс, рядом никого не было, кроме семьи с двумя детьми, священника с библией. Я спал, а это прелестное создание прикатило ко мне свой мячик, мы с ней долго разговаривали, а потом сфотографировались на память. - А девочку случайно зовут не Анжелика? - Да, а ты откуда знаешь? - Дело в том, что эти люди – мои родственники. Они живут в Детройте. К сожалению мы утратили с ними связь. Я знаю, что у Алекса и Мэдлин (это жена моего брата) есть сын, затем родилась девочка Анжелика, а потом связь пропала. Мэдлин не хочет, чтобы Алекс общался с нами. Три года назад она оборвала с нами всю связь. А ведь там мои племянники… - Настя горестно вздохнула. – Моя мама и папа искали их через посольство США. И так и не нашли. Потом они поехали кататься в горы, на Кавказ и их накрыло лавиной. Их нашли только полтора года назад, летом. Теперь кроме Светки у меня теперь нет никого. Алекс не знает, что мамы и папы нет… - предательская слезинка выкатилась из глаз Насти. Повинуясь порыву, Энтони аккуратно стер капельку краешком своего шарфа. - Я не знал. Прости. - Пустяки. Слушай! – Настя шмыгнула носом. – А как тебя зовут? Я даже имя твое не спросила… - Для тебя просто Тони, а для остальных Энтони, – прошептал музыкант. Что-то его настораживало в нем самом. Наконец он понял, что с ним происходит. Он безнадежно влюбился в Настю. - Что-то я заговорилась, – девушка смахнула слезинки, улыбнулась и подала руку мужчине, до сих пор сидящему на льду. – Вставай. Урок не закончился! Энтони улыбнулся и встал на ноги. Теперь он полностью контролировал не только ноги, но и свои мысли и чувства. Он понимал, что его обычная напористость в данной ситуации - самый страшный враг. Да и Настя не была дешевкой из кабака напротив его дома в Мичигане. Было в ней что-то манящее и запретное одновременно. Зеленоглазая, с веснушками на лице, с толстенной рыжей косой и звонким смехом, она походила на фею из ирландских сказок. А все феи могут исчезнуть от неосторожного прикосновения. Во всяком случае, так было в сказках, которые Тони читал в детстве. Перец решительно оттолкнулся и вдруг почувствовал, что едет. За ним со смехом, рассекая лед коньками, бежала Настя. Ветер, холод и скорость! А рядом сверкал рыжий огонь и от этого мужчине становилось тепло и спокойно. В номер музыкант вернулся абсолютно счастливым человеком. Вечером он заказал междугородний разговор и набрал номер Флеа. - Приветствую тебя с просторов Российской Федерации. - Энтони? Ты? Парни! Наш отдыхающий звонит! Ну, и как? Решил вопрос с площадкой для выступления? - Да. Более того. По рекомендации менеджера я уехал подальше от Москвы. И знаете что, парни! Я так счастлив! - Мужчина! Вы куда дели нашего вечно недовольного одногруппника? – притворно запаниковал Джон. - Хорош фигней страдать, парни! Самое клевое – я научился кататься на коньках! - Клево! – Флеа в восхищении замер: их идея с отпуском фронтмена было весьма успешной. – И что, когда на Олимпиаду? У тебя одиночное или парное катание? - Парное! – выдохнул солист. - Оу! Тренер, заплывший жиром, пропахший Беломором и водкой, русский мужик? – язвительно заметил Джон. - Нет. Это девушка. Рыжая, красивая, и какая коса у нее! Парни! Я ничего подобного у нас не видел! - Оу-оу, наш Тони втюрился! – Флеа присвистнул. Обычно про своих партнёрш Кидис либо молчал, либо высмеивал, передразнивая их походку, попытку раскрутить Перца на еще один страстный секс когда-нибудь еще. А здесь не было ни намека на высмеивание или негодование. Мужчина рассказывал про Настю так, как будто она была смыслом всей его жизни. - Парни! Мы его теряем! Разряд! – Джон провел по грифу вверх вниз, изображая сирену скорой помощи, а Флеа разразился неистовым рифом. - Короче, хватит. Парни. Мне очень нужна ваша помощь. Помните, вы мне покупали билет на самолет до Нью Йорка? - Ну! – Флеа посерьезнел. - На нем летела семья из пяти человек. Отец семейства Алекс, его жена Мэдлин, сын Стивен и дочка Анжелика. Имя бабушки не могу сказать. Мне нужен адрес и телефон этой семьи. Срочно! У нас же есть знакомые в полиции Детройта? - Так, бро, что это еще за маниакальные преследования граждан США? – Флеа насторожился. - Понимаешь, я не могу тебе сказать сейчас. Позвони Стоуну, он должен помочь. Все, парни, у меня заканчивается время. Сделайте это для меня. Это важно. - Энтони, мы все сделаем. Но нам нужны объяснения. - Флеа, все завтра – и Энтони повесил трубку. Джон и Флеа переглянулись. - Как ты думаешь, это очередное увлечение быстро пройдет? Джон почесал в затылке: - Думаю, что на этот раз наш малыш Тони влип по самые уши. Теряюсь в догадках, для чего ему понадобилась эта семья. - Видимо, эти поиски как-то связаны с новой пассией Тони. – Флеа еще не догадывался, что абсолютно прав. Он открыл записную книжку и нашел номер одноклассника, работавшего в полиции Детройта.