Звёзды и шрамы

Несколько дней Чимин ещё надеется. Но вскоре становится совершенно ясно, — Хосок его не помнит. Хотя, есть, конечно, мизерный шанс, что помнит, но делает вид, что не помнит. Однако отчего-то Паку кажется, что это не так, что Хосок не стал бы так поступать. А если и так, то значит, что тот случай ничего не значил для него и он хочет стереть его из памяти и не вспоминать. Работа Чимину нравится. Он выполняет самые разные поручения. Его то просят что-то распечатать, то сделать копии, то отнести документы в другой департамент, то заказать канцелярию или другие расходники. Иногда нужно куда-то позвонить или сходить на почту, иногда нужно присутствовать на совещании и записывать, а, точнее, вносить в планшет босса его краткий план и основные решения. В отделе все старше него. После него по возрасту идёт Намджун, ему 23. Потом Хосок, — вскоре выяснилось, что она три года старше Чимина. Сокджину и Чонгуку по 26, Юнги — 27. Сколько лет Тэхёну Чимин пока не знает, но как-то слышал, как Юнги назвал его «хён», правда, тут же исправился на более формальное обращение. К Чимину в отделе все относятся хорошо. Во всяком случае, все приветливы и вежливы с ним, никто не давит, не кричит. Если Пак не знает чего-то, как новенький, все спокойно объясняют и учат его. Иногда Юнги может быть слегка язвительным, но это просто его манера общения. Он со всеми так. Особенно от него достаётся Хосоку. Мин подтрунивает над тем, что тот страдает. Отчего точно страдает Хосок, Чимин не знает, лишь по обрывкам фраз он догадывается, что у Хосока какой-то несчастливый роман или что он влюблён в кого-то без взаимности. Чимину хотелось бы знать, но никто не спешит ему рассказывать, а самому спрашивать неловко. На Хосока Чимин смотрит украдкой. Кажется, он совсем не изменился с того дня на берегу моря. Только одежда другая да цвет волос. Теперь Хосок ярко-рыжий. Чимин замечает за собой, что невольно выделяет Чона среди остальных. Он ждёт его прихода, — бывают дни когда Хосок работает из дома; Чимин всегда мысленно вытягивается в струнку, когда Хосок к нему обращается, и волнуется, если самому нужно подойти к нему по работе. Значит ли это, что Чимин влюблён? Он не знает. Ничего похожего он никого раньше не испытывал. Встретив Хосока снова, он чаще вспоминает про тот поцелуй в Пусане, и испытывает странные ощущения. Иногда это волнение, а иногда… В общем, иногда эти воспоминания заканчиваются сеансом дрочки в душе или под одеялом. Предпринимать что-то Чимин не спешит. Да и что он может? По всей видимости, сердце Хосока кем-то занято.

***

Хосок Чимина, действительно, не помнит. Когда парень приходит к ним в отдел, у Хосока возникает мгновенное дежавю, но он не придаёт этому какое-то особое значение. Ему кажется, что он где-то видел Чимина раньше, но после того, как Чон поднапрягает память, но так ничего и не вспоминает, он решает, что ему просто показалось. Чон слишком занят мыслями и эмоциями связанными с Джинсо, а потому на ассистента особого внимания не обращает. Не больше, чем на всех остальных коллег. В компании есть хорошая столовая и, когда наступает время обеда, Чимин обычно питается там. Для работников компании по электронным пропускам полагается солидная скидка и поэтому комплексный обед обходится почти бесплатно. Пака вполне устраивает есть в одиночестве, но как-то к нему подсаживается Намджун со своим подносом, предварительно спросив, не против ли Чимин его компании. Чимин не против. Намджун ему симпатичен. Он кажется абсолютно безопасным и комфортным человеком. К тому же, по возрасту он лишь на год старше, а, следовательно, логично, что они должны подружиться. В Корее все эти заморочки с возрастом имеют значение. — Где ты работал раньше? — спрашивает Намджун, улыбаясь, являя милые ямочки на щеках. Чимин рассказывает. Про seven/eleven, про работу бариста и про то, что параллельно учится на ветеринара. — О, ветеринаром значит будешь? — воодушевляется Намджун, — Классно! У меня тётя — ветеринар. И я тоже люблю животных. У меня собака есть. Намджун лезет в карман за телефоном, находит фото в галерее и показывает Чимину фото симпатичного белого пса. — У меня тоже была собака, — говорит Чимин, — овчарка. Она уже была в нашей семье, когда я родился, а когда я был маленьким, это был уже старый пёс. Я бы хотел завести кошку, но пока живу с родителями, это нереально. У мамы аллергия на кошек. — Я тоже живу с родителями, — вздыхает Намджун, — своё жильё пока неподъёмно купить, а снимать дорого. С моей зарплатой не особенно разбежишься. Ким грустнеет, и Чимин понимает, тут что-то своё, что-то утаиваемое в глубине души. — Я люблю родителей, — продолжает Намджун, — мы отлично ладим, и у меня есть отдельная комната. Но при таком раскладе личную жизнь не завести. То есть, как бы …ну ты понимаешь. Пак кивает головой, мол, понимаю. — На свидания ходить это, конечно, не мешает, но многие, узнав, что я живу с родителями, не показывают особого воодушевления, — Намджун заворачивает рис с бобовой пастой в лист периллы и ловко отправляет в рот, — А что поделать? Жильё очень дорогое, и даже статистика говорит о том, что большое количество молодых людей в Корее живут с родителями, чуть ли не до 30 лет. И по причине дороговизны жилья не могут завести свои собственные семьи. Видимо, эта тема для Намджуна болезненная, потому что его лицо, что только что было озарено улыбкой, омрачается. Чимин о чём-то таком пока не задумывался и статистики не знал, но всё это похоже на правду. Жильё в Корее, особенно в Сеуле, очень даже недешёвое. — А у тебя есть девушка? — внезапно меняет тему Ким, —. парень? Чимин удивляется, но отвечает: — Нет, у меня никого нет. — Ты ещё молод. — Я лишь на год тебя младше, — замечает Чимин, — мне в сентябре будет 22. — О, у тебя тоже в сентябре день рождения? — снова оживляется Намджун, — У меня двенадцатого, а у тебя? — Тринадцатого, — отвечает Чимин. — Надо же! Ровно год и день нас разделяет, значит. Точнее, год без одного дня. Кстати, у Чонгука-хёна десятого. Сразу три Девы в отделе, — забавное совпадение. Чимин кивает головой, соглашаясь, и берёт кусочек мяса палочками. Чимин про астрологию почти не знает, знает лишь, что родился под знаком Девы, в год Змеи. — У нас, кстати, принято отмечать дни рождения, — информирует Чимина Намджун, — Как правило, идём куда-нибудь выпить. Всё оплачивает Тэхён щи. Ближайший день рождения получается у Хосоки-хёна. У него в июле. Чимин снова кивает. Он почему-то вспоминает, что их поцелуй с Хосоком тоже случился в июле. Быть может, тогда Чон напился на свой день рождения? — Как ты относишься к рок-музыке? — снова меняет тему Намджун. — Мне нравится, я слушаю почти всё. И западный рок, и азиатский. — Меня пригласили на клубный концерт THE ROSE, — говорит старший, — Дали два пригласительных. Бесплатно. Хочешь пойти со мной? В следующую пятницу. Чимин оживляется, ему нравится эта группа. У него много их песен в плейлисте в Спотифай. — С удовольствием, спасибо, — отвечает он Намджуну.

***

Если вы вдруг думаете, что Хосоку нравится страдать, то вы ошибаетесь. Знаете, бывает такой тип людей, который наслаждается своими страданиями и даже получает от этого некоторую выгоду. Многие творческие люди делают это намеренно, чтобы через страдание получить путь к вдохновению. Заметили, мало кто любит и поёт песни о счастливой любви, мало кто любит читать и писать о ровных гармоничных отношениях? Да и фильмы, где много «мяса» и крови, ужасов или психологических страданий пользуются большим спросом и успехом. Хосок, который всё ещё иногда пишет стихи и прозу, страдать не любит. Но, к сожалению, приходится. Поиск настоящей любви постоянно заводит его не туда. И поскольку он искренен в своих эмоциональных проявлениях и привязывается к людям, стоит им показать ему хоть немного внимания и интереса, Чон часто попадает в самый эпицентр душевной боли. Как и в истории с Ким Джинсо. Как-то раз он собирает всю волю в кулак и рвёт с любовником. Но его захватывает такая боль от разлуки, такое горе, что стоит Джинсо прийти к нему с букетом роз, как Хосок принимает его снова. Они трахаются на столе в кухне, и Хосок, хоть и убеждает себя, что это настоящая любовь и страсть, в душе понимает, что это не так. А ещё он понимает, что ничего не изменится. Что он так и будет для этого человека просто любовником, к которому он приходит поебаться и отвлечься от семейной жизни. Пару недель у них всё хорошо, а потом начинается снова. Джинсо отменяет их встречу, говоря, что у его сына день рождения, потом заболевает его жена, и Джинсо вынужден за ней ухаживать. У него даже хватает наглости прислать Хосоку инструкцию к лекарству для супруги с просьбой перевести её. «Ты же знаешь английский». И Хосок переводит. Потому что вроде как его попросили и вроде как несчастная больная тут не при чём. Но потом он горько рыдает в подушку в своей кровати и в сотый раз говорит себе, что это не любовь, а зависимость, и что ему следует разорвать эту связь и не поддаваться ни на какие увещевания Джинсо в будущем. Если вы когда-нибудь (надеюсь, что нет) бывали в подобной ситуации, то вы можете знать, что не так-то просто выйти из отношений такого рода. На это требуется недюжинная сила воли и сила характера, которых, очевидно, у Хосока не было. Умом Хосок всё понимал. Он понимал, что завяз в отношениях, что разрушают его изнутри. Но сердце его никак не могло отпустить Ким Джинсо, который не был его достоин. Единственным человеком, с которым он это мог обсудить, был Чонгук. Чонгук его никогда не осуждал. Он выслушивал, наливал ему соджу, подавал салфетки, если Хосок начинал плакать. Обнимал его и иногда оставался ночевать у младшего, чтобы тому не было одиноко. С подачи Чонгука Хосок всё-таки пошёл к психологу, но ему не повезло, тот оказался то ли дилетантом, то ли шарлатаном. На какое-то время желание обращаться к психологам это у Хосока отбило. Но вся эта ситуация измучила его, — не только морально, но и физически. Он похудел, плохо спал и иногда мог пропустить приём пищи, потому что ему казалось, что из-за стресса кусок буквально не лезет в горло. Его почти невозможно было вытащить из дома, он ходил лишь на работу, а на каждый телефонный звонок он вздрагивал, словно ожидал какой-то беды. Чимин, хоть и не знал всех подробностей, Хосоку сочувствовал. Ему было жаль, что у того появились серые тени под глазами, что его сами глаза будто стали тусклыми, что даже если старший и улыбается, то это вымученная, грустная улыбка. Казалось, Чон медленно превращается в тень самого себя, и Чимин очень хотел бы ему помочь, но совсем не знал, как. А посоветоваться ему было не с кем. Хосок всё чаще укутывался в жёлтую толстовку и засыпал в ней или просто лежал, глядя в потолок. Ему казалось, что даже и она уже не приносит ему ни капельки облегчения и чувства душевного комфорта.