Страж Локи

Эго произвел хорошее впечатление на всех Стражей. Мантис же казалась для всех просто до неприличия странной. Особенно она не понравилась Ракете — она подумала, что он милый щеночек, а Дракс разыграл ее, сказав, что его можно погладить. Уже стало темнеть, и Эго предложил отправиться к нему в гости. Охранять Небулу и чинить корабль остались Ракета, Грут и Космо. — Ты только к ней не подходи, малыш. — предупредила Гамора Грута. — Уж я-то хорошо знаю, на что она способна. — Ich bin Groot! — пропищал Грут. — Чееее? — удивился Ракета. — Я есть Грут! — Так, это ты его этому научил? — обратился Ракета к Локи. — Да. — улыбнулся Локи. — Надо же было как-то скоротать время, когда есть такая возможность. — И ты научил его всем языкам? — удивился Питер. — Сам-то их откуда знаешь? — Асгардцы умеют говорить на всех языках девяти миров. — не без высокомерия ответил Локи. — А Грут, — бог хитрости снисходительно улыбнулся. — за три года пока что освоил… Целых два языка. — Yo soy Groot! — Ты, это, больше так не делай. — покачал головой Ракета. — Это же… Слишком личное. — А что такое? — посмеялся Локи. — Пусть хоть как-то развивается. — Я есть Грут? — Грут подбежал к Локи и посмотрел на него огромными круглыми, полными надежды глазами. — Обязательно научу, когда вернемся. — Пижон. — проворчал Ракета, когда Питер, Гамора, Локи и Дракс вошли на космическое судно Эго. — Бывайте! — попрощался Ракета. — А я пока узнаю, как наша пленница относится к пыткам. — Ты-то куда лезешь… Букашка! — сплюнула связанная Небула. — Ах, ты так? Ну, я сейчас тебе задам! Ракета нажал несколько кнопок на магнитоле корабля Стражей, и, даже когда космическое судно Эго оторвалось метров на десять от земли, был еще слышен громкий, безобразно хрипящий голос: — БУДЬ, КАК ДОМА, ПУТНИК, Я НИ В ЧЕМ НЕ ОТКАЖУ! Я НИ В ЧЕМ НЕ ОТКАЖУ! МНОЖЕСТВО ИСТОРИЙ, КОЛЬ ЖЕЛАЕШЬ, РАССКАЖУ… Прозрачных иллюминаторов в корабле Эго не было, было лишь множество ламп, освещающих внутреннюю часть судна. Отец Квилла сразу лег на какое-то подобие дивана, Мантис несколько раз прикоснулась к его лицу нежными тонкими пальцами, и тот быстро захрапел. Локи с интересом наблюдал за этим. — Кто ты? — спросил он, когда Мантис закончила манипуляцию. — Я имею в виду, что за создание? — Создание? — рассмеявшись, переспросил Дракс. — Я бы на такое обиделся! — Как называются такие, как ты? — переформулировал вопрос Локи. Вопрос девушку явно удивил. — Я не знаю… — растерянно ответила она. — Хозяин создал меня единственной в своем роде. — И это он научил тебя магии? — Магии? Какой магии? — еще больше растерялась Мантис. — Я — эмпат. Я распознаю эмоции, чувства и влияю на них. — А это как? — заинтересовался Звездный Лорд. Мантис взяла Питера за руку. — Ты чувствуешь любовь. — прошептала она. Питер покраснел. — Да, конечно… — поспешно ответил он. — Я люблю жизнь, друзей. — Ты любишь женщину. — продолжала Мантис. — Ты воспылал к ней чувствами. К ней, верно? Мантис указала на Гамору, Дракс захохотал. — А можешь и меня проверить? — спросил он. Мантис прикоснулась к нему и тоже стала задыхаться от смеха. — Ты… Ты излучаешь юмор! — еле поговорила она. — А зачем твой хозяин создал тебя такой? — спросил Локи. — Ему слишком скучно без придворного шута? — Я лечу его от бессонницы. — невозмутимо ответила Мантис. — С ним такое часто бывает. Слишком много думает о наследнике. — И каким же заклинанием ты это делаешь? — не унимался Локи. — Заклинанием? — Глаза Мантис стали широкими от удивления. — Никаким… Я просто прикасаюсь. Девушка дотронулась до лба Локи и тот сразу упал на стоящий рядом мягкий диван. Мантис еще несколько раз нежно дотронулась до его лба, и Локи уже увидел сон. Ему только недавно исполнилось двадцать лет, он лежит на мягкой перине в ночной темноте и громко кричит — режутся зубки. Он абсолютно беспомощен перед чудовищной болью и чудовищным страхом. Неожиданно в комнате загораются свечи, как будто солнышко уже встало и разогнало гнетущую тьму. К нему подбегает сама Фригга, его мать. — Сейчас, миленький. Все будет хорошо. Она что-то шепчет и нежно дотрагивается до то лба, то до щечек, то до носа Локи. Через несколько секунд боль как будто бы исчезает, веки приятно тяжелеют, и сын перед сном на прощание обнимает руку матери. И другой сон приснился Локи. Ему уже тысяча сто лет, он высок, красив, жаль только, не настолько силен, как его старший брат. Однако недавно мать научила ему очень красивому заклинанию. Он сидит перед шумящим водопадом рядом с прекрасной светловолосой девушкой, глаза ее, как чистый изумруд. Он делает несколько быстрых движений руками, и капельки воды увеличиваются, собираются воедино и превращаются в самую настоящую серебряную диадему. Еще щелчок пальцами — и верхушка диадемы становится сверкающим на солнце изумрудом. — Это тебе, прекрасная Фрейя. — улыбается Локи, мановением руки пододвигая диадему к девушке. — Какая прелесть! — улыбается девушка в ответ. Локи заслужил сладкий поцелуй. Кажется, никакой Тор ему больше не соперник. — Вставай! — раздался вдруг похожий на змеиное шипение шепот. — Мы прилетели. Локи проснулся и не увидел вокруг себя никого и ничего, кроме Мантис и пустого белого пространства. — А ты… Женился на ней, да? — Да. — с сарказмом произнес Локи. — И жили мы долго и счастливо. Так ведь всегда и бывает, в том числе и в жизни. Не дожидаясь Мантис, Локи направился к выходу. Все-таки много он в этой жизни лишился. И магии, и прелестной богини красоты Фрейи, которую Один выдал замуж за принца Ванахейма, а через десять лет после этого ее унес из этого королевства какой-то гигантский орел.