Что-то не очень атмосферное

К сожалению, Антон оказался чрезвычайно разговорчивым. К пятому часу всей поездки его рассказы успели порядком утомить. Шастун вещал о погоде в Москве, о своем псе, о каких-то глупых менеджерах — обо всем сразу. Это было настоящим испытанием: сидеть напротив него и вникать в чужой непрерывный монолог. Признаться честно, я слушала вполуха. Еще честнее — вообще не слушала. Нам оставалось провести здесь еще около восьми часов, так что стоило продумать детали своего пребывания в Питере. Антон рассказывал очередную историю про тяжкий крест супермодели, а я перебирала все возможные варианты разборок с Пашей. «Во-первых, Мальцев — потенциальный преступник. Теоретически, вчера он вполне мог меня зарезать до смерти. В таком случае, стоит сильнее опасаться его. Во-вторых, даже, если Пашины руки чисты, есть стопроцентная гарантия его ненависти ко мне. Он явно желает отомстить за мое предательство. Как-никак, Паша столкнулся с ужасным разочарованием: девушка мечты некрасиво отвергла, да еще и обокрала. В-третьих, Мальцев по любому замешан в убийстве. Он был с Сашей на мосту, он почему-то не хочет, чтобы данные с флэшки предали огласке, а еще носит с собою ножик. Очевидно, Паша связан с событиями той ночи, но как?» Мои мысли прервал удивленный возглас. — Смотри! Я наклонилась и посмотрела в окно поезда. — Какого… На перроне глухого сельского вокзала стоял высокий мужчина. Он весь был в огромной, мешковатой одежде, в маске и в кепке. За его спиной находился серьезный громила в бронежилете. — Серьезно?! Арсений Попов?! Я со всей дури хлопнула по оконной раме. Видимо, Арсений услышал звук: он поднял голову и впился взглядом в нас с Антоном. Последний отчаянно жестикулировал, беззвучно произнося какие-то слова. — Да зайди ты в вагон, сволочь! — заорал, наконец, Шастун. Арсений натянул кепку и отвернулся к Глебу. Глеб сочувственно взглянул на нас с Шастуном. Попов куда-то указывал длинным пальцем, видимо, на здание вокзала. Мы ничего не слышали, потому что наше окно не имело функции форточки. Поговорив, оба мужчины медленно поплелись к дверям с надписью «зал ожидания». — Вот мразь! — емко заключил Шастун. — Я одного не понимаю. — Чего? — Почему ты вообще дружишь с этим подонком? Антон печально выдохнул. — Ты хочешь услышать историю о том, как я влип? Я кивнула: было даже интересно узнать, с какой стати Антон связался с Поповым. — Рассказываю! — объявил Шастун, — пять лет назад мы встретились в баре одного из крутых клубов. Арсений уже тогда был звездой, а я — новичком в модельной индустрии. Короче, Попов начал со мною разговор, ибо находился в свинотном состоянии алкогольного опьянения. Мы заспорили о чем-то, а потом Арс рухнул на пол. — А чего рухнул-то? Устал? — иронично поинтересовалась я. — Типа того, — кивнул Антон, — просто надоело дышать носом, видимо. Короче говоря, мне пришлось горбатить его до своей тачки, отвозить в больницу, сидеть в приемной до приезда нашего золотца — Глеба. — Ого, а Глеб познакомился с Арсением раньше, чем ты, — заметила я. — Ой, да он вообще чуть ли не с детства имеет с ним дело. В общем, Глеб — приехал, я — уехал, оставив номер телефона на случай, если Арсу придет в голову позвонить и по-человечески поблагодарить. — Позвонил? — Позвонил. — Поблагодарил? — Наорал в трубку. «Эта грязная бюджетная больница, в которую ты силком меня привез», видите-ли. На следующий день поступил вот такой вот звоночек. Мы разругались в пух и прах, но потом наш диалог свернул куда-то не туда. Честно говоря, не помню, как получилось, что мы сели в том же баре за кружкой кофе. Антон остановился, переводя дыхание. Он рассказывал довольно сбивчиво, но суть я уловила: Антон помог Арсению, Арсений оскорбился, но не до конца, а потом они случайно нашли общие темы для разговора. — И много вы с тех пор общались? Ну, не в рамках общего шоу, а просто. Антон пожал плечами. — Когда в одном городе находились — ходили вместе тусить, когда в разных — списывались по каким-то делам, мемы скидывали. Не то, чтобы прям друзья-друзья, но приятели уж точно. — Понятно. Я не думала, что Арсений в принципе может с кем-то дружить.