Твоя любовь издавала звуки, похожие на шум океана
— Думаешь здесь виноват Неверлэнд? когда ты прыгнула в море, совершая наиглупейший поступок в своей жизни. А может, твоя говорящая фамилия? Или здесь сыграла шутку твоя мечта, о которой ты сказала мне в тот момент, когда делала мне предложение? Знай, мы с Генри съездили к Тихому океану. Ему очень понравилось, как и мне, но без тебя все не то…Твоя любовь подавала руки, чтобы залечивать ими раны
— Ты задалась целью вылечить мою душу. Ты это сделала, ты сделала невозможное снова. Ты заставила меня поднять голову и, наконец, оглядеться и понять, нужно жить дальше и бороться за свою семью, за тебя, за Генри, даже за этих идиотов Чармингов я готова перегрызть глотку любому, хотя, Снежка, как всегда будет против.Твоя любовь прижимала к сердцу, так тихо-тихо и не отпускала
— Как бы я не старалась, я не могу, да и не хочу забывать твои нежные прикосновения к моему телу. Как после ты прижимала меня к себе, и я засыпала под размеренный стук твоего сердца. А просыпаться в твоих объятьях? Нет, совершенно точно я не в силах это забыть…Твоя любовь возвращала в детство, дарила все чего не хватало
— Забавно было наблюдать за твоей реакцией, когда я рассказывала тебя о своей матери. О том, как она наказывала меня за любую провинность, даже самую незначительную. А после этих рассказов, ты была так нежна со мной, так аккуратна, что невольно я начинала таять, не в силах противится этому. Ты, действительно, дала мне все то, и даже больше, чего не дали мне в детстве…Твоя любовь — это так красиво, твоя любовь — этих тактов сила. Твоя любовь — лишь мое Светило, твоя любовь — это так красиво. Твоя любовь — это так красиво, твоя любовь — этих тактов сила. Твоя любовь меня доводила, но твоя любовь — это так красиво.
— Твоя любовь была настолько красивой, настолько живой и яркой, что я верила в обретение своего счастья. Я его обрела, да, но вот только… Тебя забавляло то, как я ревную, а я делала это каждый раз, когда на горизонте показывался очередной мужчина, который не отказался бы пофлиртовать с тобой, ведь, ты — гребанная Спасительница.Твоя любовь подпускала близко, прощала крики, по нервам била.
— А помнишь, как я кричала на тебя во время наших ссор? как била посуду, как била тебя, желая, чтобы ты отпустила меня… Конечно же помнишь, ведь именно тогда ты прижимала меня к себе еще ближе, и застывала, ожидая, когда я успокоюсь. Именно тогда ты гладила мои волосы, прекрасно осознавая, как я люблю это. Как я люблю, когда ты любишь меня.Прощала боль, признавала риски, твоя любовь во мне все мирила.
— Ты боролось за нас с самого начала и до конца. Все же, Спасительнице не престало встречаться со Злой Королевой. Риски были, и были огромными, но ты справилась, ты верила в меня и твоя уверенность помогла мне поверить в нас. В наше будущее, совместное будущее…Твоя любовь прикасаясь к телу, меняла время на запах кожи.
— Ты любила понежиться в кровати утром, зарываясь носом куда-то мне в шею. Тебе нравилось вдыхать мой запах. Как ты говорила? «Шампунь с корицей и яблоком была прекрасной идеей». Верно, это чертовски верно, потому что я любила слышат от тебя свой запах…Твоя любовь становилась целым из двух частей, что так не похожи.
— У каждой из нас своя темная сторона, которую мы пытались держать в узде, но даже так она находила трещины и проскальзывала наружу. Именно в те моменты мы начинали сыпать соль на раны друг другу, и именно тогда мы любили друг друга еще сильнее, еще яростнее…Твоя любовь — это так красиво…
Прошел ровно год с того дня, как Эмма покинула Сторибрук и этот мир в целом, но защитив свою семью, выполнив обязанности Спасителя на все сто процентов. Оставив поцелуй на мраморной плите, Реджина Свон-Миллс покинула кладбище, в мыслях же снова и снова возвращаясь к тем счастливым дням, которые они провели вместе с Эммой.