Хитовых тебе снов

Глава 9. — Ваш брат, названный мной «ублюдок» и «урод», пришёл к нам домой, пока я гуляла с подругами, а мать была на смене и … . Да короче, он Еву изнасиловал тогда. Ильяс и Тимур застыли, а по щекам Киры стремительно скатывались слёзы. Только через секунд двадцать младший Гаязов обнял Соколову, успокаивая и её, и себя. Ева быстрее выбежала на улицу, чтоб скрыться от этих людей и оказаться в тёплой постели. Девушка чувствовала привкус железа во рту, который образовался от покусанных ею же губ. Глаза заплывали слезами, то ли от страха, то ли от стыда. — Ева! — Ильяс оставался в метрах пяти от девушки и боялся подойти ближе, чувствуя свою вину в её боли. — Я не знаю, что сказать, но… Почему ты не говорила мне? — Смысл? — Клименко развела руками, стирая слёзы рукавом. — Я же отлично тебя знаю. Ты бы избил его, а может и убил… Зачем тебе эти проблемы в семье? Зачем тебе вообще эта информация?! Ильяс, два года прошло. Мы чужие люди друг другу. У меня парень есть, в конце концов. — Да толку от твоего парня, если у тебя на лице написано, что всё хреново?! Да, может он идеальный друг, но парень с него никакой! Почему ты про Сахида мне не сказала тогда?! Всё было бы по-другому! — Всё было бы намного хуже! Я любила тебя, до жути и до чёртиков, но отвращение к каждому члену вашей семьи возростало во мне с каждой секундой. Прости, но я не могла по-другому. — А если я скажу, что люблю тебя до сих пор? — Да не неси ты этот бред, Ильяс. Вычеркни этот день из головы и продолжай меня ненавидеть. Да и… Прощай. — Даже не думай прощаться со мной ещё раз! — Я не думаю, я делаю! Не дождавшись такси, Клименко побежала прочь с территории клуба. Ильяс закатил глаза, психуя с выходок девушки, которые он уже успел позабыть. — Ильяс! — Тимур схватил за руку Киру и они побежали на поиски Евы и Ильяса. — Твою сестру я понимаю, а тебя нет. Почему ты мне не рассказала? — Почему я вообще должна что-то тебе говорить? — Соколова осмотрелась вокруг, убедившись, что сестры нет в клубе. — Хотя бы потому, что хотела отомстить за сестру. — Я отомстила. Он больше месяца провёл в хирургии. — Это ты сломала ему семь пальцев на руках, пробила голову…?! — Нет. Я ещё оставила на его ноге два открытых перелома. Кстати, ножки в порядке, не хромает? — Кто ж тебя замуж возьмёт такую?! Где они, бл*ть?! — Звони Ильясу, а я Еве. Гаязов аккуратно прикоснулся ладонью к щеке Евы и выдохнул, понимая, что это не сон и он снова может прикасаться к ней. Рыжеволосая сделала шаг и крепко обняла торс Ильяса. Оба медленно растворялись друг в друге, забывая этот нелепый перерыв в два года. — Как же мне этого не хватало. — Клименко боялась, что открыв глаза, это всё испарится, будто сон. — Всё будет хорошо. — Ильяс немного отстранился от девушки, сел на скамейку и усадил Еву к себе на колени. — Я хочу поцеловать тебя. — Не надо. — Почему так категорично? — У меня Женя, мы два года были друг другу чужими… . Ильяс, нас уже не вернуть. — Я и сам это понимаю, но… Давай хоть раз сделаем то, что нравится нам двоим, а не кому-то. — Мы всегда делали для нас, а не для кого-то. Всё закончилось. — Тогда почему ты здесь?! Кира толкнула Тимура направо, ведь он стремительно двигался в лужу. Девушка хотела хоть раз сделать как лучше, но получилось как обычно. Тимур обошёл лужу благодаря Соколовой, но с криком упал на влажный газон и кранов поранил левую руку. — Ты даже если захочешь — сделаешь хреново. — Гаязов показал кровоточащий порез на ладони. — Теперь мне нужен протез! — Это всего лишь царапина! — Кира отодвинула руку парня от себя, брезгливо сморщив лицо. — А чё ты так посмотрела? Не нравится? Да ты моя маленькая мразь! — Педик, не беси меня! Тимур старался максимально приблизить свою ладонь к лицу Соколовой. Девушка начала убегать от парня, запинаясь об камни и небрежно ударяясь ногами о столбы и скамейки. Смех звонко разлетелся по двору и звуком разбивающегося стекла останавливался на стенах многоэтажных домов. Длинные русые волосы больно ударили по глазам парня и он повалил девушку на короткостриженный газон. — Слишком мало ты меня бесишь сегодня. — Кира посмотрела на Тимура снизу вверх и хитро прищурилась. — Да и вообще, ты странный в этой краске. Ты пьяный что ли? — Оу, щет! — Гаязов удобнее сел на девушку, немного не доставая до её тела, чтоб было не тяжело. — Я так хотел тебе кое-что сказать, но ты всем своим видом отговариваешь меня это сделать. — Не правда. Говори, мне интересно.