Бедная Лилия

Приложение «Заметки», июнь, 2020

      Даже и писать ничего не хочется. Но настойчиво советовали, говорили, умоляли. Что ж, иногда друзей стоит послушать, может мне от этих записей действительно станет легче. Мне предстоит часа два ехать в этом вонючем и дряхлом автобусе, так что за это время могу что-то написать.       С чего начать? Сейчас мне 24, и я перехожу на последний курс университета. Учусь на переводчика, но зачем? Сама не знаю. Не горю я языками, хоть и память у меня отличительная. Но во всём есть свои плюсы — могу читать «Войну и мир» без сносок, прямо на французском. Но это тоже не сильно радует.       Я переехала в другой город учиться, поближе к центру, так сказать, и осталась одна, если не считать двух моих друзей. Но друзья ли они мне на самом деле? Такие ли близкие, как кажутся? Не знаю. Они всё говорят, что я в депрессии. Глупость. Я просто такой человек и вижу мир иначе. А эти «лекари» мне уже диагноз ставят. Абсурд, да и только! Мне всё кажется, что они надо мной просто потешаются, а все эти советики, вся эта забота — показуха, да только к чему она? Я человек не интересный, местами пессимистичный, без каких-либо целей и планов на жизнь.       С мамой я общаюсь редко, почти не видимся, ибо ехать далековато. Не скажу я, что меня это сильно расстраивает, но иногда очень её не хватает. Однако именно она послала меня в эту глухую деревню, проведать бабушку. Ах, бабушка… И как ты всю жизнь жила в этой глуши? Хотя, у них там свой колорит, мне, человеку двадцать первого века, такого не понять. Такая вот философия.       Честно сказать, не была там лет с семи. Бабушка сама в город выбиралась, а в деревню меня больше не отвозили. Только я уже смутно помню, что тогда было, и почему меня, как и всех остальных детей, больше не отправляли в ссылку к любящим бабушке и дедушке? Повезло. А может и нет, это ведь как посмотреть, там ведь свежий воздух и эти, как выражается мама, незабываемые ощущения от единения с природой. Да какое единение? Утопленник в пруду — вот действительно полное единение, а остальное… Так, проветривание мозгов.       30.06.2020       Вот и у бабушки. С ней всё хорошо, как и раньше бегает. Соскучилась очень. Не я — она. Я, если честно, никаких сильных родственных чувств не испытываю. Но рада здесь снова побывать. О, этот дом. Старый, дряхлый; возникает ощущение, что развалится от любого чиха. Да и деревня как-то опустела, некоторых домов и вовсе уже нет, а таких много. Но бабушка живёт. И ей нравится. Странные люди: в городе все удобства, жить в разы легче, а нет — нам, видите ли, нравится готовить в печи, самой таскать воду из колодца (и это-то с больными ногами!), косить траву, ухаживать за скотом и прочее, прочее, прочее. Даже не знаю, восхищаться ли бабушкой или плакать по ней. Так и помрёт здесь, как дед.       02.07.2020       Нашла удивительную вещь — свой первый и, к слову, до этого момента, последний, дневник. Читала всю ночь эту размякшую и провонявшую деревней «книжечку». Как много всплыло в голове и так внезапно, такими резкими вспышками. Кажется, я полностью вспомнила то лето. Но теперь я хочу расписать здесь более конкретно, что тогда произошло. Ибо в семь я слабо понимала, что происходило вокруг. А происходило что-то страшное, вопиюще страшное для ребёнка.       Да, тогда я действительно приехала погостить, но только потому, что отец пропал. К слову, его нашли. Мёртвым, в лесочке рядом с домом. И как раз в этот день мама должна была приехать и забрать меня. Не приехала. Не забрала. Оставила до конца августа. И сейчас, вспоминая всё, ужасаюсь от того, что за собой повлекло это. В книжечке этого не записано, видимо, я её где-то потеряла, не знаю. До вчерашней ночи она валялась на чердаке.       Я помню котов. Помню, как их полюбила. Помню, как Филя висел на ветке яблоне за мой проступок. Даже сейчас у меня перед глазами эта картина: чёрный кот, с неестественно вытянутой и несколько изогнутой шеей, с открытым ртом, в котором копошились мухи, эти несчастные, испуганные глаза, в которых ползали муравьи, начав поедать их. Его тело двигалось вместе с потоками ветра, шерсть — чёрная и короткая, как и прежде — блестела в лучах солнца. Ужасная картина.       04.07.2020       Гуляла по деревне. Дом, в который мы тогда с Машей залезли, исчез вовсе. Маша… Её я почти не помню. Помню только то детское, нежное и искреннее чувство любви и благодарности к ней. Но ничего больше. К слову, прогулка была до местного кладбища. Бабушка попросила навестить могилку деда. Вот, стою сейчас над ней. Где только крест и потёртая табличка с именем? Вокруг меня тихо, припекает солнце, и сейчас я вспоминаю его смерть. Это ведь случилось как раз в конце августа. Возможно, только из-за этого мать за мной и воротилась.       В тот день стояла такая же знойная погода, всё было, как и всегда, пока он не встал и не вышел на улицу. Три часа мы были с бабушкой в огороде, совсем забыв о дедушке. А возвращаясь в дом к обеду, у самого порога увидели его — уже мёртвого. Страшно это всё, страшно и ужасно. Он был так тяжёл, что тело пролежало ещё час, пока мы не нашли мужчину, который помог нам и затащить его в дом, и позвонить матери. Он лежал на диване в кухне накрытый простынёй. Так и лежал, пока вечером того же дня меня не забрали. Сколько он там ещё пролежал без моего взора — не знаю. Но теперь он здесь, давно здесь, покоится. Как ему, наверно, хорошо. Ни забот, ни проблем, ни болей. Только тишина. Только вечный сон.       06.07.2020       Сегодня я вспомнила, за что возненавидела бабушку тем летом. Об этом я не написала, но теперь сама поняла, почему нет у меня к ней любви никакой. А дело всё в одном событии, которое потрясло тогда моё детское сознание и, возможно, откликается во мне до сих пор.       Котята, рождённые Василисой, действительно были «хиленькими» и, скорее всего, чем-то больны, что бабушка поняла сразу. Она дала мне более недели поиграться с ними — зачем? Зачем дала к ним привыкнуть, зачем дала ребёнку так искренно полюбить? И вот, через какое-то время, когда было ясно, что Филя и Черныш долго не проживут (оговорочка: ясно бабушке, но не семилетнему ребёнку), она решила их, по традиции, так сказать, утопить. И сделать она решила это вместе со мной!       Правильно! Лучше взять ребёнка топить котят, а не с дедушкой! То ещё веселье! Положив обоих в мешок, как картошку, и накидав туда чего-то тяжёлого, она туго перевязала его и закинула на плечо. Затем позвала меня, и мы пошли. Я, конечно, ничего не понимала, пока мы не дошли до пруда. Тогда ещё чистенький, но всё-таки с мутной, нехорошей водой. И в момент, когда бабушка снимала мешок с плеча, ко мне пришло осознание того, что происходит. Я закатила истерику, рыдала, толкала бабушку подальше от берега, умоляла её, как могла, оставить их жить, пыталась выхватить из рук её мешок, но безуспешно. В какой-то момент я получила хорошего леща. Удар был такой сильный, такой неожиданный, что я замолкла. И тут бабушка начала мне рассказывать о том, что котята больны, и она хочет не убить их, а спасти, подарить лёгкую смерть и вечный покой. Она рассказала о том, что им будет тяжело жить в этом мире, что они скоро мучительно умрут и лучше убить их сейчас, чем потом.       Конечно, на самом деле, всё было проще — они ей были не нужны. Но я поверила в это и, господи, сама утопила их. Плача, я взяла мешок из бабушкиных рук и, как можно быстрее, закинула его подальше, поглубже.       10.07.2020       Сижу на берегу того самого пруда. И ощущаю себя больным котёнком, которому предстоит жить и умереть в муках. А ведь действительно, зачем это всё? Я ничтожный человек, который из себя ничего не представляет и не хочет представлять. Я просто плыву по течению, которое задала жизнь. И плыву бесчувственно, смирительно. Мне ничего не нужно от этого мира. Я не вижу впереди ничего. А самое главное, — смотря в своё отражение в воде, я не вижу саму себя. Кто я? И зачем нужна этому миру? Верно, я ему и вовсе не нужна.