История одной любви

Он прибыл в Суну в составе послов для подписания союза Скрытых Песка и Листа. И на этот раз уже Темари встречала их у входа в ущелье, ведущее в деревню. Он замечает ее еще издалека. Ее высокая стройная фигура в светлом, вышитом причудливыми узорами кимоно, с неизменным веером в чехле за спиной, сразу выделяется на темном фоне остальных охранников ущелья. Остановившись вместе со всеми в трех шагах от встречающих, Шикамару жадно вглядывается в ее лицо, чувствуя, как губы непроизвольно начинают расползаться в улыбке. Она смотрит на него, и у нее в глазах плещется озорной огонек радости долгожданной встречи, но это длиться не больше трех секунд, потом она переводит взгляд на остальных послов, а он торопливо прячет улыбку. Что ж… Они сами стали на этот путь… Послов ведут к казекаге. Далее переговоры в большом зале за круглым столом. С одной стороны он и послы Конохи, с другой - она, Гаара, Канкуро и советники. Шикамару мало принимает участия в обсуждении пунктов договора, изредка все же вставляя слово. Он все смотрит на нее, практически не в силах оторваться от черт ее лица. Она бросает на него предостерегающие взгляды, чуть качает головой, и после этого ему удается на несколько минут отвлечься на основную тему их встречи. После затянувшегося совещания Темари проводит послов в гостиницу. Уже 5 часов вечера. Солнечный диск уже почти касается вершин гор, окружающих деревню Песка. Еще по-дневному горячий воздух уже начинает наполняться прохладным вечерним дыханием ветра пустыни. Она прощается до завтра со всеми уже у самых дверей их номеров. Шикамару говорит, что пойдет, закажет ужин. - Что-то на тебя это не очень похоже, - ехидничает кто-то из его товарищей. – Ты обычно предпочитаешь, чтобы такими вопросами занимались другие. - Просто я не хочу, - парирует Шикамару, - чтобы мы все потом перетравились тем, что закажешь ты, и поэтому я, пожалуй, проявлю заботу о себе и о ближних… Все заходятся в дружном хохоте. Шикамару закрывает дверь и следует за Темари. - Можешь же, когда хочешь, - улыбается девушка. - Нет, не всегда могу то, чего хочу, - отвечает он ей. Темари, не очень понимая, о чем он, смотрит на него, видит его взгляд, полный нежности и щемящей ласки, заливается легким румянцем и отводит глаза. Они спускаются в ресторан гостиницы, где Шикамару заказывает ужин. Потом он создает клона и отправляет его наверх в номер, а сам выходит из гостиницы вместе с Темари. Она быстро ведет его куда-то, лишь улыбкой отвечая на его вопросы. На одной из улиц они встречают человек пять, которые тут же кидаются к Темари с громкими воплями «Темари-сааааааан!», но, увидев ее рядом с незнакомым парнем, остолбеневают. - Что? – раздраженно вздергивает бровь Темари. - Эммммм….. – заминается группа неудачливых поклонников. – Мы… эээээ… туууут… эээээ…. - Пошли вон, - отрезает Темари. - Но Темари-сааааааааааааааааааааааааааан, - разочарованно протягивает хор голосов. Темари делает два шага вперед. - Считаю до нуля и… - ее рука тянется к замку на чехле. Продолжения не потребовалось – всю группу фанатов как ветром сдуло. На их месте осталось только облачко пыли. Шикамару присвистнул. - Как же они меня раздражают, - девушка закатила глаза. - Мне уже можно начинать ревновать? – услышала она прямо у себя над ухом его голос. - Было бы к кому, - довольно ворчит она. – Идем. Она вновь ведет его по улицам, при этом несколько петляя на всякий случай, к окраинам деревни. Потом они поднимаются вверх по каменным ступеням, которым нет числа. Наконец они выходят на каменную площадку с козырьком, упирающуюся в глухую стену. Деревня скрылась за каменными выступами, перед ними за краем каменного утеса лежит пейзаж гор и пустыни, тонущий в туманной дымке где-то на краю горизонта. Здесь их никто кроме солнца не увидит, и здесь они могут, наконец, дать волю своим чувствам. Темари останавливается посередине площадки и разворачивается к нему лицом, Шикамару подходит к ней с уже нескрываемой улыбкой, такой любимой, такой нежной, такой ласковой и ласкающей. Она порывисто обнимает его, начинает хаотично целовать его щеки, нос, глаза, пока их губы не встречаются… Она делает глубокий вдох, зажмуривается от наслаждения, потом отводит лицо чуть назад. - Наконец-то… - шепчет она, где-то даже не веря в реальность происходящего и от этого чуть качая головой. Он улыбается и лишь наклоняется к ее губам… Солнце здесь еще только начинает клониться к горизонту, у них еще есть время… Шикамару сидит, обняв сидящую перед ним Темари за живот, ее руки на его руках, ее ноги касаются в коленях его ног, его губы касается ее виска, волосами она чувствует его дыхание… Они оба смотрят на закат, не тратя время на пустые лишние разговоры… - Солнце садится, - тихо говорит она. – Внизу, в деревне, уже почти вечер… Мне скоро пора: надо вернуться домой раньше Гаары и Канкуро. Он убирает свои руки из-под ее и достает из карманов жилетки два свитка. - Смотри, - он держит их перед ней. – Я нашел в нашей библиотеке кое-что интересное. Такими свитками раньше пользовались для передачи информации на расстоянии, но поскольку позже выяснилось, что эту информацию легко можно перехватить, от такого способа отказались. - Но если легко перехватить… - начала Темари. - Болтушка, - усмехнувшись, осадил ее Шикамару. Темари скривилась. – Ими уже никто не пользуется, поэтому и перехватывать некому, - он развернул оба свитка. Само чистое полотно оказалось у обоих свитков небольшим по размеру, вверху одного было написано «Нара Шикамару», вверху другого – «Сабаку но Темари». – Это мой, - он потряс свитком со своим именем, - другой твой. К сожалению, мне не удалось до конца освоить технику создания таких свитков, поэтому писать друг другу мы сможем не чаще, чем раз в три дня. Теперь смотри, - он поранил свой палец и поставил каплю на свитке Темари рядом с ее именем. Бумага быстро впитала кровь. – Когда захочешь написать мне, напиши текст на свитке обычными чернилами, поставь каплю крови в этом же месте, мысленно, но четко произнеси моё имя, сконцентрируй свою чакру на свитке, и не прерывай ее поток, пока надпись полностью не выцветет. Вместе с ней должна выцвести и твоя кровь. Поняла? - Темари кивнула. – Теперь ты поставь свою каплю рядом с моим именем, - Темари покорно повиновалась. Так же как и на ее свитке, бумага на удивление быстро впитала в себя кровь. Он свернул оба свитка и отдал Темари ее. – Через три дня я смогу ответить тебе. Темари спрятала свиток в один из карманов чехла. Время поджимало. Темари потянулась, потом, резко расслабляя мышцы, сказала: - Пора. Они поднялись. Темари накинула чехол с веером на плечи и сделала шаг к ступеням. - Стой, - он поймал ее за руку и притянул к себе. – Внизу мы уже не сможем… - он недоговорил: его губы были уже около ее… Этот долгий прощальный поцелуй был полон нежности и любви, но к нему примешивался и вкус горечи от тоски расставания… Темари подходила к дому, когда заметила, что Гаара и Канкуро, о чем-то разговаривая, уже заходят в калитку. Тихо и неприлично ругнувшись, Темари перемахнула через забор. Через балкон первого этажа она проникла в гостиную, включила свет, кошкою скользнула на диван, запихнула под него чехол и схватила со столика какой-то журнал. Вошли братья. - Привет. Темари дочитала какое-то предложение до конца и только после этого подняла голову. - Привет. Что-то вы сегодня рано, - она чуть приспустила ресницы, чтобы глаза не выдали ее… Утром следующего дня все трое провожали вестников Листа. Гаара и Темари стояли, скрестив руки, Канкуро, наплевав на официозы, еще долго махал им вслед. Уже отойдя на приличное расстояние, Шикамару обернулся и помахал в ответ, не сводя при этом глаз с фигуры в светлом кимоно. Но он не мог видеть ее глаз, застывших и грустных в эти секунды… Что ж… по крайней мере теперь они могут держать хоть какую-то связь…