Flawless

Это продолжалось уже несколько месяцев, и Армин был абсолютно счастлив. Они состояли в крепких отношениях, а годовщина «четырёх месяцев вместе» с каждым днем приближалась к их паре. Они, конечно же, собирались её отпраздновать в Хантингтоне, ведь Армин обожал пляжи, а Эрен просто не мог отказать ему в таком удовольствии. Они проводили вместе вдвое больше времени, чем, кажется, любая другая пара в Огайо. И, стоит заметить, их досуг просто не имел минусов. Всё начиналось с самого утра, когда парни выбирались из кровати и чистили зубы — это было их обязательным ритуалом: Йегер стремился к порядку во всем, даже в их зубах. Армин бежал на кухню заваривать натуральный кофе, а Эрен открывал все окна, отчего прохладный сквозняк гулял по комнатам и играл со светлыми занавесками, которые были выбраны и куплены, конечно же, тоже совместно. Эрен всегда забирал Армина из супермаркетов, парков, из кафе, в котором тот работал бариста. Арлерт ценил это, хоть иногда ему хотелось пройтись до дома в одиночку, пока в наушниках играет любимый плейлист. Но ещё ни разу не было такого, чтобы Эрен не приехал за ним, потому что теперь ему отчего-то казалось, что дорога через главную улицу города и пару кварталов была слишком опасной для Арлерта. А тот даже не протестовал против этого, потому что поездки с Эреном всегда означали, что они смогут быстрее встретиться, провести больше времени вместе и поговорить без того, чтобы мужчина постоянно отвлекался на поцелуи и ласки, которые он всегда дарил своему партнёру. Йегер был действительно плох в том, чтобы держать руки при себе, когда Армин находился рядом. Зачастую они готовили вместе. «Его сладкий мальчик» нашёл крутой сайт с рецептами, поэтому Эрен каждый раз таял, когда парень готов был воплотить каждое блюдо в жизнь. Хотя на деле чаще всего готовил Арлерт, а другой пожирал его взглядом или подходил сзади, спрашивая, не нужна ли помощь. И иногда он действительно помогал, но чаще всего всё заканчивалось тем, что парень получал самый восхитительный минет в своей жизни, и им все же приходилось есть заказанную пиццу после. Но они были вполне не против. Их время, проводимое за чтением — как оказалось, это реально увлекательно — вместе с Эреном, скрасилось поцелуями и милыми словами, от которых, если быть честным, Армин иногда испытывал испанский стыд, но они так нравились его парню, что он просто принял их как часть отношений; и теперь по его телу всегда пробегал холодок, если Эрен называл его только по имени, когда они были наедине, — это значило, что он очень расстроен или рассержен, и каждый раз нервы Армина готовы были сдать в такие моменты: он не мог заставить себя не паниковать. Армин уговаривал Эрена смотреть с ним сериалы и фильмы — спустя некоторое время у него получилось. Теперь возможность наслаждаться друг другом под чипсы с газировкой и очередной сезон «Бесстыжих» стала чем-то вроде их вечернего ритуала. Они ещё долго могли обсуждать произошедшее в сериях, просмотренных накануне, и Арлерту становилось тепло от того, что кто-то разделяет его точку зрения. Разумеется, было и то, что не входило в рамки «прекрасных безмятежных моментов», но ведь в мире не бывает ничего идеального. Армин просто знал, что Эрен очень его любит, от этого иногда поступает так... Опекающе. Он чувствовал себя порезанным на кусочки, когда Йегер оставлял его одного после ссор. Эрен был безумно ревнивым. Примером тому мог послужить случай, когда он, увидев, что Армин разговаривает с незнакомым мужчиной, немедленно оказался рядом и утащил Арлерта в машину. И сколько бы тот ни пытался объяснить, что незнакомец просто спрашивал у него, как пройти до ближайшей станции метро, Эрен не слушал — он просто молча ехал домой, и тогда паника снова начала зарождаться внутри Армина, но он смог совладать с собой и не начать истерику, которая все же вырвалась наружу немного позже. Когда они оказались на парковке, мужчина приказал Армину выйти из машины. Он сказал это тем самым холодным и грубым тоном, что всегда заставлял парня почувствовать себя уязвимым и беспомощным, так что тот поспешил исполнить приказ. Как только Арлерт закрыл дверь машины за собой, Эрен схватил его за запястье так, что другой захныкал от боли, но Йегер не обратил на это совершенно никакого внимания — он потащил партнёра к дому, даже не смотря на него, и тогда Армину стало по-настоящему страшно. Арлерт видел, как желваки заиграли на скулах Йегера, заметил тот бешеный взгляд, которым Эрен смотрел вперёд. Он чувствовал боль, которую ему причиняли сжатые пальцы на его запястье, и он, к своему удивлению, вдруг понял, что совершенно ничего не может сделать. Конечности словно онемели и отделились от напряженного туловища, а все рациональные мысли покинули его голову, и только животный страх заполнил его целиком — он даже не мог попытаться вырваться, хотя это всё равно не принесло бы результата, разве что Йегер разозлился бы ещё сильнее. Пока Арлерт неуклюже и торопливо снимал кроссовки, Эрен одергивал его руку, на которой, вероятно, уже появился синяк, и, когда парень закончил с обувью, его буквально затащили и втолкнули в спальню, кидая на кровать, где Армин моментально свернулся клубком, и горькие слёзы от несправедливости полились из его глаз. Он вздрогнул и заплакал ещё сильнее, когда Эрен начал кричать: — Почему ты себя так ведёшь? Неужели я не говорил тебе не разговаривать с незнакомцами? Отвечай мне, Армин, и прекрати ныть! — парень слабо кивнул в ответ, но не смог сдержать своих рыданий. Его чувства вопили, что он ослушался, что Йегер предупреждал, что нельзя так делать, и он оказался чертовски виноват перед ним. — Я ведь просто подсказал ему дорогу… — выпалил он и тут же ощутил на себе тяжёлый взгляд, который после этой фразы стал ещё более свирепым. Внутри всё похолодело. Спорить с Эреном было опасно. — И вот мы здесь. Я доверял тебе, я был уверен, что ты будешь послушным! Почему ты подвергаешь себя опасности? Откуда ты знаешь, чего хотел тот человек? Может, тебе не стоило бы так опрометчиво доверять каждому встречному? Ты тут же доказываешь обратное, когда я думаю, что ты способен быть осторожным! Арлерт попытался возразить, сказать, что просто не подумал об этом, что он может быть послушным и что такого больше никогда-никогда не повторится, но партнёр шикнул на него, и он снова разразился рыданиями. — Если то, что мне стоит сделать, — это не позволять тебе отходить от меня ни на шаг, тогда я так и сделаю. Подумай о своём поведении, Армин, — с этими словами Эрен вышел из комнаты, выключая свет и оставляя парня в одиночестве и полной темноте. Арлерт продолжал рыдать ещё около пятнадцати минут, и, только когда он был полностью измотан, его содрогания поутихли, но всхлипы и тяжёлое дыхание все ещё оставались при нём. Парень думал, что ничего хуже, чем злость и крики Эрена быть не может, но когда человек, который всегда заставлял его чувствовать себя защищённым, покинул его, парень понял, что глубоко ошибался. Мысли спутались в один большой комок, и холодный пот выступил на его теле крупными каплями. Воздуха стало катастрофически мало, и пространство вокруг начало казаться ненастоящим, будто Армин находился во сне. Только он не спал и прекрасно знал об этом. Он распахнул свои глаза и попытался подняться, чтобы сесть на кровать и понять, что же с ним происходит, но конечности предательски дрожали, а дикий холод сковывал изнутри. Парень думал, что сейчас окончательно задохнётся, потому что просто не мог вдохнуть. И всё же ему удалось сделать короткий рваный вдох, но следующие несколько секунд доступ к кислороду вновь был перекрыт для него. Это продолжалось бы ещё чёрт знает сколько, ведь из-за паники, которая с каждой секундой нарастала, Армину требовалось все больше кислорода, но из-за неё же он не мог получить его. Это был замкнутый круг, из которого ему было не вырваться. Вдруг сквозь агонию он почувствовал тепло и постарался дотянуться до его источника: оно казалось таким контрастным по сравнению с холодом внутри него, и Армин почему-то почувствовал, что оно сможет помочь ему. Вместе с теплом до него доносились какие-то звуки и, похоже, на подсознательном уровне он понял, что это не просто звуки — это слова, это голос. Арлерт попытался сосредоточиться на нём и стал понемногу приходить в себя, когда ему это удалось. Голос, похоже, принадлежал Эрену — он звал партнёра. Скорее всего, это и был как раз тот источник тепла, за который поспешил ухватиться Армин, как за единственную надежду на спасение, потому что именно ей он и казался. Вскоре он почувствовал поглаживания на своей спине — это движение было знакомым и приятным, оно заставляло парня вновь чувствовать себя в безопасности. Он прислушался к тому, что говорил Йегер, и с облегчением понял, что на него больше не сердятся: Эрен снова звал его милыми прозвищами, голос был скорее спокойным и ласковым, чем раздраженным: — Армин, детка, всё хорошо. Просто дыши, ладно? Я рядом, малыш, давай же. Эрен считал до четырёх секунд, в течении которых Арлерт должен был медленно вдыхать, и затем ещё до четырёх для того, чтобы он так же медленно выдохнул, и через какое-то время последний почувствовал, что паника начала отступать. Его глаза опять наполнились слезами, и он сжал ткань футболки Йегера, который все ещё гладил его по спине, прижимая к себе. — Тише, куколка. Все хорошо, я больше не сержусь, — тихо сказал Эрен, и его ладонь, та самая ладонь, которая до этого оставила синяк на запястье Армина, сейчас нежно легла на плечо, аккуратно поглаживая. — Эрен, Эрен, Эрен, Эрен… — Арлерт зачем-то звал его, прекрасно зная, что теперь все в порядке, потому что он рядом, потому что он больше не сердится и потому что теперь он не бросит его. — Я тут, малыш, все хорошо. Ты в порядке, я рядом. Всё позади, — Йегер почувствовал, как партнёр вдохнул запах его одеколона, пытаясь успокоиться. — Мне очень жаль… Правда, мне так жаль… Я буду внимательнее к твоим словам, только пожалуйста… Не бросай меня больше… Не оставляй меня… Пожалуйста, я… — в голосе Армина все ещё присутствовали панические нотки, и он сжал футболку Эрена ещё сильнее, будто стараясь удержать его на месте. — Я никуда не уйду, детка. Ты мой навсегда, так что давай добудем тебе немного воды, хорошо? Я понесу тебя на руках, поэтому тебе даже не придётся отпускать меня, не волнуйся, — успокоил его Йегер. Спустя примерно двадцать минут, проведённых в объятьях своего парня, Армин наконец полностью успокоился и уснул: он был совершенно вымотан произошедшим. Большую часть этого времени он провёл, слушая успокаивающий шёпот Эрена и наслаждаясь его присутствием, ещё какое-то время он тихо плакал, извиняясь за свою выходку, и за весь этот долгий час Йегер ни разу не выпустил его из кольца своих рук. На следующее утро, когда Арлерт проснулся, он обнаружил, что все ещё находился в объятиях Эрена, который играл с его волосами, запуская в них свои пальцы и перебирая пшеничные кудри. Армин прочистил горло, прежде чем поздороваться с ним. — Доброе утро, — его голос был осипшим и тихим после вчерашнего. — Доброе, — Эрен на секунду перестал трогать его волосы, но только для того, чтобы поцеловать его чуть выше виска, после чего снова продолжил своё занятие. — Ты хорошо спал? — Мхм, — сказал парень в качестве ответа, и они просто лежали в абсолютной тишине ещё пару минут, пока Йегер не заговорил вновь: — Я был серьёзен вчера, — Армин заметно напрягся, а Эрен продолжил: — Я очень боюсь, что с тобой что-нибудь случится. Понимаешь, Армин? Я не знаю, что у кого в голове, поэтому переживаю, что они могут сделать тебе больно. И я буду держать тебя рядом с собой, если это необходимо. Звучит справедливо, не так ли? — Арлерт послушно кивнул, получив ещё один поцелуй в качестве награды. Эрен решил не поднимать тему панической атаки Армина, за что тот был безумно благодарен: он действительно не хотел вспоминать о том, что произошло. К тому же, сейчас большая часть воспоминаний будто стёрлась, оставив место для осознания того, что Йегер спас его вчера. Он пришёл к нему, даже несмотря на то, как плохо повёл себя Арлерт, он успокоил его и подарил чувство защищённости, более того, он удостоверился, что тот чувствовал себя в безопасности на протяжении всей ночи, которая могла бы быть очень беспокойной для Армина, если бы не поддержка Эрена. Так что да, парень искренне считал, что всё, что не сделал бы Йегер, было сделано потому, что он любит его. Возможно, он порой перегибал палку, но Арлерт ощущал, что внутри него будто зияет огромная дыра и ему необходимо заполнить её и быть с тем человеком, который может сделать это. И Эрен заполнял её лучше, чем это мог бы сделать любой другой человек в мире. Когда у его парня случались подобные приступы ревности, Армин понимал, что тот хочет, чтобы Арлерт полностью принадлежал ему, он хочет его целиком, и это явно больше, чем парень способен ему дать. Он ненавидел это, но в то же время в этом же и нуждался. Когда Йегер начинал ревновать его, юноша чувствовал, как много он значит для него, всю эту любовь, весь этот страх. Это одновременно было и захватывающим, и невыносимым, но в конце концов Эрен делал это, потому что заботился о нём. Армин чувствовал ураган внутри.

***

Эрен был на все сто процентов уверен, что Армин — его абсолютная победа и его сокрушительное поражение. В своих мыслях он называл Арлерта своим. В мечтах они с ним жили в идеальном мире, где тот принадлежал Йегеру, думал только о нем, был его музой. Там, в мире грёз, Эрен, лаская, звал его ангелом, ставил метки на всём его теле, целовал в приоткрытые губы, а Армин — маленький негодник! — отвечал, кусался и ластился к единственному важному человеку в его жизни. Но не в реальном мире. В реальном мире Эрен должен быть осторожен, должен не давить на Арлерта, — сколько сил уходит лишь на это! — должен дать ему самому понять, что всё, что ему действительно нужно, — лишь крепкие объятия и горячие поцелуи, которые с радостью дарит ему Йегер. Сейчас, в этом унылом мире, всё, что он делает, — дарит колоссальное внимание и заботу, но он может гораздо больше, просто не все сразу, не все сразу... У Армина наверняка поедет крыша, если все изменится слишком резко в ту сторону, в которую клонит Йегер, но если вести эту игру с тщательностью, шанс на получение желаемого увеличится, поэтому Эрен действительно старается не спешить, хотя порой хочется кинуть всё к чертям и забыть про осторожность. Невероятное вожделение к парню по имени Армин Арлерт заставило Эрена изучить его досконально, узнать то, что, пожалуй, знать бы и не стоило, или же стоило узнать гораздо позже. В любом случае, пути назад не было, а Эрен и не собирался отступать, будучи полностью довольным тем, что имеет. Из-за перспективы быть единственным и незаменимым в жизни парня Йегера вовсе не мучила совесть, ведь уверенность в том, что он действительно необходим Армину для того, чтобы его жизнь была комфортной и безопасной, была отличной затычкой и не позволяла мыслям «я точно перегибаю палку» даже попасть в голову. И, не обремененный чувством вины и взбунтовавшейся совестью, Эрен чувствовал удовлетворение. Разумеется, ему потребуется приложить немало усилий, но результат определённо этого стоит. Каждый раз, видя Армина, он отчётливо понимал: он сделает всё, чтобы обладать этим парнем, хочет ли этого Арлерт или нет — у него не было выбора, потому что Эрен всегда получал то, чего он хотел.