Орден Белой Мальвы

Ночь мы провели в храме огненных богов. Как сказала Софочка, он давно заброшен, а в кельях довольно сухо и тепло. Кроме того, жители деревни приносили еды двум главам ордена, которые защитили их от мятежных рыцарей. Поэтому, пока Каира захотела обойти окрестности и потащила с собой Алистера, Софа осталась приготовить ужин. А я крутился рядом и подворовывал еду, попутно ластясь к девушке. — Ну Рафи, дорогой, — хихикала она, когда я обнимал её и целовал горячие щёчки. — Я слишком скучал по тебе. — мурлыкал я, трясь о её макушку и протягивая руку к кусочкам яблок. — Я тоже соскучилась, но ты… Рафи! — воскликнула она, когда я стянул с тарелки кучку еды и съел. — Я проголодался. — жалобно признался я. — Но ведь ты недавно поел. — Я не наелся. Я одной порцией никогда не наедался. Софа ахнула и взяла меня за щёки. — Что сразу-то не сказал? И ведь три часа голодный ходит и слова не скажет, что ты за человек? — Оголодавший и ослабевший. — Садись, я сейчас чего-нибудь побольше сделаю. — Мне неловко, что ты так носишься со мной. Давай я помогу? — Рафи, ты принц, тебя не учили готовить. — А ты леди, тебя тоже. — На острове научилась. Сядь, я сама. — Я просто перекушу этим, не суетись так. — я потянулся к яблокам. — Ну ты аппетит перебьёшь. — надулась она. — В том и задумка. В общем, готовить мы всё-таки стали вместе. С божьей помощью я смог нарезать овощи и не остаться без пальцев. После ужина Софа и я отправились спать вместе. Засыпая я прижимал к себе её мягонькое горячее тельце. Невеста поцеловала меня, пожелав доброй ночи, и уткнулась носиком мне в грудь. Впервые за долгое время я заснул таким счастливым. Следующим утром мы покинули деревню. Крестьяне дали нам с собой побольше еды, так что ехали мы счастливо уплетая пампушки и ягоды. Правда, как только мы доехали до леса, Алистер беспокойно заёрзал в повозке и стал смотреть по сторонам. — Ты чего? — спросила Каира. — Вы ничего не слышите? Едва он это сказал, как в повозку прилетела стрела. Лошади испуганно заржали. — Разбойники! — выкрикнула Софа, забираясь на крышу повозки. — Слезай! — запаниковал я, слыша чьи-то торжествующие крики. — Ваше высочество, гони! — скомандовал Алистер мне, а сам полез следом за Софой. Я хлестнул лошадей, и те помчались вперёд, поднимая пыль столбом. Обернувшись, я увидел, как за нами скачет толпа разбойников, выпускавших стрелу за стрелой. Пара из них пронеслась совсем рядом с моей щекой и боком. Очередная стрела полетела в Ала, и тот поймал её двумя пальцами, а потом запустил обратно. Одного разбойника он ранил, и он свалился на землю. Затем он выстрелил потоком магии, добив его. — Не оставляй трупов! — крикнула ему Софа, начиная колдовать и сотворяя вокруг повозки щит. — Если рыцари будут здесь, они найдут нас по следу магии! — Это был один раз — А то они не поймут, что это ты! — Ладно, ладно, понял я. — закатил глаза Алистер. — Сейчас. Он сложил руки рупором и заорал: — Оливка!!! Я моргнул и повернул к нему голову. — Оливушка!!! — снова крикнул Ал. — Тебе по голове прилетело? — спросил я. — ты что делаешь? — нервно спросила Каира. В следующий миг земля будто начала дрожать. Раздался треск ломающихся деревьев. И из леса прямо на середину дороги вывалился огромный медведь. Я ахнул от шока. Такой вид медведей открыл наш с Каирой предок, король Рогор. Их так и назвали, медведи Рогора. От обычных бурых они отличаются огромными размерами и мощью, вдобавок они очень умные. Они в три-четыре раза больше лошади, и охота на них запрещена, потому что их очень мало. Медведь зарычал и повернул к Алистеру голову, и поняв, что мы от него удаляемся, побежал следом. — Моя лапочка! — заулыбался парень. — Глянь назад, за папочкой едут разбойники. Покажи им. Зверь остановился, грозно рыкнул и повернулся могучим телом к разбойникам. Яростно рыча и скаля острые зубы, он двинулся прямо на них. Не прошло и десяти минут, как помятые и заметно поредевшие отряды разбойников бросились назад. Алистер спрыгнул с повозки и свистнул. Медведь побрёл к нему, и как только приблизился, парень упал ему на шею и обнял. — Умница! Моя красавица, моя девочка, я тобой горжусь. На это медведь издал довольный вздох и повалился на спину, прижав к себе Алистера лапищами. — Что это только что было? — с шоком спросила Каира. — Это Оливка. — сказала Софа с видом «а что не так?». — Она хорошая. — Каира, это медведь Рогора. — промямлил я, пялясь на животное. — Я вижу. Я никогда их не видела. — Я тоже. — Оливка, папочка уезжает. Мне кажется, тебе со мной лучше не идти. — заговорил Алистер, пока медведица облизывала его голову. Та удручённо рыкнула и улеглась на него, придавив к земле. — Ох… Оливушка, ты меня раздавишь… Ты для папы тяжеловата… — Оливка, булочка, иди ко мне. — Софа вынула из сумки хлеб и понесла его медведю. — Держи вкусняшку. Медведица съела весь хлеб, и в итоге пошла следом за повозкой, периодически выпрашивая вкусненького. Как выяснилось, два главы Мальвы нашли её ещё медвежонком, когда убегали после разгрома ордена. Она ползала возле тела убитой матери и пищала. Софа с Алом её забрали и приручили, вот она и слушается их. Пока мы продвигались, Каира выказывала особое любопытство к зверю. Алистера это так воодушевило, что он пригласил принцессу прокатиться на Оливке, так что эти двое радостно умчались в закат, дожидаясь нас там. Софа хихикнула, провожая их взглядом, и обняла мою руку. — Каира взрослее стала. Кажется, Алу она понравилась. — Он ей тоже. — вздохнул я, велев лошадям двигаться быстрее. Софа посмотрела на меня. — Что-то не так? Ты задумчивый, в чём дело? Есть не хочешь? — Немного. — я повернул к ней голову, и глядя на то, как шустро она принялась доставать для меня еду, я вздохнул. — Соф, не надо. — Почему? — Потерплю… посиди рядышком, пожалуйста. Она глянула мне в лицо, устроившись рядом и приобняв за полные бока. — Что такое? — ласково спросила девушка. — Я боюсь, Соф. — тихо-тихо сказал я. — Мы так долго не виделись, я всё это время не был уверен, что Каиру-то уберечь смогу, а теперь, когда ты нашлась… я правда очень рад, Соф, я очень сильно тебя люблю, но я не хочу, чтобы ты была с нами. Я очень боюсь, что тебя убьют. Но при этом я не хочу тебя отпускать от себя… я не понимаю ничего. Только то, что боюсь за тебя. — Сладенький. — нежно улыбнулась Софа и положила ладошку мне на щёку, а вторую уложила на живот. Меня всегда успокаивало, когда она так делала. — Рафи, я не беззащитна. Я не хрупкая леди в беде, я могу себя защитить. Если тебя не было со мной так долго, это не твоя вина. Ты даже не знал, жива ли я. — Я так хочу тебя уберечь. — виновато говорил я, выпячивая брюшко, лишь бы её ласка распространилась на большую площадь моего тела. — И не понимаю, как это сделать. Соф, я правда очень тебя люблю. — Я знаю, я тебя тоже люблю, дорогой. Пожалуйста, не переживай, а то от нервов уже совсем исхудал. — Да конечно. — Да! Я так скучала по твоему животику, щёчкам и бочкам, а ты так похудел. Когда всё закончится, я обязана тебя откормить. — Даже не представляю, как ты меня раскормишь после свадьбы. Тут у Софы заблестели глаза. Её руки замерли на моём животе. — Ты… ты ещё хочешь на мне жениться? — Конечно. Всегда хотел, и не переставал мечтать об этом ни на секунду. — она счастливо улыбнулась и прижалась ко мне. Я обнял её и поцеловал в лоб. — Ты выйдешь за меня? — Да! Конечно, да! — она крепко чмокнула мою щёку. — Мой принц, мой любимый сладкий мальчик! Мой женишок! — Твой. — улыбнулся я и хлестнул коней. Мы помчались по тракту, в закатное солнце.