Возрождение хищного богатенького сынка

Шу Хэн был ошеломлен. У него помутилось в голове, и он долго не мог прийти в себя! И только Шу Нин первым протрезвел. Это был Шу Хэн. Тот, кто прижимал его, был Шу Хэн. В этот раз он сделал это. Он назвал его отцом. Можно было представить, как он сейчас зол. Возможно, даже солнце не сможет осветить тень, оставшуюся в его сердце. Что же делать? В этот критический момент Шу Нин смог согнуться и потянуться. Он обхватил его спину двумя ногами, но... эта вещь стала мягкой. Они уже долгое время были вместе, но впервые столкнулись с такой ситуацией. Шу Нин был потрясен. Увидев, что Шу Хэн сел, он убрал ноги и хотел слезть с кровати. Это так напугало Шу Нина, что он быстро набросился на него и обнял за талию. Я спал на папиной кровати, а ты не пришел, поэтому, когда я вдруг проснулся, я подумал, что это папа. Не сердись, ладно? Я не виноват. Верно, это не твоя вина. Шу Хэн нахмурился, он не хотел сердиться на Шу Нина. Шу Нин знал характер Шу Хэна, тот всегда держал все в себе. — Я знаю, что ты злишься. Пожалуйста, скажи мне. Мне тоже будет неприятно, если ты будешь держать это в своем сердце. В конце концов, Шу Хэн сильно заботился о чувствах Шу Нина. — Это пустяки. Пустяки? Но ты даже размяк? Отмахнуться от Шу Нина было не так-то просто. — Это потому, что я в последнее время слишком сильно привязался к отцу? Хорошо, с сегодняшнего дня я изменюсь, этого достаточно? — ... — Сколько же обид ты накопил в своем сердце? — ... — Ты игнорируешь меня только тогда, когда злишься. — Шу Нин пытался уговорить Шу Хэна и осыпал его спину поцелуями за поцелуями, проводя рукой по его спине, чтобы приласкать. Шу Хэн был молодым человеком двадцати двух лет, обладающим мощной силой, и, естественно, страсть поднималась в его теле, когда любимый дразнил его таким образом. Он мгновенно это почувствовал. Шу Нин со вздохом прижался к Шу Хэну, дуя ему на ухо. В следующую секунду небо перевернулось. Шу Нин был придавлен телом Шу Хэна, и тот снова овладел им. После ночи мучений на кровати, на полу, на столе, на диване и на всех поверхностях в комнате пульсирующая боль ощущалась так, словно его поясница переломилась пополам. Прошло много времени с тех пор, как он смог встать с кровати. Шу Хэн такой злой, твой отец знает об этом? Шу Нин без слез плакал, лежа в постели. Он предпочел бы дождаться, когда заплесневеет, чем слезть и показываться на глазах. К счастью, способность Шу Хэна разрабатывать стратегию была чрезвычайно велика. Он заблаговременно заставил свою зарубежную компанию выслать налог, чтобы отец был занят в офисе. И, конечно, Шу Хэн тоже последовал за ним. Он позавтракал вместе с отцом и отправился на работу, оставив Шу Нина одного в пустой комнате. В это время Шу Нин начал размышлять, чувство одиночества было не из приятных. Шу Нин каждый день находился рядом с отцом, неужели Шу Хэн чувствовал себя таким же опустошенным, как я сейчас? Если поставить кого-нибудь на чужое место, то он почувствует то же самое. Шу Нин не мог пошевелить телом, но просто шевелить пальцами не было проблемой. Брат так любил его, что не стал бы повторять это сегодня. Ему очень хотелось посмотреть, как поведет себя Шу Хэн, если он захочет, но не сможет, будет чесать голову и ходить кругами. Шу Хэн был слишком спокоен и умел терпеть, так что если Шу Нин хотел увидеть это, то реальнее было бы просто лечь спать и увидеть это во сне. Ночью ни Шу Чэн, ни Шу Хэн не вернулись, они ушли куда-то по своим делам. Шу Нин с утра много спал, поэтому, поскольку ночью ему не спалось, он вышел на пробежку, в результате чего столкнулся с Шу Яо. Маленький мальчик сначала был шокирован и слегка испуган, а рука, державшая маленький камень, крепче сжала его. — Что ты пытаешься сделать? — глаза Шу Нина были безразличны. — Ударить плохого парня! — Я плохой парень? Шу Яо промолчал. Он поджал губы и уставился на Шу Нина, как будто собирался убежать, если тот приблизится. Шу Нин поманил рукой, и к нему с поклоном подошла служанка. Шу Нин был немного озадачен и с беспокойством спросил: — В последнее время дома были новые люди? — Три человека. Один из них сопровождает молодого господина, другой — повар, а третий заботится о повседневных нуждах молодого господина. — Кто их позвал? — Это был... — Забудь, тебе стоит вернуться к своей работе. — Шу Нин не хотел слышать это имя. Это был Шу Чэн. Зачем? Чтобы помешать мне иметь дело с Шу Яо? Все служанки были тщательно отобраны и были абсолютно безопасны. Не было никакой необходимости внезапно добавлять ещё трех. Хмф, он никогда не готовил для меня ничего подобного, кто-то определенно о чем-то ему нащебетал. Скорее всего, эти трое были доверенными лицами Шу Яо, которых Шу Чэн специально подготовил для него. Так же было и с Шу Хэном. Когда он был маленьким, Шу Гао тщательно обучил многих людей, чтобы Шу Хэн мог уверенно их использовать. Шу Нин вырос снаружи, поэтому не получал такого обращения. Сейчас у него была своя сила, и Шу Чэну не нужно было и пальцем шевелить. Шу Нин решил, что он слишком надумывает. — Уходи! — яростно крикнул Шу Яо, пыхтя от гнева. Он всё ещё держал камень в руке. Шу Нин нахмурился: — Ночью холодно, отведи его обратно. Кто уйдет, болван? У тебя ещё даже крылья не выросли, а ты уже смеешь на меня злиться. Нет, твои крылья не получат такого шанса в этой жизни. Если только ты не проявишь интереса к семейному имуществу и не откроешь собственное дело. Это неправильно, люди отца не стали бы говорить обо мне плохо, наверняка был кто-то другой. Шу Нин сразу же позвал дворецкого и велел ему всё тщательно разузнать. Шу Чэн сразу же узнал об этом. Он недовольно нахмурился, неторопливо оглядывая свой стол. Почему Шу Нин так беспокоится? — Папа, о чем ты думаешь? Шу Хэн смотрел прямо на него, Шу Чэн уже привык к этому. — Мне просто интересно, почему Шу Нин не любит Шу Яо. — Я думал, ты знаешь. — Я тоже так думал. — Шу Чэн не знал, что ответить Шу Хэну, но ничего сложного в этом не было. — Я не могу остаться с ним навсегда. Шу Яо — его брат, так разве не было бы здорово, если бы они могли заботиться друг о друге, когда вырастут? — Папа, если он ему нравится, значит, нравится. Если нет, значит, нет. Глаза, душевное состояние и чувства незаменимы. Зачем тебе держать в голове такие вопросы, которые невозможно решить? — когда речь зашла о Шу Нине, Шу Хэн знал о нем всё. — У Шу Яо своя жизнь. Слишком большая любовь матери может испортить ребенка, это касается и отца. Чем больше ты будешь так относиться к Шу Яо, тем больше Шу Нин будет чувствовать беспокойство. Мужчины волевые, у Шу Яо тоже есть свои мечты. Кроме того, акций, оставленных ему дедушкой, уже достаточно, чтобы прожить всю жизнь. Если бы он захотел открыть собственное дело, как Шу Нин, то у Шу Яо были бы и связи в семье Шу, и средства, и ресурсы. Папа, чем больше ты беспокоишься о нем, тем больше ты тормозишь его развитие. Разве это не утомительно? Шу Хэн уже сказал так много, но в голове Шу Чэна промелькнуло лишь упоминание о беспокойстве Шу Нина. Расстроится ли он? В последнее время Шу Нин действительно был очень неспокоен. До такой степени, что хотел спать с ним вместе по ночам. Шу Чэн почувствовал себя неудачником. Он отложил документы и вынес телефон на балкон, чтобы позвонить. Когда Шу Нин получил звонок, он ничуть не удивился. Единственное, что выбивалось из его ожиданий — это содержание их разговора. Отец ни о чем не рассказывал. Его волновало только, как Шу Нин чувствует себя дома один, привык ли он спать в одиночестве. Неудивительно, что Шу Чэн никогда не испытывал подозрений по отношению к Шу Нину и Шу Хэну. Оказалось, что Шу Нин не любил спать один. Ведь он был ребенком, выросшим у бабушки без любви отца, поэтому не чувствовал себя в безопасности. Так они и проболтали~ И проговорили почти сорок минут. После окончания разговора Шу Чэн помассировал брови, а когда вернулся, Шу Хэн уже уладил все дела. Его дети были настолько выдающимися, что лучше просто позволить им развиваться так, как есть сейчас. Что касается Шу Яо, пусть всё плывет по течению. Шу Чэн больше не настаивал на том, чтобы заботиться о нем. Шу Чэн и Шу Хэн вернулись на следующий вечер. Семья сидела за столом и гармонично ужинала. Когда наступила ночь, Шу Нин и Шу Хэн делали «па-па-па», а Шу Чэн молча стоял в старом доме. Шу Нин всё же предпринял ход, двое из них были уволены. Шу Чэн стоял, заложив руки за спину. — Не нужно впредь рассказывать мне о приказах второго молодого господина. Старший брат — это как отец. Для него нормально решать все вопросы, связанные с третьим молодым господином, ты понял? Слуги, ответственные за заботу о Шу Яо, немедленно кивнули: — Да. У этих слуг возникла мысль, которой не должно было быть. Шу Чэн ничего не видел, поэтому он, естественно, понял и сменил ответственного. Шу Нин очень устал. Он лежал в ванне и смотрел на Шу Хэна прищуренными глазами. Он приподнял уголки рта, после их «па-па-па» он стал похож на драгоценного, ленивого кота. И хотя улыбка исчезла, теперь его очарование стало ещё более притягательным. Шу Хэн слил воду, затем наклонился и посмотрел на Шу Нина. — Тебе было весело? — Мм. — Сколько мышей ты поймал? — Пять! — Шу Нин вытянул руки, обхватывая шею Шу Хэна так, чтобы он мог поцеловать его в уголок рта. Говоря прямо, он просил любви~ Шу Хэн поднял его и прижал к стене: — Очаровательный маленький инкуб, неужели ты не хочешь и завтра вставать с постели? — Но я неважно себя чувствую. Ладно, он на самом деле использовал слова, которые Шу Хэн использовал бы, чтобы разобраться с Шу Чэном, против него. Этот его младший брат действительно был слишком милым. Шу Хэн любил, когда Шу Нин смотрел на него таким глубоким взглядом: — Если ты считаешь, что она доставляет неприятности, я могу... Постучав пальцем по губам, Шу Нин прищурился: — Я хочу, чтобы она была жива! Я знаю, ей просто слишком скучно, так что давай дадим ей какое-нибудь занятие. — Да, ваше высочество. Секунду назад Шу Нин всё ещё улыбался, но в следующую он нахмурил свои хорошенькие бровки. Эта штука была слишком толстой, и когда его толкнули, его ноги почти оторвались от пола. Шу Хэн был очень смелым в таких вопросах. Шу Нин почувствовал, что ему нелегко, но он боялся смерти, поэтому прикусил уши Шу Хэна. Может, ты и свирепый, но я ещё сильнее! Мы должны быть вместе всегда, несмотря ни на что. Когда они вышли из ванной, Шу Хэн нес на руках Шу Нина. Шу Нин был слишком сексуален, поэтому он соблазнил Шу Хэна три раза, и о результатах этого несложно догадаться. Уложив его на кровать, Шу Хэн с любовной жалостью поцеловал его, но Шу Нин спал как убитый, никак не реагируя. Шу Хэн достал телефон и набрал номер. Собеседник быстро принял звонок: — Она хорошо себя ведет? — Да, она каждый день сидит на камнях у моря и смотрит вдаль. — Действительно? Мужчина вспотел. Может быть, что-то пошло не так? Молодой господин Хэн не был человеком без цели, поэтому он сразу же ответил. — Ваш подчиненный пренебрег своим долгом. — Раз она не сбежала, значит, ты не пренебрег своим долгом. Найди для неё какое-нибудь занятие. — Да, понял. Начиная со второго дня, в комнате Цинь Юйчжо появилось множество кукол. Слуги попросили её посмотреть на них. Цинь Юйчжо была потрясена. Что это значит? Она думала, что есть и пить каждый день, любоваться цветами и травой, смотреть на океан, потеряв свободу — это уже самое худшее, что может случиться в её жизни. Но никогда бы не подумала, что Шу Чэн заставит её самой зарабатывать себе на жизнь. О боже, это вовсе не смешная шутка. Я — хозяйка семьи Шу! Молодая госпожа семьи Шу. Цинь Юйчжо уничтожила кукол, в результате чего ей пришлось три дня голодать. Ночью она уже не выдержала и неистово хлопала дверью, моля о пощаде. На четвертое утро половина комнаты снова была заполнена куклами. Дрожа, она работала за своё содержание. Но, к сожалению, она была новичком в этом деле, поэтому не могла сделать слишком много. Вместо пышных обедов она теперь ела безвкусную кашу с солеными овощами. Раньше это было любимое блюдо Шу Нином, оно нравилось Шу Гао, поэтому, даже если Цинь Юйчжо и смотрела на такое свысока, она ничего не сказала. Единственное, что она могла сделать сейчас, это смириться с этим. В тихую ночь Цинь Юйчжо, которая думала, что уже осушила свой колодец слез, умыла ими лицо. Пройдет не больше десяти лет, и Шу Яо вырастет и придет за мной! Цинь Юйчжо снился сладкий сон, в котором она умирала на острове, так и не увидев ни Шу Нина, ни тем более Шу Яо, до конца своей жалкой жизни оставаясь в полном одиночестве. Но это было уже послесловие. Вначале Шу Нин хотел лишь заманить её в ловушку на всю жизнь. Он никогда бы не догадался, что она до сих пор умеет склонять своих доверенных лиц к злодеяниям, подбрасывая им людей на сторону Шу Яо. Если бы не ледяная настороженность во взгляде Шу Яо, которая бросалась в глаза, Шу Нин никогда бы не заметил, что те люди были воскрешены. С помощью людей Шу Хэна он провел ещё одну чистку, бросив их в тюрьму, и после этого проблем не было. Когда Шу Нин поспешил в столицу, чтобы встретиться со своими друзьями, он получил известие о Тянь Цзяхуэе.