О персонажах House of Ashes. Канон и постканон

Вступительная глава знакомой нам игры повествует про аккадского царя Нарам-Сина, молящего богов о прощении. Начавшаяся битва с племенем гутиев плавно перетекает в историю аккадского генерала и чужеземного воина, сражавшихся бок о бок с вампирами. Мне эта история интересна, а показанные события навели на размышления, приведшие к некоторым идеям, которыми хочется поделиться. Думаю, стоит писать по порядку, поэтому начнем издалека. Шумер и Аккад. Территорию Междуречья населяло много народов, но поговорим мы о шумерах из царства Шумер и семитах, образовавших царство Аккад. Некогда прибывшие в южную Месопотамию семиты, обжились и ассимилировались с шумерами, перенимая их культуру, именуемую впоследствии шумеро-аккадской. В Шумере существовала демократия, власть одновременно принадлежала военному вождю и главе дворцово-храмового хозяйства, а также совету старейшин. Часто вождей сравнивают с менеджерами, занимающимися разной направленностью. Позже это трансформировалось в единую долж­ность ца­ря (лу­га­ля), ут­вер­жда­емую со­б­ра­ни­ем пред­ста­ви­те­лей го­ро­дов в религиозном центре страны. Религия имела иерархию, но не имела строгой градации подчинения: были хтонические боги, старшие и младшие божества, но решения те принимали сообща на собраниях. Хоть каждый бог имел свою волю, вершить судьбы в одиночку он не мог. Все как у людей, вернее наоборот: люди поступали, как завещали боги. Что важно, шумеры воспринимали богов не некими сущностями, а как физических существ, которые появлялись не в волшебном сиянии, а приходили в их города и дома ногами по земле. Так же воспринимались и другие магические создания, включая демонов. С развитием общества развивались города (номы). Каждый из которых был обособлен и представлял мини-государство, имея собственных правителей и бога-покровителя, которого там почитали. Богу строили трех, а позже в Вавилоне, семи-ступенчатую башню со святилищем — зиккурат. По сути искусственную гору из глиняных кирпичей, заодно защищавшую находящийся на вершине дом бога от потопа при разливе рек, где и простым жителям находилось место во время бедствия. Позднее к зиккуратам добавились храмовые комплексы со святилищами других богов, комнатами, актовыми залами и площадями для празднеств. Конечно, там размещались статуи почитаемых божеств, которых кормили подношениями, украшали и окуривали благовониями. Общественный строй постепенно менялся, власть полностью переходила в руки царей, передававших титул по наследству, войны между городами были обычным явлением. Примерно в 2300х годах до н.э семитского происхождения царь Саргон прославился невероятными завоеваниями, объединив все Междуречье и став основателем Аккадского царства со столицей в городе Аккаде и первым в аккадской династии, установив деспотию. Стоит ли говорить, что несмотря на расцвет страны народ был не особо рад. Вступление мы прошли, перейдем к герою. Нарам-Син, царь Аккада. Великий царь Аккада и Шумера и четырех стран света, внук Саргона Нарам-Син (Нарам-Суэн/Нарамсин) был не менее прекрасным завоевателем, чем его дед. Он успешно держал в узде захваченные земли, подавлял восстания собственной знати и отбивал набеги горцев Загроса — гутиев. В чем была с ним проблема? Чтобы укрепить монархию, цари при поддержке жречества превращали себя в наместников бога, попивавших с тем пиво* на террасе храма. В этом Нарам-Син зашел далеко, поставив себя наравне с богами. Что ел бог, то ел и царь, что пил бог — пил и царь, будто перенимая божественную энергию, силу и мудрость. Даже стал называть себя богом Аккада. Если для египтян обожествлять фараона было нормой, то шумерам такое не нравилось. Для шумеров бог — это бог, а человек лишь его глиняная копия, к тому же смертная. Пару слов о народе гутии. Варварах, племенах горцев Загроса, активно совершавших набеги на ближайшие земли. Они сметали все, как саранча, разграбляя, пленяя и убивая. В излюбленный маршрут их попадали несколько городов Аккадского царства. Аккад и Шумер не были богаты на ресурсы, но славились производством и торговлей. Постоянный отток товаров и золота больно бил по состоянию страны. К этим несчастьям прибавились погодные условия, иссушавшие земли. Так около 2200 года до н. э. верховный вождь гутиев Эрридупизир разбил войско аккадского царя Нарам-Сина и захватил город Ниппур, разграбив его. Где-то это уже было, не так ли? Погиб ли Нарам-Син в той битве не ясно, поскольку информации мало, и он пропал из инфополя, если можно так сказать. По найденным храмовым записям, вождь гутиев присвоил себе титул правителя четырех стран света. Однако, на престол взошел наследник аккадского рода, оттеснивший войска варваров обратно. Жаль, не надолго. Проклятие Нарам-Сина. Вот тут мы подходим к сцене из игрового вступления, демонстрирующего день сражения. Проклятый и покинутый богами царь стенает, что его жертвы не приняты, мольбы не услышаны, а демоны (гутии) уже стоят у порога… Позже и вовсе можно лицезреть его холодное тело на троне, и застывший взгляд из-под золотой маски (1) устремившийся в небо… Кто и за что проклял великого царя? Боги покинули Аккад, оставив его без своего покровительства. Царя мучили видения, где обреченное царство пожирают мор и бедствия. Сердцем он понимал, что его деяния тому причина. Семь лет он смиренно ждал решения богов. Царь задумал построить новый храм и вопросил оракула о разрешении. Сколько бы он не спрашивал — тишина. Разгневанный молчанием Нарам-Син отправился с армией в город Ниппур и уничтожил святилище верховного бога ветра и бурь Энлиля. Ответ, конечно, теперь не заставил себя ждать. «Энлиль, за гибель Экура любимого — Что ныне он погубит? Он к стране Губин направил взоры, Он бескрайние горы обрыскал взглядом, — Нелюдей, несметные орды, Гутиев, что не знают запретов, Поведением — люди, да разуменьем — собаки, Обликом — сущие обезьяны, Их Энлиль из гор вывел!» © «Проклятие Аккаде» За такое сравнение как-то даже неловко. Так вспыльчивый Энлиль наказывает Нарам-Сина, насылая диких варваров уничтожать его труды. Присоединившиеся к гневу Энлиля остальные боги проклинают и город Аккаде и все царство, которое вскоре вымирает, а столицу стирает с лица земли. Во всяком случае, так написано в мифе «Проклятие Аккаде». Царь представлен в тексте бичем народа, и сумасшедшим, ведь только безумец может разрушить святыню покровителя из-за гордыни. Описанные в поэме последствия действительно ужасные. Разруха и смерть, как хлебными крошками усыпавшая телами аккадцев улицы городов, голодные псы, разрывающие путников, дикий плач повсеместно и прочие горести. Вообще похоже на нашествие вампиров, да? Удивительно, но события сходятся. Битва с гутиями в Ниппуре, которых демонами правда никто не считал. Исчезновение города Аккаде, похоже, еще до вавилонского вторжения. И то, что в сторону бывшего шумерского царства варвары не дошли, словно поразив только Аккад. А попав через почти 200-400 лет в хронику Эсагила, миф о проклятии укоренился в умах. На нее, более чем вероятно, опираются авторы игры. События в хронике представлены правдой, аккадец Нарам-Син почему-то поклонялся вавилонскому богу Мардуку, сменившему шумеро-аккадского Энлиля и разрушал его святилище в Ниппуре, за что тот призвал гутиев на защиту от безумного царя. Что? Не удивительно, что Нарам-Сина стали считать последним царем (нет). Город Ниппур являлся религиозным центром, где располагался зиккурат Энлиля (2), верховного божества, его храмовый комплекс (экур) и святилища других божеств, что приводило к паломничеству огромного количества людей. Правители должны были получать от верховного бога одобрение на царствование из Ниппура, конечно. Храмы имели большую власть. Школы письма находились там же, как и множество других учреждений. Жрецы были оракулами, передававшими послания богов людям. Отличный вопрос, не жречество ли решило осадить царя за самообожествление, умышленно игнорируя? Возможно и то, что в состав жрецов входили шумеры, которых аккадский царь с охотой частенько вырезал. По найденным упоминаниям о реставрации храмов, Ниппурского в том числе, и фрескам Нарам-Сина можно назвать религиозным человеком. Казалось бы, за свою власть богу он платил исправно, хах. Отсюда мнение историков, что царь умудрился поссориться со служителями культа. Отчего те решили написать поучительную фантастическую поэму о неправильном царе. В назидание потомкам. Можно сказать, мем. Наши современники успешно заполоняют историю таковыми о раздражающих политиках. Звучит это приземленно, но правдиво. Условности. Очень хочется порадоваться за хитрое сплетение истории, но пока немного не выходит, поскольку видны бреши. Любой храм и территорию строили первым делом, подводили туда оросительные каналы и вокруг закладывали город. Нам показывают стены, строительные леса у зиккурата ведущихся реставрационных работ, но рабочих нигде нет. Для действующего храма как-то пустовато. О инциденте в Ниппуре говорится в прошедшем времени и так, будто-то Нарам-Син во время действа пролога не там. Хм. Если место действия город Аккаде, а царь восседает не в храме, а в своем дворце — тем более. Это столица с большим населением. Слуги, помощники, визири и прочее. Даже вымирающая столица не бросила бы царя. До смерти Нарам-Сина гутии не заходили так далеко в страну. День затмения. Шумеры почитали луну и считали лунные дни. Неужели на затмение не было ни обрядов, ни молитв, ни подношений? Праздник в святилище божества? Куда делось жречество? Хотя да… Царь же зарубил кучу народа на жертвенник. Подносить богу вместо яств, пива, фимиама, масел или ритуальных животных грязных дикарей? Достаточно странно для образованных и демократичных шумеров, записывавших разводы и договора купли-продажи на глиняных табличках. Жертва заменяла человека, поэтому должна быть специальной и желательно такой, которая понравится богу. А не чем больше, тем лучше. Видимо, это опять же относится к овавилониванию события. Для бывших кочевников такие жертвоприношения были и могли оставаться нормой, судя по записанным в Вавилоне законам. Где горожане? Допустим, они прятались от гутиев. Разве прятались не в храмах? И стены толстые, и ворота крепкие, и места для жителей много, и молиться можно да и обстреливать лучниками удобно с высоты. А еще склады с запасами, мастерские и далее. От наводнения поднимались в зиккурат, а от гутиев нет? Где семья царя? Тоже, видимо, выслал. Не особо понятно, чья статуя(3) показана с простертыми руками. Она похожа и на вавилонского бога Мардука (4) и на самого царя, молящего о прощении. Действительно масштабно, чтобы с неба богам точно было видно. Идем дальше. Битва с гутиями происходит вне городских стен, нам рисуют безжизненную пустыню. Нарам-Син славился тем, что был отличным полководцем и стратегом, самолично возглавляя походы. Отчего и было мнение, что царь пал в бою. Но почему-то в прологе остался сидеть на троне в безопасных покоях, ожидая чего-то. Наверное вампиров… В подвалах храма Энлиля внезапно стоят статуи демона Пазузу. Людей по шумеро-аккадским верованиям охраняли добрые существа шеду (муж) или ламассу (жен), похожие на быка/льва с человеческой головой. Они отгоняли зло и демонов, а также пускали солнце. Их ставили у ворот в город, храм и клали их барельефы под порог дома. Изображениями существ был украшен дворец деда Нарам-Сина Саргона. Статуи шеду(5) видно и возле трона безумного царя, ведь считалось, что каждый человек имеет такого хранителя. Откуда Пазузу, упоминания о котором появляются в довольно поздний период? Да видимо все из той же путаницы с вавилонским манускриптом в котором действие перенесено в другую эпоху. Попаданец Нарам-Син… Разбирать персонажей аккадца и гутия я не стану, перейдем к главному персонажу. Барабанная дробь. Пазузу. Пазузу (6) — монструозный демон юго-западного ветра и повелитель демонов ветров с высоким происхождением в вавилоно-ассирийской мифологии. Наверное, его можно назвать хаотично-нейтральным. Он охотно выступает против других демонов, помогая людям. Его изображения давали беременным женщинам и вещали на прутья кроватки младенцев чтобы отпугнуть кровожадную Ламашту. Часто резную голову Пазузу с хвалебной молитвой носили, как оберег. Да, да, что-то не сходится. После смерти преемника Нарам-Сина, гутии вновь вторглись в Аккад. А за ними и комарики амореи будущего Вавилонского царства, которое и так было под боком. Вавилония стала преемницей шумеро-аккадской культуры. Боги остались прежние, пусть и перетасованные с их собственными. Также переписаны многие мифы и тексты. Современные авторы и вовсе объединяют религию и культуру царств просто в Месопотамскую без разделения. Хотя прообраз Пазузу туманен, если вообще был, думаю, можно о нем порассуждать с шумерской стороны. А именно, что шумеры принимали жизнь такой, какой она была. Для них не было чисто злых или добрых богов, черного и белого. Мир был нейтральным, а идеальное место по типу рая, без боли и горестей, воспринималось недоделанным и не полноценным. Шумеры поклонялись богам прежде всего за силу. Пазузу мог принести с ветром саранчу, потопить лодку рыбака, потому что такова его природа и это считалось нормальным. Он так же помогал людям, оберегая дома или изгоняя из них других демонов в нижний мир, если попросить. Гораздо позже, попав в христианство, Пазузу трансформировался в злого демона ада. И засветился в «Экзорцисте». Ну вот, и Нарам-Син не псих и Пазузу нормальный парень. Но я не опровергать все сюда пришла, давайте перейдем к интересному! Шумерская конспирология. Куда без этого. Мы уже пометили, что в игре смешана вавилоно-ассирийская культура и шумеро-аккадская. Попробуем покопаться в том, что имеем не обращая внимания на нестыковки. В вавилонской истории есть упоминания, что один из правителей решил заложить новый город и начал строительство храма подальше от столицы, в районе гор Загрос. Как было написано выше, дело это обычное. Допустим… Нарушив слово Энлиля, Нарам-Син пытается создать новый сакральный центр со святилищем своего покровителя, бога луны Сина. Рассмотрим опять высокие стены, оросительные системы и грустные пальмы вместо большого сада, а также те самые леса. Очень похоже на стройку на новом, необжитом и пустынном участке страны. Огромная сидящая статуя у входа, не Мардук конечно, а бог луны и мудрости Син (7), изображавшийся сидящим старцем. По сути, сам царь и говорит об этом игроку. Думаю, гутиев привлекал вид столь близкого святилища и ожидая там золото и рабов, они начали поход. Тюрьма аккадцев забита пленными. Видимо теми, кто неудачно совершил разведку или первый набег. Шумеры были сильны в астрономии, наверняка зная, когда начнется затмение. Ради этого Нарам-Син покидает семью и прибывает в храм. Похоже, что ни жречества, ни слуг попросту нет или они бежали в страхе перед угрозой. Что за ритуал проводит аккадец без жрецов, увы, неизвестно. Но захваченный своей идеей, он остался сидеть явно ради того, чтобы самолично, без оракулов и всяких лжецов, услышать ответ от богов, увидеть знак или получить прощение. Можно приплести сюда и получения благословения или божественные силы, но я думаю — это мимо. Любовь к человеческим жертвам придется списать на безумие. Помимо поведения царя, сей факт демонстрируется гробницей строителей, которая является просто ямой для трупов, распространяя заразу и мор гниением. Очень странно, что тела сбросили прямо на храмовой территории. Не вывезли в пустыню, не закопали и не сожгли, хотя понимали в медицине. А безумный деморализирующий запах… Идем дальше. В описаниях физических построек храмового комплекса Экура говорится о доме плача — вероятно катакомбах, служивших тюрьмой для осужденных. Также упоминается некий дом тьмы из которого ведет высокая лестница к подножию холма. Настоящий ли холм имеется в виду или это одна из ступеней зиккурата — не ясно. Если невежды считали дом плача обиталищем проклятых и подземельем, не удивительно, что Экур внушал им страх. Рассуждая буквально, под храмовым комплексом простирался загробный мир. Храмовый комплекс Сина, похоже, был построен так же. Не зря Джейсон назвал то место адом. Деятельность Пазузу отличалась от ламассу, в катакомбах храмового комплекса Нарам-Сина он не спроста. Веря, а правильнее сказать зная, что под ними нижний мир, населенный не только мертвыми, но и демонами, царь принял меры предосторожности, выставив статуи охранять покои от других демонов, привлеченных стенаниями. Пазузу мог не дать тем овладеть нечестивыми гутиями, мешать вселяться в аккадских солдат. Одержимость шла рука об руку с душевными расстройствами, которые сейчас называют депрессией, меланхолией и далее. Физические болезни наступали следом. По генералу было видно, что хоть такая, помощь очень кстати. Купленные статуи могли привезти из города Вавилона по приказу царя. В храмах или даже на домашних алтарях шумеры ставили статуэтки молящихся (8), которые выгляди как люди с широко раскрытыми глазами. Вечно неспяшие. Есть мнение, что их глаза смотрят на что-то из вне, дальше алтаря и статуи бога. Дальше храма в мир. А может во тьму? Посмотрим еще на шумерские поэмы. Спустившаяся к дверям в загробный мир богиня Иштар (Инанна) увидела такое: «К дому, откуда вошедший никогда не выходит, К пути, на котором дорога не выводит обратно; К дому, в котором вошедший лишается света, Света он больше не видит, во тьме обитает; Туда, где питье его — прах и еда его — глина, А одет он, словно бы птица, одеждою крыльев.» © Нисхождение Иштар Заброшенность, пустота, прах и тьма. В загробном мире покойных не пытали, не мучали. Их участь не зависела от того, кем они были при жизни и как ее провели. Они слонялись по тоннелям бескрайней пещеры, представлявшей нижний мир, неприкаянные. В ранней версии другой поэмы упоминаются не просто усопшие, а ходячие трупы, продолжавшие жить в ином мире. По верованиям шумеров, люди были слеплены из глины, отсюда фраза «еда его — глина» звучит, как каннибализм… Крылья часто указывают на душу, превравщавшуюся в птицу после смерти тела. Но, возможно, не в нашем случае. « Проложу я путь в глубину преисподней, Подниму я мертвых, чтоб живых пожирали, — Станет меньше тогда живых, чем мертвых!» © эпос о Гильгамеше Однажды так Иштар угрожала отцу своему, обещав открыть преисподнюю, что стало бы настоящим проклятием для людей и богов. За сбежавшей из нижнего мира богиней вышли демоны, преследовавшие ее. Просто напомню, что их шумеры считали физическими существами. «Не едят пищи, не знают воды, Не едят просеянную муку, Не пьют освященную воду, Не принимают дары, что смягчают (сердце), Не насыщаются радостью на груди жены, Не целуют детей милых…» © Сон Думузи Бесчувственные, не пьют и не едят и им вообще на все плевать, кроме приказа владык преисподней. Они готовы бродить по свету в поисках своей жертвы, загонять ее, пока не поймают. Но откупиться можно было кровью, например священной овцою. Еще немного. « Тогда Энлиль на месте святилища своего огромного Маленький храм тростниковый построил.» © «Проклятие Аккаде» Речь, очевидно, о Ниппуре, но очень это описание напоминает хижины пастухов у подножия Загрос, где песком погребен храм Нарам-сина. К интересным моментам относятся и языческие украшения (9) в пастушьем доме. Визуально те напоминают самих существ: два больших крыла и два малых. Однако, подходящим под такую стилизацию оказывается и Пазузу и, внезапно, сам бог Энлиль, имевший также расположенные четыре крыла. Демон Пазузу и Энлиль относятся к стихии ветра, а крылья символизируют стороны света и направления потоков. Стоит подумать, пастухи служители культа вампиров, откупавшиеся от тех (скорее древнего воина) жертвами в виде овец\людей, как завещали древние тексты? Или они потомки служителей Энлиля, поклонявшиеся ему и сторожившие покои. А может и вовсе эти обережки — Пазузу, защищающие дом от демонов из преисподней под горой. Итог. Из приведенных текстов и размышлений напрашивается идея: древние шумеры действительно знали, что демоны живут под их землей и выходят в пировать, как физические существа. Их нижний мир очень похож на холодное чрево корабля, вросшее за тысячи лет в камень гор и поглотившее несколько еще более ранних цивилизаций. Внутри него ходят голодные и неприкаянные зараженные трупы вперемешку с крылатыми-рогатыми демонами, поедающие в безысходности себе подобных. Лучи солнца изредка пробивающиеся во тьму через обвалы превращают их в прах, покрывавший все. А существа тенями рвутся в мир людей. Стоит выйти хоть одному из них — наступит катастрофа. Станет мертвых больше, чем живых. А освободившееся при постройке храма полчище способно вычистить почти целое царство, оставив горы трупов и опустевшие города. Возможно, видя правду, но не зная ответов, шумеры гармонично вписали инопланетных существ в мифологию, пытаясь ужиться с ними и защищаться. Не зря в преисподню запрещено было входить, ее защищало семь врат, а возврата оттуда не было. И все, кто сбежал обязаны были заплатить цену в виде равноценной жертвы.