ты хороший

В общежитии бантан ночью очень тихо. Все либо спят, либо стараются не шуметь. Сейчас "эти все" видели десятый сон - после сегодняшнего концерта, предпоследнего во всей программе мероприятий, участники без задних мыслей повалились спать. Окей. Все, кроме Чимина. К парню совсем не шел сон. Мысли в голове не укладывались так, как надо, глаз постоянно натыкался на что-то, что привлекало внимание (и даже пугало). Спать не давала дорожка лунного света, идущая от окна и до лица Пака: она слепила глаза. Навязчивые мысли о сегодняшнем концерте и прокручивание каждой «ошибки» в голове уже надоедали. Тяжелые думы о предстоящем концерте, что будет завтра, пугали до чертиков. Парень уже не новичок. Он уже видел много сцен и много людей, ему уже не следует волноваться. Но попробуйте донести это до него в полночь, когда ему спать хочется, но не можется. Чимин смотрит в темный потолок. Ему думается о том, что он не достоин того, что имеет сейчас. Что все, что случилось в его жизни, было зря. Парень вспоминает все свои успехи и... понимает, что он не удовлетворен. Любой бы сказал, что, наверное, это просто недостаток сна толкает на такие мысли. Ведь в здравом уме Чимин не подумал бы так. И это правда. Паника наступает... примерно сейчас - Пак смотрит на часы в телефоне и видит то, что он просто пролежал в кровати три часа с хвостиком и не выспится также, как и его коллеги. Сон так и не идет. Быть в кровати одному холодно. На сон остается около пяти часов, а глаза так и не смыкаются. Тело ноет от усталости, по голове бьет нескончаемыми воспоминаниями о произошедшем, сомнениями в себе, страхами о будущем... Парень не хотел плакать. Оно само. Рукавом своей пижамной кофты Чимин вытирает горячие слезы, а затем решительно встает с кровати и направляется в одно место в их общежитии. Он не забывает захватить одеяло на всякий случай. Парень пропадает в темноте коридора. *** Намджун спал крепко, хотя Чимин знал - разбудить его ничего не стоит. Под кроватью лежит книга, которую старший читал перед сном, что похоже на типичного Кима. Чимину немного неловко нарушать личное пространство мужчины, но он не виноват, что единственный способ хоть сколько нибудь поспать - это находиться рядом с лидером их группы. Слезы еще не высохли после плача, когда Чимин аккуратно ложится на большую одноместную кровать. В общежитии, в котором они остановились на данном этапе тура, очень просторные комнаты и большие кровати. Такое великолепие редко происходило с их группой. - Чимин? Что ты тут.. Что-то случилось? - Намджун сонно трет глаза и смотрит на парня в упор. «Все-таки проснулся...» - с досадой думает Чимин. - Я посплю у тебя, хорошо? Я правда больше не могу. - Он опускает глаза виновато, хотя неуверен, что подобное действие было видно в полутьме комнаты. - Так я же сразу тебе сказал, что ты можешь спать со мной изначально. Конечно спи, милый. - Намджун и правда предлагал Чимину спать с ним сегодня, но Чимин не послушал. - Спасибо, спасибо. - Пак нечаянно шмыгает носом, окончательно выдавая себя с потрохами. - Ты плачешь? - Теперь Намджун просыпается окончательно. Он включает настольную лампу у кровати и сосредоточенно вглядывается в лицо парня, который дрожащими руками пытается вытереть слезы. - Малыш, ну ты чего? Иди ко мне. - Лидер открыт для объятий, а еще волнение за Пака усиливается. Чимин слушается и оказывается на руках у мужчины. Он плачет ему в грудь, расстроенный всем происходящим - он помешал спать любимому парню, разбудив его посреди ночи, потому что ему, Чимину не спалось; он не может уснуть, хотя устал и жутко злится на свое тело; он паникует перед завтрашним концертом и очень боится; он вспоминает все свои ошибки, что допустил в сегодняшнем мероприятии и ему, черт бы побрало все это, очень больно. - Что случилось, милый? - У Намджуна голос хриплый спросонья. Чимин ощущает вибрации, прижимаясь к Джуну. - Прости, прости, мне так плохо... - Бормочет Пак, захлебываясь своими слезами, совсем не разбирая свои собственные слова. - Малыш, тихо, спокойно. Все хорошо. - Шепчет ласково Намджун, гладя дрожащее тело в его руках. Они посидели так какое-то время, пока Чимин не успокоился хотя бы чуть-чуть. После того, как плач немного поутих, мужчина смог разорвать объятия и сменить позу - сам Намджун лег на спину, а на себя положил Пака. - Что с тобой, милый? Скажи мне. - На самом деле, Джуну абсолютно наплевать на то, что сейчас середина ночи. И на то, что его сон прервали. Гораздо важнее Чимин, который чувствует себя очень плохо. - Я разбудил тебя, закатил истерику посреди ночи... - Но это же следствие. Следствие чего-то. Может быть, тебе плохо? Нам стоит сходить в спальню к Чонгуку и принести тебе бананового молока, которое он купил на всякий пожарный? - Я.. я не знаю. - дыхание Чимина все еще сбитое. - Расскажи. - Топит за свое Намджун. - Я- я просто боюсь перед завтра. Только не смейся и не думай ничего, мне правда страшно. - Я бы никогда не стал смеяться над тем, как тебе плохо. - Намджун гладит вновь по спине и ерошит голову. - Еще меня тревожит прошлое и мои прошлые ошибки. Вдруг я неидеален? Вдруг я плох? Намджун вздыхает тяжело. Они проходили это, причем неоднократно. - Малыш, ты хороший. Правда хороший. Я знаю, что сейчас в твоей истерике не помогут моя похвала, но я скажу самое главное - ты хороший. А завтра я буду рядом с тобой. Просто слушай музыку, пой свои партии, когда для этого приходит время, танцуй, опираясь на ритм, а за кулисами держи меня за руку. Ладно, Чимини? - Угу... - Пак шмыгает носом. - Ты хороший. Хороший человек, хороший артист, хороший. - Вкрадчиво продолжает Намджун. - Самый лучший, самый любимый мой, зайчик, крошка, цыпленочек... - Джуну надоедает говорить спокойно и размеренно, он срывается на «сюсюсю» и переходит к тисканью Чимина. Свои слова он заканчивает чмоканьем своего парня во все-все места на лице, до которых можно дотянуться. Чимин правда успокаиваются от слов любимого. Слезы постепенно подсыхают, а от прилива нежности даже стало как-то получше. - Давай я все-таки возьму у Гук-а молока? Мне кажется, тебе так уснется лучше. - предлагает Намджун на пробу. - Он убьет меня. - От одной-то пачки? Да не смеши меня. - Джун встает с кровати. - Я скоро вернусь - шепчет он напоследок. Чонгук был разбужен неловким передвижением хена по квартире. Да и к тому же - в его сумках рылись, да так старались что-то найти. - хен?.. - шепчет Чонгук, глядя на то, как Джун ищет что-то. - я возьму одну пачку молока у тебя? - Спрашивает Ким. В ответ он получает очень недоумевающий взгляд, говорящий «не сошел ли с ума, часом, хен?», но мужчина поясняет:- для Чимина. Ему не спится. Он еще боялся, что ты его убьешь, если он выпьет твое молоко. - Что? Чимину плохо? - Чонгук взбодрился и уже был готов сорваться на помощь к хену. - Да, немного. На самом деле, все по классике, мы не раз это видели. Будь спокоен. - возьми, конечно. Мне не жалко. Опять самокопание? - Да, именно. - Говорит Намджун, тяжело вздыхая. Чимина они знали, как облупленного, так что если Паку плохо, то о причинах говорить и не нужно. - Спасибо, Гук. спокойной ночи. - Выспитесь по максимуму за оставшееся время. - И ты тоже. - Усмехается Намджун, выходя и тихонько закрывает дверь. Ночью спали они хорошо - банановое молоко усыпило Чимина, а объятия Намджуна подарили безопасность. концерт прошел без катастроф - парни дали прекрасное шоу. Хотя за сценой Чимин крепко держал руку Джуна, и так ему было не страшно.