Любовь на троих.

POV Кирилл. Жизнь – дерьмо! Нет, я не говорю, что у всех, некоторым очень даже повезло, я просто имею в виду мою тушку. Вообще, мне капец как везёт. Ну, раз уж начал рассказывать, то начну со своей семьи. Я считал себя самым счастливым. Лет до восьми. А вот потом… Как-то раз я пришёл раньше из школы, не помню, если честно, почему нас отпустили. В комнате мама развлекалась с тремя мужиками, классика жанра, что уж. Меня поразило даже не это. Отец просто сидел на кухне и пил чай! Он даже не пытался пойти и разогнать тех придурков, вообще что-либо сделать. Я не понимал его, да и сейчас не особо и понимаю. Увидев меня, с заплаканными глазами, он чуть приподнял уголки губ, присел возле меня на корточки, дал конфету и со словами: «всё будет хорошо» вышел из комнаты. Больше я отца не видел. Как оказалось, он спрыгнул с моста прямо под машины. Знаете, я до сих пор храню эту несчастную конфету. На похороны меня не пустила бабушка. После отца она стала для меня всем. Забрала от матери, баловала, да и вообще любила. Летом, когда мне было одиннадцать, она умерла. Вот тогда я и начал понимать, что падаю в пропасть, наверное именно с того момента начался мой личный ад. Мама продала квартиру бабушки, так что я жил с матерью. Первое время я старался не обращать внимания на смешки за спиной. Теперь ведь все знали, кто моя мама. Учителя смотрели на меня с жалостью, пытаясь помочь хоть чем-нибудь, ученики смотрели с презрением, некоторые даже предлагали переспать, говоря, что раз моя мать шлюха, то я должен быть её сыном. Единственным спасением для меня был класс информатики. Игнат Борисович разрешал задерживаться у него. Рассказывал про всякие хакерские штучки, благодаря нему я влюбился в компьютеры. А ещё мне нравились стратегии. Учитель не понимал, как мне удаётся проходить всё с первого раза, хвалил и предлагал ещё какую-нибудь игрушку. Господи, каким я был наивным. Двенадцать. Мне в тот день исполнилось всего двенадцать. Я не хотел идти домой, чтобы вновь слышать, как я сломал матери жизнь, на это просто не было сил. Игнат, как я его звал, пригласил меня побыть у него дома, даже торт купил, когда узнал, что у меня день рождения. В тот же вечер меня изнасиловали. Тогда-то я и понял, что люди - это просто бездушные твари. Я орал, молил остановиться, надеясь, что всё это прекратится, окажется плохой шуткой или сном. Он пригрозил, что моим словам никто не поверит. Я и сам понимал это. Что слово сына какой-то там шлюхи против слова завуча престижной школы?! Теперь вы понимаете, почему я ненавижу свои дни рождения. Всё это продолжалось год. За всё это время боль стала привычной. Иногда сильнее, иногда она вообще практически не ощущалась, но она всегда присутствовала. Я даже к ней привык. А потом Игнат, сказав, что предпочитает мальчиков помладше, просто вышвырнул меня из своей жизни. Я даже обрадовался, думал, ад закончился, и я смогу стать нормальным. Как же я ошибался. Я ведь думал, что за год, никто не узнал об этих встречах с учителем информатики, но после этого года все как с цепи сорвались. Теперь всё заканчивалась не простыми тычками и обидными словами. Избиения, изнасилования, всеобщая травля. Я даже пытался бить в ответ, отвечать на усмешки, кричать, в надежде, что кто-нибудь услышит и поможет, даже покончить с собой, но всё становилось только хуже. Мать, как-то в перерыве между клиентами, спросила, что со мной. Ну, я и рассказал, не смог сдержать всё в себе. Как итог, меня выгнали из дома, назвав блядью, пидором и ещё многими обидными словами. Не знаю, почему я ничего не говорил в ответ, просто молчал. А потом оделся и ушёл с мыслью, что больше я в этот дом не вернусь. Нарвался на кучку отморозков. В общем, итог понятен. Теперь вот либо лежу и помираю в снегу, либо же я каким-то чудом попал в больницу и отхожу от наркоза, ну или каких-нибудь других веществ, а может меня накачали наркотой и сейчас начался отходняк. Приоткрываю глаза, тут же зажмуриваясь от яркого света. Повернув голову, пытаюсь осмотреть обстановку. Как я и думал – больница. Я в палате с каким-то парнем. Симпатичный. - Очнулся, я Саша, - парень, заметив моё движение головой, тут же улыбнулся. – Если хочешь, можешь ещё поспать. Всё с тобой хорошо, жить будешь. Чуть кивнув, я снова прикрыл глаза. Парень оказался довольно общительным. К нему постоянно приходили какие-то друзья, пару раз приходил отец, он довольно улыбался, подписывал какие-то бумаги, шутил. Как я потом узнал, он лежал с огнестрельным ранением в плечо. Не может же просто так подросток лежать с простреленным плечом, так что я даже не представляю, куда он вляпался. Саша пытался говорить со мной, а я лишь отвечал односложными фразами или вообще уходил от ответа. Он хотел, чтобы я ему доверял, но я не мог просто довериться, не в моей грёбанной жизни. Ни мать, ни кто-либо ещё не приходили навестить. Доктор неодобрительно смотрел на меня, стараясь побыстрее выписать, чтобы освободить койку в больнице. -Кирилл, боюсь, что нормально ты передвигаться не сможешь ещё как минимум месяц. Тебя кто-нибудь сможет забрать? – спросил доктор на очередном утреннем осмотре. А я понимал, что некому. Матери у меня нет, в школе я совершенно ни с кем не общался, отец мертв. - Можно телефон? – попросил я. Набираю номер Игната, не особо надеясь, что он будет мне помогать. - Привет. Я… сможешь меня из больницы забрать? - Извини, шлюшка, но ты сам понимаешь, что мне не до тебя. - Понятно, - шепчу я, сбрасывая вызов. На что я, спрашивается, надеялся? Я понимал, что так будет, но слёзы почему-то душат. Покачав головой, я отдаю мобильник врачу и отворачиваюсь к стенке, чтобы они не видели моих слёз. - Можно с вами поговорить? – раздаётся голос моего соседа. Не знаю, что там происходит, но через пару секунд хлопает дверь, и в палате я остаюсь один. Слёзы текут, но я стараюсь не всхлипывать. Так, со слезами на глазах я и засыпаю. Просыпаюсь ближе к вечеру. Саша всё так же лежит в постели, читает какую-то книгу и улыбается. - Проснулся? – спрашивает он и садится ко мне на кровать. Киваю. - Слушай, прости, конечно, но… ты не будешь против, если до полного выздоровления поживёшь у меня? – спрашивает он. - И что ты за это хочешь? – настороженно спрашиваю я. - Ничего такого, просто не могу пройти мимо. - Не нужна мне твоя благотворительность, - зашипел я. - Я… просто я, и правда, хочу помочь. Прости, - он вышел из палаты, оставив меня одного. Я понимал, что мне некуда деваться и это, возможно, последний шанс. Но моя не очень уж весёлая жизнь научила не доверять людям и везде искать подвох. Весь вечер я думал, впрочем, ничего нового для себя не открыл. - Скажи, зачем тебе это нужно? – спросил я, когда он пришёл в комнату, наверное, объявили отбой. - Ты мне понравился, - сказал парень, наверное, даже покраснел, пусть в темноте этого и не видно. Я молчал, молчал и Саша. Если честно, было очень неуютно. А ещё я понимал, что из всего этого ничего хорошего не выйдет, но в любом случае, другого выхода я не видел. Вздохнув и зажмурившись, я чуть слышно прошептал: - Я согласен.