Каша в пионерском галстуке

      Володя уже не чувствовал ног. Они всё ещё неслись в сторону лагеря, не в силах остановиться, сделать хотя бы один вдох уже было большим достижением. Максим бежал впереди всех и визжал, Денис прыгал за ним следом, оббивая пакет обо все доступные поверхности, в основном, это были деревья. Володя отставал, в силу своей физической подготовки, но не очень сильно, всё-таки, он бежал как мог, настолько его пугала встреча с тем злым дедом.       Наконец, они вбежали в ворота лагеря, Макс перестал кричать, Денис чуть не врезался в фонарный столб, а Володя не рассчитал силы, запнулся и проехался ладонями по земле и траве. Короной всего этого выступления было то, что он в кого-то врезался головой.       Володя поднял глаза и увидел чужие ботинки прямо перед своим лицом. Их обладатель, стоявший над ним, почти сразу нагнулся. Володя посмотрел выше. Ну конечно.       — Илья, — он буквально проныл это имя, а потом плюхнулся головой обратно в пыль.       — Каш, ты в порядке? — Коряков аккуратно постучал Володю по голове.       — Нет, — простонал Володя куда-то в землю. — Оставь меня.       Илья зацепился одними пальцами за чужой подбородок, приподнимая Володину голову. На подбородке красовалась ссадина, Володя почувствовал это от прикосновения пальцев.       — Блять, больно, — он дернул головой, и будто заводная кукла, в прыжке поднялся на ноги.       Коряков с большим вопросом в глазах смотрел на Володю.       — Может быть, ты объяснишь, что случилось? — Илья явно старался говорить как можно спокойнее и доброжелательнее, хоть его лицо и выглядело так, будто ещё немного и у него задёргается глаз.       — У меня были дела, — буркнул Володя.       — В лесу? — уточнил Илья. — А бежал ты, наверное, от волков?       — Да.       — А я по-твоему совсем идиот? — спросил Илья. — Не смей отвечать да.       Отвечать да Володя не планировал. Он планировал вообще ничего не отвечать, надеясь на волю случая.       — Ладно, не хочешь говорить, не говори. Давай я угадаю, — Коряков начал, не дожидаясь ответа. — Кто-нибудь из наших гениальных вожатых позвал тебя воровать яблоки, и я даже догадываюсь кто, а ты, как человек, желающий с ними подружиться, согласился?       Володя кивнул, поспорить было не с чем.       — Потом вас заметили, и вы бежали сюда через весь лес, чтобы после упасть мне в ноги?       — Всё было только ради этого, — усмехнулся Володя. Илья отчего-то отвёл глаза и потёр ладонью щёку.       Прерывая неловкий момент, к ним подошёл Денис. У него в сложенных руках было большое количество яблок.       — Твоя доля, — подмигнул он, пересыпая всё это добро в руки Володе, который совсем этого не ожидал. Теперь ему даже пошевелиться было страшно, только бы не уронить. Денис перевёл взгляд на Илью и тут же рассмеялся, видя, как он на всё это смотрит. — Илюх, прости.       — Каждый год одно и то же, — вздохнул Коряков. Володя не до конца понял, что именно его расстроило. Илья выхватил одно яблоко из рук Володи. — Чёрт с вами, — он откусил от яблока, его взгляд был обращён только на Володю. Ненадолго Володе даже стало стыдно.       А потом Илья ушёл. Просто ушёл, оставив Володю, его яблоки и его дурацкие мысли стоять у входа в лагерь. Володя сильно грустить не стал, но задумался, и в таком состоянии направился в комнату. Не в силах особо сильно разбираться во всём, он раскидал яблоки по кровати и направился обратно на улицу.       До самого вечера Володя находился в прострации, бродил вслед за Даней, перекидывался короткими фразами с детьми. На большее его не хватало.       Уже после отбоя Володя обнаружил себя сидящим на берегу реки с электронкой в руке. Не то чтобы он не знал, как тут оказался, знал, ясное дело, просто, до этого момента ему действительно не хотелось ничего. А сейчас, вдруг захотелось. Захотелось, почему-то, чтобы тут был Илья, чтобы курил свои вонючие сигареты и многозначительно вместе с ним молчал.       Мысли эти испугали Володю до ужаса. Он курил нервно и не мог понять, как в его голове образовалась эта привязанность за такой короткий срок. Илья так и не пришёл.       Зато пришёл кто-то другой.       На плечо Володе легла рука, он даже почти не вздрогнул, будто бы в этом странном лагере обычным делом было внезапно класть на кого-то руки.       — Володя, — голос был слишком радостным, Володя был уверен, что не слышал его раньше. Он обернулся и увидел вожатого первого отряда. — Я знаю, что ты был в сарае.       При свете дня выглядел этот парень странно, Володя его уже видел, Илья представлял ему его как Колю из первого отряда. Хоть его волосы были совершенно обычного русого оттенка, одежда у него была цветастая, а где-то в волосах прятались солнцезащитные очки. Они и сейчас покоились у него на лбу, хоть было не совсем понятно, зачем они нужны ему ночью.       — Мы с Русланом ходили туда за книжками, — сказал он, всё ещё держа Володю за плечо. — Я тебя заметил. А ещё я знаю, что ты написал имя Мазеллова на печатной машинке.       — Блять, — не выдержал Вова. Коля сел рядом с ним на бревно.       — Ты не переживай, я тебя не выдам, — заверил он. — Я секреты умею хранить. А подростковые влюблённости – это моя тема. Я в них разбираюсь как никто.       Володя аж подавился своей электронкой. Какие к чёрту подростковые влюблённости? Да этот парень спятил.       — Ты с ума сошёл? — с максимальной громкостью зашептал Володя. — Ты думаешь, мне Илья нравится?       — Я это знаю, — заверил его Коля. Даже в темноте Володя мог представить его довольную улыбку.       — Ни черта ты не знаешь, — зашипел, разозлившись, Володя. — Ты думаешь, я гей что ли?       Коля поднял руки примирительно.       — Почему сразу гей? Может, бисексуал. Ну или как вы там себя называете, – задумчиво произнёс он, а потом вытянул из руки Володи курилку.       Володя еле сдержался, чтобы не врезать новому приятелю.       — Послушай, Коля, я не знаю, что ты там себе придумал, — Вова сделал драматургическую паузу, пытаясь успокоить дыхание. — Но мне не нравится Илья. Он хороший парень, не более. И вообще, я по девочкам.       — Как скажешь, золотой мой, — улыбнулся Коля какой-то загадочной всезнающей улыбкой, выдохнул облако дыма. — Без обид тогда. Доброй ночи.       Он поднялся, отдал Володе курилку и сразу же ушёл. Володя подождал около пяти минут, и злобно топая, направился в свою комнату.       На кровати всё ещё валялись яблоки. На соседней мирно спал Даня, будить его было совсем неправильно, поэтому Володя тихо поднял покрывало вместе с яблоками, положил на пол и лёг на кровать. Ему даже спать не хотелось от возмущения. Глаза очень скоро привыкли к темноте, но Володя никак не мог уснуть.       В дверь внезапно постучали. Володя всё ещё не хотел, чтобы Кашин проснулся, поэтому тут же подскочил и побежал открывать.       — Илья? — удивился он. — Что ты тут делаешь?       Илья почему-то молчал, только заглядывал в глаза с видом совершенно отрешённым.       — Всё нормально?       Илья направился к входной двери дома, Володя, будто зачарованный, пошёл за ним.       Входная дверь привела их в зал, в комнату Ильи. Что-то в зале явно изменилось, посреди комнаты стоял диван, все остальные предметы будто были покрыты дымкой. Володя не особо заострял на этом внимание.       Коряков вдруг схватил его за руку. Вот чёрт.       — Илья? — ещё раз спросил Володя. Он так и не получил ответ в прошлый.       — Володь, знаешь, Коля прав.       — Что?       — Коля прав, ты в меня влюблён.       — Чего блять.       Откуда он узнал об этом разговоре... Неужели Коля уже успел рассказать ему.       Илья рассмеялся от Володиного смятения, мягко поцеловал чужие пальцы, выбивая почву из-под ног. От чего ему так весело, Володя понять не мог. Ему вдруг будто перекрыли воздух, он задышал тяжело, от переизбытка эмоций.       — Я тебя поцелую, знаешь, — Коряков будто бы не замечал, как Володю начало трясти. — Ты мне тоже нравишься.       Вокруг всё закружилось, в ушах зазвенело и пространство помутнело ещё сильнее. Володю повело во всём этом круговороте, и он едва удержался от падения, лишь потому что Илья держал его.       — Ты мне не нравишься, — бормотал он себе под нос, едва ли в силах сказать это громче.       — Я не слышу, Володь, — отвечал Илья откуда-то слева, справа, а может быть, сверху, одно можно было сказать точно, на месте он не стоял.       Володя кружился и кружился, его мутило и одновременно с тем крутило во все стороны. Всё закончилось в одну секунду, когда он почувствовал смазанное касание губ на своей щеке. Комната резко остановилась, он споткнулся и упал, подбородок привычно зажгло. Земля неприятная на ощупь. Он поднял глаза и увидел ботинки Ильи.       — Ты в порядке? — участливо забеспокоился голос откуда-то сверху. Теперь он был яснее и звучанием и направлением. Володя отчетливо чувствовал прикосновение к своей голове.       — Нет, — промычал он то ли в пол, то ли в землю, то ли в чужие ботинки. — Отстань от меня.       Пальцы прошлись по его подбородку, оставляя жгучую боль после каждого касания. Рука коснулась шеи, переползла на щёку и остановилась там. Перед лицом замаячило лицо Ильи. Так рядом.       – Володя.       — Блять.