Лучшая картина – твой взгляд.

      Трафальгар Д. Ватер Ло.       Все в этой фигуре и манит, и убивает одновременно. Он как свет для назойливых жуков летним знойным вечером. Его походка, ослепляющая каждого, кто его встретит, быстрые, отточенные движения рук во время операций, татуировки по всему телу и, конечно же, печальный взгляд. По нему с легкостью можно понять, что иметь с этим парнем дело не стоит. Нет ни одного человека, который всколыхнет жизнь в его стальных глазах .       По началу эта серьезность очень пугала Мугивару. Кто вообще в здравом уме не будет бояться безжизненного взгляда живого человека? Но если задуматься, то подобное явление устрашающе завораживает. Отсутствие радости, боли и огоньков жизни. Каждому, кто считает своим долгом помогать людям знакомо это. Возжелать «травмированного бэд боя», как говорил Френки. Но Луффи плевать как называют этого пирата его друзья. Он хотел услышать его историю и стать недостающим звеном, спасти эту заблудшую душу.       С каждой мелочью замеченной в поведении этого загадочного пирата Луффи хотел сблизиться и узнать его секреты, увидеть взгляд, отличающийся от простого «Мугивара-я, привет».       И вот его отточенные движения рук уже кажутся не такими отточенными, если вглядеться, то пальцы и запястья потрясываются даже сильнее, чем у обычного человека. О боже, а незамысловатые движения, будто он стряхивает с рук воду, когда не может сдержать очередной приступ. Цель для спасателя Луффи становилась все более и более понятна с каждым днём, с каждой минутой пребывания наедине.       — Слушай, мне кажется ты слишком увлекся, ты становишься одержимым сталкером, — невесело подмечает Зоро, его правая рука. — Ха-а, а мне кажется, что вы лезете не в свое дело, — с такой же интонацией начал передразнивать своего накама Мугивара. — Нет, правда, Луффи, у нас полно других забот, оставь его, — добавила Нами, но эти слова так и не успели дойти до ушей ее капитана, что заставило в очередной раз поежиться команду от собственных мыслей.       Все же альянсы пиратов не проходят бесследно. Луффи бесповоротно влюбился в друга. Он не может перестать думать, следить и замечать эти глупые привычки, искусанные губы, хруст пальцев, на которых аккуратно набиты татуировки. Все это манило, забавляло, умиляло и одновременно влюбляло еще больше молодого пирата. Все эти мелочи, которые остальные бы даже не заметили, все это заседало и оставалось в голове Монки Д. Луффи с каждым мгновением рядом напоминая про чувства, живущие в его сердце, и удваивая их. Альянс с пиратами сердца стал лучшим решением в жизни резинового парня, так казалось тогда всем. Ведь абсолютно все сходило мугиварам с рук. Даже постоянные вечера с выпивкой в компании Ло, разговоры до утра, пьяные долгие поцелуи. Все это развозило нехуже наркотиков, поставляемых До Фламинго по всему миру. Именно такое сравнение шло в голову, глядя как один пират тонет в ласках другого. Но оставалось то, чего Луффи так и не удавалось достичь, понять что именно стряслось в жизни его партнера. Замеченные и заученные на зубок привычки, заскоки его возлюбленного никак не помогали в достижении этой цели. –Траффи, слушай, а что у тебя стряслось то? — спросил Луффи, подмечая про себя, что его собеседник дрогнул после этого вопроса. — О чем это ты? Опять твои пьяные бредни? — подсел ближе хирург и с ухмылкой наклонился к лицу своего напарника.       Откинул голову назад Луффи рвано вдохнул, зная, что после этого действия его ждёт лучшая награда. Очередной незабываемый вечер с Трафальгаром Ло, капитаном пиратов его сердца. Наклонившись еще ближе к лицу Ло взглянул на своего собеседника и провел языком по припухшим губам, собирая остатки выпивки, что они разделили на двоих пару минут назад. Примкнув к младшему, он расположил руку на голове, поглаживая чужие смольные волосы. Томные вздохи, руки шарящие и изучающие каждый миллиметр другого, и посасывания чужих губ, все это составляло картину почти каждого их вечера, раскрепощая двух капитанов альянса.       Кто говорил, что альянс пиратов никогда не заканчивается чем-то хорошим? Вознаградите его от лица Луффи, дайте медаль почета, сделайте его королем пиратов, да что угодно, ведь этот человек окажется как никогда прав. — Траффи, слушай, ты мне нравишься, — без сомнений произносит опаленный чужим дыханием на его шее парень. Этим словам так и не последовало ответа, но дальнейшие события после них стали развиваться гораздо быстрее. Впиваясь, как зверь в свою жертву, хирург оставлял багровые следы на шее своего друга, не теряя ни секунды он спускался все ниже, чувствуя что партнер не будет против. Обсасывая каждый сантиметр тела, но не возбужденную плоть Ло дразнил Мугивару. Завывания и мольбы о большем возбуждали как никогда. После нескольких минут, оставлявших после себя позорные багровые отметины по всему телу, с резинового парня стянули шорты и плавным движением обхватили разгорячившуюся плоть. Размеренно водя рукой вверх-вниз покручивающими движениями Трафальгар заставил Луффи издавать звуки, совершенно не похожие на привычный смех или восхищение. Это было, что-то новое, что определенно вызывало зверскую жажду и интерес. «Что же еще можно увидеть и услышать от этого невинного парня?»Прикоснувшись языком и приступая посасывать член, оставляя руку на столь горячем участке кожи, Трафальгар доводил парня до оргазма раз за разом, наблюдая как те самые смольные волосы начинали прилипать от пота ко лбу. — Не мне одному сосать, Мугивара-я, — заговорщицки и со смехом произнес Ло и сунул пальцы в рот запыхавшегося партнера. Обильно смочив пальцы слюной Ло похлопал Луффи по щеке, нашептывая какой же он хороший мальчик, и стал разрабатывать его. Из-за резиновой способности заниматься этим нужно было не так долго, как с бывшими партнерами Трафальгара.       Вынув пальцы, хирург смерти услышал всхлипы и мольбы продолжить, но проведя пару раз рукой по собственному члену Ло нашел то, что быстро заменит пальцы, побывавшие внутри будущего короля пиратов. Вероятно это был один из первых оргазмов Монки Д. Луффи, это просто не могло быть не правдой, ведь настолько неопытным казался сегодняшний партнер. Ло же с нескрываемым удовольствием смотрел на то как его друг обнимал и нашептывал на ухо, все-таки пьяные бредни, что любит и хочет быть рядом, что хочет стать его спасителем, хочет помочь. Очень самонадеянно. — Слушай, Траффи, ты мне так и не ответил. Я правда тебя люблю, я хочу быть с тобой, — не отпуская надежды, Мугивара уставился на хирурга смерти в очередной из вечеров наедине. — А что ты хочешь от меня услышать? — послышался напряженный голос парня. — Что ты любишь меня, что мы будем вместе и что я тебе помог, — с детской невинностью в глазах произнес Луффи, озадаченный этим вопросом.       Забавно наблюдать за тем как все мечты таких наивных дурачков испаряются прямо на глазах. Тем более, когда в глазах, пропитанных любовью появляется ненависть и слёзы. Ведь красивее безжизненных глаз могут быть лишь те, в которых угасают все чувства и сменяются на пронизывающую боль. — Мугивара-я, кто тебе сказал такую глупость? Мне что нельзя уже развлечься не только с помощью выпивки? Я взрослый пират как-никак, а ты был под рукой- злобно улыбаясь проговаривает парень, полностью расслабляясь и наблюдая за такой изящной картиной эмоций, сменяющихся одной за другой, — слушай, неужели ты действительно повелся на такую откровенную ложь? Ты думал, что я тебе доверюсь, раскрою всю свою жизнь и мы будем жить припеваючи? — улыбаясь подытожил парень, поднимаясь и не дожидаясь ответа, оставил использованного Луффи. А младший так и продолжит лежать с чувством шлюхи, влюбившейся в постоянного клиента, который уходит каждое утро, оставляя ее наедине с поглощающими мыслями и темнотой.       Самой красивой картиной в мире для Луффи оказался взгляд Трафальагра Ло, неприступный, но молящий о помощи. А самой красивой картиной для Трафальгара Ло оказался взгляд, наполненный болью и неверием, взгляд, начинающий терять жизнь. Он становился таким же живым человеком с безжизненным взглядом.