Бар "MooN"

Чим  

      Я как в тумане поднимался в квартиру к Юнги.       "Куда ты идёшь?!", кричало моё сознание, но я слышал самого себя как будто издалека.       Давно мне так не было страшно.       Хён… Я не всегда его боялся. Раньше мы были друзьями, вместе играли дома и на улице несмотря на то, что он был старше и его увлечения явно отличались от моих. Он изучал боевые искусства, занимался спортом, а не так давно вернулся из армии, где сильно возмужал и изменился неузнаваемо. Раньше он защищал меня, и в его присутствии я чувствовал себя в абсолютной безопасности. Так было до нашей последней встречи… Мои мысли прервал Юнги.       — Чимин ты как?       — Нормально, – на автомате ответил я, хотя чувствовал сильную слабость.       — Давай ты присядешь, – проявив чуткость, прошептал Юнги, подталкивая меня к дивану в гостиной. — Отдыхай, я сварю нам кофе, – и обогнув кухонный остров он вытащил кружки и зёрна из шкафчика.              Я наблюдал за ним, отмечая его чёткие движения, вероятно отработанные не одной сотней заваренных кружек кофе. Его руки, с бледной кожей, и длинные пальцы, заворожили меня, и я снова погрузился в воспоминания.       Я вспомнил, как в последний раз был в местном клубе.         "Он конечно тот ещё отстой", подумал я, и кривая улыбка появилась на губах.       Войдя, первой мыслью было, что меня забыли предупредить о тематической вечеринке, так как оформление переносило нас на несколько десятилетий назад. На стенах металлические панели, диско-шар, несколько высоких столиков возле зашторенных окон, а на небольшой сцене стол с древним муз миксером и пара средних колонок на полу. Меня даже смутило, что музыка соответствовала нашему времени и я спросил ребят:       — Что тут происходит?         На что Джин засмеявшись, ответил:       — Да, Чим, я тоже был смущён в первый раз, но после второй бутылки соджу мне здесь очень даже понравилось! – и мы дружно засмеялись его словам.       Вечер действительно проходил неплохо. Мы бегали на улицу выпить из чьей-то заначки, а потом танцевали и это было великолепно. Среди ребят оказалось много талантливых танцоров и создав небольшое свободное пространство в зале, мы выходили по очереди и показывали свою "крутость".       В самый разгар веселья дверь в зал открылась с резким стуком, и все повернулись посмотреть, что происходит, а там стоял хён, заслонив собой почти весь свет, падающий в проём двери, из коридора. Я сразу напрягся, сообразив, что что-то может быть не так, но "надежда умирает последней"…       Он немного пошарил взглядом, а потом посмотрел прямо в мои глаза.       — Иди сюда, – рявкнул он громко, а я непроизвольно вздрогнул.       "Нет! Что делать?!"       Он сверкнул глазами, когда я не шевельнулся с места и двинулся медленным шагом мне навстречу, напоминая прогуливающегося крупного хищника среди стада овец. Я наконец то смог двигаться, но, вместо того чтобы идти к нему, попятился назад, и сразу был схвачен крепкой хваткой хёна.       — Мы уходим! – снова рявкнул он, и потащил меня к выходу.       Но я вдруг так сильно испугался такого холодного отношения. Наверно поэтому начал упираться, понадеявшись на толпу и то, что он не посмеет сделать ничего при всех. Тогда я впервые узнал, что такое разочарование и предательство хёна. Сначала он просто дёргал меня, и со всей своей выносливостью, я не мог сопротивляться ему, пока в какой-то момент не ухватился за выступающую стенную панель. Кто-то очень удачно отогнул её! Вот только я не учёл, что хёну будет плевать, что метал врезается мне в руки, и даже вид крови, довольно быстро окрасившей всю мою кисть, его лишь больше разозлил, и он начал бить меня ногами, чтобы ослабить хватку.       Как мне показалось, через вечность, он всё-таки отцепил меня от панели и вытащил в длинный коридор, громко захлопнув дверь и рыкнув на тех, кто пытался вмешаться.       — Что ты делаешь с этими пидорами?! – рявкнул он и двинул меня по лицу.       Голову мотнуло в сторону, и я ударился о стену, но упасть мне не позволила его крепкая хватка.       — Я тебя спрашиваю! – и второй удар не заставил себя ждать. — Тебя, блять, предупреждали неоднократно, чтобы ты с ними не общался, что непонятного?! Дядя говорит, что они на тебя плохо влияют!       "А вы, блять, хорошо?!", пронеслось в моей голове возмущение, но тут же было выбито из меня, вместе со всеми другими мыслями.       Так, избивая, он протянул меня до самого конца коридора, а когда я всё-таки упал, то схватил меня за шиворот и оттащил в туалет.       — Умывайся, мы едем домой!       Я с трудом видел из-за крови и опухшего лица. Умывшись, шипя от боли в тех местах, где кожа полопалась, я проковылял к дверям, держась за стену. Он подтолкнул меня идти перед ним. Краем глаза я видел шокированных ребят, пытающихся что-то сделать, но все понимали, что это бесполезно.       Хён решил, что избить мало, поэтому повёз меня домой на автобусе. Общественный транспорт его не разочаровал, люди вдоволь глазели на меня, и он даже, как мне показалось сжалившись, накинул поверх моей окровавленной одежды куртку, а на руку, по которой продолжала стекать кровь, намотал платок.         В таком виде я и предстал перед родителями, униженный, избитый и в крови. Мне хотелось провалиться под землю от жалости, с которой смотрела на меня мать. А также слёз, которые она проливала. Отец с хёном ушли на кухню обсудить произошедшее, а мать усадив меня бегала то за аптечкой, то за водой, причитая и хлопоча вокруг меня.       Я смотрел на окружающую меня обстановку и думал о том, что почти не чувствую тепла от воспоминаний, которые связывают меня с этим местом. Мой дом, место, где я взрослел, больше не было столь значимым и дорогим, так как не давало мне чувство защиты, как раньше. Мать заботилась обо мне, но усталость и боль разочарования от действий хёна и даже отца (я слышал, как он поддержал хёна, а не меня, когда тот всё ему рассказал) накатили на меня, и я лёг на диван и отключился.       Я открыл глаза из-за сильного запаха кофе и увидел перед собой кружку.       — Спасибо, – пробормотал я, взяв её из рук Юнги, который внимательно меня разглядывал.       — Чимин, хочешь поговорить?       — Нет, пожалуй. Я приду в себя, – мотнув головой и одновременно приподнимая кружку, сказал я, — и поеду домой.       Мы сделали несколько глотков в тишине и это было очень приятно. Где-то играла тихая музыка и я немного расслабился, так уютно мне стало.       Поёрзав и прокашлявшись, Юнги с осторожностью спросил:       — Чими, может ты останешься здесь?! У меня есть гостевая спальня и там есть замок, если ты переживаешь. В общем можешь там остаться, а завтра я отвезу тебя. Подумай и не торопись, а я пока вымою кружки.       Он встал, убирая со стола, а я наблюдая за ним думал, что совсем не хочу домой. Джина стеснять всё время тоже было некомфортно. Одна ночь вне моего обычного мира возможно пойдёт на пользу всем.       — Если это удобно, то я останусь, – сказал я, как только выключилась вода.       Юнги повернулся ко мне вытирая руки, и двинувшись быстрым шагом сказал:       — Тогда идём, я покажу, где банные принадлежности, ты наверняка хочешь принять душ и лечь.       — Не откажусь.       Пройдя по небольшому коридору, мы вошли в просторную комнату с большой кроватью, комодом для белья, из которого Юнги достал полотенце и халат, зеркалом и небольшим, высоким шкафом.       — Ванная справа от двери в спальню, напротив моя комната, если понадоблюсь. Слева от комнаты кабинет с небольшой библиотекой, если захочешь почитать перед сном. Больше не буду тебя беспокоить, отдыхай.       Сказав это, он также стремительно вышел, осторожно закрыв за собой дверь. Ещё раз осмотревшись, я заметил возле шкафа небольшую кушетку и сняв олимпийку бросил её туда. Выпустив футболку, я размотал бинт и бросил его там же. Синяки стали ещё темнее и больше, но боль значительно уменьшилась. Взяв в руки халат с полотенцем, я пошёл искать ванную комнату, следуя указаниям Юнги.       Ванная, а точнее душевая комната была такой же просторной и комфортной, а приглушённый свет и серо-голубой кафель расслабляли. Я бросил свои вещи на кушетку и вошёл в душевую. Горячая вода водопадом потекла на меня с потолка. Я наслаждался запахом его геля и расслабляющей водой думая о том, как он принимает тут душ, и вода скатывается по его красивому, обнажённому телу.       Сам не заметил, как мысль переросла в эротическую фантазию, и я, возбудившись и тяжело дыша осознавал, что стою в душевой парня, о котором сейчас страстно мечтаю. Я думал о его тонкой шее видневшейся в открытом вороте рубашки, по которой мне так хотелось провести губами. Его светлая кожа манила меня прикоснуться и исследовать его тело… Не выдержав и испытывая чувство вины, за свою слабость, да ещё и у него дома, я залез под холодную воду. Струи воды словно обжигающие язычки щипали кожу и быстро привели меня в чувство. Поэтому, после душа, дрожа и стуча зубами я схватил полотенце и судорожно, наспех вытерев себя, поспешил поскорее укутаться в халат.       Выйдя из душевой, я прошёл по тёмной гостиной в кухню, где у шкафчиков светились небольшие ночные лампочки, в надежде найти там кипяток и заварку. Я решил начать поиски со шкафчика, откуда Юнги доставал зёрна для кофе. Пошарив там немного в темноте, я нащупал упаковку пакетированного чая, и включив электрический чайник присел в ожидании. Ноги всё ещё подрагивали от холода, и я потёр их, одновременно тяжело опустив голову.       "Что за день такой?!" пронеслось в моей голове.       — Ты в порядке?       Его голос раздался в тишине плавно, почти шёпотом, но от неожиданности я всё же вздрогнул. Подняв голову и посмотрев в темноте в его глаза, я ощутил, что все мои фантазии лишь бледная пародия на оригинал. Он стоял в полумраке гостиной в пижамных штанах и в халате, наброшенном на плечи, держа в руках полотенце. Я сглотнул, когда мой взгляд пробежался по его обнажённому торсу, неприкрытому халатом, и немедленно встал, спрятав свою растущую "неловкость" за кухонный остров и старательно делая вид, что нетерпеливо жду пока закипит чайник.       — Да, всё отлично. Спасибо, – хрипло произнёс я, и попытался прокашляться.       Он стремительно двинулся в мою сторону.       — Юнги… – только и успел прошептать я, как он уже был рядом и доставал стеклянную банку из холодильника, с желтоватой массой.       – Это мёд с имбирём. Поешь с чаем. Тебе нужно беречь горло, а ещё быстрее просушить твои волосы, – подняв руку он коснулся моих волос.       Я перехватил её и замер. В этот момент я думал, что стоит ему опустить свой взгляд… Скорее всего, даже при таком скупом освещении, уже ничего нельзя будет исправить.       "И почему только я ничего не надел под халат?!"        — Всё в порядке. Не переживай. Я выпью чай и пойду в постель, под одеяло. Извини, что побеспокоил тебя своими хождениями по дому.        Голос продолжал меня подводить, а дыхание участилось от его близости и запаха, который и ранее свёл меня сума. Он опустил руку к вороту моего халата, плотнее его запахивая.       — Чимин, я просто забочусь о тебе. Я делаю это, потому что хочу. Ты против?       Я опешил.       — Нн…ннетт… – протянул я, слегка запинаясь и от смущения опустил голову.       Его рука тут же оказалась под моим подбородком приподнимая лицо назад, и я попал в плен его глаз. Они стали для меня озёрами, в которых с таким энтузиазмом тонуло моё сознание. Губы приоткрылись, и тяжёлое дыхание с едва слышными хрипами вырывалось из моего немедленно пересохшего рта. Его лицо казалось не выражает никаких эмоций, но вот он медленно опустил взгляд на мои губы, и мускулы лица ответно дрогнули. Он стремительно впился в меня поцелуем, жадным, но нежным. Мои колени начали подкашиваться, и я пошатнулся, а он, обхватив за талию и прижав меня бёдрами к острову, на мгновение замер, ощутив "весь объём" моего желания. Но я был не единственным, кто так чувствовал. В моё бедро упирался его показатель чувств, и от этого мой член задёргался, а на головке я почувствовал проступившую влагу. Он прижался ко мне ещё крепче, а второй рукой, забравшись под мой халат, провёл по обнажённому бедру.       — Юнги… – простонал я ему в губы.       И в этот момент он обхватил рукой мой член. Я схватил его обеими руками и замер.       — Не двигайся, – прошептал я испуганно, чувствуя, что любое движение вызовет немедленный взрыв.       — Не бойся, – в ответ прошептал он.       Протянув другую руку, он взял брошенное на стол полотенце, и прижав его к моему члену, продолжил свою ласку. Я взорвался незамедлительно, и с тяжёлым стоном уткнулся в его плечо. А он продолжал поглаживать меня, и я чувствовал, что член всё ещё напряжён несмотря на извержение.       — Ты сводишь меня с ума, – прошептал я, когда он, оторвавшись от моих губ продолжил прокладывать путь по моей шее к ключицам, попутно распахивая халат.       Я уже не мог и не хотел останавливаться или останавливать его. Желание полностью завладело нами и всё о чём я мог мечтать, это ощутить его обнажённую кожу на своей. Протянув руки под его распахнутый халат, я помог ему спустить его с плеч. Он стряхнул его с себя одним движением, исследуя мой торс своим ртом, а рукой поглаживая мой член. Лизнув сосок и почувствовав мою дрожь, он ногой подтянул халат и встав на него на колени взял мой член в рот. Я задохнулся от обрушившихся на меня ощущений, и точно упал бы, если бы он не продолжал прижимать меня к острову за бёдра. Взяв его на всю длину, а потом отпустив, он пробежался по головке языком, и взяв его снова начал сосать. Я почувствовал, как оргазм с новой силой подкатывает к краю, а он перехватил его рукой, передавил у основания и не дал мне кончить.       — Юнги-хён, – стонал я, с придыханием.       — Я тоже хочу тебя, – шепнул он мне в член.       И снова взял его в рот, на этот раз позволяя мне взорваться, и высасывая всё до последней капли. Ноги дрожали и он, поднявшись, накинул на меня халат, и обхватив за плечи, повёл в комнату. То, что это его спальня я понял лишь когда уже опускал голову на подушку. Он помог мне снять только что одетый халат и бережно укрыл одеялом.       Я потянулся к нему испытывая чувство неловкости и вины за то, что дважды испытал наслаждение от его ласк, а он так и остался неудовлетворённым. Но не успел я ничего сказать, как услышал:       — Отдыхай. У тебя был трудный день. А я пойду всё-таки приму душ, – улыбнулся он и легонько чмокнул меня в нос и губы.       Я блаженно закрыл глаза и вздохнул, расслабляясь от такой заботы и наслаждения. Сон забрал меня в свои объятия раньше, чем я успел закрыть рот.  

Юнги  

      Я встал под тёплый душ хотя, мне сейчас не помешал бы ледяной, но понимая, что душ в такой ситуации не поможет, отпустил себя. Взяв в руки член вспомнил наш поцелуй с Чимином. Его губы оказались ещё мягче и слаще чем я себе представлял, и он так невинно пытался скрыть своё желание ко мне. Вспомнив, как неожиданно для себя ощутил его выпирающий член, уткнувшийся в моё бедро, я немедленно взорвался, с громким стоном спуская на кафель. Этот мальчик продолжал удивлять меня. Такой талантливый и невинный, как маленький щеночек, ещё не знающий этой жизни.       Вытираясь, я увидел его брошенные на кушетке вещи, и решил прибраться перед сном, и поставить его вещи в стирку. Собрав всё в душевой, и заглянув в гостевую спальню, я нашёл там олимпийку и эластичный бинт. Нахмурившись, я ломал голову над тем, зачем он мог ему понадобиться, и решив спросить его об этом позже отправился на выход. Возле входа в дом было две двери, кроме встроенной ниши для одежды за зеркалом, и я открыл одну из них войдя в небольшую комнату.  В ней стояли машина для стирки и сушки белья, и шкаф для инструментов. Рядом с ним полу сейчас стояли забытые пару ящиков с алкоголем, которые я так и не нашёл время разобрать. Я закинул вещи в машинку, заполнив отсеки средствами для стирки и выбрав подходящую программу, нажал на старт. Подхватив один из ящиков, я отправился в кабинет.       Подойдя к бару в кабинете и поставив ящик на пол, я убрал бутылки с виски на полку под баром, а одну закинул предусмотрительно в холодильник. Я любил выпить немного виски в конце дня и расслабиться, слушая рэп, возможно Чимин захочет составить мне компанию, надо будет найти для него алкоголь полегче. Вспомнив про ящик вина в кладовке, я проделал с ним то же самое, что и с виски. Закончив, я решил всё-таки пойти поспать несколько часов, чтобы утром быть в состоянии позаботиться и отвезти Чима домой.       Войдя в спальню, и увидя в своей постели спящего Чимина, я растаял. Он так сладко спал в МОЕЙ постели! Внутренне я ликовал, ведь уже несколько недель хотел заполучить его. Теперь он мой и я его не отпущу! Забравшись в постель, я повернулся к нему и залез под одеяло, и "о чудо", он повернулся ко мне во сне и прижался обнимая. Я почувствовал, что снова возбуждаюсь, но он очень сладко спал и я решил его не тревожить. Закрыв глаза, я моментально вырубился.       Пробуждение утром было более чем сладким, Чим лежал на моей груди и тихо посапывал. Я не мог оторвать от него взгляда, когда его лицо было расслаблено и он слегка улыбался чему-то во сне, то был совершенно неотразим. Мой взгляд упал ниже, одеяло сползло, и я видел каждый изгиб его прекрасного тела.       "Но что это?! Откуда?! Не помню, чтобы я был груб с ним", и я коснулся свободной рукой нескольких тёмных отметин.       Чимин зашевелился и немного поморщившись открыл глаза.       — Доброе утро, милый, – с улыбкой произнёс я.       — Доброе утро, – ответил он, заливаясь краской и снова закрывая глаза.       Обнаружив себя голым и раскрытым, он лихорадочно начал натягивать на себя одеяло, но тут же зашипел от боли.       — Чим что это? Я причинил тебе боль?! – с ужасом в голосе спросил я.       — Нет, это не ты. Не волнуйся. Я совсем об этом забыл, так что всё в порядке.       — Ты можешь рассказать мне что произошло, пожалуйста?       — Юнги… мне так хорошо сейчас, давай не будем омрачать наше первое утро страшилками. Обсудим как-нибудь в другой раз, хорошо?!       — Хорошо. Как скажешь. Но ты пообещал, а я запомнил, – постучав себя по виску пальцем, сказал я. И нагнувшись чмокнул его слегка в губы. – Я встану и приготовлю нам завтрак, так что не торопись, можешь поваляться ещё, если хочешь.       С этими словами я выскользнул из его объятий и постели и пошёл умыться, удерживая себя, чтобы повернуться и посмотреть на него ещё раз, зная, что тогда точно не уйду так просто. Я умылся и с трудом сходил в туалет, так как возбуждённый член создавал трудности.       Решив сильно не заморачиваться с завтраком, я разогрел замороженные блинчики, приготовил тосты и достал уже нарезанные свежие овощи и сыр. Приготовив кофе и воду, я накрыл на стол и пошёл за Чимином.  

Чим  

      Я лежал в постели прислушиваясь к тому, чем занимается Юнги. Утреннее возбуждение дело привычное, но сегодня я чувствовал его иначе, так как действительно хотел того, кто ходил недалеко по дому. Я слушал, как он шуршит по кухне и таял от того, что кто-то (кроме матери) впервые в моей жизни готовит для меня завтрак.       О том, что я обнажённый под одеялом я вспомнил только, когда Юнги зашёл в комнату позвать меня на завтрак, и решил немного его подразнить. Я потянулся и зажмурился, а одеяло немного сползло с меня, открыв, мой пресс, но тут я почувствовал резкую боль и согнулся пополам, одновременно услышав возглас Юнги.       "Он только что выругался?!"       Через несколько минут, когда резкая боль отпустила, я приоткрыл глаза и медленно выдохнул:       — Юнги у тебя есть обезболивающие?       — Да. Возьми, – он протягивал мне лекарства и стакан воды. — Я звал тебя, но ты не слышал, – объяснил он мне обеспокоенным голосом.       Я приподнялся с его помощью, и сев в кровати взял стакан воды из его рук и лекарства. Выпив всё, я медленно вздохнул и протянул ему стакан. Он забрал его, поставил на тумбочку, и взял с неё мой эластичный бинт.       — Теперь я понимаю зачем он тебе нужен. Давай помогу перевязать.       Я спустил ноги с кровати и спохватился, что на мне нет белья старательно прикрываясь одеялом.       — Потом я подам тебе твою одежду, – криво улыбнувшись прошептал он, и начал аккуратно перебинтовывать мой торс.       Я приподнял руки и обнял его, чтобы они не мешали ему. Мне так хотелось касаться его и даже мой член, сжавшийся до этого от боли, сейчас сильно оттопыривал тонкое одеяло. Он тоже был не промах и пользуясь случаем осыпал меня лёгкими поцелуями.       Закончив, он потянулся за моей одеждой попутно стягивая с меня одеяло. Я сделал вид, что проморгал этот момент, и смутившись попытался прикрыть своё восставшее достоинство. Увидев моё возбуждение, он оставил одежду лежать там же, а сам скользнул ко мне стягивая меня вниз.       — Нееетт… – вскричал я, задыхаясь от смеха. — Мин Юнги, брось сейчас же свои поползновения и отдай мне одежду!       — Шшшш… – прошептал он мне в ухо и лизнул, слегка прикусив мочку.       Впившись в мои губы жарким поцелуем, он стянул немного свои пижамные штаны и выпустил на свободу напряжённый член, а потом взяв мою руку вложил его в неё.       — Я так хочу тебя, малыш, – прошептал он мне в подбородок и поднял на меня свои сияющие глаза.       В них было так много страсти, что я не осмелился произнести шутку готовую вот-вот сорваться с языка. Обхватив его член, я другой рукой притянул его голову и впился в него поцелуем. Лаская друг друга руками, мы страстно целовались пока я не застонал, собираясь кончить и он подался вперед бёдрами подбадривая меня. Наша сперма смешалась в луже на кровати, а мы расслабленные тяжело дышали друг другу в плечо.       — Это самое доброе утро в моей жизни, – прошептал ему я.       — То ли ещё будет, – ухмыляясь сказал он, целуя меня. — Давай вставать и завтракать, чтобы твоё утро было ещё прекрасней.        Он помогал мне одеваться, пока одевался сам, не забывая осыпать лёгкими поцелуями и нежными прикосновениями. А потом взяв за руку торжественно повёл за стол.       — Прошу, – отодвигая для меня стул, сказал он.       Я смущался на всё, но мне были по-настоящему приятны его внимание и забота.       — Я сделаю ещё раз кофе, а то наш уже совсем остыл. Или может быть ты хочешь что-то другое? Я не знаю, что ты обычно пьёшь на завтрак.       — Кофе — это отлично, только можно мне на молоке?       — Конечно, – он отправился готовить его для меня.       — Расскажешь о своих планах на день? – спросил он, пока суетился возле кофе машины.       — Я отправлюсь к Джину, и мы, скорее всего, поедем на наше место работать.       — А после?       — Пока никаких планов нет. А что?       — Могу я забрать тебя, когда вы закончите? – вопросительно посмотрел он на меня, прежде чем кипятить молоко для моего кофе.       — Конечно, – снова смутившись ответил я. — Чем займёмся?       — Я предлагаю поужинать в нашем баре вместе с твоим другом, а потом отвезём его домой, а сами покатаемся немного. Что думаешь?       — Звучит интересно. Я за! – воскликнул я, и его лицо просветлело.