Быть может, в другой Вселенной

— Он мёртв, — Ваймак зашёл в комнату и сразу окатил Лисов этой информацией. Где-то в стороне судорожно вздохнул Мэтт, послышались всхлипы Ники и Элисон, тихое бурчание Дэн — она явно пыталась что-то сказать — едва слышные ругательства Аарона и взвизг Кевина. Эбби покачала головой, а в уголках её глаз собрались слёзы. Рене дрожала и, кажется, впервые утратила контроль над эмоциями. А Эндрю… Эндрю увидел, как весь его мир рухнул, рассыпался на маленькие осколки. Эндрю почувствовал, как что-то в нём сломалось. Эндрю попытался взять себя в руки, но его лицо впервые выражало такой заметный ужас. Он даже не сразу понял, что упал на колени прямо посреди номера отеля. Осознание пришло только когда Ваймак попытался его поднять. Эндрю не сопротивлялся. Ему было плевать. Теперь ему и в правду было плевать. Эндрю больше нет. Ночь с четвёртого на пятое июля стала ночью его смерти. *** — Эндрю, — тихо позвал Нил и, дождавшись кивка — знак, что Эндрю его слушает — продолжил, — прошлым летом ты дал мне обещание. Я прошу тебя от него отказаться. — Нет, — без колебаний отрезал Эндрю. — Ты говорил, что будешь защищать меня, если я удержу Кевина в команде, но я ему больше не нужен, — настаивал Нил, — между «Воронами» и «Лисами» он выбрал нас, потому что мы в конце концов оправдали его ожидания. Мне больше нечего предложить в обмен на мою защиту. — Я что-нибудь придумаю, — сказал Миньярд, выдыхая клубы дыма в ночное небо. — Не надо ничего придумывать. Мне нужно, чтобы ты меня отпустил. — Назови хоть одну причину, — Эндрю перевёл взгляд на Нила и вопросительно выгнул бровь. — Пока я прячусь за твоей спиной, я по-прежнему в бегах. Я не хочу больше так. Хочу твёрдо встать на ноги. И я прошу тебя дать мне это сделать, иначе всё было зря. Эндрю задумался, — то ли взвешивал слова Нила, то ли думал о своём, — но в итоге недовольно хмыкнул. — Не приходи ко мне плакаться, когда тебе разобьют лицо. — Ладно, — легко согласился Нил. Эндрю затушил сигарету о бетон и вдруг подался вперёд к Нилу. — Да, — ответил тот, хотя Эндрю даже не успел задать вопрос. Блондин опустил взгляд на его руки. Секунду спустя Нил спрятал их за спину и Эндрю его поцеловал. Целовал так, будто отвоёвывал жизни их обоих. Сжимал зубами нижнюю губу Джостена, скользил языком по его губам, нёбу. Эндрю никогда не был нежен, но Нил этого и не требовал. От таких грубых и сильных поцелуев он терял голову. Сердце учащенно билось, ногти впивались в ладонь, оставляя на ней вдавленные полумесяцы, а тело просто немело, позволяя Миньярду творить всё, что вздумается. — Ненавижу тебя, — прошептал Эндрю, отстранившись, и снова поцеловал Нила раньше, чем что-то недопустимое слетело с его губ. Рука скользнула вверх по телу Джостена, останавливаясь на плече, а вскоре и вовсе перебралась на шею. Миньярд отсчитывал пульс и Нил удивлялся, как он мог считать, будучи сосредоточенным на самом Ниле. Рука потянулась за спину и рыжий покорно протянул одну руку Эндрю. Тот положил её себе на затылок и Нил моментально вцепился в его волосы. Эндрю дёрнул воротник его толстовки, притягивая ближе и целуя настойчивее. На телефон Нила пришло очередное сообщение с цифрой, но он не стал обращать на это внимание. Он знал, какой сегодня день. Знал, что у него осталось меньше недели. Был уверен, что если с ним что-то произойдёт, то для Эндрю это станет лишь небольшим неудобством. Он уверял себя в том, что «это» между ними — ничто. Это ничего не значит для Эндрю, кроме физического удовлетворения. Он был уверен. Но не знал, что на самом деле ощущал Миньярд, когда вот так прижимал его к себе, позволяя коснуться себя, позволяя кусать его губы и вдыхать запах сигарет и чего-то сладкого. Они целовались, пока губы не онемели, а время перестало ощущаться. *** Через несколько дней их ждала игра против университета Бингемтона, поэтому Кевин стал более усердным на тренировках и более агрессивным по отношению к тем, кто бездельничал. Ночные тренировки и вовсе стали ещё жёстче, так что, приходя в общежитие, Нил сразу же отрубался. Эндрю был недоволен этим и постоянно ворчал, чтобы он прежде переоделся и принял душ, но сил на это хватало лишь в некоторые дни. Тем не менее, когда настал день игры, все Лисы ехали в Нью-Йорк с полной уверенностью в том, что победа сегодня будет за ними. Они прошли слишком много, чтобы сдаваться сейчас. Они потеряли слишком много, чтобы потерять ещё что-то. Нил подошёл к Эндрю, который спокойно смотрел за взлетающими самолетами. «Спокойно» могло показаться кому угодно, но не Джостену. Он слишком хорошо знал Эндрю. Напряжённые плечи, руки в карманах и стеклянный взгляд говорили о том, насколько Миньярд нервничал. — Ты не врал, когда говорил, что боишься высоты? — кажется, этот вопрос вытащил Эндрю из раздумий, но он оставил его без ответа. Он знал, что Нил и так поймёт. — Абрам, — тихо позвал он, от чего Нил слегка дёрнулся, — второе имя, да? Как его имя? Нил тяжело вздохнул, надеясь, что Эндрю не имел в виду его. — Твоего отца, — произнёс Миньярд, оправдывая догадки Нила, — как его звали? Нил, кажется, собирался с силами и в конце концов подошел на шаг ближе к Эндрю. Он немного наклонился и прошептал настолько тихо, насколько мог, но чтобы Эндрю обязательно его услышал. — Натан. Его звали Натаном. Миньярд криво усмехнулся. — Ты не похож на Натана. — Я не Натан, — возразил он, — Я Натаниэль. Эндрю больше ничего не сказал, снова отворачиваясь к окну. Натаниэль. Вот его настоящее имя. Натаниэль. Эндрю определенно запомнит его, запомнит тихий шёпот, с которым Нил произносил это имя. Запомнит эту искру доверия в его глазах и ни капли сомнения, прежде чем назвать своё имя, открыть имя своего ненавистного отца. *** Первый тайм против «Красных Панд» обеспечил Лисам отрыв в несколько очков, хороший настрой и веру в очередную победу. А когда второй тайм принёс команде Пальметто больше очков и обеспечил место в следующей игре, никто не мог сдержать улыбки. Губы Эндрю против воли дрогнули в лёгкой улыбке, когда он видел как лучезарно улыбался Джостен. А через несколько минут в раздевалке всё изменилось. Нил вышел из ванной после телефонного звонка и сердце Эндрю упало. Пусть этот рыжий идиот и старался радоваться победе со всеми, но когда он пробежался взглядом по лицам охраны и стал совсем бледным, Эндрю понял, что что-то случилось. Он положил руку на шею Нила, притягивая его ближе. — Что случилось? — Спасибо, — наконец выдавил Нил, смотря в глаза Эндрю, — Ты был великолепен. Он развернулся и вместе со всей командой вышел на поле. Странное чувство того, что что-то не в порядке никак не покидало Эндрю. Оно пробиралось под самую кожу и сидело там, раздражая и вызывая неприятный зуд по всему телу. Когда до Миньярда наконец дошло, что значило это чувство, было слишком поздно. Он огляделся по сторонам и не заметил копну рыжих волос и всё встало на свои места. Его добровольный мученик снова ввязался во что-то и предпочёл промолчать. Эндрю окинул взглядом поле и паника предательски подкатила к горлу. Он схватил кого-то за руку, но сейчас было плевать, кем был этот человек. Как оказалось, им был Мэтт. Он вздрогнул от прикосновения Монстра и хотел отшатнуться, но тот держал слишком крепко. До Бойда быстро дошло, что Миньярда накрыла паническая атака. — Черт, Эндрю, дыши, — он попытался его успокоить, но на самом деле не имел понятия как сделать это, не касаясь его, — я позову Нила, ладно? — Нила нет, — прохрипел Эндрю спустя минуту, крепче цепляясь в предплечье старшекурсника. Мэтт поднялся и огляделся, всё так же позволяя Миньярду цепляться за него, пока сам не осознал, что рыжих кудрей и в правду было не видать. — Вот черт... — выругался Мэтью, — так, ладно, я просто коснусь тебя, монс... Эндрю. Защитник подхватил Миньярда, крепче ставя его на ноги. — Давай просто поищем его. Может, он среди фанатов, — пытался успокоить — не ясно кого больше, себя или Эндрю — Мэтт, — Я пойду в толпе поищу. Ты стоишь? В голове Миньярда что-то на мгновение прояснилось и он оттолкнул от себя Мэтта, протискиваясь через толпу, чтобы найти своего рыжего идиота. Кто-то заехал ему в глаз со всей силы, но сейчас ему было плевать на всю эту потасовку. Он ударил этого человека локтём под рёбра и двинулся дальше. Остановился, только когда наткнулся на спортивную сумку ярко-оранжевого цвета. Сумка Нила. Миньярд схватил её и быстро осмотрел содержимое. Телефон Нила был внутри и это разозлило, расстроило Эндрю. Он не сможет ему позвонить. Эндрю открыл телефон, который, к его удивлению, был заряжен. Открыв крышку голкипер на мгновение замер: на обоях экрана было его спящее фото. Судя по плохому качеству и освещению фото было сделано с приходом первых лучей, но что удивило больше — как он не заметил, когда его фотографировали? Неужели настолько привык к присутствию Нила рядом? Эндрю открыл мессенджер и последним контактом был неизвестный номер. Последние пару дней с него отправлялись цифры. Сегодня была цифра «0». Сегодня исчез Нил Джостен, 10 номер состава Лисов университета Пальметто. Эндрю всё понял. Он сжал телефон в руке и закинул сумку на плечо. А потом просто рванул с места, направляясь к Ваймаку. — Нил пропал, — только и сказал он, но тренеру и Лисам этого было достаточно. *** Эндрю выведал всю правду о жизни Натаниэля. Узнал, кто он такой, кто его родители, как он связан с кланом Морияма. Эндрю узнал всё. Несколько часов по пути в Мэриленд казались Эндрю самыми тяжелыми и невыносимыми. Он сидел один в самом дальнем углу автобуса, сжимая телефон Нила и прослушивая с него определенно дурацкие треки. Хотя он не выслушивался в текст и смысл песен. Он смотрел в окно и надеялся, что с Нилом всё будет в порядке. Он впервые готов был поверить в эту ложь, лишь бы ещё раз услышать её с уст Джостена. Он не услышал. И больше не услышит. Несколько часов в отеле Балтимора тянулись бесконечно. Эндрю хотел вскочить с места и рвануть обыскивать каждый дом в поисках своего кролика, но ему не позволили. Эбби вколола ему какое-то успокоительное, хотя от него не стало легче ни на секунду. А когда поздним вечером Ваймак со строгим видом сообщил о том, что Натаниэль Веснински — их Нил Джостен — мёртв, Эндрю просто дотлел. Спичку нельзя поджечь дважды и никто теперь не сможет так же поджечь Миньярда. До самого утра он убеждал себя в том, что это просто сон, очередной кошмар, игра его фантазии. Но стоило им вернуться в Пальметто, как реальность сурово обрушилась на него, раздавливая. — Эндрю, — Аарон тихо постучал, прежде чем войти в комнату, — Ты как? Эндрю лежал на кровати, смотря вверх, и Аарон впервые понял, чего он боится. Не сумасшедшего брата, не брата с ножами. Он боится такого брата, который лежит и смотрит, ни на что не реагируя. Боится его стеклянный взгляд, бледную кожу, обвисшие руки с кровати, на которых не было повязок с ножами. Аарон впервые испугался за брата. — Эндрю, — он позвал громче, но тот всё так же не реагировал. Аарон предпринял ещё несколько попыток, но в итоге смирился, что ответа не получит и вышел. Когда дверь захлопнулась голкипер позволил себе немного расслабиться, насколько это было возможно, и в уголках его глаз собрались слёзы, оставляя мокрые дорожки на щеках. Эндрю ждал, что Нил сейчас подойдёт к нему, вытрет своими тёплыми и слегка шершавыми пальцами его слёзы, улыбнётся. Что он сейчас сядет на край кровати, будет любоваться Миньярдом и рассказывать какие-то совершенно сумасшедшие вещи, вытаскивая его из кошмарных мыслей. Он ждал. Но Нил так и не пришёл. Эндрю перевёл взгляд на соседнюю кровать: всё осталось точно таким же, каким оставил Нил. Легкий беспорядок, футболка самого Миньярда, нарисованные лисьи лапы на стене. Блондин не знал, сколько рассматривал кровать Джостена, пока ноги сами не подняли его и не понесли к ней. Эндрю без сил упал на кровать своего идиота вдыхая его впитавшийся запах. Он старался запомнить его настолько точно, насколько это было возможно. Подушка Нила намокла от слез, но Эндрю было плевать. Он не замечал совершенно ничего вокруг. Сейчас был только он и укутывающий его запах, помогающий успокоится. Прижавшись спиной к стене и чувствуя всё, что напоминало Нила, он на мгновение ощутил его тёплую руку на своей. Эндрю четко осознал, что это не кошмарный сон, прежде чем снова отключиться. *** — Смотри, Дрю, эти три звезды рядом — пояс Ориона, — тихо рассказывал Нил, указывая на ночное небо, усыпанное звёздами, — А вот там немного дальше меч Ориона. На первый взгляд могло показаться, что Эндрю не слушает, но Нил слишком хорошо его знал. Легкий наклон головы говорил о том, что Миньярд вполне заинтересован разговором и просит Нила продолжать. — Вот там созвездие Лебедя, — Нил слегка улыбнулся и отодвинул край своей кофты, — хочу когда-нибудь набить его себе здесь, — он пальцем указал на небольшой участок тела на боку. — Глупость какая, — фыркнул Эндрю. Нил лишь пожал плечами на это. — Одна из легенд гласит, что Зевс влюбился в земную женщину, и, дабы не спугнуть её, превратился в лебедя и подружился с ней. Созвездие лебедя — нежность и любовь. Чистая и искренняя, — Нил невинно усмехнулся, так, как умел только он, — каждый раз смотря на это созвездие я думаю о тебе. — 93%, — предупредил Эндрю и затушил сигарету о бетонную крышу, — Зевс ёбаный придурок. Думаю, если бы он не был таким, возможно и жизнь была бы хороша. — Возможно, в другой вселенной он смог быть счастлив с Герой или с какой-то из других своих любовниц, — пожал плечами Нил, — ты когда-то думал о том, что существует тысячи других вселенных, где ты мог бы оказаться музыкантом, а я твоей музой, — улыбнулся Джостен. — Возможно, мне из другой вселенной повезло в жизни не встретить такого идиота, — фыркнул Эндрю. — Неа, не думаю, — Нил ярко улыбался, смотря на Эндрю, — Я бы нашёл тебя в любой вселенной. — 95%, — процедил Эндрю и уставился в небо. Перед глазами вдруг начали пролетать картинки. Вот они с Нилом впервые встречаются, вот они стоят за барной стойкой в Райских сумерках, вот Нил целует какого-то парня, а Эндрю стоит в стороне и не может ничего сделать. Вот Нил проходит мимо него так, будто они никогда не были знакомы. Эндрю хватает его за рукав и Джостен резко оттягивает его, смотря шокированными глазами на блондина. — Крис, детка, пойдём, — шепчет мужчина Нилу на ухо и тот уходит с ним, оставляя Эндрю одного. Картинки смешиваются в непонятные краски, в чьи-то крики, в шум и чёткий голос Нила, зовущий его и в то же время кричащий, чтобы он убирался прочь. Эндрю крепко зажимает уши руками и просто хочет, чтобы этот кошмар скорее прекратился. *** — Доброе утро, Эндрю, — первое, что услышал голкипер, едва пошевелившись и раскрывая глаза от сна. Эндрю сначала не узнал голос, но, быстро смахнув сонную пелену перед глазами, силуэт перед ним принял чёткий образ Бетси Джо Добсон, — Как ты себя чувствуешь? Эндрю определенно помнил, что сегодня не среда и он не должен встречаться с Би. Видимо, Ваймак отправил её поговорить с Миньярдом. Он осмотрел женщину, презрительно фыркнул и перевернулся на спину, дабы не смотреть на неё. — Я уже сказал, что не буду общаться с мозгоправом, — Эндрю сам не заметил, как эти слова слетели с его губ, а когда пришло осознание он лишь поморщился, — Говорю, как ёбаный Джостен. Черт возьми, заставлю его вечером поехать в магазин за двумя ведёрками мороженого. — Эндрю, — тихо позвала Би и блондин не сразу осознал, от чего её голос так поник. Он впервые слышал её такой и инстинктивно повернулся к ней. Лицо Би было перекошено такой печалью и жалостью в глазах, что Эндрю замутило, — Нил мёртв. Завтра пройдут похороны, — наконец выдавила женщина и перед глазами Миньярда снова всё рухнуло. Второй раз он слышит это и второй раз ощущает себя так, будто падает, срывается в бездну, летит с неба без парашюта за спиной. И от этого нет спасения. Перед глазами снова размытые картинки и шум в ушах. Эндрю слегка вздрагивает, вспоминая свой сон, но пытается концентрироваться на реальности. — Ах да, — тихо произнёс блондин, снова падая спиной на кровать, — Нил мёр... — язык будто онемел. Тошнота подкатила к горлу и Эндрю понял, что не может произнести этих слов вслух. Его стошнило прежде, чем он осознал, что стоит в ванной над унитазом, скрючившись от неприятной тягости внизу живота и горечи на языке. Бетси лишь тихо покачала на это головой. — Хочешь, я попрошу Эбби прописать тебе какие-нибудь лекарства? Эндрю язвительно улыбнулся. Ну да, ему только лекарств не хватало после того, как он пережил несколько лет под таблетками. Он не собирался снова проводить каникулы в Истхейвене. Но на предложение Бетси парень не ответил. Он лишь вышел из ванной и снова завалился на кровать Нила, пытаясь уснуть. Доктор Добсон ещё какое-то время пыталась поговорить с ним, но, поняв, что ответа не последует, оставила попытки и покинула комнату. После этого в течение дня к Эндрю заглядывали Аарон с Ники, Кевин, Рене и даже однажды пришли Дэн с Мэттом, но Миньярд всех их успешно проигнорировал, послав своим молчанием нахуй. Он лишь единожды попытался что-то ответить Рене, но только открыв рот передумал и снова погрузился в молчание. Мысли то и дело возвращались к прошлому, к вечерам на крыше, к жарким поцелуям со вкусом сигарет и сливочного мороженого. Эндрю казалось, что даже здесь и сейчас он чувствует мизинец Нила, скреплённый с его собственным, чувствует его дыхание на своём лице и слегка шершавые пальцы, перебирающие его пряди. *** Похороны прошли как в тумане. Нила хоронили в закрытом гробе и Лисам даже не позволили посмотреть на него в последний раз. Эндрю узнал о том, что Стюарт — дядя Нила — нашёл его, но опоздал буквально на минуту. Эндрю разозлился на него за это. А потом разозлился на себя за то, что отказался от обещания. За то, что не сразу понял, что его кролик бежит прямо в лапы волка. Он проклинал весь этот мир и проклинал вселенную за то, что она снова отняла у него небольшую каплю того, что делало его счастливым. Видимо, он мог бы быть счастлив только в другой вселенной, где он был бы музыкантом, а Нил его музой. В тот день Эндрю впервые позволил себе сломаться при всех. Он упал на колени перед свежей могилой и просто плакал. Кричал так громко, что каждый вокруг мог почувствовать его боль. Разбивался из раза в раз, хватая свежую землю под ногами и надеясь, что Нил сейчас протянет руку из-под земли и пойдёт за Эндрю. И Миньярд обязательно отмоет его в душе от всей грязи, будет ворчать о том, что никогда не простит этого идиота за то, что он так его испугал. — Пожалуйста, Нил, пожалуйста, — Эндрю срывал голос и чувствовал, как его тело ослабевает, но если его мольбы могли бы вернуть Нила, он продолжал бы умолять и умолять, стоя вот так на коленях перед могилой, — прошу тебя, Нил, только не оставляй меня. Идиот, блядь, ты не мог так поступить, — горло начало болеть и Миньярд заговорил уже шепотом, — Почему ты просто не поговорил со мной, кролик? Почему просто не сказал? Зачем заставил отказаться от сделки? Я бы мог… я бы тебя не отпустил. Я бы мог тебя спасти. Эндрю не знал, сколько сидел вот так и плакал, умолял, шептал и снова срывался на крик, но когда кто-то коснулся его плеча вокруг уже никого не было. Было холодно, а рядом стоял Ваймак, лицо которого впервые выражало так много боли. — Это для всех нас тяжело, пацан, — тихо заговорил он, — но мы все понимаем что для тебя это больнее всего. Если ты захочешь поговорить… мы всегда рядом, понял? Эндрю не снизошёл до ответа. Он схватился за предплечье тренера и встал, а после развернулся и направился к машине. Он предположил, что Аарон, Ники и Кевин уехали со старшекурсниками или сидят в машине Ваймака, поэтому он просто сел и уехал. *** Первую неделю Эндрю отказывался выходить из комнаты, вставать с кровати и вообще что-либо делать. Лисы отменили все свои планы на летние каникулы и оставались в башне до её закрытия. Даже Аарону было тяжело. Кевин молчал о тренировках и говорил о том, что Нил был хорошим другом именно для него. Он не упоминал о таланте Нила в экси. Дэй будто чувствовал, что сейчас никому не хочется даже думать о тренировках и экси. А может он и сам не хотел думать об этом. Через неделю Эндрю наведался в комнату к девушкам. Когда Рене попыталась с ним заговорить он просто попросил её и Дэн покинуть комнату, чтобы остаться с Элисон наедине. У блондинки даже не было сил бояться и язвить такому… разбитому Миньярду. Он сел на кровать напротив Рейнольдс и упёрся локтями в бёдра, уткнувшись лицом в ладони. Никто из них не знал, сколько времени прошло, прежде чем Эндрю заговорил. — Как? — его голос был совсем тихий и резал слух. Всю неделю он вообще не разговаривал. Эндрю поднял голову и посмотрел на Элисон. Его глаза были красными, в них было столько эмоций и боли, сколько не видел никто за всю жизнь. От этого у девушки просто сжалось сердце, — Как ты, блядь, пережила смерть Сета? Как нашла в себе силы выйти ко всем через неделю? Как в тебе есть силы радоваться со всеми и продолжать жить? Я хочу умереть, — признался Эндрю. И вдруг за множеством масок, за жестокой натурой монстра, за неконтролируемой агрессией Элисон увидела ребёнка. Который всю жизнь страдал точно так же, как каждый из Лисов. Который был вынужден быть монстром, потому что не знал, как ещё защитить то, что ему дорого. Который потерял того, кого пытался защитить больше всего. По щекам девушки потекли слёзы. Она рывком подошла к Эндрю и крепко обняла его, пытаясь спрятать от всего мира в тёплых, почти что материнских объятиях. Эндрю подумал, что похожие объятия были у Кэсс. Он не сопротивлялся объятиям, но и не отвечал на них. По большому счету ему было просто плевать на то, что его сейчас трогали. — Я винила себя за его смерть, — прошептала Элисон, — я думала, что не смогла снять его с наркотиков, что я старалась недостаточно сильно. Но потом ты объяснил мне свою точку зрения, рассказал о клане Морияма и мне стало легче. Конечно, я винила то интервью какое-то время, но потом я просто отпустила это. Мы или принимаем потерю и двигаемся дальше, или нет. Сделай свой выбор. И не вини себя, потому что ты не виноват в его смерти. Это не твоя вина. Ты не убивал его. — Это моя ёбаная вина, — Эндрю сорвался на крик, — я, блядь, повёлся на его слова и отказался от обещания защищать его, я не понял, когда с ним было что-то не так, это всё моя вина, — он снова закрыл лицо руками и заплакал, обмякнув в руках Элисон. Девушка молчала и время от времени поглаживала его по спине. Эндрю не хотел плакать при ней, не хотел снова ломаться и показывать то, как ему плохо без Нила, но он просто не смог. Он помнил последний их поцелуй, помнил, когда отказался от обещания, помнил последние слова Нила и помнил последний взгляд. Тяжёлый, горький и такой мягкий. Нил был единственным, кто смотрел на Эндрю с такой нежностью. Он думал о том, что потерял единственного человека, который понимал его без слов, который видел истинного Эндрю, который не боялся его и принимал вместе со всеми внутренними демонами. — Я просто всё проебал, — прошептал Миньярд. Ему вдруг захотелось истерически рассмеяться от осознания своей ничтожности, но он сдержался. Позволил себе ещё несколько минут провести в объятиях Элисон, представляя Нила, а после оттолкнул девушку, протирая и без того красные глаза. — Оставим это между нами, — наконец сказал он, выходя из комнаты. Пройдя немного по коридору он столкнулся с Рене, Дэн и Мэттом. На мгновение задумался, а после подошёл к Уокер и снял свои повязки вместе с ножами, оголяя предплечья. Дэн отшатнулась в сторону при виде шрамов, а Мэтт шёпотом сматерился, в ужасе рассматривая руки Миньярда. Эндрю было всё равно. Он не сможет быть более уязвимым, чем уже есть, поэтому повязки были больше не нужны. Он отдал всё Рене и вспомнил о том, как Нил снимал их вечерами на крыше и целовал каждый шрам. Рене с некой тьмой в глазах взяла ножи и удивленно посмотрела на Эндрю. — Возвращаю, — объяснил он и поспешил удалиться на улицу. Эндрю оставил себе один единственный нож, который однажды ему подарил Нил. Он не принадлежал Рене, поэтому и вернуть его Эндрю не мог да и не хотел. Он сел в машину и направился в сторону Балтимора. *** — Эй, — позвал Нил, требуя к себе внимания Эндрю. Тот тихо хмыкнул, показывая, что слушает, — сегодня красивый закат. Но, я думаю, он менее красивый, чем ты. Теперь Эндрю перевёл взгляд на Нила и с каменным лицом смотрел ему в глаза. Идиот улыбнулся, продолжая пялится на него. Эндрю бросил в него сигарету и отвёл взгляд. — Придурок. Нил улыбнулся ещё шире и придвинулся ближе к Эндрю, сплетая их мизинцы. — Я услышал сегодня занимательную штуку, — произнёс Нил, теперь уже рассматривая небо, — когда человек умирает ему позволяют разукрасить небо в последний раз и мы видим красивые закаты. — Чушь, — фыркнул Миньярд, — я бы поставил на то, что в день, когда ты умрёшь, небо будет серым, потому что ты — идиот, и не умеешь рисовать. Нил на это лишь весело пожал плечами. — Завтра четвёртое июля. — Я в курсе. — И у нас игра. — Я знаю, — Эндрю начинал понимать, к чему ведёт Нил. — Я сделаю что угодно, если поможешь нам выиграть. — Пф, что угодно? — Это казалось… интересным. — Что угодно, — кивнул Нил. — Ловлю на слове, — пригрозил Эндрю. Нил наклонился к Миньярду и, когда не последовало сопротивления или «нет», уложил голову тому на плечо. Он взял руку Эндрю и начал рассматривать её, выводить на ней пальцами контур ключа, лисьи лапы и просто поглаживать костяшки, наслаждаясь тёплом его рук. Эндрю держал сигарету в другой руке, позволив Нилу вдоволь насмотреться на его руку. — Знаешь, ты мог бы не плохо играть на гитаре, — вдруг сказал он. — А ты что, высматриваешь людей с талантом в музыке? — хмыкнул Эндрю. — Просто подумал, что тебе бы это подошло. У тебя бы вышло не плохо. — Мне твоего экси в заднице хватает, обойдёмся без гитары. Нил просто кивнул и сцепил пальцы с пальцами Эндрю, прикрывая глаза, пока вокруг витал запах смеси дыма и никотина, отдаленно напоминающий запах бензина и гари. *** — Привет, — тихо заговорил Эндрю, усаживаясь на землю. Он попытался что-то сказать, но это показалось ему до сумасшествия глупым. Он прикурил две сигареты и положил одну перед собой. Докурив свою сигарету он выбросил обе куда-то в сторону, — я говорил сегодня с Элисон. Всю неделю это обдумывал. Честно, не вижу смысла разговаривать с кем-то из этих тупиц, но у Элисон умер Сет и я подумал, что было бы логично спросить у неё. Я бы поставил сто баксов что ты рад слышать о том, что я говорю с кем-то, но я уверен, что ты бы не обрадовался, если бы я вдруг стал придурком, делающим ставки. Я думал о том, что ты, должно быть, наблюдаешь за нами сверху. На самом деле это Рене сказала. Но я надеюсь, что ты горишь в аду, идиот. В специальном котле для мучеников, которые не обращаются за помощью и умирают, — выплюнул он, — а ещё я купил гитару. Подумал, что теперь ты не сможешь заставить меня играть в дерьмо-экси и я могу заняться чем-то другим, — Эндрю достал бутылку виски и сделал несколько глотков, — тебе не предложу, потому что ты правильный и не пьёшь. Знаешь, я ненавижу тебя на все 100%. На 300%, а может даже на 700%. Эндрю продолжал говорить обо всём. Рассказывал о каждом члене Лисов. Потом молча курил, как когда-то с Нилом. Потом снова говорил. Потом кричал на Нила. Потом сидел на коленях и плакал извиняясь. — Я не понял того, что было с тобой. Прости, что не сказал о том, чем ты для меня был. И до сих пор являешься. Ты единственный, гребанный мученик, который бросился под косу смерти из-за меня. Ради меня. Я ненавижу тебя так сильно, что хочу чувствовать твои руки в своих волосах и тепло твоих губ. Пожалуйста, Нил, — зашептал Эндрю, — я же выиграл чёртову игру. Ты мне обещал, а ты всегда держишь свои обещания. Я прошу тебя всего оказаться сейчас рядом и не оставлять меня. Эндрю поднял голову, когда услышал мяуканье возле себя. Напротив него сидел рыжий кот с большими голубыми глазами. Его хвост был изодран, не было кончика одного уха, а в некоторых местах не доставало шерсти. Он снова мяукнул и Эндрю протянул к нему руку. Кот с радостью подался вперёд, прижавшись к блондину, и начал довольно мурчать. Эндрю свернулся на сырой земле, обнимая кота и позволяя ему слизывать его слёзы. Он погладил животное за ухом и прикрыл глаза. — Знаешь, небо четвёртого июля было самым прекрасным, что я когда-либо видел, — прошептал Миньярд. *** Прошёл месяц с момента смерти Нила. Эндрю всё ещё отказывался общаться с кем-то из команды, отказывался принимать смерть своего бегунка и отказывался выходить на корт для летних тренировок. Ваймак пока что никак не реагировал на это, видимо, каждый раз вспоминая тот срыв Эндрю на похоронах. Он не давил и не требовал, а Эндрю игнорировал всех. Он всё чаще пропадал из общежития, но Лисы знали, что он проводит время на кладбище в Балтиморе. Эндрю каждый день приносил туда голубые васильки, которые напоминали ему глаза Нила. — Привет, — шепотом произнёс Эндрю, садясь напротив надгробия. Его установили не так давно и Миньярда чертовски раздражала подпись «Натаниэль Абрам Веснински», поэтому в первый же день он перечеркнул его, вырезав на камне «Нил Абрам Джостен». Эндрю так же оставил возле могилы ключи, которые никто так и не тронул, — мне хватило меньше месяца, чтобы научится играть на гитаре, идиот. Хочешь послушать? Эндрю достал гитару, которую носил с собой последнее время и учился играть здесь, возле Нила. Открыл виски, выпил около половины бутылки и отставил остальное в сторону. Он иногда так делал, якобы оставляя остальное Джостену. Вздохнув, он расположил пальцы на ладах, зажал струны и провёл по ним пальцами. Сыграл несколько аккордов и начал петь. Его хриплый и тихий голос звучал вокруг, окутывая, и он надеялся, что это нравится его идиоту. The evil it spread like a fever ahead It was night when you died, my firefly What could I have said to raise you from the dead? Oh could I be the sky on the Fourth of July? Well you do enough talk My little hawk, why do you cry? Tell me what did you learn from the Tillamook burn? Or the Fourth of July? We're all gonna die Стоило песни закончится, а последним аккордам раствориться в тишине, как по щеке Эндрю скатилась слеза. Он отставил гитару в сторону, смахнул нежеланные слёзы и фыркнул. — Сейчас я думаю о том, что такой экси-наркоман как ты хотел бы услышать от меня гимн Пальметто, но я не собираюсь петь тебе это дерьмо. Подобное тебе стоит слушать на корте перед играми, знаешь ли, но ты… — Эндрю вдруг почувствовал, что воздуха не хватает. В горле встал ком и он не смог вымолвить «уже мёртв». Он уткнулся лицом в ладони и позволил слезам, которые сдерживал долгое время, снова выйти, — мне тебя не хватает, — прошептал он. *** С момента смерти Нила Джостена у Эндрю ни один день не проходил без слёз или кошмаров. В кошмарах не было Дрейка, не было Стивена, Пруста или других демонов его прошлого. В его кошмарах был Нил. Чёртов мученик, который рассыпался в руках Миньярда каждый раз, когда он его касался. Который лежал перед ним бледный и холодный, а Эндрю тряс его, кричал и пытался разбудить, но Нил не просыпался. — … Ю… Дрю… Эндрю! Эндрю вскочил с кровати, пытаясь отдышаться. Он чувствовал чужие руки на своих плечах, но сейчас это было последним, что волновало его. Он рывками глотал воздух, по его лицу стекал пот — или это были слёзы, он не знал — но он пытался найти глазами Нила. — Эндрю! — голос прозвучал, как из-под воды, но это помогло немного вернуться в реальность. Он осмотрелся и нашёл глазами Аарона. Тот сидел напротив и держал близнеца, будто удерживая, — Вот так, Эндрю, отлично, теперь ты видишь меня. — Нил… — прохрипел Эндрю, — Где он? Где Нил? В комнату забежал Ники со стаканом воды, который протянул Эндрю. — Вот, выпей, — тихо произнёс он. За последний месяц такие пробуждения Эндрю стали привычными для остальных, поэтому никто больше не задавал вопросов. Эндрю сделал несколько глотков, отставил стакан и уставился на Аарона, дожидаясь ответа. Его брат тяжело сглотнул. Эндрю заметил в его глазах столько горечи, сколько не видел никогда. — Он мёртв, Эндрю. Прошёл уже целый месяц, он мёртв, — после этих слов Аарон сразу прижал к себе брата, будто не давая ему развалится на части, но это не помогало. Это были не те руки, которые удерживали Эндрю каждый раз, когда он вот-вот должен был сорваться с обрыва и упасть. Это были не те руки, которые не давали ему разбиться или склеивали, если это всё-таки происходило. Это были не те руки, которые он хотел ощущать. Мелкая дрожь начала пробивать Эндрю, со стороны послышались всхлипы Ники и объятия Аарона стали крепче. Забавно, это было впервые, когда они обнимались. Должно быть, Нил бы одобрил это. При очередной всплывшей мысли о Ниле глаза Эндрю намокли и он изо всех сил пытался не дать слезам упасть, но получалось это не лучшим образом, — скоро начинается учебный год, Эндрю. Хватит. Соберись уже, отпусти его и двигайся дальше. Эндрю вдруг истерично засмеялся, будто услышал глупую шутку, и от этого стало немного жутко. Он отодвинул брата от себя, чтобы смотреть ему в глаза. Эндрю захотелось высказать ему всё, о чём он молчал этот месяц, что чувствовал, что думал об этом. — Я бы посмотрел на тебя, если бы ты дал обещание своей подружке защитить её и не смог, потому что её отец чёртов мафиози, маньяк, который охотился за ней годами. И она ничего тебе не сказала об этом, не сказала, когда ей каждый день писали, отсчитывая дни до её смерти. И только ради твоей безопасности она поехала со своим конченым папашей. Я бы посмотрел на тебя, когда ты бы узнал, что её можно было спасти, если бы ёбаное ФБР просто приехало на несколько минут раньше, — Эндрю почувствовал, что у него начинается истерика. Он кричал на брата, прокручивая в голове день в отеле Балтимора, день похорон, вспоминая каждую царапинку на новом надгробии Нила. Аарон застыл то ли в изумлении, то ли в ужасе. Он несколько секунд пялился на Эндрю, но потом будто собрался и осмелился заговорить. — Это другое, Эндрю. Мы с Кейтлин встречаемся. Она для меня всё. — Нил тоже был для меня всем, — огрызнулся Эндрю. — Что? — Ники ошеломлённо уставился на близнецов, — Эндрю гей? — Убирайся, — зашипел Эндрю, всё так же смотря на близнеца, — я не хочу тебя видеть. Меня тошнит от тебя, от твоего присутствия и твоего ёбаного лица. — Наши лица одинаковы, придурок, — фыркнул Аарон, но всё же вышел из комнаты. Эндрю бросил ему вслед что-то, кажется, это был будильник, но он ударился об стену и разбился, упав на пол. Миньярд уткнулся руками в лицо и сжал пальцами волосы, оттягивая назад. Тёплая большая рука легла поверх его руки и слегка сжала. — Что ты хочешь от меня, Ники? — почти умоляюще застонал Эндрю, надеясь, что его оставят в покое. — Аарон не умеет выражать свои чувства, но он беспокоится о тебе. Он пытается быть рядом, но не знает, как к тебе подступиться. Он любит тебя, Эндрю. Любит больше, чем Кейтлин и он мог бы навсегда оставить её, если бы от этого тебе было лучше. Ты самый дорогой человек для него, как и для меня. Эндрю, мне было девятнадцать, когда я оставил любой всей своей жизни на другом континенте, чтобы заботиться о вас с Аароном. Но единственное, что я получал, это хлопки дверью и игнорирование, — Ники нежно поглаживал Эндрю по волосам и улыбался. Как кто-то мог улыбаться так искренне, говоря о том, как ужасно к нему относились сломанные дети? — но я не жалею, потому что вы — самое ценное, что у меня есть. И может я был не самым лучшим опекуном, но я постарался дать вам всё, что мог. Я люблю тебя и люблю Аарона. Я просто хочу, чтобы ты знал, что мы рядом. Мы были рядом, есть и будем, нравится тебе это или нет. Эндрю на короткое мгновение потерял дар речи. Он никогда не задумывался о том, что чувствовал Ники. Когда никто не хотел брать ответственность за двоих подростков с тяжелой судьбой. Один с судимостью и проблемами с агрессией, а второй закрытый и с наркотической зависимостью. Едва ли совершеннолетний Николас Хэммик решил, что он может позаботиться об этих детях и он заботился. Эндрю осознавал это только сейчас. Ему захотелось восхищаться своим кузеном. — Ты был отличным опекуном, — наконец выдавил он. Ники приглушенно рассмеялся и потрепал волосы Эндрю на затылке. — Спасибо, малыш. Надеюсь, так оно и было, — он тепло улыбнулся и Эндрю, будь он сейчас младше, определенно прижался бы к нему, — я думаю, скоро будет утро. Нам стоит лечь спать или, если ты не хочешь, занять себя чем-то, пока не проснуться остальные. Но знаешь что, я чертовски устал, поэтому, пожалуй, пойду спать. Ники прижался губами к макушке Эндрю, как делал когда Эндрю было пятнадцать и он был во вполне хорошем настроении, чтобы выносить касания своего кузена, и покинул комнату. Миньярд подумал, что разговор с Ники успокоил его и помог отвлечься от мыслей о Ниле. Он ушёл на кухню, заварив по привычке кофе на две кружки. Мысленно отругал себя за это и вылил половину в раковину, наливая себе одну чашку. Он поднялся на крышу и закурил, сделал несколько глотков кофе и поморщился от того, насколько горьким был его вкус без молока и сахара, но, честно признаться, за последний месяц он немного привык к этому. *** Последующие месяцы проходили… Ну, просто проходили. Началась осень, на улице постепенно холодало. Настало учебное время, Лисы вернулись в Башню и возобновили тренировки, если так можно было сказать. Новички действовали на нервы, старшие Лисы чаще молчали и чувствовали себя максимально подавлено, когда кто-то случайно обращался к Нилу на поле или смотрел на фотографии. Та их фотография, сделанная в последний матч с Воронами, когда они победили со счетом 9:10 в пользу Лисов. Фотография, которую сделала Дэн с Эндрю и Нилом в аэропорту. Последнее фото, которое сделала, вероятно, Рене, когда Нил спал на плече у Эндрю на крыше, когда сам Миньярд курил и рассматривал небо. То последнее фото за день до игры с Бингемтоном, за день до смерти Нила. Эндрю сорвал его со стены и спрятал в карман. Он помнил этот день в точности, каждую мелочь из их разговора. Он помнил каждую деталь лица Нила и в такие моменты благодарил свою память за это. Он помнил каждое касание, каждый взгляд, его голос и последний поцелуй. Это было его лекарством и его ядом. Это лечило и убивало. Эндрю продолжал ездить на могилу Нила, учиться играть на гитаре и петь там песни, а Лисы упорно делали вид, что не знают об этом. Всем было тяжело и все понимали, насколько тяжело Эндрю. Он начал просто существовать, не желая проявлять признаки жизни и что-то делать. Он временами посещал некоторые занятия, иногда садился за домашнее задание, но чаще всего просто лежал на кровати Нила или ездил в Балтимор. Один раз он заявился на тренировку, но после того, как он сорвался на какого-то новичка — то ли Джек, то ли Джон — он перестал появляться на тренировках. — Эй, Доу, ты просто делаешь вид, что грустишь, или тебе и в правду не хватает члена Веснински в твоей заднице? У Эндрю дрогнули руки и он выронил клюшку из рук, повернувшись к новичку. Дэн зло зашипела на него, Мэтт собирался врезать ему, но быстрее всех среагировала Элисон. Она ясно помнила, как Аарон упомянул смерть Сета и понимала, что слышать о любимом человеке такое было очень тяжело и больно. Она в мгновение ока появилась возле парня и со всей силы влепила ему пощёчину. — Не смей, блядь, возникать и говорить о Ниле. Ты не достоин даже его мизинца. Ты не имеешь права говорить о нем, тем более в таком ключе, — слова зло вылетали из её рта прямо на ухо Джеку, пока Рейнольдс крепко сжимала его воротник, будто готовясь задушить. — Хватит, Элисон, он всё понял, — поспешила приструнить подругу Рене, видя, что Джек напуган. Рейнольдс на это лишь фыркнула и толкнула парня в стенку, возвращаясь на свою позицию. Пока Джек-который-Джон пытался отдышаться и избавиться от панической атаки, впервые увидев такую Элисон, мимо него прошёл Аарон и прижал ракеткой к стене. — Не думай, что ты всё знаешь. Не смей лезть к моему брату, — выплюнул он и вернулся вслед за Элисон в игру. Тренировка продолжилась, а Джек, поняв, что никто не встанет на его сторону, угрюмо пошёл на поле. — Сын наркоманки. Такой же наркоман. Строит из себя не пойми что и делает вид, что может кого-то защитить. А на деле не более, чем ничтожество. Эндрю устал от этого цирка. Он терпел оскорбления в свой адрес, но он не соглашался терпеть такое поведение по отношению к своему брату и к Нилу. Если слова Элисон не достаточно прочно осели в его голове, то Миньярд поможет их закрепить. Он подошёл к Джеку и невозмутимо уставился на него. Джек насмешливо фыркнул, смотря на Миньярда сверху вниз. — Блохастая сучка Натаниэля. Не удивлюсь, если он был таким же чокнутым, как и его папаша. Эндрю вложил всю силу в замах, ударив Джека кулаком между рёбер. Тот поперхнулся и упал на землю, держась за живот и пытаясь дышать. Изо рта у него текла слюна и капала на пол. Эндрю прижал его к полу, усевшись сверху, и наносил удар за ударом. Везде, где мог достать: лицо, живот, голова, легкие. Его глаза покраснели, налились чистой яростью. Пелена ненависти закрыла всё вокруг и остались только Джек и желание выпотрошить из него всё дерьмо. — Остановись, Эндрю! — Сука, ты убьешь его так! — Эндрю, прекрати. — Вот он — монстр. — Отпусти, больной псих! Голкипер не мог распознать, кто это говорил, голоса смешивались, приобретали одну и ту же интонацию, звучали одинаково. — Эндрю… Кулак Миньярда, занесённый для очередного удара вдруг остановился. Перед глазами всё прояснилось. Он увидел испуганные лица товарищей по команде, недовольного тренера почему-то с разбитым носом, испуганную Эбби и то, во что он превратил лицо Джека. Должно быть, теперь ублюдок раз и навсегда запомнит, почему не стоит связываться с Эндрю и тем, что принадлежит ему. Миньярд вздрогнул, когда снова услышал этот голос, зовущий его. — Эй, Эндрю. Он обернулся и в панике начал оглядывать площадку. Он искал глазами своего идиота, он искал Нила, чей голос четко звучал где-то рядом. Ему захотелось плакать от внезапной мысли о том, что Нил жив, что он просто сбежал и жил всё это время в другом городе, под другим именем. А сейчас вернулся. Его бегунок вернулся. — Какое мороженое ты хочешь, Эндрю? Блондин не мог понять, откуда доноситься голос. Он встал с Джека, предварительно пнув его, и прошёл мимо сокомандников, пока к нему не пришло осознание. Рене стояла со своим телефоном, проигрывающим какую-то запись. В её глазах стояла тьма, пока Эндрю шатаясь подошёл к ней, выхватывая её мобильник. Это была запись с одного вечера из посиделок Лисов. Нил сидел у Эндрю в ногах, поднимал голову и разговаривал с ним, пока Миньярд перебирал его волосы и пропускал их сквозь пальцы. Эндрю стоял посреди поля снова и снова просматривая запись, слушая Нила, рассматривая его лёгкую улыбку, играющую на губах, его полные синевы глаза. Эбби подбежала к Джеку и с помощью Кевина вытащила его с поля, кто-то из новеньких побежал за ним, но остальные так и остались стоять, изумленно глядя на Эндрю. — Я подумала, тебя сможет успокоить только он, — пожала плечами Рене, — ты его чуть не убил, а с Нилом тебе всегда становилось легче. — Только от этого нихуя не легче, — процедил Эндрю сквозь зубы и покинул поле, забирая с собой телефон Уокер. Та ничего не сказала по этому поводу. Ваймак крикнул что-то об извинениях за разбитый нос, но Миньярд просто поспешил скорее переодеться и уехать в Балтимор, уехать к Нилу. Больше всего ему сейчас хотелось его присутствия рядом. Он сбросил с себя форму, переоделся и, не принимая душ, вышел на парковку и сел в машину, подумав, что братья и Кевин доедут с кем-то другим. *** — Нил, — позвал Эндрю, положив свежий букет голубых васильков на землю, — я пришёл. Сегодня избил ублюдка Джонни, ну, помнишь, о котором я говорил. Тот, который вроде как Джек. Удивительно, но за меня вступились старшекурсники. Элисон так врезала ему, что я не особо хотел бы почувствовать это на себе, — уголки губ слегка дрогнули в подобии улыбки и он подвинулся ближе к могиле, — Тем не менее, малыш Джонни был сегодня невероятно раздражающим и я превратил его лицо в фарш. Рене включила запись с твоим голосом, чтобы я отвлёкся, и я на мгновение представил, что ты рядом, — Миньярд поджал к себе колено и упёрся в него лбом, — но оказалось, что ты мудак, который так и не вернулся. Который, наверное, на самом деле умер. — Он горько усмехнулся и вся ярость и злость на Джека и Рене испарилась. Эндрю не плакал. По крайней мере, он убеждал себя в этом. Он никогда не считал слёзы проявлением слабости, но всё равно чувствовал себя таким уязвимым, сидя вот так перед могилой и без возможности выдавить из себя хоть что-то, кроме солёной воды из глаз. — Элисон говорит мне отпустить это и не винить себя, но как я могу? Нил, если бы ты просто оказался жив, я бы съел кусок мыла, очистив свой рот от всего дерьма, которое сказал тогда. Если бы я мог, я бы вернулся в тот день на крыше и избил себя из прошлого, предупреждая, чтобы ни за что не говорил тех слов и ни за что не отказывался от обещания. Нил… мой Нил. — Эндрю прошёлся пальцами по предплечьям, по своим шрамам, слегка надавливая на них, — Я чувствую себя таким слабым, потому что не могу отпустить это. Подумать только, даже после смерти ты доставляешь мне неудобства, — он фыркнул с неким весельем и от этого ему стало ещё больнее, — ты моё помешательство и от тебя сплошные проблемы. Ты должен был оказаться побочным эффектом от моих таблеток, придурок, — его эмоции и чувства просто смешивались, он не совсем понимал, что чувствует и всё вываливалось просто за раз. Была и ярость, и грусть, и страх, и вина, и раскаяние, и невыносимая боль потери. Миньярду не нравилось это, определенно. Он столько возводил вокруг себя стены, закапывал своё сердце как можно глубже, но стоило какому-то мученику появится здесь, а потом так же резко пропасть, и бум — все стены рухнули, обнажив его душу перед людьми. Он не думал, что уязвимость это плохо. Скорее ему было просто плевать. Он, наверное, ничего бы не почувствовал, если бы кто-то попытался сейчас причинить ему физическую боль. Эндрю думал, что сейчас ему нельзя сделать больнее. — Рейнольдс сказала мне, что мы делаем выбор — принять потерю и двигаться дальше или нет, — наконец сказал он, когда все эмоции были выплеснуты. Он встал и отряхнул штаны от земли, отворачиваясь от могилы, — Я думаю, ты бы выбрал жизнь. *** — Эй, Ники, — позвал Эндрю, лёжа на кровати и пялясь вверх. Хэммик опустил голову со своей кровати и посмотрел на нижнюю, на кузена. — Тебе что-нибудь нужно? Принести что-то? Воды, поесть? Хочешь, я закажу чего-нибудь сладкого? — Заткнись, — шикнул на него Эндрю, пожалев, что заговорил с ним. — Ой, извини, просто… ты впервые сам заговорил за столь долгое время, я даже как-то нервничаю, ха-ха, — он попытался посмеяться, но вышло не совсем реалистично. Эндрю закатил глаза и достал из небольшой прикроватной тумбочки несколько бумаг, протягивая их Ники. Тот взял их и поднял голову, снова полноценно залезая на кровать и, видимо, изучая документы. — Чего? — Его голос звучал недоверчиво, когда он спрыгнул вниз и уставился на Эндрю, — Ты шутишь что-ли? Это же шутка, я прав? Документы фальшивые и меня потом посадят за это? Эндрю на это лишь пожал плечами, поднимаясь с кровати. — Они настоящие. Верь или не верь, но это так. — Ты переписал на меня свою Мазерати? Её же купил тебе… — Ники заткнулся на полу слове. Эндрю сжал кулаки, а его губы сжались в тонкую белую линию. — Я знаю, — процедил он, — но таково моё решение. Если машина тебе не нужна — сдай её на металлолом. — Шутишь что ли? — вскрикнул Ники и теперь его лицо выражало счастье, — Ни за что! Такую малышку и на металлолом… Ты изверг, Эндрю! Но определенно самый лучший кузен в мире, только не говори этого Аарону, хорошо? Эндрю недовольно фыркнул и увернулся от объятий Хэммика, направляясь в гостиную. Кевин смотрел какой-то матч по экси и делал записи. Эндрю счёл нужным просто кинуть в него конверт. — Ау! Эндрю, блядь, что это? — Кевин недовольно посмотрел на Миньярда, пока раскрывал конверт. Его лицо стало каменным, а в глазах читалось недопонимание, — Зачем? Эндрю лишь пожал плечами. — Там большая сумма. Потрать на водку, новые ракетки или что-то вроде того, мне плевать, что ты будешь с ними делать, — сказал блондин, покинув комнату. — Эндрю, что ты имеешь в виду? — бросил ему в спину Дэй, но Эндрю благополучно проигнорировал это. Он нашёл Аарона в библиотеке кампуса и, как он и предполагал, вместе с Кейтлин. Девушка подпрыгнула на месте и слегка сжалась при виде близнеца своего парня, а Аарон поднялся с места, загораживая её перед братом. — Тише, Аарон, веди себя нормально перед своей девушкой, — Эндрю слегка поморщился на последнем слове и надавил брату на плечо, усаживая его на место. — Эндрю, какого чёрта… — Аарон выглядел слишком ошеломлённым. То ли от того, что его брат заговорил с ним, пришёл найти его, или от того, что он в целом куда-то вышел и вообще говорил, — Что тебе нужно от меня? Эндрю уставился на него так, будто услышал самую глупую вещь на плане. — А Бутан это не вещество, а государство в Южной Азии. — Чего? — не понял Аарон. — Я подумал, что мы соревнуемся в том, кто скажет более глупую вещь, — когда Аарон продолжал пялиться на него в недоумении Эндрю раздраженно фыркнул и закатил глаза, — с чего ты взял, что я пришёл к тебе? Аарона это, казалось, немного задело или расстроило, но в то же время насторожило, когда его близнец перевёл взгляд на Кейтлин и кивнул в сторону выхода. — Нет, — запротестовал Аарон, за что получил холодный взгляд со стороны Эндрю. — Тебя не спрашивали, уродливая версия меня. Эндрю не стал дослушивать возмущений брата и вышел за дверь библиотеки. Он слышал, что Кейтлин успокаивала его близнеца, пока он уходил, поэтому не удивился, когда она вышла к нему. — Надеюсь, он не подслушивает нас за дверью? — Эндрю слегка приподнял бровь. Девушка на это покачала головой. — Нет, я попросила его оставаться там. Ты бы не звал меня просто так, верно? Не для того, чтобы  выплеснуть свою злость на мне, я права? Эндрю одобрительно хмыкнул на это, облокотившись на стену. — Может, ты не так уж и глупа, — Кейтлин проигнорировала это, а Эндрю уставился в стену, будто обдумывая всё, что хотел сказать. Она не торопила и это вызвало в нём некую долю уважения к ней, — пф, не могу поверить, что собираюсь сказать тебе это. Нил должен… — он резко дёрнулся, как ошпаренный, при упоминании этого имени и закрыл рот рукой. Миньярд большими глазами уставился на Кейтлин, зная, что найдёт в ее глазах жалость. Ему это не нужно. Но, почему-то, жалости не было, как и осуждения. Понимание. Это удивило его больше всего. Он нервно выдохнул, опуская руку, и начал теребить рукав своего пальто. Кейтлин сделала шаг к нему и Эндрю позволил ей на мгновение сжать себя в поддерживающих объятиях, пока мог выносить касания. — Я понимаю. Я тоже чувствовала бы это, если бы потеряла Аарона. Я чувствовала это, когда потеряла брата, — призналась девушка. Эндрю вдруг задумался, что никогда и ничего о ней не узнавал. Он позволил себе слегка расслабится в её объятиях и это придало ему сил сказать то, о чём он думал. — Не то что бы я был полным ублюдком и ненавидел тебя, — наконец заговорил он, — у Аарона были некоторые проблемы с его матерью, поэтому я насторожено отношусь к его окружению. Я бы не хотел, чтобы кто-то причинил ему боль. И не думаю, что ты этого хочешь. Поэтому, пока ты не причиняешь ему вреда всё в порядке, — он отодвинул от себя девушку и всмотрелся в её лицо. Её рыжие и слегка волнистые волосы напоминали ему Нила. И её большие голубые глаза с длинными ресницами тоже. Эндрю поморщился от мысли о том, что у них с братом похожий вкус. — Я понимаю, — кивнула Кейтлин. Её лицо было серьезным и она говорила уверенно, — я ни за что не сделаю ему больно. — Он может и мудак временами, но не слушай, если он будет нести какую-то херню. И будь рядом, если ему будет плохо, потому что я не смогу быть с ним всегда. Кейтлин снова кивнула, будто записывая всё в мысленный блокнотик, как на лекциях. — Хорошо. — Но если ты всё-таки причинишь ему боль я достану тебя даже из-под земли, — Эндрю слегка улыбнулся, но девушка этой улыбке не поверила. У неё по спине пробежал мороз, но она держалась стойко и за это Эндрю захотелось уважать ее немного больше. — Я знаю, — кивнула она, — это всё? Эндрю на мгновение задумался, а потом кивнул. — Береги его, — он похлопал её по плечу, уходя, — и передай ему, что он мудак. Кейтлин хихикнула на это и убежала обратно к Аарону, а Эндрю вернулся в общежитие. Он хотел встретиться с Рене и нашёл её в комнате у девочек вместе с Мэттом и остальными. Обычно они вдвоём выходили, когда ему было нужно, но сейчас Эндрю не особо задумывался о том, что кто-то будет слушать их разговоры. Он протянул Уокер такой же конверт, как у Кевина, но немного толще. Девушке не пришлось раскрывать его, чтобы понять что внутри. На её вопросительный взгляд Эндрю лишь пожал плечами. — Можешь пожертвовать в какой-то приют или церковь. На благотворительность, так скажем. Я знаю, что ты правильно ими распорядишься, — он так же протянул ей ключ, — добро пожаловать в дом в Колумбии. Это очень насторожило Рене и она слегка сжала руку Эндрю. — Эндрю, всё в порядке? — Всё в порядке, — кивнул Миньярд и поморщился от того, как прозвучала эта фраза. Он перевёл взгляд девушке за спину и уставился на Мэтта. — Бойд, — Эндрю указал на дверь и вышел, а старшекурсник последовал за ним. — Я, вроде как, ничего не делал, — настороженно произнёс Мэтт. — Я знаю, — недовольно фыркнул Эндрю и открыл дверь в свою комнату, приглашая Бойда зайти внутрь. Он прошёл к своей кровати и достал оттуда гитару в чехле, протягивая её парню, — ты же говорил, что хочешь научиться. Ну так вперёд. Дарю. Мэтт не веря посмотрел на него и сжал гитару. — Да ты шутишь! — Сегодня что, первое апреля? Или я на клоуна похож? Весь день это слышу. Мэтт усмехнулся и закинул гитару на плечо. — Спасибо, дружище, — язвительный комментарий его ничуть не задел. — С одним условием, — Мэтт приподнял руки, дескать что угодно, и Эндрю продолжил, — я хочу, чтобы ты хоть иногда ездил к Нилу и играл для него. Ему это было важно. Мэтт сразу поник при этом. — Ты же играл на ней для него, да? Почему отдаёшь мне? Это важно для него и для тебя… Эндрю его перебил. — Ты его лучший друг. И я думаю, что у тебя это получится лучше. Мэтт кивнул и, убедившись, что Эндрю не собирается сказать что-то ещё, покинул комнату. *** Громкий женский крик пронзил воздух в доме. На него сбежалась вся команда. — Кейтлин, что случилось? — Аарон обхватил девушку за плечи и смотрел на неё, пока не понял, что она смотрит ему за спину. — О Господи! — Воскликнул Мэтт, прижав к себе Дэн. — Я думала, что всё наладилось… Что ему лучше. Он даже разрешил нам приехать сюда, в его дом! Появился Ники и громко закричал, начиная плакать. — Ради всего святого, Эндрю! Кевин застыл в изумлении. Его и без того бледное лицо было похоже на снег. Казалось, будто его сейчас стошнит. Он развернулся, буркнув что-то про звонок тренеру, и ушёл. Аарон наконец повернулся и теперь его всего трясло. — Нет, Эндрю… — он подбежал к ванной и схватил брата за руку, — Эндрю, вставай, давай. Здесь всё в крови. Всё залито, Эндрю, ну же, вставай. Появилась Рене с хмурым видом и сообщила, что позвонила в скорую. Аарон продолжал пытаться вытащить Эндрю из ванной, красная вода расплёскивалась вокруг, а кровь, стекающая из рук Эндрю, пачкала его футболку. Заплаканная Кейтлин прижалась к парню со спины и попыталась оттащить его, но тот кричал и плакал, прижимаясь к брату. — Отойдите! Отвалите все! — Он не хотел отходить от Эндрю. Он дрожал и сильнее прижимался к холодному телу, махая рукой на остальных, — Эндрю, нет, ну же, Эндрю, вставай! Послышалась сирена скорой помощи и через мгновение врачи вытаскивали тело из ванной и загружали в машину. Вся команда сказала, что поедет в больницу и врачи не смогли препятствовать их упорству, учитывая, что некоторым явно придётся колоть успокоительное. Ваймак прибыл в больницу вместе с Эбби и Бетси. Кого-то из команды всё ещё трясло, кто-то плакал, а некоторые сидели, опустив головы вниз. — Что с ним? Рене подскочила с места и поспешила удалиться с тренером. — Врачи сказали, что пульс есть, но он слабый. Не известно, выберется ли Эндрю из этого. Бетси подошла к команде и присела перед ними. Она заговорила совсем тихо. — Он вёл себя как-то подозрительно в последнее время? — Помимо того, что каждый день плакал на могиле своего парня? — съязвила Элисон. — Знаете, люди, которые планируют совершить самоубийство, обычно… Дарят близким что-нибудь ценное, например. Или говорят о том, что скоро их не будет рядом, — Бетси проигнорировала комментарий Элисон и продолжала говорить тихо и спокойно, хоть и сдерживала слёзы из всех сил. Для неё была тяжёлой потеря Нила, но потери Эндрю она бы точно не выдержала. — Да, он… — начал Ники, но быстро умолк. За него продолжил Кевин. — Он переписал на Ники свою машину и отдал мне часть своих денег. — Да, точно, — поддержал Мэтт, — он отдал мне гитару, на которой играл Нилу, попросил меня ездить и играть ему. И отдал Рене конверт с деньгами. Попросил на благотворительность отдать или вроде того. — Он попросил меня беречь Аарона и сказал, что не сможет всегда быть рядом, — тихо заговорила Кейтлин. Аарона затрясло ещё больше. Он подпрыгнул со стула и уставился на команду. — Серьезно? И вы молчали? — Аарон, мы не знали, успокойся… — Нет, Дэн, нихера, — закричал на неё Аарон, — не успокоюсь. Мой брат планировал самоубийство и вы знали, что он несёт какой-то хуйню, но никто ничего даже не заподозрил! Почему вы мне не сказали? Я на врача учусь, я бы понял… — он снова уселся на кресло и уронил голову на руки, позволяя себе заплакать. — Прости, Аарон… — прошептала Кейтлин, приобнимая парня за плечи. — Нет, Кейт, не «прости», — Аарон уставился на неё со слезами, — ты врач, ты должна была понять! — Нет, не должна была, я не знала об остальных, я думала, что он просто наконец одобряет меня, что он оправился после смерти Нила! — А ну успокоились, — прогремел голос Ваймака, — вы в больнице. Сядьте и ведите себя как подобает. Эндрю ваши истерики сейчас не помогут. Заткнитесь и сидите молча. Эбби протянула некоторым по таблетке успокоительного и по бутылке воды. Она приобняла Аарона, прижав к себе, и поцеловала в макушку. — Всё наладиться, Аарон, всё будет хорошо. Миньярд обмяк у неё в руках и плакал, а она обнимала его и гладила по спине, успокаивая. *** — Эндрю, ёбаный идиот, как ты мог блядь сделать это? Аарон в слезах кричал на брата и крепко сжимал его руку. Эндрю безразлично смотрел на него, не отводя взгляда. — Моя рука онемела и я не могу понять, то ли это из-за того, что ты так её сжимаешь, то ли от того, что мне туда что-то вкололи. Аарон дёрнулся, отпустив руку брата, но вместо этого сел на край его кровати. — Зачем? — теперь его голос звучал тихо и поникло. — Нет, Аарон, мы не будем говорить об этом. — отрезал Эндрю. — Но почему? — вскрикнул «нормальный» Миньярд. — Потому что если ты продолжишь ебать мой мозг я пожалею о том, что выжил. Аарон с угрюмым видом умолк. Он всё ещё не понимал, что подтолкнуло его брата к этому поступку и ему было плохо от этого. Но, тем не менее, он был рад, что Эндрю жив. — Я не понимаю… Почему ты решился на это? Ты решил оставить меня. Ты не мог так поступить, Эндрю! Ты же.. Ты мой брат. Ты не можешь просто взять и бросить меня одного. — Ты не один, — возразил Эндрю, — я оставил тебе Кейтлин, я попросил её присматривать за тобой. — Это не то, Эндрю, как ты не понимаешь? Аарон положил голову на кровать возле брата и снова заплакал. Его убивало то, что Эндрю так думает о нём, что Эндрю просто не может понять, насколько он важен ему. И плакал от счастья, что самый близкий его человек теперь в порядке. Несколько минут в палате были слышны только всхлипы Аарона, прежде чем Эндрю запустил пальцы ему в волосы и сжал. — Я понимаю, — тихо произнёс Эндрю. Аарон дёрнулся, но не предпринял попыток вырваться, и Эндрю продолжил, — я думаю, это вся эта херня со связью близнецов. Мне стоило съесть тебя в утробе, чтобы не мучиться с тобой, — он весело фыркнул и Аарону впервые не хотелось съязвить в ответ на это. — Придурок. — Извини, — тихо произнёс Эндрю, — не то что бы я хотел оставить тебя. Я позаботился о том, чтобы ты не был один. У тебя была бы хорошая жизнь. Карьера, семья и всё такое. Я не могу так, как ты. Не могу просто взять и доверится кому-то. Я доверился Нилу и он… — Эндрю замолчал. Он всё ещё не мог говорить о том, что его Нил мёртв, — Я не могу довериться кому-то другому. И я подумал, что нужно сделать выбор. Если принять и двигаться дальше я не могу, то остаётся просто бросить всё и… Эндрю не договорил. Аарон резко поднялся и со всей силы врезал ему в челюсть. Эндрю дёрнулся и в шоке уставился на брата, то ли от того, что тот осмелился ударить его, то ли от того, что он наконец-то обрёл позвоночник. — Идиот, блядь! — закричал на него Аарон, — Ты думаешь, что ты остался один, но у тебя есть я! Есть Ники, Кевин, целая команда, есть Кейтлин! Ты можешь довериться нам, поговорить с нами, потому что мы проживаем всё то же, что и ты. Да, никто из нас не был настолько близок с Нилом, но каждому он был другом,  товарищем по команде. И мы разговариваем друг с другом, когда нам плохо. Люди делают это, представь, для этого нам нужен язык. А ты отказываешься разговаривать даже с Бетси, даже со мной! Эндрю, я твой брат и я ни разу, блядь, не осуждал тебя за какое-то дерьмо. Твои судимости, то, что ты гей, твоё прошлое — плевать мне на это, ты мой самый близкий человек не смотря ни на что. Эндрю не привык к такому. Он не привык быть важным для кого-то, близким кому-то, он не знает, какого это, быть ценным и любимым. Он не знал, как это. От такого откровения он на мгновение утратил дар речи. — Я.. — начал он и тут же замолчал, всё ещё будучи в шоке и не зная, что сказать, — извини? Я не думал, что это важно, — он нахмурился и отвёл взгляд, обдумывая что-то, — я не собираюсь сидеть на твоей шее, чтобы ты постоянно опекал меня. — Заткнись, просто заткнись, Эндрю. Поверить не могу, что ты и в правду думал, что никому больше не важен, Аарон упёрся лбом в руки и теперь просто пылал яростью. Эндрю на это лишь усмехнулся. — Ты впервые злишься на меня. Ну, если не считать того случая с Тильдой. — Злюсь? — щеки Аарона вспыхнули красным от гнева, — Эндрю, я в ярости. Мы всей командой неделю не выходили из больницы, дежурили в твоей палате и ждали, когда ты проснёшься. Не знали, проснёшься ли вообще. Я бы ударил тебя за это. — Ты уже сделал это, — Эндрю указал пальцем на красную щеку, куда пришёлся удар. — Ладно, я бы сделал это ещё раз. — Это разовая акция. В следующий раз так легко не отделаешься. — Придурок. В дверь тихо постучали и оба брата оглянулись. В проёме показалась светлая макушка и Рене прошла вглубь комнаты, оставляя на тумбочке пакет со сладостями. Эндрю одобрительно хмыкнул на это и потянулся к пакету. — Я рада, что ты в порядке, Эндрю, — улыбнулась девушка. — Мгм, — Эндрю кивнул, поедая шоколад, — не знаю, благодарить тебя за то, что вызвала скорую, или ударить за это. — Пожалуй, первый вариант мне нравится больше, — Рене села на стул возле его кровати и на секунду взгляд метнулся к распухающей щеке, но она промолчала по этому поводу. — Эндрю, как ты мог! Я тебя ненавижу! Ты под домашним арестом, я уберу из дома все острые предметы и оставлю тебя сидеть в комнате с мягкими стенами! — Ники плакал, пытаясь обнять Эндрю, пока его удерживал Аарон и ногой отталкивал сам Эндрю. — Ники, в комнату с мягкими стенами помещают психов, а не выживших самоубийц, — фыркнул Эндрю и нахмурился. — Опять ты получаешься, — съязвила Элисон, проходя в комнату и садясь на стул, — в очередной раз убеждаюсь, что ты монстр, если позволил себе бросить нас всех и заставить нервни… Ау! За что? — За всё хорошее, — улыбнулась подруге Дэн, снова слегка стукнув её по затылку. Элисон на это лишь фыркнула, — ты как, Эндрю? — Бывало и лучше, — признался Эндрю, пожимая плечами. — Конечно бывало, не каждый день Вены вскрываешь, пытаясь умереть, — фыркнул Кевин и бросил Эндрю на кровать пакет с фруктами, — Рене настаивала на том, что тебе больше нравятся сладости, но спортсменам больше идут на пользу фрукты. Эндрю демонстративно залил себе в тот взбитые сливки и бросил вызывающий взгляд на Кевина. Тот стал совсем бледным, видя, как кто-то употребляет такое количество сахара. — Слушай Рене, она старше и знает больше. — Почему же ты не послушал её, когда она спросила о том, что случилось? — вопросительно приподнял бровь Мэтт и облокотился на стену. Эндрю безразлично кинул в него яблоко из пакета Кевина и продолжил заливать пончики взбитыми сливками. — Вы слишком шумные. Бесите. Лисы переглянулась и дружно рассмеялись на это высказывание. — Хоть что-то остаётся неизменным, — фыркнул Ваймак, заходя в палату, — ты как, Миньярд? — В зависимости от того, что вы хотите от меня услышать, тренер, — улыбнулся Эндрю и в этой улыбке промелькнул некий оскал. — Отлично, — кивнул Ваймак, — ты в норме. Тогда я жду от тебя в два раза больше усилий на поле, когда ты выйдешь отсюда. — Как скоро я выйду? — приподнял бровь Эндрю. — Врачи говорят, через неделю. Нужно проверить твоё психическое состояние, твою кровь и дать порезам немного затянуться, чтобы даже если швы разойдутся, то ты не умер сразу же от недостатка крови. — Отлично, значит, ещё целую неделю я не буду лицезреть ваших противных лиц, — пробормотал Миньярд. — О нет, салага, не дождёшься! Мы караулили тебя по двадцать четыре часа в сутки, так что теперь ты должен терпеть нас здесь каждый день, — засмеялась Дэн, за что в неё так же прилетело яблоко. — Моя команда — идиоты, — закатил глаза Эндрю, но теперь в груди вдруг разлилось некое тепло. Он почувствовал, что он больше не один. Мир смог стать немного красочнее, даже если Нила не было рядом. Эндрю никогда его не забудет, не забудет ни одной детали в его лице, ни единого вздоха, но он будет вспоминать об этом с лёгким подрагиванием губ в улыбке вместо слёз. *** Шли месяца, Эндрю вернулся к более менее нормальному образу жизни. Он всё ещё ездил в Балтимор к Нилу, всё ещё иногда плакал, но теперь он не чувствовал пустоты. Лисы были рядом и, как бы не было трудно это признать, Эндрю чувствовал некое подобие счастья в их кругу. Он всё ещё не мог доверять кому-либо, кроме Лисов, но он к этому и не стремился. Эндрю иногда общался с Кейтлин, иногда ходил с ней по магазинам и делал с ней домашние задания. Аарон злился, что Эндрю уводит его девушку, в то время как Кейтлин смеялась, а Эндрю слал брата куда подальше. Да, теперь он определенно был счастлив. — Эй, Эндрю, не поможешь мне с проектом в библиотеке? — Кейтлин позвонила ему после пар и он не то что бы был против. Он немного устал, но у Эндрю были книги, которые нужно было взять в библиотеке, поэтому он согласился. — Мгм, жди на третьем этаже, — сказал Миньярд, отключая телефон. Он выскочил из кампуса и направился в сторону библиотеки. Перед ним выскочил человек, которого он помнил, как одногруппника Аарона. Жуткие мысли о брате начали проскакивать в его голове. Он подумал, что что-то могло произойти с его братом. — Что-то случилось с… — Эндрю не успел даже начать волноваться о нём, как резкая боль появилась у него внизу живота. Эндрю покачнулся и кашлянул, пока парень затаскивал его в небольшую пустую улицу между двумя кампусами, где было практически невозможно пройти. Эндрю попытался нанести ему удар, но незнакомец сильнее вдавил нож ему в живот. Эндрю чувствовал, что что-то выливается у него изо рта, пока не распознал металлический вкус крови. — Ублюдок, — прошипел Эндрю, сплёвывая кровь. — Тише, Аарон, тише, — успокаивал его парень, вспарывая живот ножом. Что ж, Эндрю хотя бы умрёт не напрасно. Он будет знать, что сделал это ради брата. Это не так уж и плохо. Он схватил незнакомца за волосы и вырвал небольшой клок, прежде чем парень оттолкнул его и вытащил нож, засовывая его себе в карман. — Прости, чувак, но Кейтлин моя. Эндрю понадеялся, что этого ублюдка посадят благодаря волосам, которые он крепко сжимал в руке. Парень плюнул в него и пнул ногой в живот, прежде чем перед глазами что-то вспыхнуло, а потом потемнело. Он подумал о брате, который останется без его защиты, но у Аарона всё ещё была команда и Кейтлин. Они бы определенно помогли ему справиться с этим. Эндрю вспомнил Кейтлин, ожидавшую в библиотеке и мысленно извинился за то, что не придёт на встречу. Он попытался встать, но тело онемело, кровь заливала всё поблизости, а рана болела. Миньярд положил на неё дрожащую руку, будто стараясь закрыть её, остановить кровь. Силы стремительно покидали его тело. Дышать становилось тяжело, не говоря уже о том, чтобы двигаться. Во рту продолжала стоять кровь и Эндрю просто открыл рот и слегка наклонил голову, чтобы кровь вытекала. Чтобы он не захлебнулся ею. Он понадеялся, что сейчас кто-то вызовет ему скорую, но это было бы невозможным. Здесь никто не ходил и Миньярд даже не мог вспомнить этого прохода. Он начал медленно считать до десяти. Веки ощущались слишком тяжело, поэтому он просто закрыл их. Он подумал, что хочет спать. Тело на асфальте тяжело дышало и вздрагивало. Эндрю видел лицо Нила. Джостен улыбался ему и протягивал руку. «Добро пожаловать домой, Эндрю». Что ж, если это смерть, то ему это вполне нравится. За всю жизнь он жалел только о том, что не ощутил счастья с Нилом. Но это было не так плохо. Теперь это не так плохо. Быть может, в другой Вселенной они будут счастливы. В другой Вселенной, где Эндрю будет музыкантом, а Нил его музой.