Машина с характером

На дворе конец февраля. Погода отвратительная. Этого Татьяне хватало, чтобы уже с утра быть без настроения. Вся эта слякоть, дождь, ветер в лицо, будет с ней ещё как минимум месяц, а то и больше. Единственное что спасет, так это пара горячих стаканов с кофе в руках и новое дело. — Фух, у этого Уфимцева не квартира, а музей, — Майский поставил в багажник очередную коробку с вещественными доказательствами. — Ей Богу. — Держи, — Белая протянула напиток мужчине. Последний быстро выхватил его из рук, и сделал большой глоток. — О, спасибо, без сахара? — Как ты любишь. А фотку убитого ты ему показал? — Естественно, — Сергей чуть не поперхнулся. — Он сказал, что видел его пару раз в местной библиотеке. Искал информацию о какой-то очень древней статуэтке. — И? Нашёл? — Нет. Уфимцев посоветовал ему поискать в Интернете. — Не густо. Но зато теперь мы сами можем открыть музей, — Татьяна оглядела содержимое багажника. — Это да, — Майский почесал затылок. — Теперь можно ехать с чистой душой. Ответом ему послужила довольная улыбка. Допив кофе и выбросив стакан в ближайшую урну, женщина села в машину, предварительно отряхнув ноги от грязи. Сергей с интересом наблюдал за последним действием. Раньше Белая могла спокойно запрыгнуть в машину в ботинках, в которых до этого шла по болоту или свалке. Но подумав, мужчина решил, что Татьяна просто не хочет тратить лишние время на восстановление чистоты в служебном автомобиле. Лучше сразу, чем потом. Но если бы это была единственная странность. Пару дней назад, во время обеденного перерыва Данилов рассказал другу о том, что Белая разговаривает с автомобилем. Причём, не в процессе починки или поиска любимой жвачки, а непосредственно во время работы. Спрашила о результатах экспертиз, контактах подозреваемых и много ещё о чём. Как если бы это была не машина, а человек. На вопрос «а что происходит?», Татьяна попыталась отшутиться. И всё это началось как раз после появления нового служебного транспорта. Выбросив стакан в ту же урну, что и коллега, Майский попытался закрыть багажник, но не тут-то было. Дверца упорно не хотела подчиняться и закрываться. Громко и смачно выругавшись, мужчина плюнул. — Тань! Подойди! — Опять не слушается? — обречено спросила женщина, вылезая из тёплой машины, едва успев согреться. — Да, вот, видишь, — Сергей показал на багажник. — Я разберусь, — Белая по-дружески хлопнула его по плечу. — Дай минуту. Может две. Улицы быстро сменяли друг друга. Потрёпанные временем пятиэтажки, магазины, детсады — всё это слилось в одно большое непонятное пятно. — Ну вот как ты это делаешь? — резко спросил мужчина, продолжая смотреть в окно. — Что? — Как ты нашла подход к этой груде металлолома? — в голосе появилось явное раздражение. — Не говорит так про него. — Него? — Сергей удивлённо вскинул брови. — Неё, — Татьяна исправилась. — Не суть дела. Ну, просто недавно увидела рекламу курса и там нам рассказали несколько секретов. — Какого курса? — продолжал расспрашивать майор. — Какое название глупое и простое было, я уж и забыла — Белая посмотрела на карту. — Скоро, кстати, подъедем к библиотеке. Разговор закончен. Навигатор своим безэмоциональным голосом объявил о повороте через пятьдесят метров, будто соглашаясь с последними словами Белой. Степан перевёл взгляд с давно остывшего чая на часы. Без десяти два. По-хорошему, его коллеги давно должны были вернуться. — Наверное сейчас в пробке стоят, — Холодов сел напротив, смотря на бутерброды так, как будто он был львом, который увидел антилопу. — С утра толком не ел! Но тарелка быстро ускользает из-под носа мужчины благодаря ловкости капитана. Последний с интересом рассматривает еду, будто впервые её видит, а затем спрашивает: — Ты видел новую машину? — с театральной драматизмом произносит Степан. Андрей быстро улавливает эту интонацию. Правила игры известны. — Да. А она то тут причём? — мужчина смотрел то на собеседника, то на аппетитные бутерброды. — А ничего необычного ты за ней не замечал? — За машиной? — Да. Вот тут Холодов окончательно перестал мечтать о еде, и вернулся в реальность. — Ну, радиоприемник барахлит, — Андрей ненадолго задумался. — Я всё же больше времени провожу в лаборатории, нежели в гараже. Степан брякнул тарелку на стол с неприятным звоном. Холодов тут же схватил пару бутербродов, расправляясь с ними за считанные секунды. — А почему ты спрашиваешь? — Не важно, — мужчина тоже решил перекусить. — Понимаешь, — Холодов забрал последний бутерброд себе. Теперь ничья, капитан. — Мне вчера Майский задавал точно такие же вопросы. Данилов поперхнулся. Вот же! Хитрый майский жук, пошёл в обход правил. В лаборатории работа шла очень активно. Как всегда. Потрёпанные книги в старинных переплётах, глиняные вазы с причудливыми узорами, необыкновенные фигурки из камня или дерева — это просто эстетическое удовольствие, а не улики. Холодов тяжело вздохнул, заметив, что его коллега вновь невольно отвлеклась, крутя в руках нечто древнее. — Какая интересная надпись, — Белая открыла Google. — Veritas intus abscondita est, знаешь что означает? — И что же? — мужчина продолжал собирать пробы. — В переводе с латыни, это «Истина внутри». Какая-то слишком умная фраза для камня. Татьяна уже было собралась исследовать очередной ящик, как из коридора раздался шум. Привстав, женщина увидела Данилова с Майскими, которые очень активно что-то обсуждали. Хотя правильнее будет сказать, что они очень сильно «пытались» привлечь внимание Галины Николаевны своим спором. — Никак не пойму что происходит с ними в последнее время, — Белая опустилась обратно, возвращаясь к работе. — Не ты одна. Как появилась новая машина, они будто свихнулись. Всё пытаются понять, что с ней не так, а как по мне нормальная машина. Татьяна лишь кивнула в знак молчаливого согласия. Этот спор уже перестаёт быть глупой идей. Она становится опасной, причем не только для машины, которую мужчины могут попытаться запросто разобрать, но для взаимоотношений в коллективе. А ведь начиналось всё достаточно безобидно и даже в какой-то мере смешно. Сергей мог хоть полчаса, хоть час рассматривать не только двигатель, но и салон, и панель управления, пока Данилов искал всевозможные объяснения в великом Интернете. Но должных плодов это не принесло. Самое интересное, как они не подключили к этому Тихонова? Он, к слову, недавно задумался у собственной машине, и теперь разговоры на кухне стали куда интереснее. — Живо ко мне в кабинет! Голос Галины Николаевны был как не то чтобы как гром среди ясного неба, а скорее наоборот. Когда на небе тучи, громкие раскаты скорее всего неизбежны. — Теперь можно работать спокойно, — с лёгким злорадством в голосе отметил Холодов. — Мне надо в архив, — Белая резко встала и быстро покинула лабораторию. Молчание первым решил прервать Майский. Их спор зашёл слишком далеко. К сожалению, оба это поняли лишь получив выговор за нарушение рабочего порядка. — Стёпа, ну ты меня прости, — мужчина остановился, отводя взгляд куда-то в сторону. — Поступил не по-дружески, хотел схитрить. Поэтому, в качестве извинения, предлагаю ужин за мой счёт. — Я тоже виноват, поступил не лучше. И вообще глупо получилось, из-за какого-то металлолома чуть не поссорились! Предлагаю мир, и ужин с меня. — Пополам. И ещё перед Белой надо извиниться. — И перед машиной. Смех прервал оглушительный грохот. И судя по всему, источником был треклятый гараж. Не говоря ни слова, оба мужчины со всех ног помчались туда, предчувствуя нечто нехорошее. Дверь быстро поддалась, и оперативники практически ворвались в помещение. — Что случилось?! — взволнованно кричит майор, видя перепуганную Татьяну. — Это про них ты говорила? — раздается откуда-то сверху низкий механический голос. На мужчин смотрел гигантский робот. Сразу двумя парами красных глаз. А огромные кулаки лишь увеличили дрожь в коленях. — И кто назвал меня грудой металлолома?! — Коллеги, это — Баррикейд, наша «машина с характером», — Белая закрыла двери, и бросила укоризненный взгляд на робота. — Баррикейд — это Сергей и Степан, мои основные напарники на выезд. — Пиздец, — в один голос сказали мужчины, смотря то на робота, то на приличных размеров вмятину в бетонном полу.