Первая работа

Старый двухэтажный дом стоит на небольшом пустые, а вокруг пустыря куча высоких и низких бетонных коробок. В нём есть подвал населённый лягушками и чердак под черепицей которого птицы вьют гнезда. По сравнению с коробками дом стар, мелок и никазист. На кирпиче его появилась плесень, а некоторые вообще закрылись лазой. Он давно уже должен был рухнуть, но он стоит. Несмотря на трещины и хлипкость досок. Несмотря на то что провода и арматура словно змеи выглядывали из трещин. В коробках на показ кипит жизнь, а в доме нет он тих. В его стенах прячется множество детских душ. И все они разные, но всех дом скрывает от лишних глаз и ушей. На его дворе изретко можно заметить детей. Которые играют в догонялки или прятки, на потрёпанный жизнью площадке. Но забор будто поглощает весь шум детских игр. Дом понимает, что посторонним не нужно знать о том, что делают его обитатели. Из-за его вечной тишины и мрачного старого вида, он вызывает у детей не живущих в нём интерес. А у взрослых безразличие и вопрос о том как он ещё не развалился? Ведь он намного старше всех окружающих его построек, из-за этого люди уже не помнят когда он появился. Ведь он был там намного раньше них. А внутри этого дома с другими детьми живёт мальчишка чьё имя, стёрлась из моей памяти за годы. Он не примечательный, как и сам дом. Хлипкое худое тело, густые чёрные волосы и голубые словно небо глаза, которые часто могут спрятаться за отросшей чёлкой. Мальчик молчалив и незаметен. Другие дети с ним не общаются. Они просто, не понимают его. Он слишком не тот для них. Дети в его 12-ти летнем возрасте не ведут себя так тихо как ведёт себя он. Они не ведут себя так отстранено . А ещё было непонятно как можно так смотреть? Как смотрит он. Из-за этого они не брали его в свои игры, но он не обижается, тихо наблюдаю за ними, как старик присматривающий за детьми. Наверное он никогда не хотел играть с ними. Он просто не нуждался в этом У воспитателей он вызывал жалость . Которой сам он не понимал. Некоторые даже не могли смотреть ему в глаза. Этот взгляд, его взгляд слишком пронзительный. В нём слишком много боли, от отголосков воспоминаний прошлой жизни . Это взгляд взрослого который многое повидал. но в то же время в нём есть эта детская искра. Которая каким-то чудесным образом не потухла. Но несмотря на это воспитатели не любили находиться рядом с этим мальчонкой. А мальчонка не любил их. Хотя как не любил, ему было плевать на них, у него не было неприязни к ним. Я попал туда ещё когда был молод. Мне тогда было всего лишь 20 с лишним лет. Это была моя первая работа. Я только выпустился из универа. Тогда я только стоял на пороге дома. И смотрел на помятую железную табличку. С облешей краской в некоторых местах, на ней было написано «детдом номер 14». Он вызывал у меня один вопрос. Как дети в нём живут? Снаружи он выглядел как уже заброшенное здание. То что он живой, выдавал только горевший внутри свет. Немного помедлив я зашёл и увидел. Что в нем кипит жизнь. Это можно было заметить по стенам, они будто изучали тепло. Пройдя по коридору я заметил дверь справа от себя. На ней я с большим трудом разглядел надпись «кабинет директора». После этого а постучался и зашёл. Кабинет был небольшой, в нём было много шкафов и все были заполнены бумагами, папками, наградами и фотографиями. А по середине кабинета стоял стол, во главе которого сидела директор. Она подняла голову и посмотрела на меня, как старая хищная птица, которую отвлекли от охоты. Пот этим взглядом мне стало неуютно и я сказал: -Здравствуйте, я за бумагами и ключами от комнаты воспитателя. Фраза прозвучала робко и тихо. Я не знаю чего я испугался. Но эта женщина, вызывала целую бурю неприятных эмоций. Женщина ничего мне не сказала. Просто встала достала стопку папок и положила на них ключи. И единственное что я от неё услышал это: -Они теперь на тебе..