Просто скажи, что ненавидишь меня

Вечер субботы продолжался. Маше очень не хотелось сидеть дома и тонуть в этих, пугающих для нее, мыслях. Она написала Тане и Мари, и подбила их на поход в кино, на вечерний сеанс. Пойти, они решили, на фильм ужасов, который должен был начаться, в 10 вечера. Встретившись, у главного входа кинотеатра, в 21:45, они купили немного снеков и пошли в зал. Фильм им очень понравился. Пару раз, девочки даже вскрикнули на весь зал. Правда, это было не из-за скримеров, а из-за того, что Таня, в самые подходящие моменты, пугала подруг. А те потом, пугали ее. Девочки шли обратно, но по пути решили зайти в круглосуточный магазин. Они договорились, что останутся ночевать сегодня у Маши, поэтому зашли купить продуктов для «ночного перекуса» под очередной фильм. Накупив еще снеков, газировки и продуктов для приготовления хрустящей курицы в кисло-сладком соусе, они отправились дальше. Придя домой, они выложили все продукты и принялись готовить блюдо. Закончив с готовкой, они вышли на балкон, выкурить по очередной сигарете. — О, смотрите, там две какие-то бабы идут шатаются! , — смеясь и указывая пальцем на них, сказала Полякова, — На нас похожи, только третьей не хватает! Мари и Маша посмотрели на тех, на кого указывала Таня. Со второго этажа, было не сложно их увидеть, но темная улица, с таким себе освящением, усложняла задачу. Обе женщины шли друг с другом под руку и слегка покачивались. — Таня, блять, это не «какие-то бабы»! Это наша математичка и физкультурница! , — чуть усмехнувшись, сказала Маша и схватив подруг за шкирки, спустила их ниже, чтобы женщины не заметили их, торчащими в окне. — Реально! Я сразу и не разглядела, — засмеялась Таня. — Что это с ними? , — с улыбкой спросила Мари. — Понятия не имею, — ответила белокурая. — Так ты ж буквально часов 5 назад с нашей Царевной-Несмеяной виделась, — Полякова вопросительно посмотрела на Машу. — Виделась… Но она была в адеквате тогда. Привезла меня и уехала! — Странно! Боже, там физкультурница завалилась на землю, — Мари засмеялась и девочки тоже. — Может поможем им? , — не прекращая ржать, спросила Таня. — Я не думаю, что стоит. Взрослые женщины, сами разберутся! , — отнекивалась Маша. — Ты посмотри на этих «взрослых» женщин… — истерично смеясь, сказала Мари. Учительницы, обе, упали на землю и над чем-то смеялись. На той же дорожке, где лежали они, появился какой-то мужик. Мари, Таня и Маша надеялись, что он им поможет и им не придется, в это все пьяное действо, влезать. Мужчина подошел к женщинам и действительно начал их поднимать с земли, но после, вырвал сумочку у математички и убежал. Учителя, даже не успели понять, что произошло, они продолжали звонко хохотать меж собой, не замечая пропажи сумки. — Блять, да они издеваются! , — злостно сказала Маша. С этими словами, она рванула в прихожую и судорожно начала надевать обувь. — Чего стоите? , — завязывая шнурки, спросила белокурая. — А…Да… — промямлили подруги и принялись тоже надевать обувь. Первой из подъезда, вылетела Маша. За ней, выбежали Таня с Мари. Прибежав на «место преступления», они не застали там преподавательниц. — И где они? , — белокурая стояла в ступоре. — В таком состоянии, они бы далеко не ушли, — утверждала Мари. — Может тот мужик вернулся и с ними что-то сделал? , — Полякова предположила худшее. — Бу! , — со спины, Машу кто-то схватил. Она не растерялась и резко повернувшись, взяла человека захватом так, что ее рука, в зоне локтя, оказалась на горле у пугающего объекта, а вторая рука, захватила запястья за спиной у жертвы, тем самым препятствуя ее движению. Мари и Таня стояли, открыв рты. — Тьфу ты, блять! Лаура Альбертовна, совсем страх потеряли? , — испугавшись, а после разозлившись, сказала Маша, отпустив учительницу. — Разве что совсем чуть-чуть, — пошатываясь отвечала женщина, — А вы что, следите за нами? — Делать нам больше нечего! , — все еще злилась белокурая. — Наталья Викторовна, с вами все в порядке? , — спрашивала Таня, нависнув над лежащей на земле, учительнице. — Все супер! , — смеясь, утверждала женщина. — Маш, иди-ка сюда, — подозвала к себе подругу, Таня, — Че делать-то будем? , — шепотом спросила она. — Домой их вести надо! — Ну, Наталья Викторовна, тут вроде близко живет, а вот Царевна-Несмеяна… Ты ее домой собралась два дня и две ночи тащить? — Точно… Блять, свалились же нам на голову… — Так что делаем? , — спрашивала Таня. — Тащите вместе с Мари, Наталью Викторовну домой, а я вторую собутыльницу, пока к себе домой отведу, а там уже будет видно, — решила Маша. — Поняла! Мари и Таня подняли физкультурницу с земли и пытались узнать у той, точный адрес, где она живет. Когда узнать информацию, все же получилось, они медленно, но верно пошли по направлению к ее дому. — Вы откуда такие «красивые» пришли? , — подойдя к математичке, спросила Маша. — С клуба! , — пошатываясь, отвечала та. — Интересно… И по какому поводу вы так надрались? — День учителя, Третьякова. Стыдно не знать! — День учителя завтра, — вспоминая дату, сказала белокурая. — Уже сегодня! Девушка вспомнила, что время уже далеко за полночь. — А, ну да… Вы вообще в курсе, что у вас сумочку, какой-то мудень украл? — Угу. Там ничего важного нету. Наличка и косметика… Документы и ключи от машины тут, — женщина взяла девушку за руку и приложила ее к заднему карману джинс, тем самым приблизив ее к себе и уложив ее руку, себе на попу. — Можно было просто сказать, а не… — белокурая решила недоговаривать предложение и отдалилась от учительницы на шаг. — Так как вы нас нашли? , — недоумевая, спрашивала старшая. — Это было не сложно. Вы находитесь прямо перед моим домом… Не узнаете? , — усмехнулась Маша. — Аааа… Точно, а я то думаю, знакомый двор, — засмеялась математичка. От смеха, она завалилась на землю и продолжила там хохотать. Маша смотрела на эту картину и просто улыбалась, пытаясь не засмеяться в голос. Учительница сейчас была похожа на ребенка. — Вставайте, Лаура Альбертовна, — подавая руку женщине, сказала Маша. Подняв учительницу, она обмотала ее руку вокруг своей шеи и приобняла за талию, чтобы было проще контролировать траекторию движения. — В каком клубе вы были? , — спросила белокурая, чтобы как-то скрасить время, пока она тащит своего преподавателя. — Не помню, как называется. Недалеко тут находится. — Я поняла, значит у Стаса были… Дайте угадаю… Текила? — А как вы… — женщина не поняла, как девушка догадалась, какой алкоголь они употребляли. — Там явно что-то не так с этой текилой! , — засмеялась Маша. — Подождите, а кто такой Стас? , — женщина остановилась, нахмурив брови, и не дала белокурой тащить ее дальше. — Знакомый, — с улыбкой ответила Маша и подтолкнула женщину, двигаясь с ней дальше к подъезду. Спустя долгих пять минут, они наконец попали в квартиру к белокурой. Усадив женщину в прихожей, на пуфик, девушка стала развязывать ей шнурки на ботинках. — Я сама могу, — сказала старшая, смотря на девушку, которая на коленках сидела в ее ногах. — Сейчас будет лучше, если вы просто посидите и не будете мне мешать. Маша продолжила снимать обувь. После, она стянула с женщины пальто. Оно было не очень грязным, но все же и чистым, его нельзя было назвать. Старшая молча наблюдала за всем, что делала девушка. Благо, что пальто спасло всю остальную одежду от всевозможных пятен. Проведя учительницу в гостиную, она посадила ее на диван. — Ну и что мне прикажете с вами делать? , — приподняв одну бровь, спросила младшая. В ответ молчание. Маша начала думать, как доставить женщину домой. Учительница увидела, как белокурая загрузилась в своих мыслях и тыкнула ее пальцем в щеку. Девушка, лишь вопросительно посмотрела на математичку. Та повторила это еще раз и Маша, по приколу, укусила ту за палец, чтобы она так больше не делала. Но учительница посмотрела на нее и взяв ее нежно за подбородок, приблизилась и прикусила ее губу. Отстранившись, она посмотрела на реакцию девушки. — Я же просила вас, больше так никогда не делать… — сглотнув, сказала белокурая. — Вы же помните нашу сделку? Я не отказываюсь от своих слов, — учительница смотрела, то в глаза младшей, то на ее губы. — Боже… Прекратите так на меня смотреть, — Маша резко встала с дивана и ушла на балкон. Где-то внутри, у девушки что-то екнуло. В животе появилось странное ощущение. Она прикурила сигарету и слегка высунулась в окно, чтобы охладиться. — Вы избегаете меня? , — зайдя на балкон, спросила женщина. — Нет! Или да! Не знаю! , — замешкалась с ответом белокурая, — Чего вы от меня хотите? — В каком смысле? — Зачем вы это делаете? Что за странные сделки? Взгляды? Еще и эта работа… Чего вам от меня нужно? , — слегка повышая голос, говорила Маша. — Мне от вас ничего не нужно… — спокойно отвечала математичка. — Тогда, что все это значит? — Вы сами подумайте… — Не буду я играть в угадайку! Что за игры вы устраиваете? Если вы думаете что… Учительница заткнула девушку поцелуем. Слегка прижав белокурую к стене и положив руки на ее шею, она поглаживала пальцами очертания ее лица. Немного отстранившись, она посмотрела девушке в глаза и снова приблизилась, оставив еще один, еле ощутимый поцелуй на губах. — Стало чуть понятнее? , — лицо женщины было чуть румянее, чем пол минуты назад. — Н-не уверена… Во входную дверь послышались стуки. Женщина, большим пальцем, стерла свою помаду с губ девушки. — Я вам, в другой раз, подробнее объясню, — старшая отошла, чтобы не препятствовать хозяйке квартиры и дать ей открыть дверь, а сама, забрала у нее из руки сигарету и сделала затяг, оставаясь на балконе. — Смерти быстрее дождешься, чем тебя! , — бубнела Полякова, заходя в квартиру. У Маши был какой-то растерянный вид и подруги это заметили. — Ты чего? , — спросила Мари, — С Царевной-Несмеяной все нормально? , — чуть тише добавила она. — С Царевной-Несмеяной все в порядке и она вас прекрасно слышит, — женщина вышла из гостиной. — Ой! Лаура Альбертовна! Мы просто… — запаниковала Мари. — Она знает, — спокойно сказала Маша. — Что? , — переспросила Мари. — Она знает про кличку, не парься! Математичка стояла за спиной у белокурой, сложив руки на груди и улыбалась. — Ты нам потом все расскажешь! , — проходя мимо подруги, прошептала Полякова. Так как у математички, машина осталась неподалеку от дома Маши, а сесть за руль, в таком состоянии, она не могла, пришлось приютить ее до завтрашнего утра. После таких приключений, Мари и Таня дико хотели спать, поэтому перекусив, все вместе, кисло-сладкой курицей, они отправились спать в комнату Маши. У белокурой, напротив, не было никакого желания спать. Еще бы! После такого, попробуй уснуть. Математичка тоже не горела желанием укладываться спать, поэтому они с Машей включили фильм на телевизоре и остались сидеть в гостиной. Чуть позже, они решили разложить диван, чтобы было поудобнее, и взяв попкорна, улеглись, укрывшись пледами. Если бы вы спросили у них, о чем был фильм, то они не смогли бы дать ответ на этот вопрос. Они обе постоянно косились друг на друга, что мешало понимать суть сюжета. — Лаура Альбертовна… — прервала тишину белокурая. — Ммм? , — женщина повернула голову в ее сторону. — Так вы объясните? — Вы о чем, Мария? — Вы знаете, о чем я! — Так вы действительно не поняли? , — женщина опустила свой взгляд на губы белокурой. — Нет! Я хочу нормальных объяснений! , — Маша ладошкой прикрыла свои губы, понимая, что сейчас хочет сделать старшая. — По-моему и так все давно уже ясно, — чуть улыбнувшись, сказала математичка. — Мне не ясно! В комнате повисла тишина. Было настолько тихо, что можно было услышать стуки сердец этих двоих. У обоих сердцебиение было заметно учащенно. — Хорошо, раз вы так не хотите ничего говорить, то сделаем по другому. Вы же любите сделки, верно? Так вот, совершим сделку, честный обмен. Я позволю вам поцеловать меня еще раз… Но только если вы, прямо сейчас, мне все объясните! , — пока белокурая это говорила, она сама, ненароком, стала смотреть на губы учительницы. — Что вы хотите узнать? Нравитесь ли вы мне? Да, нравитесь! Что я к вам чувствую? Понятия не имею! Что с этим делать? Не знаю! Я так же, как и вы, просто запуталась… — на последней фразе, женщина приблизилась к губам Третьяковой. — Я не говорила, что я чувствую к вам что-то или что я запуталась… — сказала Маша, практически в губы женщине. — Вам и не нужно. Я это вижу. Иначе скажите мне, глядя в глаза, что вы сейчас ничего не чувствуете… — учительница отдалилась от ученицы на пару сантиметров. Маша, секунд десять, смотрела на губы женщины и отвернула голову в сторону, отведя взгляд. — Ненавижу, когда вы так делаете! , — старшая, за подбородок, повернула голову девушки обратно. — Я лучше пойду спать, — белокурая поспешно встала с дивана и уже хотела было сделать шаг, но оказалась повалена обратно на диван. Учительница нависла над ней и томно смотрела в глаза. Взгляд Маши, бегал от губ женщины, к ее глазам. В животе, будто воскресли тысячи бабочек, одновременно. — Вы мне кое-что должны! Женщина приблизилась, не разрывая зрительного контакта и коснулась губами ее губ. Тут же, у нее закатились глаза от получаемого удовольствия. Поцелуй был нежным, но чувственным. Девушка еле сдерживалась, чтобы не ответить на него. Перед тем, как отдалиться, учительница слегка прикусила ее губу, чем заставила белокурую чуть сомкнуть их. — Спокойной ночи, Мария! , — сказала математичка, окончательно отстранившись. — Угу… — все что смогла выдавить из себя Маша. Она быстро ушла в комнату, где обычно спала ее бабушка, чтобы не будить Мари и Таню. Там она и осталась ночевать.