А прикинь...

Дремучий лес заключил ребят в крепкие, материнские объятья. Ромка шагал быстро, строго направляясь к месту рядом с рекой, ни на капли не отвлекаясь от своей цели, по сравнению со своим лучшим другом - Игорем, названным "Бяшей", из-за частого звука, похожее на овечье блеянье. Этот, без двух передних зубов друг, уж очень много раз останавливался, заглядывая то на белку скачущую по веткам, то на огромный гриб вырывшийся из пня, то на другую пиздецки "интересную" лобуду. Его товарища это дико бесило. Он хмурил брови и вслушивался, как шаги сзади него прекращались. Ему приходилось тоже останавливаться в след за шарканьем "подручного", совершенно не оборачиваясь на него, показывая сутулостью спины и топающей по земле ногой своё раздражение данной причудой товарища. Но Бяшу это как буд-то вообще не беспокоило. -Сколько можно Игорь? Мы так вообще не дойдем! А уже закат, блять. Надо костёр разводить, а у нас с тобой тут ебанная экскурсия! -Ну прости-прости, на! Просто я очень люблю природу... -Оно видно, тц. Пошли уже. Красное, как спелый помидор, солнце скрылось за горизонтом. Школьники шли в полной тишине, после предыдущего диалога. Никаких перерывов и остановок по пустякам больше не было. Их торопливые шаги раздавались по тайге глухими звуками. Наконец они пришли в назначенное место, которое было для них родным домом. Сколько времени и сил было потрачено на вяло собранную лачугу у склона к реке. Зачастую ребята находились здесь не то чтобы по своей воле, это происходило по причине того, что их родители начинали, так сказать, "бушевать". И это место стало для них лучшим вариантом почувствовать себя обычным ребенком. Если говорить в кратце про родителей мальчишек... Игорева мать истерила каждый божий день и могла поднять руку на своего отпрыска, как и отец Пятифанова. Эта проблема их сближала чуть ли не с самого детства. Хотя ситуация в доме у Ромки координально отличалась, от ситуации его лучшего друга. Он по сравнению с Бяшей живёт не только с психованным тираном, но и с убийцей собственной матери. Но не будем о грустном. -Ромыч? -Ммм? Костер горел ясным пламенем, освещая всё в радиусе двух метров. Мальчик с разрезом глаз, как у миндаля, снял капюшон, вытягивая шею в сторону прикрывающего рукой половину лица Ромки. -Всё хорошо? Глаза Игоря бегали по всему телу, кроме места, что так настойчиво прикрывал друг. Он понимал, что там находиться, ему не нужно визуальное подтверждение, ему нужен ответ. -Как всегда, не больше не меньше. Мальчик похожий на хищного зверька, медленно убрал руку с собственного лица, показывая миру покрасневшую щеку, на которой явно завтра утром будет красоваться фиолетовый синяк. -Хах, это ещё я увернулся. Он явно целился в глаз. Парень снова прикрыл лицо ладонью, сосредотачивая свой изумрудный взгляд на горящем костре. -Мудак. Не выдержав, произнёс блеющий мальчик, подкинув пару дров в искрящийся огонь. -Игорь, не смей называть моего отца мудаком, а то получишь! - резко бросил зеленоглазый, повернув голову в сторону говорящего. - Кроме него у меня больше никого нет... - подперев подбородок рукой, зашептал тот. -Ладно, на. - тряхнув друга за плечо, возвращая его в реальность, проговорил бурят - Прости. -Проехали. - махнув рукой куда-то в пространство, промямлил Рома. - Чё завтра у нас по расписанию? Ты хотя бы какие-нибудь учебники с собой прихватил? Перевести тему в другое русло у этого мелкого бандитника, каким - то образом всегда удавалось на раз два. Будто и не было никакого грустного, назревавшего открыть все сердечные раны разговора. Тема ушла, как и эта непонятная атмосфера летающая между ними с самого начала похода в лес к реке. -Русский взял и матешу. Игорёк не тупой мальчик, понял всё сразу. И, решив подыграть другу, оставил их разговор на другой раз. -Молодец, Бяш. Эта база у нас каждый... ммц... день. - поковыряв мизинцем в зубах, похвалил Пятифан. -Я больше еды схватил, чем этих сраных учебников, на! - где-то из глубин рюкзака радостно прошепелявил бурят. -О! А это уже разговор. Чё скомуниздил?- заинтересованно вопросил товарищ, заглянув за плечо копошившегося в рюкзаке друга. -Пару бутербродов с докторской, сушки да термос с чаем, на! -Не пропадём! Тёплый летний ветер перебирал короткие волосы парней, поглаживая их по макушкам. Речка журчащим потоком лилась внизу склона, подхватывая обломившиеся, после сильного дождя, ветки деревьев, унося их в своём течении. Птицы на ровне с мелкими, проснувшимися жучками, издавали колыбельную ночи (заебали пиздец). Их песня на ровне с природным очарованием давала спокойствие и развеивала все горечи жизни. Мальчики за обе шеки уплетали свежий белый хлеб с толстыми кусками неровно нарезанной колбасы. Их хрумканье, а точнее одного определенного узкоглазого мальчика, заглушало все природные богатства. Ромка медленно кусал бутерброд, переводя свой взгляд с звездного неба на державшего перевернутый бутерброд товарища. "Это какой - то пиздец... не хочу чтоб он заканчивался" - подумалось мальчику и он вновь обратил своё внимание на море звезд в черном небосводе, ухмыляясь мыслям. -А пфликинь... - начал резко бурят, похожий в этот момент на готовившегося пережить суровую зиму хомячка, набивавшего себе за щеки всё что плохо лежит. -Ничё не понял. Бяш... - выдохнул Пятифан, устремляя свои уже порядком уставшие глаза на друга. - прожуй сначала, а потом говори. -Говорю, а прикинь, если мы были бы тёлочками! Что бы ты тогда делал? - на последнем слове мальчишка оперся головой об руку и загадочно захлопал ресничками. -Пошёл бы на трассу. - холодно буркнул собеседник. - Что за глупые вопросы, Бяш? Какие ещё тёлочки? - уже более эмоционально вопросил тот. -А я бы женился на тебе, на. - переворачиваясь на спину и укладывая руки под голову воодушевился Бяша. -А я бы тогда посла бы тебя нахуй. - повторил движения друга Пятифан. - Хотя почему "тогда" ? Иди нахуй. - с таким же воодушевлением, пародируя минутное представление товарища, произнес Роман. -Ну и пожалуйста. - надув пухлые губы, показывая всё своё недовольство этим диалогом, Игорь отвернулся на бок, лишь бы не видеть ускользающую в шалаш тень друга. Но тень всё ещё была на месте, лишь слегка качнулась в его сторону, пытаясь заглянуть в лицо. -Ты обиделся чтоль? -Сам иди нахуй,на! -Ах... - глубоко вздыхая и вставая с нагретого места, мальчик последний раз посмотрел на нахохлившегося друга и хмыкнул, открывая вид двух острых, как клыки, зубов. -Спокойной ночи, ЖЕНИХ. - и тень друга, как и предполагалось исчезла где-то в темноте старого шалаша. -Спокойной...Ром.