How bad can I be?

— А что думаете насчёт ваших отношений с отцом? — тиканье настенных часов постепенно вгоняет его в транс, так что чертов вопрос, несколько выбивает из уравновешенных мыслей. Иногда, где-то в районе четверга и ночи пятницы, особенно по полнолуниям, при смене гребаным таблеток, Даби фантазирует о том, как с великим удовольствием вжимает голову этого недоразумения в стеклянные стены Тартара. До хруста. Пока черепушка не лопнет, а мозги не разлетятся по стерильному полу. Кто дал ему психологическое образование? Кто дал этому чуду право вести консультации? Даби хочет пройтись по его психо-травмам с особой жестокостью. Забраться в душу, разбить розовые очечки в толстой роговой оправе и довести до слез, слюней и соплей. Хочет пройтись по очевидному начинающемуся алкоголизму (маскировать запах похмелья на утро мятным сиропом, мама делала так же. Да эти трясущиеся, руки…), разводу с женой (след от кольца почти пропал на его руке) и вишенки на торте самобичевания больному коту. Тот ссыт на штанину этого горе психолога, безбожно линяет и судя по всему находится на краю своей милой кошачьей девятой жизни. Увы и ах, Даби почти жаль, но собак он любит больше. Может предложить мелкому завести псину? Из двоих он все равно дома чаще, а с животным хоть не так скучно будет. Так вот. — На самом деле, — задумчиво и максимально естественно отводя взгляд, и неловко заламывая руки, тянет Даби. — Все… Налаживается? У нас был семейный ужин на прошлой неделе, и он прошел, вполне неплохо. Неплохо — это с его точки зрения, а по факту ужин закончился поддоженным столом. И инициатором был даже не он. Поверьте, просто взгляните в его кристально честные глаза. Новая удивлённая тонкая, словно папирус, синт-кожа зудит, а уголки губ подрагивают пряча язвительную и ядовитую, будто яд змеи, ухмылку. Боже. Папаша тогда разбушевался не на шутку. Шото сидел и краснел в углу в тихую подъедаю собу (его неожиданный молчаливый соучастник), Юми пыталась успокоить папу, Нацуо… Сбежал к маме курить на балкон. Просто умора и позорище, а не семейный ужин. Свинина в кисло-сладком соусе была единственным плюсом того застолья. Ну и стыбзенные у мамы сигареты. Он знает, что Рей знает, что он роется по ее карманам в поисках заначки, потому что свои скуривает со скоростью света. А ещё, что Убожество настаивает на том, чтобы хоть одной пагубной привычкой у него стало меньше. Но! Алкоголь Даби нельзя из-за таблеток, наркота его никогда не волновала, а волны саморазрушения окатывали его с периодичностью смены курса таблеток, так что относительно, все было не так уж и плохо, но чертовы сигареты были ему нужны. Пусть Сопля сходит на хуй. Желательно на хуй одного пиздлявого крылатого предателя, что теперь заседает в стенах новой комиссии героев (читай, как ублюдков), потому что у них недомолвки размером с Марианскую впадину и сексуальное напряжение такое, что скоро заискрит лампочка Эдисона, если оставить ее между ними двумя. Но не суть. Недотрах младшего брата, почти что не его проблема. — Чудно, — тянет психотерапевт, отмечая что-то в своем блокноте. — Вы очень много работали, над тем, чтобы прийти к такому прогрессу, Тойя. Даби душит в себе желание поправить его. Он почти привык к тому, что его старое имя всплывает в самые неожиданные моменты. Слишком привык, что люди вокруг него разучились видеть в нем Тойю и признавали только Даби. — Вы молодец, — воодушевленно продолжает ошибка кризисного центра. — Думаю, мы можем пропустить сеанс в понедельник на следующей неделе и увидится только в среду. Конечно, если вы почувствуете потребность в нашей встрече, то… Даби ловит его руки в свои и улыбается так, как привык, улыбаться своим ночным любовникам по утру (и плевать, что подобные замашки были где-то в районе прошлой жизни). — Спасибо вам, док, — его голос шёлк и обещание, мягкость кошачьей шерсти и почти искренняя благодарность. — Ваш номер у меня в быстро наборе. Чужие щеки заметно краснеют, а острые кошачьи уши недотерапевта нервно дергаются. * Он громко хлопает дверью машины, чем будит задремавшего братца. Нацуо после ночной смены помятый будто подушка, открывает осоловелые глаза и зевает в мощный кулак. С годами, след генов Энджи Тодороки становится в нем настолько отчетливым, что это почти смешно. Молодая копия Старателя, не желающая иметь хоть намека на родство с папочкой. Очаровательно! У братца проглядывается формирующийся слой жира в области живота, такой же как у папки. Спустя какие-то лет пять — десять Нацуо придётся сесть на диету и хуячить в зале, чтобы не раздаться в боках окончательно бесповоротно. Батя, к слову, делает тоже самое. — Его кот все ещё жив, если тебе интересно, — расслабленно бросает Даби, закидывая длинные ноги на панель управления. — А вот самооценка стремиться к грани донышка пивной бутылки. — Надеюсь, ему ты это не озвучил? — мотор плавно урчит и салон наполняется негромкими звуками радио. — Про кота или про его алкоголизм? — поправляя темные очки в толстой белой оправе скалится довольной гиеной, Даби. — Расслабься. Я сволочь, но не настолько. — Ты просто не хочешь терять удобного идиота, которые поет дифирамбы отцу о твоем нормалищующемся психическом здоровье. По факту, даже крыть нечем, но Даби и не собирался. Вся правда шаткого состояния его жизни сейчас состояла в том, что он без смазки сношал чужие мозги ради собственной выгоды. Ничего со времен Лиги особо не изменилось, не учитывая три года Тартара, смену таблеток, психотерапию, которую он в рот ебал и кучу пластических операций. И операций в целом. Суп-продукт из человека в нем меняли весь первый год тюремного заключения, так что в какой-то момент Даби начал думать, что это какая-то извращенная пытка. Потом пошли попытки привести его голову в порядок и что-то сдвинулось с мертвой точки. Убивать отца он не планировал, а вот планомерно своими выходками и словами подтолкнуть к инфаркту, по сути никто не мешал. И вообще, вы не шарите, это часть терапии. Его имя тщательно отмывали, говорили, что он на перевоспитании и в целом в скором времени из него выйдет вменяемый член общества, который не только способен давать мало-мальски важные консультации профайлерского характера для героев нового поколения, но и способен найти работу в менее специфической сфере. — Подумай над медицинской специальностью, — как-то пробросил Нацуо в начале его «выписки» из Тартара. — Не мед-братом, но… — Психиатр-манипулятор никому не нужен, — Даби себя знает. Он из всех только и способен, что веревки вить. Такая судьба благоразумно обходит только маму, да Юми. И то, по причине сильной не совсем проработанной вины перед матерью и… Фактом того, что сестра ждет ребенка. У нее живот скоро на лоб полезет. Даби в серьёз хочется то ли уберечь её и попросить сидеть и не мельтешить повсюду, то ли… Усталый разум действительно не понимает, чего ждать. Воспоминания о том, как он был несносной нянькой для всех мелких откликается противоречивыми отголосками в груди. Это бы проработать. Хотя бы с самим собой… Даби прикрывает глаза и подставляет лицо теплому солнцу, что пробивается сквозь открытое стекло. Тонкая кожа зудит и от части он начинает понимать босса (старые привычки звать так Томуру умирают последними). Тянет в сон, а сегодня ещё обязательно будут доебки от уебка со стороны Мелкого. Тот любит донимать, особенно, когда в агентстве очередное расследование полным ходом. Мол, на, составь-ка мне психологический портрет того поджигателя? А что бы сделал ты на месте злодея? Какой следующий шаг? У Сопли ступор по части человечности. Ему до настоящего мальчика из Пиноккио, как до луны раком, но не Даби осуждать. Тут как говорится, что выросло, то выросло. Город за толстым слоем металла машины шумит и громко переливается своей неповторимой симфонией, пока по радио крутят, какой-то новомодный попсовый хит. * В квартире стоит подозрительная арктическая тишина, а в прихожей обнаруживаются алые чуть стертый по бокам кроссы. Даби дает себе минуту на приблизительную прикидку ситуации и осознание, кого к ним занесло. Предчувствие не самое хорошее и веет, все очевидными трудностями на его голову, если уж в их скромное пристанище Тодороки явился сам новоиспеченный герой номер Один. Даби проскальзывает в зал, минуя столовую и вслушиваясь рефлекторно в каждый шорох. Вместо этого его встречает тихий уставший тон в районе кухни. Слов не разобрать, но горькая трагедия влюбленного скользит в каждом прерывистом выдохе, как бы говорящий не пытался спрятаться за самообманом. Рюкзак, стоящий у чужих ног на кухне, весьма красноречиво говорит о том, что в их огромной квартире будет третий лишний. — Ванную раньше меня не занимать, молоко на третьей полке не трогать, — бросает Даби мимоходом, направляясь в личную комнату. Мелочь, что-то раздражённо шипит, в его адрес, но видит что-то там сверху, у него нет сил на личные драмы и ещё один человек в их квартире, даже герой Дэку, это новая головная боль. Даби избирает тактику игнорирования заранее (желание получить в восстановленное личико условным «Плюс Ультра», нет от слова совсем), лишь скользя заинтересованным взглядом по понурым плечам, мешкам под глазами и аляповатым, будто в спешке накинутым шмоткам. — Тоже рад тебя видеть, — горечь вереска и натянутая, но действительно дружелюбная улыбка. У Дэку проколота нижняя губа. — Рад что твое здоровье заметно улучшилось. Даби бы обвинить пацана во лжи, только дурень от чистого сердца пиздит. Ну и хрен бы с ним. Сказать бы ему, что сам Даби не рад, что раз у юного Помидории терки со Взрывоменом, это не повод переживать бурю в стакане в гостях у своего отмороженного сотоварища по геройской инвалидности, но… Даби сегодня не в настроении лезть в каноничные события. * Суть всех конфликтов, что случаются между героями, состоящими в отношениях, по мнению Даби, являлся махровый эгоизм. Герою плевать на себя и партнера, но не наплевать на весь мир. Этой больной нездоровой ересью страдал папашка (ему почти простительно, когда заводишь семью и пиздюков в 20 с небольшим, это явно не от большого ума решение… Убогих надо прощать). Так вот. Герой спасет весь мир, но не свою вторую половинку. Поэтому зачастую геройские браки распадаются со скоростью света. Два конченых эгоиста в паре? Это действие будет иметь последствия. Не он придумывает правила, осознайте это. Дэку конкретно насрать на свое ментально моральное состояние, и Даби его почти жаль. Как бездомного щеночка под дождем. Герой номер один распродает себя направо и налево, всем и каждому и пусть никто не уйдет обиженным, как говорится. Судьба Всемогущего у пацана маячит за широкими плечами и ближе к тридцати этот милый чувственный ротик будет харкать кровью, а под изумрудными глазами будут настолько темные мешки, что и целый спа-салон и годичный отпуск не спасут. Проблема отношений Дэку со Взрывоменом… Проста, как божий день. Игнорировать второго в мире жадину и эгоиста это надо постараться. Бакуго хочет все, везде и сразу, не отходя от кассы и по возможности, чтоб его, конкретно его бойфренд, был при этом под боком, а не истекал кровью и не умирал на больничной кушетке после какой-то миссии даже не в Японии. Их чудный розовый мирок с совместным агентством, по скромному никому не интересному мнению Даби, должен был продержаться год, но вот рекорд — аж полтора, пока все не пошло капитально по швам. Швы он созерцал на кухне в три ночи, смотря на то, как топ Один, с видом потерянного ребенка медитирует над остывшей кружкой ромашкового чая. — Он не разогреется только твоей силой мысли, — любезно информирует Даби, рассматривая изумрудные вихры, отливающие сочной молодой зеленью, в ярком свете лампочек над кухонным гарнитуром. — И ромашка от нервного переутомления не лучший помощник. — Скромное экспертное мнение? — лабрет кстати у парнишки не так давно сделан. Даби думает, что инициатор Взрывомен. Это он любит себя калечить шрамами, татуировками и пирсингом, компенсируя моральные проебы физическим дискомфортом. Помидория большой и несуразный для этой тесной кухоньки выглядит аляповато в растянутой майке с героем второсортного аниме. По прикидкам, он не спит нормально третьи сутки пропадая то на патрулях, то возясь с горой бумажной волокиты. — Я тронут в самое сердце, но экспертом могу считать себя только с натяжкой, — пирокинет устраивает ладонь на боку пузатой кружки со Всемогущим (фанбойство явно не лечится, даже с годами, увы и ах). — Я скорее к тому, что если игнорировать проблему слишком долго, рано или поздно, твоя крыша так же как и у меня, скажет свое эпичное «пока» и слетит к херам. Так что выпей свои мощные геройские таблеточки для сна и иди поспи в гостевой, пока я не нажаловался мелкому о твоих ночных медитациях. Дэку прячет трогательную улыбку в кружке с чаем и изумленно приподнимает брови, когда понимает, что тот нагрет. — Спас… — Я делаю это не по доброте душевной, а для того чтобы ты скорее привел голову и отношения в порядок, и освободил квадратные метры нашей квартиры. — Тебе не говорили, что ты деликатен, как наковальня? — самое смешное, что пацан даже не злится на эту резкую, как стрела в адамово яблоко тираду, а мирно улыбается в ответ. — И я буду очень благодарен, за еще один совет, если подскажешь, как уснуть без таблеток. О. Так вот в чем секрет. Кое-кто не хочет пичкать организм химией. Похвально для юного Помидории. — Горячий душ, выпивка и дрочка, — загибая длинные пальцы и нашаривая в кармане штанов сигареты перечисляет бывший злодей. — Или сними себе кого-нибудь на ночь. Думаю, между этих бёдер будет много кто не против оказаться. Он шутливо проводит большим пальцем ноги по мускулистой ляжке, так и не дотягиваюсь до паха, убирает ступню слишком быстро для того чтобы пойманным или получить в рожу за наглость. Да парнишка и не сделает этого. У Дэку шок напополам со стыдом на открытом сонном лице, что тянет рассмеяться в голос. Провокатор по своей натуре, Даби ловит кайф от чужой реакции. Ничего не будет, но личное достижение: Смутить первого героя Японии, — только что получило свою заслуженную ачивку. * Он получает ачивку, а первый герой… Навязчивую мысль. Кризис отношений, вечная усталость, патрули, выгорание подкрадывающееся с каждым годом, проблемы, взлеты и падения и… — Пожалуйста, — Шото со своим эмоциональным диапазоном горящей табуретки посреди макового поля, понимает куда дует ветер подозрительно хорошо. — Я прошу тебя. Не делай ничего. — Я и так сижу целыми днями и нихрена не делаю, как псина на привязи дома и если у господина Шоточка-третье-место-Тодороки есть силы и желание меня выгуливают, — братец устало закатывает глаза до Киото. Морозной коркой льда покрывается часть плиты. — Ты меня услышал, — устало произносит Сопля. — Мидорию не трогай. — А он у нас святой? — хитро щуря глаза, наглой змеёй интересуется Даби. — Или божество какое. — Тойя, пожалуйста, — ой какие мы серьёзные, прям отцовским духом повеяло. Даби дёргает плечами и откидывается на спинку стула имитируя недовольного подростка, который все равно сделает по-своему. Он так и так это сделает. Просто есть вариант, о котором милое летнее дитя Шото — узнает и есть то, где он будет мирно убеждён что добился своего. — Чего ты хочешь? Как быстро. Даби почти жаль братца. Так трогательно он ведется на все его спектакли. — Прогулку, — дергая уголком губ и допивая кофе, невинно просит он. — Ночь в баре или клубе, без сопровождения. Бога ради, он даже пить не будет. Его цель проста по своей сути. Главное провернуть все и разыграть все карты, как ему хочется. — Вечер, — припечатывает брат устало. — До полуночи чтоб вернулся. — Как скажешь, папочка. Вздох Шото можно расценить, как: Как же ты меня заебал. * Это происходит почти случайно. С оговоркой на то, что он думал, что у героя Дэку чуть больше выдержки и умения не поддаваться провокациям. Но… Опыта у пацана в делах любовных кот наплакал и ведется он на все как малолетка. Шоточки слишком удачно нет этой ночью дома, а задушевные разговоры на кухне за ромашковым чаем вышли на откровенно новый уровень доверия. Даби кивает, когда нужно, слушает тихий перелив голоса, улавливает дрожь в тоне и ловит затравленный взгляд глаз, что напоминают по цвету зелень бутылочного стекла. — Я просто… — Тебе нужно расслабиться, — обнимая ладонями чужие щеки ласково и понимающе тянет пирокинет. — Надо отпустить ситуацию. И их лица слишком близко, а мысль, что мелькает на дне темного зрачка напротив слишком очевидна. Даби чуть поддается вперед, но именно первый герой Японии преодолевает оставшееся расстояние между ними. Он накрывает губы бывшего злодея своими, он ведет в этом поцелуе слишком осторожно изучая чужие границы. Восхитительно. Длинные пальцы беззастенчиво зарываются в густые кучерявые волосы героя. Ачивка получила дополнительные примогены за повышенный уровень сложности манипуляции. * Чувство вины, не пересекающиеся взгляды, Даби валит в бар именно с расчётом встретить там кое-кого другого и разрядить чертову атмосферу, как умеет. Он ищет того, о ком юный Дэку трещал без умолку на кухонных рандеву. Того, кому Даби нанес неповторимую психотравму в купе с кинком на удушье (как трогательно, он реально польщен). Кацуки Бакуго у барной стойки сверлит его фигуру настолько убийственным взгляд, что если б пацан умел взрывать кого-то силой мысли… Ооох, он определенно сделал бы это с Даби. Конечно, первые полчаса выходит мастерски игнорировать существование Взрывомена по факту его существования и ждать пока этот косплеер злобного шпица, не подойдёт к нему сам. Но план собственно на этом и строится. В расчет даже входит пьяная злоба и зажимательства у стены. — Могу позвать на помощь, — дразниться Даби, не выпуская из пальцев, баночку колы. — И вообще, это как-то не по-геройски, вот так в одного зажимать у стены своего обидчика прошлого… — Ебальник на ноль и пизди поменьше, — от него пахнет виски, но совсем немного. Алкоголь мягкими волнами притупляет уровень тотального пиздеца. — Дэку… — А, вообще знаешь. Со стороны мы напоминаем парочку из видео для взрослых. Только обычно в таких роликах злодей мучает героя, но… Огромная ладонь напротив лица искрит от зарождающихся микровзрыв на кончиках пальцев. — Видео для взрослых начнется, когда я оторву твой ебливый хрен, — выплёвывают ему в лицо. — Дэку у вас с Двумордым? — Может да, а может нет, — меланхолично пожимая плечами. — А может он зажимается со мной или с Шоточкой по углам, пока в вашем семейном рай раздрай. Стена рядом с его головой взрывается и осыпается штукатуркой на пол, кто-то из посетителей смотрит в угол скрытый полумраком, но тут де отводит взгляд. — Тебя бесит или возбуждает эта мысль? — на самом деле грань между его потенциальной инвалидностью и решением проблемы третьего лишнего в квартире, сейчас крайне тонкая. — К братцу ты дышишь ровно, а вот как часто я был после лагеря причиной твоих мокрых снов? — Ты смерти ищешь или… — Или. Стоит тут у тебя, — чудо стояк недвусмысленно упирается в бедро. — Задумайся об этом. Или иди, забери свою Помидорку из нашей квартиры и иди доказывай ему и себе заодно, что твой стояк плод воспоминания о веснусчатых бёдрах, а не о моих шрамах. Ситуация схлопывается воздушным шариком, а злость в рубиновых глазах напротив снижает градус до терпимого «можно доехать до квартиры». * Вообще-то, его изначальный план был прост и надежен. Надёжен, как ебаные швейцарские часы. Но не суть. Получить пару сомнительных ачивок и освободить жилплощадь попутно. Ачивка " быть посередине геройского бутерброда» ветка побочная в его плане. Нечто из серии " это действие будет иметь последствия». И это он сейчас и про дразниловку в баре и поцелуй на кухне. Не то чтобы Даби против. Надо будет после высказать Шоточки, что его милые наивные друзья просто космос какой-то. И дёргать ими за ниточки ужас, как интересно. Когда его нагло подхватывают за бедра и кидают на койку, есть ощущение далеких отголосков бурной юности в обществе Чисаки и его специфических кинков, но это дело вторичное. Взрывомен явно пытается ему губы в поцелуе разгрызть, а ловкие пальцы Деку лезут в штаны им обоим сразу. Слишком много рук, слишком яркие ощущения после продолжительного отсутствия секса, не, учитывая быструю дырочку наедине с собой. Стоны, неловкие перемещения, взгляды-недомолвки между парочкой влюблённых Голубков. Даби отчасти ощущает себя приглашенным экспертом в делах любовных. Он ловко смещает фокус на красноглазое стихийное бедствие, в какой-то момент просто располагаясь между его ног и стягивая зубами трусы. — Только языком и способен чесать, — фыркает взвинченный до предела топ два и дразнит он так трогательно неумело, что почти смешно. Дэку прячет влюблённую улыбку у него в шее и на пару секунд пересекается взглядом с Даби. Есть некое ощущение наебалова и что манипулятор развёл манипулятора, но над способностями в этом направлении героя номер Один, Даби поразмыслить позже. — Ты сначала прочувствуй, как я им работаю. А потом вякай что-то. — Каччан, пожалуйста, — пирокинет видит, как смазанные лубрикантом пальцы скользят меж раздвинутых ног Вщрывомена и именно в этот момент обхватывает налившуюся головку члена губами. — Не сейчас. Стон у мальчишки порочный и яркий. Пока малыш Дэку ловко растягивает своего бойфренда, Даби почти забивает на происходящее, ловя кайф. Ему не трудно расслабить глотку, не трудно пропустить чужой член в рот, просто согревая его во рту нежели посасывая его. Он сглатывает и медленно дышит носом, упираясь кончиком в бритый лобок. — Блять, — зажмуренные в полумраке веки и слезы, стекающие по пылающим щекам. Кто бы знал, что топ Два такой чувствительный? — Все хорошо, Каччан, — смазка карантина простыни, колени Взрывомена предательски дрожат, а хлюпающие смущающие звуки разрешают мягкую тишину спальни. — Еще чуть-чуть. Тонкий скулёж служит первому герою Японии ответом. * У Взрывомена… Короткий рефрактерный период. Он кончает дважды и первый только от растяжки и долгой стимуляции. Второй же, пока его неспешно с оттяжкой трахает Дэку. Даби даже любуется этим зрелищем. Перекатывающиеся мышцы, мокрые шлепки, стоны почти в унисон. Он обводит головку чужого члена, дразнит уретру, в ленивом ритме при этом де надрачивая самому себе. — Что насчет груди? — Даби хочет прикусит правой сосок на груди Кацуки. — Она у него чувствительная? — Проверь, — хитрая улыбка и блеск зелёных омутов буквально кричит о многом, что на эту провокацию, трудно не повестись. Да и кто Даби такой чтобы отказать себе в подобном? — Если вы два еб… Еблана, продолжите говорить так, будто меня тут нет, то я… Кацуки буквально вскрикивает, стоит Мидории толкнуть в него резче и глубже. Даби нагревает руку причудой и массирует головку чужого члена… Желание прикусить и облизать чувствительные сосочки пробивает потолок. * Возможно, в перспективе, он рассмотрит карьеру семейного психолога. Возможно, он даже обмолвился об этом на грядущем сеансе у своего недо-терапевта. Пирокинет прикусывает кнопку сигареты и затягивается необходимым никотином. После оргазма он ленивый и расслабленный, плюет в потолок и слушает мерное дыхание Взрывомена. Шрам на его груди красивый и тянет провести по нему кончиками пальцев. Не в сексуальном контексте. А просто изучить. Зеленый взгляд из темноты может немного и беспокоит Даби, но… Он подумает над этим позже. Может даже расскажет братцу, что невинная овечка Дэку, не такая уж невинная и забитая. Пока, он молча протягивает сигарету своему собрату по манипуляции и невесомо и игриво переплетает их пальцы в процессе.