Драгоценный Рубин? А может наглая особа? Да кто её разберёт...

Должна признать, несколько часов наедене с собой в прошлом то что мне нужно. Если бы я осталась в этом дурдоме ещё на несколько минут, клянусь, я бы точно выбрала глаза Уайта и свернула ему шею. И я не уверенна в какой последовательности бы это сделала. В последнее время мне всё тяжелее сдерживать злость, от всей этой ситуации моя ярость всё копиться и копиться, и, честно, желания держать у меня её уже нет. Поэтому эти четыре часа в прошлом я провела с пользой. Выпустила пар самым безвредным и оздоровительным способом который знала. Правда после пришлось отходить пол часа, кто бы знал, что мои умелые пальцы и нетронутое девственное тело Гвен так чудесно подходят друг другу? Ну, что я должна сказать, стыдно мне не было и быть не могло, ведь я уже достаточно взрослая девушка. Да и чего стесняться? Я долго сдерживалась и не устраивала марафоны, хотя достаточно хотелось. Не могла переступить через себя, да и, если чесно, мне куда проще было марафонить в прошлом, зная, что за стенкой у меня не спит младший брат, а за дверью не будут ходить слишком уж знакомые лица. Куда проще стало думать, действительно, стоило сделать это раньше, всё же тело Гвен ещё в пубертате, все её чувства обострены, тем более тяга к любви выливаеться в и так шалящие гармоны. Сразу после... действа. Нет, не так. Сразу после разрядки, я опустила юбку, нашла в небольшой набедренной сумочке сталфетки, вытерла себя, достала небольшую флягу, которую позаимствовала у тётти Мэдди, - она об этом узнает чуть позже, - и сделала пару глотков простой воды. Я могла бы взять и обычную бутылку, но такая фляга помещалась в мою сумку, а тащить в руках ещё и бутылку воды я не хотела. Когда организм отошел от апогея, я быстренько прошарилась по лифчику и нашла долгожданную записку от дедушки этого тела. Кстати... А ведь тётя Мэдди сестра дедушки Лукаса, так? Выходит она моя двоюродная бабушка? Я всегда называла её тётей, также как и Гвен. Хотя, по сути, моя тётя это Гленда. Тяжело. Стоит признать, семья Монтроуз действительно большая, даже более того, она огромная. Для меня уж точно. Например, у меня есть младший брат, Ник, двоюродная сестра, Шарлотта, тётя Гленда, мама Грейс, папа Николас, дядя Чарльз, муж Гленды и... Люси. Дочь моего дяди, Гарри, и его жены, Джейн. Как запутанно... Вздохнув, я встала с дивала, подмечая, что коленки-то ещё трясуться. На обратной стороне послания от деды Лукаса я стала чертить наше семейное древо. Так... Мери Элизабет Монтроз и Лорд Джеймс Монтроз - родители деда Лукаса и тётки Мэдди(которую, оказывается, зовут Маддлейн Элизабет). У тёти детей нет, насколько я знаю, а вот у Лукаса и моей бабушки Аристы есть целых три ребёнка. Старший сын Гарри, средняя дочь Гленда и младшая дочь Грейс. У Грейс, очевидно, в мужьях Николас. Гленда вышла замуж за Чарльза, а Гарри женился на... Джейн, кажеться? Да. У Грейс родились я, Ник и Кэролайн. У Гленды и Чарльза одна Шарлотточка. А вот у Гарри и его прекрасной жены Джейн целых две дочери и сын. Девид, Джанет и нашумевшая Люси. Я задумчиво оторвала ручку от обведённого, и не раз, имени "Кэролайн". Где она? Почему она сейчас не с нами? Нет, я, конечно, слышала, что что-то случилось... Но что? Почему Кэролайн сейчас не со всей семьёй Шеферд? Именно Шеферд, ведь только Грейс взяла фамилию мужа, Гленда это делать отказалась, не смотря на обычия. А Гарри положено, он же мужчина и берёт жену. Ну, не будь тут так центральна мысль о том, что жена должна взять фамилию мужа - на меня бы точно полилось всякое дерьмо. Возвращаясь к теме; стоит ли спрашивать у Грейс о малышке Кэр? Почему её нигде не видно? Не видно, не слышно. Я помню, я видела её после того, как пришла в себя, в больнице, как попала сюда. Но после этого о ней даже не упоминалось. Вроде, когда Ник что-то спрашивал об этом маму, она отмахнулась фразой с содержанием таких слов как "каникулы", "временно живёт у знакомой" и так далее. К сожалению, я смогла зацепиться сознанием только за странную фамилию и отрывок имени, которые я не знаю даже как писать. Вай... Вайлет Пёрплплам? Кажется это какая-то близкая знакомая нашей семьи, ну, по крайней мере знакомая мамы и тёти Мэдди. Странная фамилия... Но не всем же с фамилией Смит или Миллер ходить?* И фиолетового в мире много не бывает. Зато как звучит! Просто класс. На удивление, настроение у меня поднялось как нельзя выше, особенно учитывая последние проишествия. Пока у меня было время, я обработала раны на ногах, довольно тщательно, после чего оставила их в покое. Наваждение снято, я пришла в себя и теперь не ограничивала свою жизнь только одной смертью крысы. Да, мне безумно жаль и стыдно, но на этом я не должна заканчивать свою жизнь. Пока у меня было время я прочитала что было в записке дедушки. Всё было написано от руки, очень красивым поччерком...

Кровь откроет замок и ты узнаешь что тебе уготованно. Доверяй своей магии. Рубиновый дар, наделённый магией Ворона, закрывает круг 12.

Я перечитала записку снова, снова и снова. Вчитывалась в слова, первые буквы выстраивала в слово, даже пыталась по очереди брать букву. Там, первое слово - первая буква, второе слово - вторая буква... Но ничего не выходило. Искать посление в послании не выходило, так же как и понять, что это такое. Ни что это, ни каким образом мне это должно помочь я не понимала. Ладно, по порядку. Круг 12-ти - это 12 путишественников во времени, которые жили ещё до меня. Рубин это я, последняя из 12-ти. Что значит наделённая магией Ворона? Какого Ворона? Может каждый из путишевствиников олицетворяет собой какое-то животное? Да, я что-то такое помню... С каждым проведённым днём в этом мире я забываю прошлый и всё, что я знала об этом. Тётя Мэдди ведь что-то говорила. У неё было видение. О башне, яйце из сапфира и вороне... Когда вернусь обратно обязательно спрошу у неё об этом. Пока делать было нечего, я таранила взглядом стену. Ну вот честно, надоели мне все. И что-то очень уж не сходится то, что Кэролайн так-то в доме нет. Только домой дойду - сразу маму спрошу! ...сказала я. А по факту меня руками и ногами затащили на обследование к психиатру. И это не психолог, на которого мы договаривались, а именно психиатр, что уж тем более не радует. Сидя на приёме как партизан, жадно рассматривала свои ногти. Ничего интереснее запёкшейся под ногтями крови нет. Но, к сожалению, всего что было в зале Дракона хватило на то, чтобы прописать мне успокоительные и антидепрессанты. И если первое мне жизненно необходимо, то второе я как-то пить и не собиралась. Но промолчала. Когда будет херово выпью. Пока нормально. Также раз в два дня я должна ходить на приёмы к этому подозрительному дядьке. Ну не хочу и всё. И заставте меня, ага. Кстати, что с Кэролайн я всё же узнала. Оказывается, в момент, пока я ещё была не в адеквате, в больничке, я на неё сорвалась и напугала до такого состяния, что её пришлось совсем скоро удалить в дом уже знакомой мадам Пёрплплам... И, найдя фотограяфии девочки в телефоне, я даже поняла почему я так сорвалась... Если не смотреть на рыжые волосы и веснушки, она почти полная копия моей старшей сестры из прошлой жизни. То, что я её не убила к чёртовой матери уже хорошо... Никак не буду себя выгораживать своим бедным состоянием, потеряностью, апатией и депрессией. Нет, нахер нада. Мне правда совсестно за то, как я поступила, но как-то себя оправдывать это как-то... Нэ. Фу. В общем, нет. Поговорить с мамой я, конечно, могла, но подумала над ситуацией глубже. По факту да, я действительно психически неуравновешана, из-за всего происходящего в моей башке страдаю не только я, но и окружающие. Пока-что я ничего менять не хочу, моя зона комфорта - это страдания, которые продолжают спонтанно накрывать меня. Но осознание того, что происходит со мной кое-как помогает держатся на плаву. И, если уж думать о том, что было бы лучше для Кэролайн, жить в родном доме с психбольной сестрой или у какой-то тётки Пёрплплам... Ну как-то не знаю. Отлучать дочь от матери просто из-за больной меня как-то жестоко... Но и навредить я ей боюсь. Ник, вон, уже дёрганый весь ходит от того, как меня переключает. В один момент я чувствую как мне становится лучше, а потом - щёлк! И всё. Мне на всех плевать и сдохнуть я хочу... Бля, реально, успокоительных попить не помешает... Самой приятной встречей, которая спасала общее впечатление о Ложе, стала мадам Россини. Милая и пышная француженка, с острым языком и хлещущей энергией. Она осматривала меня с нескрываемым удивлением, но отнеслась совсем не так, как предполагалось. Она фыркала и всё время причитала, изредка переход на беглый английский. Неожиданно, но на вполне оправданные бормотания реакция была положительной. Улыбка не сходила с моего лица почти всё время нашего знакомства, перерываясь только когда я отвечала на какие-то вопросы. О том, как приятно, когда к тебе не относятся как к какой-то сломаной пополам ветке ведь и рассказать не кому. Когда мадам Россини с чувством расписывала мне мой будущий наряд, я даже спросила, можно ли добавить внутрь маленький кармашек и подозрительный взгляд заметила только когда отвлеклась от вкуснейших печенек. Которыми меня, кстати, угостила сама мадам Россини. - Нужно же куда-то мне прокладки класть! Из лифчика будет видно, откуда-то вроде чулка может выпасть. Где ещё мне прятать их? - на резонный вопрос Россини поведала страшную тайну: я могу поменять прокладку до того, как отправлюсь в прошлое и за несколько часов ничего не изменится. Крыть было нечем, потому я сдалась, утыкаясь обратно в чашку. И всё таки, откуда у них такой вкусный чай и печенье?.. Что ж, витать в мыслях не было времени. Стоило Росинни завершить разметку моих ног-талии-рук, она стала рассказывать мне об э-одежде столетия, которое мы с Гидеоном вскоре посетим. Интересно, что из всех её слов я поняла только такие слова как "крружева" и "корсет". Что такое "шёлковая тафта", "паррча", и что ещё за "льон из Германии, кайма из девонрширских крружев" вместе с "корсетом из вышитой шелковой паррчи". Испортили два понятния "крружево" и "корсет" своими льоными немцами, каймами и чем-то там ещё. Я моргала так, что боялась себе глаза выдавить. Ничегошеньки не понимала. - Мадам Россини, вы меня простите, но я ни-че-го не поняла, - перебила я её, когда она рассказывала мне о приглушённых синих с кремовым тонах и красных туфельках из шелковой паррчи. - И ещё, можно я хотя бы трусы оставлю? - Тррусики можно, - её манера выговаривать "р" звучала так вкусно. Она ещё сетовала на то, что это выбьется из общего образа, но под юбку же мне никто не заглянет? А если попробует, по совету мадам Россини, я нарисую им в циферрблат укреплёнными железом туфлями до звёздочек. - Эх, и что мне с тобой делать? Не сомневаюсь, во всём виновата эта новая мода! Кто вообще сказал подросткам что когда кости видно как на ррентген это считается прривлекательным?! От возмущений я только продолжала улыбаться. Я почти влюбилась в эту женщину, даже мама бы ей поверила. Сказала, конечно, никому не доверять, на как не доверять ей? Она же просто чудо! - Ты уже ходила в туалет? Когда наденешь все эти слои одежды, будет крайне сложно сделать это! - уже в третий раз напомнила мадам. - Разумеется, я вас услышала ещё в первый раз! - хохотнув, повернулась от туалетного столика к женщине. Мадам Джинкс позаботилась о моём комфорте, принесла мне целый несессер для того, чтобы я умылась и зубы почистила. И, похоже, эта женщина одним взглядом заключила с мадам Россини сделку. Теперь они обе меня откармливают. Что ж, я совсем не против. Отказ от еды был вызван моим отвратительным моральным состоянием. Тем более нежеланием переживать утрату и множество подобного. Да, грустно, но что поделать? Когда меня стали одевать, первое, что заметила мадам Россини, это бинты. Да, насчёт этого мне пришлось тихо бормотать, что я ни причём. Укорызненного взгляда и француского бормотания избежать не удалось... Правда, она будто стала аккуратнее меня одевать. Что ж, я бы разозлилась. Но такой приятный человек не заслуживает злости в свою сторону. - Кстати, я читала про средневековье. И о том, что они никогда практически не мылись тоже знаю. Просто ужас, скажите? - перевела тему я. Повезло, что взяла ту, что интересовала Россини. - Ох, и не говорри! Одна из причин, по которым девушки падали в массовые обморроки. В те времена воздух был таким плотным, что хоть топорр ставь! А те корсеты? Затягивали так, что пережимали крровоток и внутренности! Ах, я также слышала, что в париках тогдашних времён были и блоги, и тараканы и даже, бывало, крысы! Какой кошмар! - правила мадам Россини, помогая надеть птичью клетку под слои юбок всерху корсета... который, на удивление, очень приятно ощущался на коже и вовсе не мешал. Я даже подвигалась в нём. Волшенбные ощущения... И каркас тоже удобный был. - Да, чувствую, мне бы было очень гадко, если бы не такой талантливый дизайнер, способный отобразить крастоту тех времён и не угробить мои лёгкие, внутренности и гигиену, - мадам Россини на такую очевидную лесть только расплылась в самодовольной улыбке, почти триумфально сверкая глазами. Конечный результат стоил всего. Я рассматривала себя едва ли не под лупой, крутясь во все стороны. Сверху корсета и каркаса был бледно-синий шедевр с кремовыми стеблями цветов. Корсет заставлял грудь вжатся и очень заметно поднятся, чувствую, только из-за скидки на возрас линию декольте не опустили ещё ниже. Хотя, признатся, я впервые наблюдала, как в реальности выглядит такая грудь. Довольно... привлекательно, на самом деле. Прмя красиво... Сверху был закреплён очень нежный синий плащь, краи которого были немного подшиты креповой "тафтой". подол платья и рукава были полоской подшиты крремовым крруживом. А туфельки из "парчи", - слово означало очень тяжёлую ткань из шёлка с узорами, выполнеными металическими нитями с серебряным либо золотым сплавом, - оказались действительно удобнее, чем кажутся на первый взгляд. И куда тяжелее... Повезло, что с Шарлоттой у нас один размер ноги. Восторг не смогли перебить ни грустная правда о том, куда я отправляюсь, ни понимание, что нужно утюжком делать кудри. Кстати, насчёт кудрей! Пока мадам Россини делала мне кудри, я мимо воли подумала, что Гвен действительно всё это чертовки идёт! Некоторые волосы она подняла шпильками, а остальные, те, что сзади, оставила на плечах и прикрывать шею. Выглядело всё это невероятно красиво, открывало лицо делало акцент на родимке в форме полумесяца на виску. А цвет платья делал голубые глаза такими глубокими и выразительными... Особенно со шляпкой... Шляпка большая, но не уродливая и вовсе не рушила картину. Из соломы, с перьями и синими ленточками, красивая и очень подходила к кремовому цвету. Она была круглой, как на одной картине... Как же она называлась?.. Ой, а эта шляпка похожа на шляпу Марии-Антуанетты! Только бант не такой пышный... - Мадам Россини, вы - гений! Можно сделать парочку фотографий? На память, - я сложила руки в молитвином жесте и на спех женщины улыбнулась. Какая же она хорошая... Что ж, она и парехмахер, и дизайнер, и фотограф, и выжазыст. Кстати, мы рещили особо не гримировать моё лицо, лишь круги под глазами скрыли и румян нанесли. Ну и, разумеется, губы очень питательной масочкой намазали, а то истрескались все. Бледность у меня не такая уж и болезненная после горячего чая, печенья и принесённых во время сбора мадам Дженкинс мафинов. Вкусные были, с изюмом и присыпкой... Фотографии вышли очень красивыми, а последние - очень живыми. На них я улыбалась так широко, что сама засмотрелась. Очень красиво... - Так, мне нужно сообщить наверх, что ты готова. Жди тут и шляпку не трогай! Я только идеально закрепила её! - под напускно суровый взгляд, отвесила поклон. - О, ты знаешь как кланятся? Что ж... Конечно знаю, я, блин, на танцы восемь лет отдала в прошлой жизни! Но ей-то откуда знать? Взяв телефон, достала наушники и набрала Лесли. Что-что, а она мне должна помочь настроится. Она какраз ехала в автобусе и просила говорить громче. На меня нахлынуло всё вдохновение и закрыть рот я уже не могла. Сначала кричала о том, какая, оказывается, Шалотта ответственная, потом как меня раздражают эти мужчины в галстуках, так ещё и без вкусного одеколона, потом вообще минут 20 критиковала психолога и как бы его припарировала вместо лягушек в школе. В общем, меня не остановить! - Ну, длинные волосы это не такая уж и проблема. Они даже могут выглядеть сексуально! Вспомни Историю рыцаря! Но присмотрись к его ушам. - Да нет, и уши у него хорошие, - раздосадовано протянула я, после чего цокнула языком, потягивая через трубочку кофе. Кофемашина тут стоялал для того, чтобы пить кофе, а вот кто его пьёт - дело вторичное! И мадам Россини была бы не против. У Лесли был какой-то свой способ понимать, хороший человек или нет по ушам, и он всегда срабатывал. Особенное если у человека длинные волосы! - Но есть всё таки в нём недостаток: он влюблён в Шарлотту, - довольно оповестила подругу я. - Кстати, что там с философским камнем? - ох уж эта шифровка... - Да, всё хорошо. Как только приеду домой - сразу полезу в интернет. Граф Сент-Жермен - почему это имя кажется мне знакомым? Может, фильм смотрела какой?.. Нет, это был граф Монте-Кристо. - Фуу, - нахмурилась я. - Он переоценён, - Лесли только недовольно посопела в трубку. - Кстати, если он умеет читать мысли можно начать думать о лезбиянских песнях. Его от такого вывернет. Или это его заинтересует. Одно из двух! Хрен поймёшь этот век... - Согласна. Если ничего не вспомнишь, можешь считать от тысячи до одного через восемь. - Это типа... тысяча, девятсот девяносто два, девятсот восемдесят четыре, девятсёт семдесят шесть... - Лесли хохотнула в трубку. - Именно так! Может таки разомнёшь мозг после долгих прогулов, - с намёком на обиженый тон фыркнула Лесли. - Простии, - протянула я, закрыв глаза. - Я правда не хотела пропускать школу, просто время такое! - Тебе опять плохо? - с волнением немного понизив голос спосила Лесли. Не дожидаясь ответа, она продолжила: - давай я приду к тебе в гости! Сразу, как ты освободишься! Я хочу тебя поддержать, но мне кажется что ты всё дальше от меня и это пугает. Ты всё ещё моя подруга, даже если переживаешь непростой период. Пожалуйста, вспоминай об этом, когда тебе плохо. - Лесли, спасибо. Я тебя приглашу сразу как смогу! Кстати, мне срочно нужна твоя помощь, - сразу переключилась я, нахмурившись. - Мне нужны сведенья о маленьком мальчике. Зовут Роберт Вайт. Восемь лет назад утонул. К сожалению, моей памяти доверять нельзя. Стоит и самой уже вести дневничёк обо всём, что я помню из сюжета, а то из-за этой депрессии совсем скоро в яму скачусь. - Сделала пометку, - я почти видела, как Лесли старательно закусила кончик языка. - И ещё, об этом... Я, типа, иду к психологу, - на тишину в трубке, решила, что от меня ждут подробностей. - Ну, мы с мамой поговорили, а ещё был один неприятный инцидент, в общем, да. Хотела, чтобы ты знала. - Я буду очень рада, если тебе станет лучше, - неожиданно серьёзно сказала Лесли. - Ты заставляешь мои щёки болеть от улыбки, - через хохот сказала я, ставя стакан на столик. - Это самый милый комплимент, который только можно сказать. Научишь как-то мою маму делать комплименты? А то, что не слово - то придирки! Я вновь хохотнула, поправляя наушник и вновь приподнимая микрофончик на проводных наушниках. Разговор с Лесли правда отвлёк и настроил на поразительный позитив. Наконец-то стало легче. И тривога отступила. Когда распахнулась дверь, я оглянулась через плечо, заметив Гидеона. В муарового цвета жакете, темно-зелёных бриджах и полосатых дёлтых чулочках. Едва ли у меня выходило сдержать хохот. - Симпатичная шляпка. Я могла только изогнуть бровь и, попридержав ухмылочку, вернулась к разговору с подругой. - Ладно, Лесли, я потом перезвоню. О, и! - вспомнив, резко затормозила. - Что? - С меня ведёрко мороженого. И круасаны с шоколадом! Будем сидеть, смотреть фильмы и страдать по жизни. Или радоватся, - неопределённо поиграла бровями я, хотя знала, что она не увидит. - Тогда я возьму детское шампанское! Твоё любимое. - Спасибо. Ладно, пока, мне пора. - Удачи! И смотри в оба! - я скинула звонок и вытащила наушники из ушей. Спрыгнув с довольно высокого (как мне кажется) стула, подошла к Гидеону, сзади которого уже появились Джордж и мадам Россини. Его наряд был удивительно гармоничен в своей хаотичности. Но и не признать, что ему правда шло я не могла. Пройдясь вокруг Гидеона, заинтересованно остановилась перед ним, рассматривая волосы и уши. А потом взглянула на обувь. - У тебя тоже металический носок? - заинтересованно пробормотала я. - Голубушка, ты брала кофе? - сразу заметила новую, точнее уже третью, чашку на столе мадам Россини. - Подумала, что в заряде энергии, - пожала плечами я. - Мадам Россини, вы проделали грандиозную работу! - Джордж улыбнулся, с теплотой рассматривая мой наряд. Я даже приподняла голову и, сделав несколько шагов назад, выпрямила спину. - Я знаю, - не с меньшим удовольствием рассматривая нас с Гидеоном сказала Россини. Я распрылась в ещё большей улыбке, после чего, развернувшись, достала из сумки конфеты, предлагая каждому. На жужжание сбоку просто закинула вторую и нахально улыбнулась. И чего это Гидеон всё время такой добрый и спокойный? Подозрительно... Нужно таки оклематся из своего пока что вменяемого состояния, пока я не запуталась во всём окончательно! И почему у него такие хорошие уши? Вот зараза блохастая. Ну ничего, ничего, я найду в тебе изъян. После несерьёзной перепалки между Гидеоном и мадам Россини, которая злилась на то, что Гидеон надел не жёлтые бриджи, а тёмно-зелёные, - так ещё и нагло оставил перчатки! - мы ушли. Напоследок женщина вылила на меня тонну комплименов и я просто раскраснелась как девочка, не прекращая улыбатся. Даже немного припрыгнула. - Мадам Россини умеет поднять настроение, - рассматривая кромешную тьму, невольно облизала губы. - И самооценку. Не помню, когда в последний раз я чувствовала себя такой красивой, - фыркнув, пригладила блеко-синюю юбку под пальцами. Мне всё таки завязали глаза, но то, как взъерепенилась мадам Росинни, стоило Гидеону попытатся снять с меня шляпку, было что-то с чему-то. Я сдержала хохот и сверкнула глазами на женщину, молча посылая ей всю свою любовь, признательность, благодарность и восхищение. Она польщённо улыбнулась Стоило мне понять, что идти придётся с закрытыми глазами я остановилась, заставив и Гидеона замереть. Меня очень нервивровала темнота в глазах до такой степени, что участилось и дыхание и сердцебиение. - Ты в порядке? - видимо, Гидеон возможно заметил, что с моего лица сошёл природный румянец после комплеметов Россини. Его рука была на моей спине, вторая - сжимала руку. Идти так, вроде, было даже безопасно, но я всегда была излишьне нервозна. Помню, мы в институте проводили как-то тест на то, насколько ты тревожный. Из 60-ти вопросов я получила 45 балов. Высокий уровень тривожности, который редко когда затыкался. - Да, просто... - я облизала губы, ощутив как резко во рту пересохло. - Держи меня крепче. Если я упаду - потащу тебя за собой. А потом ещё и скажу, что ты мне и платье, и причёску испортил. Тебя мадам Росинни до конца дней в жёлтые бриджи и перчатки будет облачать. - Обежаю держать тебя так крепко, как только могу, - спокойный чуть улыбающийся тон ударил рядом с ухом. И правда. Его рука сжала мою ладонь так сильно, как и я несколько секунд до этого. Другая конечность же, на спине, теперь не просто лежала, а вполне осознанно сжимала локоть, прижерживая на месте. Ни вправо - ни влево. Зато безопастно. Признатся, я действительно успокоилась и даже потчи расслабилась, если бы не эхо шагов. Тоже довольно нервирующая штука. - Почему я не могу просто смотреть под ноги? Или куда иду? Или мне придётся всё время носить эту дурацкую замену слепоты? - фыркнула, ощутив под ногами камешек и сжала руку Гидеона так сильно, что даже испугалась, что он отпустит меня. Но нет. Он немного замедлился и позволил сжимать мою руку до тех пор, пока мне немного не полегшало. - Тебе нельзя знать точное место зранения хроногрофа. Лишьняя осторожность, на мой взгляд. Этот дом - сплошной лаберинт. Ты ни за что не найдёшь это место. Тем более, как мне кажется, будь твоя воля, ты бы и в правду сделала переливание крови, чтобы поменяться с Шарлоттой местами, - слова должны были вызвать во мне хотя бы раздражение. Но я была слишком размореная комплиментами, чтобы злится. - Кроме того, мистер Джордж уверен, что ты не способна на гипотетическое вероломство. - Почему бы нет, мистер Джордж? - вдруг развеселившись хитро заулыбалась я. - Как по мне у меня достаточно силёнок чтобы поднять непонятную машину, которая питается кровью. Он, должно быть, понял отсылку на наш первый разговор и тихо усмехнулся. Но не ответил. Шли мы дальше в тишине и я даже почти стала расслаблятся. Но, неожиданно, под ногой пропала почва. Шаг - и всё, пусто! Я так испугалась, что не сдаржала вскрик, а поймавшему меня Гидеону пришлось держать мою испуганую тушку. Ноги стали ватными, в горове уже вырисовалась картина, как я падаю с лестницы и сворачиваю шею. Мне было всё равно, одна там ступенька или милиард, всё, что я ощутила - это как внутри меня оборвалось что-то. Это напомнило мне о том, как я ушла из жизни. Как сделала шаг вперёд, в пустоту, откинув стул ногой, и как под ногами стало пусто. Пусть я висела под потолком, было ощущение, что я парю или падаю, но темнота быстро добралась ко мне. Воспоминания вызвали сильнейшую дрожь, а после - икоту. - Осторожно, там ступенька, - после третьего ика с моей стороны сконфуженый моей реакцией пробормотал Гидерон. Во мне взвыла злость, я резко стянула с себя повязку, ослеплённая светом зажмурилась, но закричала на него. - Совсем с ума сошёл?! Моя психика не готова выдерживать падение с высоты! Я чуть сердце не выплюнула! И ты, ик! - икнула я на выдохе, из-за чего закололо в груди. Только после вдоха я могла продолжить. - И ты ещё говорил, что справишься с миссией! Справится он! Вести даму научись, бестолочь! Всё! Оревуар, май лав, пошёл ты в задницу! - я отскочила от Гидеона, схватила шляпку из рук мистера Джоржа и впихнула ему в руки, после чего самостоятельно завязала себе повязку. - М-ик. Тьфу ты. Мистер Джордж, надеюсь, вы обойдётесь со мной не как со старым потрёпаным чемоданом! Ик. Тьфу ты, йомайо. Теперь икаю из-за тебя! Нелюдь... Я ждала ответа от Гидеона, может, ответную вспышку, либо какую-то негативную реакцию на то, что стянула повязку... Но нет. Он молча последовал за нами с мистером Джорджом. Не скажу, что смена провожатого добавляла мне уверенности. Но заболтивый тон уже не молодого мужчины, вполне голантно и вовремя сообщал о препядствиях. Говорил, когда сворачивать, когда камешек, когда ямка, когда ступеньки. К концу пути я всё же не смогла растерять концентрацию. Следила за путём и тихо икала себе, дёргаясь. - Мы пришли, - сказал Гидеон. - О, да ты что? Я даже не заметила, - едко прокомментировала я, позволяя мистеру Джорджу стянуть с меня чёрную ткань. Звучит так странно... Перекинувшись комплиментами с племянником, - и не забыв сварливо заикнутся о жёлтых штанах и злой мадам Россини, - Фальк переключился на меня. - Гвендолин, тебе очень идёт этот оттенок голубого. И мадам Россини очень изящьно уложила твои волосы. Комплимент мне пришёлся по душе. Отвлёкшись от рассматриваия стен, стола, стульев и коробки какой-то, я взглянула в глаза де Вилеру. На удивление, говорил он совершенно искренне. - Благодарю. Но в этом заслуга мадам Россини, она професионал своего дела, - не сдерживая довольную улыбку, почти пропела я. Настроение не испортил ни Гидеон, ни путишествие во времени, ни даже недавнишьние воспоминания о том, как я умерла. - Давайте ускоримся, а то я сейчас задохнусь в этом трепье, - на слова Гидеона я недовольно цокнула языком, сложив руки на груди. Оборвал любование мной! Наглец! Как только посмел? Фи! Никаких манер. Но я не смогла с интересом заглядется на его шпагу, которая теперь была видна из под плаща. Хм. Стоит запомнить... Доктор Уайт подошёл к столу с коробкой, на которой была нежная красная ткань. Выглядела штука как большая каменная часовая коробка. Рассматривая её, заметила отголосок того, что было похоже в фильме. Судя по всему, события идут по книге, которую я только начала читать до... скажем так, неких решений, которые отрезали меня от возможности читать что либо вообще. До перерождения, разумеется... А сейчас мне нужно быть осторожной и следить за каждым шагом. Надеюсь, в этих отпадных и удобный туфлях с железным наконечником это будет не сложно.