В прошлой жизни

Лошадь неслась слишком быстро. Она стала неуправляема, и я, оставив всякую надежду, просто покрепче схватилась за гриву, чтобы не упасть. Мимо меня стремительно проносились пейзажи любимого города, я не успевала даже разобрать надписи на вывесках или лица людей, наблюдавших за этой картиной. А было за чем наблюдать. Я в своем фартуке, который развевался на ветру, чепец мой уже давно слетел, показав волосы пшеничного цвета, собранные в косу. Подо мной обезумевшая лошадь, которая неслась вперед не разбирая дороги. Вот она, моя первая попытка оседлать это животное! Зря я послушала свою сестру! Она-то всё детство провела с отцом в конюшне, а я с мамой на кухне. Если моя Габриэлла дружила с любой кобылой, то я боялась даже яйца у куриц взять. Но сестра давно хотела меня научить ездить на лошади, чтобы мы вдвоем катались по полям и лесам, которые были самыми красивыми в нашей родной Франции. Родители одну её не отпускали, а со мной, с самой старшей, хоть в Париж готовы были отправить. "Тем более во время прогулок можно встретить молодых охотников, они очень любят юных горожанок и с удовольствием с ними заводят разговор. А, если посчастливится с одним из них увидеться несколько раз, то может я ему понравлюсь и он даже сделает меня своей женой! Или тебя! Прямо как у нашей кузины Сьюзи!", – Примерно такие доводы были у Габриэллы, когда она меня уговаривала начать кататься вместе с ней. Мне эти охотники были абсолютно безразличны, но очень дорога сестра. Поэтому я решилась на это, только чтобы её порадовать. Сегодня был наш первый урок езды. Я залезла на лошадь, ударила ногой, чтобы та тронулась, но не расщитала силы. И вот мы уже направляемся в лес, а Жоржетта, это дикое животное, даже не хочет на минутку остановиться. Краем глаза я замечаю зеленые кроны и проблески солнца через листву. Мне всегда доставляло огромное удовольствие гулять в лесу, это место очень тихое, спокойное и романтичное. Здесь время будто останавливается и все мои проблемы кажутся такими незначительными. — Ааааааа, – вырывается мой крик. Да, сейчас лес явно не был абсолютно спокойным. – Помогите мне! Может быть меня услышат хваленные охотники Габриэллы? Или какой-нибудь путник? Мне было не особо важно кто именно, но кто-нибудь способный остановить меня и желательно нашу лошадь. Жоржетта была любимицей отца, и не хотелось, чтобы она как-то пострадала из-за меня. Оставив, всякую надежду спастись, я прокручивала у себя в голове сценарии своей кончины, выбирая самые милосердные. Внезапно боковым зрением я заметила приближавшегося всадника, он старался догнать нас, параллельно что-то выкрикивая. Я ничего не сумела разобрать из-за гудящего в ушах ветра. Через секунду он нас обогнал, развернул свою лошадь и встал поперек, преграждая путь Жоржетте, чем её и остановил. Я всё ещё крепко держалась за гриву лошади, боясь пошевелиться. Всадник подъехал чуть ближе, слез с коня и спросил: — С вами всё в порядке? – он сделала два шага в мою сторону. Я немного содрогнулась при звуке незнакомого голоса и решилась поднять голову, чтобы увидеть своего спасителя. Это был мужчина на вид чуть старше меня, с темными волосами, одет он был просто, как обычный горожанин. Я постаралась слезть с лошади, но потеряла равновесие и чуть не упала. К счастью, мужчина вовремя опомнилса и подхватил меня за талию, осторожно опустив на землю. — Да, всё хорошо, большое вам спасибо, – наконец собралась я с мыслями. – Если бы не вы, то я не знаю, что бы случилось со мной и с Жоржеттой. Я аккуратно положила руку на свою спутницу, проверяя лишний раз её спокойствие. Всадник мило улыбнулся моей нежности с животным, которое совсем недавно несло меня на верную смерть. — Что же могло заставить эту красавицу так нестись? – спросил он, осматривая мою лошадь. — Неопытный наездник, – я усмехнулась. – Первый раз решила проехаться верхом, и, видимо, не расщитала силы. Если бы не вы, право, я бы не знаю что случилось. — Меня кстати зовут Арс... Андрэ, – он осекся на секунду, называя своё имя. Я предпочла не обращать на это внимание. — Очень приятно, Андрэ. Мое имя Софи, – я одарила его своей лучшей улыбкой. — Вы из города Софи? — Конечно, – меня позабавил его вопрос. – Откуда же ещё? — Верно, – он тоже усмехнулся. – Давайте я вас провожу до дома, мне как раз надо пойти на... в лавку за фруктами к... Ему было трудно подбирать слова, чтобы описать цель визита в город. Как будто он не знал, куда и зачем он едет. Не оставляя его в беде, я произнесла: — О, к monsieur Pomme? — Да, да, именно к нему... — Он мой сосед, прекрасный мужчина, он вам точно понравиться. Его фрукты лучшие во всей Франции. — Вот и отлично, уверен яблоки у него невероятные. Вы не против составить мне компанию, Софи? — Конечно нет, для меня честь провести вас в наш город. На последних словах, Андрэ напрягся, но, посмотрев на меня и не найдя ничего необычного, лишь кивнул в сторону дороги из леса, намекая что стоит уже пойти. Я не стала рисковать и садиться на Жоржетту, она сегодня была явно не в духе. Андрэ показал мне как правильно взять лошадь под уздцы, и мы вместе стали идти по дороге в город. Лес был как всегда прекрасен. Голубизна неба и солнечные лучи заставляли почувствоать себя как в сказке. Я шла с Андрэ, и меня не покидало ощущение, что всё вокруг будто пропитано волшебством. Про это место ходили разные легенды. Но они никогда не были пугающими и страшными. Скорее добрыми и милыми, а иногда и романтичными... — Я просто первый раз еду в город, – прервал мои мысли Андрэ. — Правда? А почему? Вы живете далеко отсюда? Это было очень странно, учитывая, что я жила практически в центре провинции. К нам приезжали все жители соседних поселений за фруктами, овощами, мясом, хлебом, одеждой и et cetera. Даже не раз заезжал сам сеньор со своей свитой. — Нет, я живу, довольно близко, просто не выдавалось случая посетить город. Раньше туда ездил мой отец, а сегодня он заболел и отправил меня. — Можете не переживать, вам у нас точно понравится. Все очень доброжелательные и милые, от мала до велика, от людей до кошек, – я снова ему улыбнулась. — Да, особенно лошади, как я вижу, – он кивнул в сторону Жоржетты. Я рассмеялась, но потом ответила: — Это она только сегодня такая, а на самом деле очень добрая, правда Жоржетта? Лошадь лишь многозначительно фыркнула мне в ответ, отчего и я, и Андрэ засмеялись. Я рассказала мужчине о своей сестре и её таланте преподавателя верховой езды, а он мне про своего любимого коня, Буцефала, на котором приехал. Это оказался жеребец редкой породы, но очень покладистый, а ещё сладкоежка. Андрэ спрашивал меня о том, каково это жить в таком большом и известном городе. — Вы небось считаете меня за прекрасную принцессу, а мой город за загадочный дворец, — отвечала я с ухмылкой. — Насчёт города не могу говорить, но в том, что вы прекрасная принцесса я уверен, – он улыбнулся мне, а я покраснела. С Андрэ было очень легко общаться, мы болтали, смеялись, мне было просто приятно находиться в его компании. Тем более в лесу, это волшебное место делало нашу небольшую прогулку ещё чудеснее. Казалось, что мы знакомы уже сотню лет, что мы старые приятели, которые внезапно потеряли, а потом вновь нашли друг друга. *** — Мама, папа! Она здесь! – голос моей младшей сестры раздался над нашим домом. Потом я увидела его обладательницу, которая бежала мне навстречу с распростертыми объятиями. Я оставила Андрэ лошадь и побежала к Габриэлле. — Софи! Прости меня, пожалуйста, я такая глупая и безответственная! Я ужасный учитель и сестра! Как хорошо, что с тобой всё в порядке! Господи, прости меня! Темные волосы моей сестры были растрепаны, фартук помят, а щеки мокрые от невысохших слез. Видимо, за время моего отсутствия она сильно переживала, что меня глубоко тронуло. — Моя мила Габриэлла! Не зачем так себя корить, это я непутевая наездница, всё хорошо. Пожалуйста, только не плачь! – я успокаивала сестру, прижимая её к себе, пока та тихо всхлипывала. Когда мы разжали объятия, я провела ладонью по её щеке и волосам. Убедившись, что девушка совсем успокоилась, я взяла её за руку и подвела к Андрэ. Он скромно стоял недалеко от нас, наблюдая за щипитильным этюдом "Встреча двух сестер". — Вот познакомся Габриэлла, это Андрэ. Он смог остановить Жоржетту и спасти меня, – последние слова я произнесла особенно почтено. – Также он воспитанный молодой человек, который первый раз оказался в нашем городе. Габриэлла подошла уже к моему другу и, искренне улыбнувшись, произнесла: — Вы не представляете насколько я вам признательна! Никому я не буду так благодарна, как вам, Андрэ! Двери нашего дома всегда будут открыты для вас! — Для меня честь, спасти такую невероятную девушку, как Софи, – ответил мужчина, отдав поклон Габриэлле. И я, и сестра были удивлены последнему жесту со стороны Андрэ. Никто в наших окрестностях не отличался подобной галантностью, разве что сеньор со своей семьей. Это было забавно, что незнакомый нам человек проявил такую почтительность. Мы переглянулись, читая эмоции друг друга. — Ваши манеры достойны самого короля, – заметила Габриэлла и добавила шутя– Вы случайно не голубых кровей? — Нет, что вы я не... А, вы про поклон, – замешкался мужчина, но вовремя собрался и поспешно объяснился. – Просто захотелось вас удивить и выразить свое глубочайшее почтение. Быдо видно, что Андрэ немного смутился столь внезапному комментарию или даже испугался... — У вас это вполне получилось, – заметила я, чтобы не оставлять нависшую тишину, тепло посмотрев на друга. Он ответил мне не менее приятной улыбкой. — Моя красавица, наконец-таки ты вернулась! – я услышала голос отца, который стремглав мчался к своей любимой Жоржетт. Мой отец довольно низенький, но коренастый мужчина, который никогда не любил быстро ходить, но сейчас бежал со скоростью пули. Не для кого не секрет, что Мишель Мюрай, самый известных конюх в провинции, отдавал предпочтение своим лошадям, нежели семье. Мы с Габриэлль уже с малых лет это уяснили и не претендовали на любовь отца — И тебе привет, papa, – скромно добавила я, привлекая его внимание. — А Софи! – он внезапно обратил на меня внимание. – Я рад, что ты цела, но больше, пожалуйста, не садись на мою любимую лошадь. У нас есть и другие, Лизи уже давно ни на что не годится. Ты можешь с ней хоть в лес, хоть в поле скакать, а с Жоржетт нужно быть осторожнее. — Хорошо, mon père, – сдержанно ответила я. – Позволь представить тебе Андрэ, он спас твою лошадь и меня. Отец, явно придав большее значение первой части моих слов, уважительно взглянул на мужчину, которго раньше не замечал, и протянул ему руку. Андрэ, не зная что именно нужно сделать, ответил неуверенным пожатием. — Спасибо вам, за оказанную помощь моей семье! Не будь я Мишель Мюрай, если не угощу вас замечательным обедом моей жены, проходите в дом! – папа подтолкнул мужчину по направлению ко входу. Андрэ совсем расстерялся под напором энергичного старика и жалобно посмотрел на меня, ища помощи взглядом. Я усмехнулась и быстро подбежала к отцу. — Papa, позволь мне самой проводить гостя, – мило попросила я. – А ты с Габриэллой пока отведи Жоржетт и Буцефала в конюшню, лучше тебя никто этого не сделает. Я подмигнула своей сестре, которая понимающе мне кивнула, и подошла к нашему отцу со спины, взяв его аккуратно за плечи. — Конечно, конечно, Софи, ты абсолютно права, – сказал отец и обратился к Андрэ, похлопав его по плечу. – Не волнуйтесь ваш конь будет мурлыкать, а точнее ржать от счастья у меня в конюшне. Он рассмеялся от своего остроумия, хлопнув себя по колену. Взяв двух животных под уздцы, он отправился вместе со своей младшей дочерью устраивать лошадь и коня. Мой друг вздохнул с облегчением и немного покрутил плечом, где недавно покоилась рука Мюрая-старшего. — Вы меня спасли, – признался Андрэ, всё ещё разминая плечо. – Ваш отец прекрасный мужчина, но только на расстоянии. — Не бойтесь, вы ему понравились, – заверила я его, аккуратно взяв под руку и направляясь к дому. – А почему бы нам не перейти на "ты"? Это было рисково, такое говорить. Мы знали друг друга лишь день, а переход на "ты" нужен для более близких отношений. Но мне показалось это настолько правильным и нужным, что я не могла не предложить. — Конечно, так будет намного удобнее, – ответил Андрэ. – Мне кажется, что я знаю тебя целую вечность. Он повернулся ко мне, ловя мой взгляд. Но я скромно опустила голову, смотря под ноги. — Мне тоже, – покраснев призналась я. *** В доме я представила его своей матери, которая, по примеру остальной части семьи, радушно приняла нового знакомого и спасителя своей старшей дочери. Пока я ставила приборы и тарелки на резной дубовый стол, подарок нашего дяди, она сидела около Андрэ и завела с ним беседу про лес, в котором мы встретились. — Моя мама, бабушка Софи, мне столько историй и легенд про него рассказывала, – начала матушка. – Ты помнишь, ma fillette, как мы слушали твою бабку все вместе за столом? Ты ещё тогда пирог перевернула от удивления. Я твой фартук потом целый день от пятен стирала. Ах, ладно, конечно же ты не помнишь. Ты ж тогда совсем малюткой была. Я закатила глаза от внезапного наплыва воспоминаний мамы, но не стала ничего говорить, чтобы не нарушать поток её мыслей. — Так вот, – продолжала она, а Андрэ вежливо кивал, – мне моя мать говорила, что люди в этом лесу могут встречать разных фей, гномов и всю остальную нечесть. У нас даже сосед ушел от жены, говорит, что встретил прекрасную девушкув в лесу и будет с ней жить, потому что любит. Ну не дурак ли?! В общем больше мы этого парня не видели, а зря, хороший был малый. Говорят, что он влюбилсч там не в таинственную незнакомку, как все полагали, а в дочь мясника из соседнего села. Ходят слухи, что они ещё с прошлой жизни были вместе. Мол, как встретились, поняли, что знакомы целую вечность и не могут больше расстаться, так их и тянет друг к другу. На последних словах матери я напряглась. Да, у меня было похожее чувство при встрече с Андрэ, но... Нет, такого не может быть! Он просто случайно оказался в лесу, да и нет никаких прошлых жизней, бред какой-то. Я расставляла стаканы, решив украдкой взглянуть на друга, чтобы успокоиться. Он сидел рядом с моей мамой и не отрывал от меня взгляд. Как только наши глаза встретились, он тут же опустил голову вниз, делая вид, что наш пол был самым интересным во всей Франции. Меня смутило его поведение, но я понимала, что он почувствовал то же самое. — Ну что ж, вот и мы, – крикнул отец из гостиной, прерывая неловкость между нами. — Вы как раз вовремя, – ответила ему мать и резко встала, чтобы разложить еду по тарелкам. Когда все уселись, мы начали весело болтать и обсуждать новости города. Андрэ тоже включился в беседу, ведя диалог то с матерью, то с отцом. В обращении с моим родителями он был очень осторожным, уважительно принимал их мнение и никогда не пытался вывести их на спор о чем-либо. — Предлагаю тост, – вдруг сказал он, подняв свой стакан с вином. – Хочу отблагодарить вас за уют и доброжелательность, с которой вы меня приянли. Ваша семья, monsieur Мюрай, самая прелестная на свете. Ваша жена настоящая богиня домашнего очага, а дочери просто ангелы. Он поочередно посмотрел на каждого члена семьи, остановившись на мне. Я покраснела и мило улыбнулась. Странно, но я ещё не замечала какие у него были прекрасные голубые глаза, цвета неба в лесу. Невозможно было оторвать от них взгляд, они были такие притягательные и непонятно родные... — Прекрасны тост! – оторвал меня от размышлений отец. – За нашу семью! Я вздрогнула, осознавая, что в животе что-то затрепетало, но не обратила на это внимания. Мы все дружно чокнулись, продолжив обедать, уже в тишине. Я всё это время украдкой смотрела на Андрэ, ловя его встречные взгляды, глупо улыбаясь. Что с тобой Софи? Почему от его внимания тебе так легко на душе, а всё тело обдает приятным теплом? Почему ты снова и снова смотришь в его сторону, чтобы вновь заметить красоту его глаз? Почему тебе так важно, чтобы он посмотрел на тебя в ответ? Может ты... – Maman, – решила я отвлечься от навясщивых мыслей, – мне бы хотелось до вечера успеть проводить Андрэ во фруктовую лавку, хорошо? – Хорошо, ma chérie, – ответила мне матушка. – Но имей в виду, что наш дорогой сосед сегодня на рынке, а туда идти дольше, чем в соседний дом. — Ничего страшного, – заверила я её. – Думаю Андрэ не будет против пройтись со мной до рынка, не правда ли? — Конечно же нет, – ответил он мне. – Твоя компания мне никогда не наскучит. Это было сказано из чистой вежливости, но почему-то в животе всё вновь затрепетало от этих слов. Что со мной происходит? *** После обеда мы сразу же отправились на рынок. Габриэлла помогла мне завязать волосы в пучок и выбрать одежду. Сестра настояла на белом платье и черном фартуке, который подчеркивал мою стройную фигуру. Андрэ же после долгих переговоров всё-таки принял дорожный плащ и сапоги, которые ему совал мой отец со словами "Для вас мне ничего не жалко". Матушка дала мне свою любимую корзинку и пару монет, чтобы купить все необходимые продукты. По дороге на рынок мы снова весело болтали и смеялись. Я решила немного показать моему другу город, ведя нас по самым милым улочкам и переулкам. Люди вокруг были доброжелательны и приветлевы к Андрэ, хотя он и был незнаком им. Но каждый считал своим долгом пожелать ему хорошего дня и удачи, на что мужчина отвечал искренней взаимностью. — Здесь все очень милы друг к другу, – заметил он, когда мы подходили к рынку. — Ко всем кроме короля и дворянства, – решительно уточнила я. — Правда? Но почему? Король и сеньоры всегда хотели лучшего для своих земель и подданых, – взаправду удивился мой спутник. Я с жалостью на него посмотрела. Бедный Андрэ явно не был в курсе происходящих в стране событий. — Никто так не считает, – ответила ему я. – Скоро грянет Революция, которая направлена на то, чтобы сделать людей Франции свободными, равными друг другу. А это не получится, если у нас будет король, который только и делает что устраивает пиры да балы. Никому в правительстве нет дела до нас, обычных людей. Им бы лишь себя позабавить. У меня вызывало отвращение всё дворянство, вся королевская семья и, конечно же, наш сеньор, правивший городом. Андрэ замолчал, находясь в замешательстве от моих слов. Через пару минут он, собравшись с мыслями, сказал: — Ты тоже хочешь устранить короля с его семьей и сеньора? — Больше всего на свете, – в сердцах ответила я. – А ты разве нет? — Я не думал ещё над этим, – с грустью, опустив взгляд под ноги, признался Андрэ. Рыночный шум и суета не дали нам продолжить разговор. На площади собралась целая куча прилавков. Здесь было много знакомых лиц, а также совсем новых, неизвестных мне. В воздухе зависли различные запахи, от приятных и вкусных ароматов жареной кукурузы и каштанов до противной вони сырой рыбы. Я заметила нависшие ленты и гирлянды из всевозможных цветов, которые украшали ратушу и прилавки. Здесь неслись от взрослых дети с яблоками в руках, спокойно пробирались за рыбой старики, а продавцы кричали вовсю, зазывая покупателей. В центре площади танцевали парни и девушки, придавая всему ощущение настоящего праздника. Вот он какой, рынок в моем городе! Набрав нужных продуктов и заплатив продавцу, я подбежала к Андрэ, который ждал меня на лавочке около ратуши. Мужчина аккуратно держал что-то в руке, боясь испортить и пряча от моих глаз. Когда я подошла совсем близко, он развернулся ко мне и с улыбкой протянул таинственный предмет. — Это тебе, Софи, – проезнес он, дав мне небольшой цветок. Это была роза цвета спелых яблок, безумно красивая и нежная. Я поставила корзину на лавочку, чтобы освободить руки, но не стала брать цветок. — Господи, Андрэ, зачем? – смутилась я внезапному подарку, всё ещё не решаясь взять его в руки. – Незачем было тратиться на меня. Он не стал ждать пока я приму цветок и аккуратно вставил розу мне в пучок, нежно проведя рукой по моей щеке. Я замерла, боясь пошевелиться или вдохнуть. Его лицо оказалось совсем близко ко мне, отчего в животе снова заиграло это чувство, и он нежно прошептал: — Для тебя мне ничего не жалко. Я поддалась вперед... Но тут меня и Андрэ внезапно потянули в танец люди на площади. Я не успела опомниться как уже кружилась вместе с неизвестным мне усатым дядькой, который радостно улыбался. Краем глаза я заметила, как Андрэ настолько ошеломленный, как и я, танцевал с какой-то девушкой. Я не стала сопротивляться и весело понеслась под музыку с моим новыми кавалером, не теряя из вида друга. Мы провели так около получаса, гонимые энергичными звуками и поддавшиеся атмосфере праздника. — Могу ли я получить этот танец? – услышала я знакомы голос после очередной смены пар. Андрэ нежно взял мою руку в свою, вторую положив мне на талию. Я расплылась в улыбке от его прикосновений и нашей близости. — Конечно, – ответила я под напором его голубых глаз и милой усмешки на губах. Мы кружились среди десятка людей, но я не замечала никого. Мне было важно лишь то, что рядом был он, что он держал меня в своих руках и вел нашу пару по площади в танце, не отрывая от меня своих небесных глаз. Я не заметила как мы остановились. Для нас не существовало ничего кроме этого момента, кроме двух бьющихся в унисон сердец. И именно тогда, смотря на дорогую мне улыбку, замечая каждый изгиб на его лице и блики солнца в глазах, у меня пронеслась уже вполне ясная и понятная мне мысль. Я люблю его. *** Мы молча шли. Ничто не нарушало тишину кроме постукивания о землю копыт Буцефала, которого вел его хозяин под уздцы. После рынка я на секунду забежала в дом оставить корзину. Габриэлла, заметив розу в моих растрепанных волосах, помятую одежду и спешку, с которой я собиралась, многозначительно на меня посмотрела. — Я так понимаю, ты всё показала Андрэ, – сказала она, ухмылнувшись. — Габриэлла! Ты что! – удивилась я мыслям, посетившим сестру, краснея. — Да ладно, я же шучу, – объяснилась она. – Но ты ему точно нравишься, это и слепому видно. Я ещё больше покраснела. И вот я уже шла вместе с Андрэ в лес, чтобы проводить мужчину до места, где мы встретились утром и попрощаться. Утром... Да, мы познакомились сегодня утром, а по ощущениям были знакомы намного дольше. Вот уже заходит солнце, его лучи ласкают землю и нас, заканчивается этот прекрасный день, наверное лучший день в моей жизни. — Ну вот и всё, – произнес Андрэ, остановившись ровно там же, где и утром. На земле были видны следы копыт двух лошадей, а рядом двух людей. — Вот и всё, – эхом повторила я. Нет, я знала, что всё закончится совсем не так, и он, я думаю, это понимал. Я подняла голову, встретившись взглядом с Андрэ. В лесу он выглядел ещё красивее, чем в городе. Его нежная улыбка и блеск в глазах мне о многом говорили. — В лучах солнца ты прекраснее, чем среди серых камней города, – прошептал он, приближаясь ко мне и взяв мои руки в свои. – Надо же, ты даже не сняла мою розу. Он заметил мой аксессуар в волосах, который я совсем не собиралась снимать. — Конечно же нет, – усмехнулась я. – Она мне слишком дорога. Без слов было ясно, что мы влюблены. Да, Софи, ты уже давно призналась в этом себе, так скажи это Андрэ. Скажи, что больше ни секунды не сможешь провести без него, без его голубых глаз и темных волос. Скажи, что ты по уши втюрилась в него, как маленькая девочка. Ну? Но говорить ничего не пришлось. Он медленно наклонился ко мне, сокращая сантиметр за сантиметром. Его лицо было уже совсем близко к моему. Не успела я ничего подумать, как долгожданный поцелуй опустился мне на губы. Я закрыла глаза и обвила руками его шею, а он притянул меня ближе за талию. Я таяла под его прикосновениями, наслаждаясь этим моментом. Мы простояли так ещё минуту, а затем, закончив поцелуй, просто прижались сильнее друг к другу. — Софи, а могу рассчитывать, что ты придешь сюда завтра утром? – спросил Андрэ. — Безусловно. — Отлично, я буду ждать. Софи, я могу тебе сказать кое-что безумное? — Давай. — Я люблю тебя. Хоть мы и знакомы всего один день, но я чувствую, что не смогу больше ни минуты провести без твоего присутствия. Мне нравиться всё в тебе, твои волосы цвета пшеницы, твои глаза цвета листвы в этом лесу, даже твоя неумелая езда на лошади, благодаря которой мы встретились. — Андрэ, хочешь я скажу ещё более безумную вещь? — Всё что угодно. — Я тоже тебя люблю. *** Каждый день на протяжение месяца я встречалась с Андрэ в лесу. Чаще всего мы просто гуляли, наслаждясь компанией друг друга. Иногда он заходил к нам домой, обедал или ужинал с моей семьей. Родители всегда были рады такому гостю. Матушка и отец прекрасно отреагировали на начало наших отношений. "Ох, Софи, поскорей бы нам внуков", – сетовали они мне, каждый раз после прихода Андрэ к нам в дом. Я лишь отшучивалась от них, говоря, что время ещё не пришло. Габриэлла, мне кажется, была больше рада нашим отношениям, чем я. Она не упускала случая спросить у меня что-нибудь про Андрэ, про нашу свадьбу, заставила меня пообещать, что будет подружкой невесты. — Ну а как только у вас появятся дети, их любимая тетя Габриэлла будет всегда рядом веселить и нянчить маленьких ангелочков, – заверяла меня сестра. А я лишь краснела, но,на душе было спокойно от ощущаемой поддержки семьи. Андрэ любил проводить со мной время в городе, я даже познакомила его со своими друзьями детства. Они быстро нашли общий язык, и вот мы уже сидели в баре у отца моей подруги, беседовали шутя и веселясь. Но как только разговор заходил о политике и приближающейся Революции, Андрэ затихал и смирно сидел на краю стола, попивая вино из бокала. Я же яро участвовала в них, смело отстаивая свою точку зрения о свободе и равенстве всего французского народа и о свержении монархии и произвола дворянства. В один из солнечных летних дней мы решили устроить пикник в лесу. Андрэ принес корзину с разнообразными фруктами, а я вино, бокалы и простыню. После небольшой трапезы мы тихо лежали рядом в обнимку, щурясь от лучей солнца и яркого неба. День был слишком приятным, чтобы нарушать его бессмысленными разговорами. — Ma chérie, – серьезно произнес мой возлюбленный, нарушив тишину, – мне нужно с тобой поговорить. Он приподнялся и сел на простыню рядом со мной. Мне тоже пришлось поменять положение, устроившись рядом с ним. — Что случилось? – обеспокоено спросила я. — Ничего не случилось, просто я бы хотел тебе кое в чем признаться, – произнес он, отведя взгляд в сторону. — Понимаешь... – он старался собраться с силами. – Я давно хотел тебе сказать... Он тяжело вздохнул, пытаясь упорядочить мысли. Я нежно погладила его по руке, подсев чуть ближе. — Не волнуйся, ты можешь всё мне рассказать, – пыталась я его успокоить. — Хорошо, – он на секунду замолчал, а потом решился выговориться. – С самого начала нашего знакомства я не говорил тебе всей правды. Меня зовут не Андрэ, а Арсен. Да, я тот самый Арсен, сын сеньора, владеющего вашим городом. Мой отец совсем не болен, даже наоборот он находится в полном здравии, готовится к Революции. В день нашего знакомства, я сбежал из дома, переодевшись в одежду своего слуги, чтобы посмотреть как живут обычные люди в городе. Мне было интересно каковы владения моего отца. Я не собирался оставаться надолго, но потом встретил тебя и... И всё поменялось... Я влюбился. Он повернулся ко мне, взял мои руки в свои, нежно их поглаживая большим пальцем, и заговорил голосом полным сожаления: — Прости меня, пожалуйста, за всё. Я врал тебе в глаза, я пытался скрыть свое происхождение, зная, что тебе оно будет противно. Я боялся тебя потерять, это самый ужасный кошмар для меня. Софи, сможешь ли ты когда-нибудь простить меня за это? Закончив свой монолог, он посмотрел мне прямо в глаза, ища в них ответ на заданный вопрос. Я не смогла сдержать улыбку, которая окончательно поставила в замешательство моего возлюбленного. — Mon chéri, я давно об этом знала. Думаешь я изначально не заметила твое необычное для горожанина поведение? Твои жесты и манеры достойные короля? Почему ты думаешь я перестала спрашивать тебя про отца? – я усмехнулась. – Я сама обо всем догадалась. Тут Андрэ Арсен потерял дар речи. Он смотрел на меня, не зная что сказать и как реагировать на подобные слова. — То есть ты всё знала, – заговорил он неспеша, медленно осознавая сказанное. – Ты всё знала с самого начала, но даже не подавала виду и продолжала со мной общаться. Но почему? Ты же против короля, ты же за Революцию. Разве это не ты вчера срывала голос, доказывая необходимость свержения дворянтсва? — Потому что я люблю тебя, – я произнесла эти слова, как общеизвестный факт, до смешного очевидный и ясный. – Я люблю тебя не за происхождение, а за то какой ты есть. Ты общаешься и ведешь себя со всеми как с равными себе, ты вовсе не похож на короля и его приближенных, которым деньги и власть затуманили рассудок и здравый смысл. Революция направлена на свободу и равенство народа Франции, а не на убийство всех богатых и знатных людей. Мне не важно зовут тебя Андрэ или Арсен, мне безразлично твое происхождение, ты справедлив ко всем людям, не ставишь себя выше других из-за звания или положение. Mon chéri, ты на самом деле разделяешь идеи Революции, не подозревая об этом. Арсен всё ещё серьезно смотрел на меня, обрабатывая в голове мои слова. Лес на мгновение стал слишком тихим и спокойным. Божья коровка ползла по недоеденному винограду, а бабочка расправляла крылья на яблоке. Внезапно Арсен весело рассмеялся, отчего я легко вздрогнула, но не смогла устоять и присоединилась к его радости. Наши голоса проносились в унисон по всему лесу. — Я перестал волноваться, – произнес Арсен через смех. – Так долго готовился к этому разговору, продумывал как ты отреагируешь, что я буду делать потом. А ты всё время знала правду, мало того что знала, ты приняла мою правду, меня настоящего! Закончил он уже успокоившись и нежно на меня смотря. Я ответила ему не менее теплым взглядом. — Я люблю тебя несмотря ни на что, – я погладила его ладонью по щеке. — И я тебя люблю, ma chérie, – он взял мою руку в свою, прижав тыльную сторону к губам. *** Войска Республики приближались к городу. Они направлялись к дому сеньора, чтобы воплотить свои жестокие намерения в жизнь. Казалось, что все и каждый, от мала до велика, с нетерпением ждали их прихода. И я в том числе. В груди всё трепетало от осознания, что скоро придут люди, способные помочь нам стать свободными и счастливыми. Весь город встал на дыбы, люди бегали по улицам, радостно выкрикивая новости о победах Республики. Соседи поздравляли друг друга с началом новой эпохи, эпохи свободной Франции. Но меня не покидало чувство тревоги, я понимала, что они так или иначе доберутся до дома сеньора. А ведь там живет Арсен... Нет, он поддержит войска, не будет сопротивляться и никто его не тронет, никто. Уверенность в том, что мой возлюбленный сделает правильный выбор в пользу Республики придавала мне сил. Мы с ним никогда это не обсуждали, но я твердо знала, что так и будет. Я тихо стояла, оперевшись о дерево, в ожидании Арсена. Он давно должен был быть на месте, но почему-то задерживался. Сегодня день был серый, без красок, без света. Тучи заволокли всё пространство над головой. Природа будто бы вторила моиму состоянию и тревоге. Его всё не было... Вдруг сердце защемило. А что, если... Нет, это глупости. Войска Республики были слишком далеко от города, они не могли так быстро дойти до дома сеньора. Да, но может быть сами горожане... — Софи! – услышала я знакомый голос. Господи, спасибо тебе, с ним всё хорошо! Арсен скакал ко мне на своем Буцефале. Остановив коня, он опустился на землю. Меня обдало волной страха. Мой любимый, самый дорогой мне человек, сейчас стоял в военной форме. Да, вместо обычной одежды на нем были мундир и сапоги, которые носили все солдаты. Мои глаза расширились, а сама я прикрыла рот рукой, чтобы не дать вырваться крику. — Позволь мне всё объяснить, – поспешно начал он, стремясь меня успокоить. — Нет, нет, нет, – бездумно бормотала я. – Этого не может быть, ты не можешь так поступить. Ты не такой, ты не... Было глупо сдерживать слезы, которые уже лились рекой из моих глаз. Грудь начинала дрожать от зарождавшихся всхлипываний. А я всё еще не отрывала глаз от нового наряда Арсена. — Ты не можешь пойти с армией твоего отца! Нет! Ты не такой, ты сын Революции, Арсен, ты не должен сражаться за эти старые порядки! Я уже перешла на крик, пытаясь донести смысл своих слов. Мужчина стоял напротив меня, смотря в упор. Его глаза, его прекрасные голубые глаза, этот родной и дорогой мне цвет, к которому в моей голове было столько эпитетов. Сейчас в них, как в воде, отражалось сожаление, испуг и... боль. Нет! Я не хочу в это верить! Это не так должно закончиться! У нашей истории не такой конец! — Софи, просто дай мне всё объяснить, – он взял меня за руку, а я была не в силах сопротивляться. Все тело дрожало, от нескончаемых всхлипов и рыданий, щеки обжигали слезы, но я всё ещё не верила в происходящее. — Мне нужно это сделать, – продолжил он. – Там, в стенах моего дома живет моя семья, мой отец, мать и сестра. Я не могу их бросить, я не могу их предать. Софи, пойми меня, если бы ты их встретила и узнала поближе, ты бы увидела людей, таких же как и я. Моя семья становится жертвой произвола и жестокости, я не могу их бросить... — Но ты можешь бросить меня! – я закричала, отдернув руку. И не отдавая отчет своим действиям, продолжала. – Ты можешь так просто оставить меня! Я же люблю тебя... Для меня нет большей радости, чем твое присутствие, твой голос, твой взгляд. Господи, за что! Я так мечтала, что у нас будет семья, что у нас будут свои дети, свой дом. Я так мечтала о счастье, о счастье с тобой, а ты хочешь это всё разрушить... Сил продолжать не было, я беспощно упала на колени на землю, закрыв лицо ладонями и содрагаясь от криков, щемящих грудь. "За что? – проносилось в голове. – За что?" Меня тресло от непонимания, гнева, боли, тоски и всех других чувств, на которые способен человек. Арсен молча опустился рядом со мной, прижав меня к себе. Он проводил рукой по моим волосам, оставляя на макушке поцелуй. — Не плачь, все будет хорошо, – это была дешевая попытка меня успокоить. – Конечно же я думал о тебе, я тоже хотел, чтобы мы были вместе, но Софи... Я не могу просто так оставить мою семью, я должен им помочь, прошу пойми и прости меня. Я всё ещё тебя люблю и, если бы я мог, то никогда не покинул бы тебя. Но, к сожалению, мы живем в такое беспокойное время, где всё намного сложнее... Его слова не помогли, я ещё больше залилась слезами, уже не понимая что творится, не желая понять. Осознав свою ошибку, Арсен ничего больше не говорил, мы тихо сидели вдвоем, обнявшись. Я чувствовал биение его сердца, его прикосновения и тепло, отчего в груди стало совсем больно. Через пару минут я успокоилась и, собравшись с силами, подняла на него мокрые от слез глаза. Арсен грустно улыбнулся мне, боясь что-либо сказать. При виде дорого мне лица, я начинала всё медленно анализировать. Да, он прав, мы живем в такое время... Он должен помочь своей семье несмотря ни на что. Мне стало стыдно за недавние слова, это было очень эгоистично с моей стороны такое говорить. Конечно Арсен мня любит, но он также любит свою мать, отца и сестру. До меня только сейчас доходило сколько отваги и смелости требовалось ему, чтобы под страхом смерти и расставанием со мной пойти на этот шаг. — Выходит что мы больше не увидимся, что мы навсегда потеряем друг друга, – нарушила я нависшую тишину. С минуту он замолчал. Казалось, что он хотел посвятить этот момент, чтобы насладиться моей красотой, чтобы запомнить в голове каждый черточку и изгиб моего лица. Сделав глубокий вдох, который дался ему слишком тяжело, Арсен прошептал: — Нет, это ещё не конец, мы обязательно увидимся. Я тебе обещаю, мы встретимся снова. Он, перестав гладить мои волосы, взял мое лицо в свои ладони. Сокращая между нами расстояние, он накрыл своими губами мои. Поцелуй был горьким, разрывающим меня на части, но был настолько же желанным и необходимым в эту минуту. Я крепко сжала веки, отчего ещё две слезы скатились по щекам. Внезапно вокруг нас весь лес стал излучать бирюзовое свечение. Оно ослепляло, поэтому я лишь покрепче закрыла глаза, не разрывая поцелуй. Но стало неожиданно легче, а в голове пронесся голос Арсена: Я тебе обещаю, мы встретимся снова... Мы встретимся... В следующей жизни... *** — Арс, Арс, – Шастун пытался бесчетно докричаться до друга. – Арс, блять, ты меня слышишь? — Да? Что? – наконец отозвался актер, не отрывая глаз от другого конца комнаты. Там, рядом со Стасом, стояла милая девушка. Её блондинистые волосы были убраны в косу, глаза смеялись, а в руках она держала папку с документами. — Тебе скоро к гримеру идти, – Антон взял в руку бутылку воды. – Так что будьте готовы, Ваше величество. Арсений ничего не ответил на шутку друга, он лишь не переставая смотрел перед собой. Эта девушка была ему почему-то очень знакома. Будто они уже где-то встречались. — Шаст, а кто это? – кинвул мужчина в сторону блондинки, которая о чем-то говорила с Шеминовым. — Кто? А эта. – понял друга Антон. Он сделал глоток воды из бутылки. – Это наш новый стажер, София, она помогает с декорациями, костюмами, гримом и т.д. А ты что её знаешь? – поинтересовался парень. — Нет, не знаю, – не отводя взгляда сказал Арсений. Но девушка была почему-то слишком ему знакома. – Хотя, может мы и виделись когда-то, но я забыл. Может мы виделись когда-то... В прошлой жизни?