Ты хуже кокса, что лежит у меня в пиджаке

Девушка ахнула, но тут же подавила свое удивление, дабы не напугать и так обеспокоенного мужа. Переварив то, с кем она разговаривает, она стала внимательно слушать своего собеседника. —Думаю, вы предполагали, что наш диалог мог состояться,— сказал Введенский.— И я знаю, что вы с Космосом Юрьевичем пытались найти информацию о том, кто подстроил ваше возвращение. —У вас есть что мне сказать на этот счет? Вы можете подтвердить хоть одну из догадок?— ответила Настя серьезным тоном. —Могу обрисовать вам ситуацию в более крупных масштабах, чем вы могли представить,—ухмыльнулся Игорь Леонидович на том конце трубки.— Мне жаль вам это говорить, но вы с Холмогоровым — это мост в стабильное будущее Москвы. —Что уж, не льстите,— цокнула девушка языком, пока ее муж все также вопросительно смотрел на этот разговор, пытаясь развлечь хныкающего сына. —Ни в коем случае. Знаете, что произошло бы, если бы вы не вернулись? А я вам скажу — в Москве произошла бы кровавая резня огромнейших масштабов. И виной бы ей стал ваш брат и его закадычный друг, смекаете о чем я? —Нет, не смекаю. Они прекрасно ладили и без нас с Космосом. Говорите яснее или я положу трубку,— наглости ей было не занимать, однако терпение кареглазой действительно заканчивалось — если уж за ее возвращением стоит фсб, то пусть уж объяснятся или хотя бы скажут свои условия. Хватит ходить вокруг да около, что, черт возьми, они с мужем такого сделали? —Я забыл, что вы не промах, Анастасия Николаевна,— рассмеялся Введенский еще сильнее. —Ну?— лишь ответила ему Холмогорова. —Они такие спокойные, только лишь потому что работают на нас. Вы разве не догадались, что Каверин был взят под наше крыло лишь как противовес вашей преступной ОПГ? —О, не сомневайтесь, не взяли бы вы его под крыло, он бы все равно всех перерезал. —Все так. Только наша цель — не перерезать всех, а привести к миру. Каверин очень беспокоился, что без вас у Александра Николаевича сорвет крышу и он пустит пулю в лоб тому, кому давно хотел. А сам же Белов грезил тем, что его любимая сестра может вернуться обратно на пмж. Или по крайней мере делал вид. —Чем больше я здесь нахожусь, тем вероятнее, что эта пуля прилетит в меня, моего мужа или нашего сына!— взревела Настя и хлопнула по столу.—Я вам что, мать Тереза, чтобы всех спасать? Меня хоть раз кто-то спас? —Никто вас не тронет, Анастасия Николаевна,— видимо, Введенский понял, что дело не идет в нужное ему русло, поэтому его тон стал более суровым.—Пока Каверин работает на нас, вам ничего не грозит. —Что значит «пока»?! А потом? Вы прекрасно догадываетесь о причине моего переезда, но так нагло рушите мою жизнь! —«Пока» значит, что если он решит прекратить сотрудничество — пойдет в утиль.—Стальным голосом сказал мужчина.—И в ваших же интересах сделать так, чтобы это свершилось как можно скорее. Тогда уж никто не лишит вас мирной жизни. —Почему вы делаете всю грязную работу через других? Так боитесь замарать руки?—рявкнула кареглазая. —И да, и нет. Вы же сами сказали, что пошли на юриста, чтобы прикрывать жопы вашим неугомонным друзьям. Так вот, Анастасия Николаевна, пришло время выполнить обещание. —Я не давала согласия.— все также неприступно говорила Настя, зная, в какое болото ввяжется, если согласится. —У вас не особо-то и выбора. При попытке вылета из страны вас просто повяжут и осудят по всем самым страшным статьям, которые делали ваши друзья — убийство, торговля оружием… мне продолжать? —Как вам не стыдно вваливать такую ответственность на плечи хрупкой девушки?! —Ох, не прибедняйтесь,— видимо, Игорь Леонидович вновь почувствовал свою власть, отчего позволил себе издать короткий смешок.— Я же все про вас знаю. Сам видел вашу блестящую работу, которой, мягко говоря, был восхищен. Так филигранно обыграть невиновность друзей, которые среди других ОПГ выглядят как белые овечки, далеко не каждому человеку посильно. Поэтому вывести Каверина из игры будет легкой задачей. —Что, если я его сама убью?— закатила глаза Настя, а Космос поперхнулся от неожиданного вопроса жены. На секунду он подумал, что убить она должна его самого, а после подумал на ее брата. —Нет, увы и ах, вы далеко не догадываетесь, какие связи у Владимира с криминальным миром. На вас откроют такую охоту, что вы не сможете спрятаться даже в Испании. —А нас вас не откроют?— ухмыльнулась девушка, удивляясь всесильности ФСБ в нынешнем мире. —Не беспокойтесь, не откроют. Смертная казнь у нас хоть и находится под контролем, все же есть лазейки, чтобы ее устроить. Все будет по закону. —Интересно, что вы сделаете. Подбросите сфальсифицированные улики или еще чего? Вы же прекрасно понимаете, что Каверин лучше моего знает, что его ждёт после отказа сотрудничать с вами. —Не беспокойтесь, хоть он и предполагает, все равно находится в подвешенном состоянии. Я бы не тревожил вас, если бы полгода назад он не стал косвенно расспрашивать о том, как можно уйти от нашей защиты без серьезных последствий. —И вы, конечно же, сказали ему, что в случае прекращения сотрудничества, его ждет смертная казнь? —Вы уверены, что вообще знаете, как работает нынешнее фсб? Мы лишь предложили ему пару тысяч долларов, чтобы он оставил эти мысли ненадолго. А потом вызвали вас, чтобы доказать ему свою преданность и защиту. Но это я уже объяснил, да?— он поперхнулся, но как пришел в себя, добавил,— Он думает, что у нас с ним всё заключено на обоюдной основе и если ему перестанет быть выгодно помогать нам, он легко может соскочить. —Я в жизни не поверю, что он может быть таким идиотом, чтобы верить в эту чушь. —Поверьте на слово. В трудных ситуациях человек может поверить во что угодно. Ну так что, вы согласны? —У меня есть время подумать? —До утра. Это все, что я могу вам предложить. Но не надейтесь, что у вас есть выход. —Белов в курсе?— резко перебила девушка. —Вы же знаете ответ, зачем спрашивать? Чтобы расстроиться еще больше? Всего доброго, Анастасия Николаевна. Я позвоню вам утром,— он положил трубку, оставив девушку наедине с протяжными гудками. —Эй, ты чего?— взял ее руку Космос, серьезно беспокоясь за ее состояние. —Мы в полной жопе,— констатировала она, молча уставившись в одну точку. Из ее глаз прыснули слезы, но лицо так и оставалось каменным. У нее действительно не было никакого выбора. И даже если бы она не послушала Каверина тогда в Испании, ее бы все равно притащили в Москву, только уже использовав более изощренные методы. —Звонил начальник фбр,— говорила она стеклянным голосом,— нам нужно продумать план отказа Каверина в сотрудничестве с органами. —И какой срок?— видимо, Холмогоров уже смирился с тем, что жизнь будет трепать их еще невыносимо долго, поэтому едва удивился этой информации. —Он не сказал,— пожала она плечами, все также не показывая ни одной эмоции.—Но от этого зависит то, сможем ли мы вернуться домой. —Давай я его сам пристрелю?—предложил Холмогоров, но тут же вспомнил, что жена хотела сделать тоже самое. А ее, по всей видимости, отговорили. —Не получится. Тогда будем сидеть на нарах, а Ник…— заговорив о сыне, который смотрел на родителей, выпучив глаза, она не смогла сдержаться и громко всхлипнула,— его, скорее всего, отправят в детский дом. —Ну должен же быть выход! —Они не выпустят нас из страны, что бы мы не делали. Он коротко и четко сказал — есть отказ Каверина, значит есть и Испания. —И кто еще об этом знает?…— спросил Космос, но его резко отвлек звонок собственного телефона, — да? Иван Алексеевич, это вы? Нашли информацию? Собеседник что-то сказал, отчего мужчина стал выглядеть еще подавленнее. —Вы уверены? Может, он делал где-то за границей? Но и тут его огорчили. Закончив разговор и отложив телефон, он лишь тихо сказал жене: —Нет у него никакого абсцесса. Справка подделана. И тут же в голове сложились все пазлы. Белов лишь тянул время до открытый действий фсб. А его сестра — лишь расходный материал, который можно использовать и жить спокойно. И ни о какой братской любви речи не могло идти. Она для него — лишь попытка освободиться от оков, а не что-то родное. Нет у нее больше родственников со стороны Беловых.