Ты мой ангел.

Pov.Олег. - Мальчик мой, вставай, - слышу я и недовольно морщусь: что опять? Мне снился такой чудесный позитивный сон, просыпаться после которого мука истинная и раздражает меня все это очень не слабо. - Олег, просыпайся, любовь моя, пора, обязанности не ждут, - воркует Гена, и мне хочется немедленно удавиться. Ну, не верю я, не верю в то, что когда-то мог влюбиться вот в это, да и ещё и до такой степени, чтоб выйти за него замуж и жить счастливо уже 7 лет! Сколько мне лет, по-вашему? Впрочем, вставать все равно придется: от мужа не отвяжешься - на опыте проверено. Я встаю и направляюсь в ванную: хоть там от супружника отдохну. Он вообще очень навязчив: хоть дом у нас и не маленький - целых 4 этажа, но скрыться от Гены практически невозможно. Муж всегда рядом, постоянно рассказывает о нашей любви, помогает разобраться в рабочих вопросах, кормит поит едва ли не с ложечки, носит на руках в игровую, и уверяет, что от игрищ которые он устраивает я должен быть в совершеннейшем восторге, а я... Я испытываю лишь недоумение, граничащее с брезгливостью. Да серьезно? Вот это вот может кому-то нравиться? Как можно получать удовольствие от того, что тебя сначала хлещут какими-то жуткими прутьями на скамье, а потом на этой же скамье жёстко трахают, абсолютно не заботясь о состоянии поротой задницы. Неужели я мог быть таким извращенцем, что сам, сам! выбирал все эти плети, кнуты, распорки и кляпы? Я стонал на кресте от страсти, умоляя сечь меня сильнее? Ну, если это был я, то авария изменила мою личность полностью, а ведь большая психиатрия уверяет, что такое просто невозможно. Я устало вздыхаю и смотрю в зеркало. Оттуда на меня смотрит мальчишка, который уж никак не похож на саба, который приходит в восторг от всего, что делает его дом. Снова встаёт вопрос о возрасте. Вот реально сколько мне лет? Муженёк дорогой уверяет, что 25. Тогда почему по виду мне больше 17 и не дать? Мне показывали семейные альбомы, на фотографиях моя мать, которая якобы в 50 выглядела на 30. У меня хорошая генетика и никакой мистики - так уверяет Гена, вот только почему то мне упорно в это не верится. В принципе, со стороны моей жизни можно даже позавидовать: огромный дом, прекрасная непыльная работа, великолепный муж, одним словом - только плюсы и никаких минусов. Вот только дом свой я терпеть не могу, он кажется мне совершенно чужим. Я совсем недавно научился из спальни до кухни без карты, нарисованной мне мужем, доходить, а уж в туалет меня и вовсе долгое время на руках Гена носил. Кстати, о муже. Тут разговор особый и, если честно, совсем не весёлый. Гена меня и правда любит, это видно, такое не сыграть: он буквально молится на меня, целуя каждую просечку, каждый след от розги на моём теле, стоит на коленях, выцеловая и облизывая пальчики на моих ногах. Он носит меня на руках в спальню после каждой сессии, а потом долго гладит по голове и баюкает как маленького ребёнка... А я его ненавижу! И от этого мне ещё хуже. Мне рассказали, что я был проституткой, и муж буквально поднял меня с самых глубин социального дна. Я, по его рассказам, тогда разговаривал исключительно матом и даже не умел пользоваться ножом и вилкой, всё ложкой ел. А ещё принимал наркотики тяжёлые и, чтобы сделать из меня того, кем я являюсь сейчас, Гене пришлось сильно постараться. Но результат того стоит - так приговаривает он каждый раз, целуя меня на ночь. Может быть для него, но не для меня. Я думаю, что лучше бы я оставался проституткой, тогда всё было бы честно - продаёшь себя за деньги и не чувствуешь той пустоты и омерзения к себе, которые ощущаю сейчас я. Нет, моя нынешняя жизнь просто ужасна. Я опускаюсь в ванну и тяжело вздыхаю. Какой там сегодня день, четверг? Ох, нет! Придётся разбираться с обслугой, подбивать бухгалтерию и ублажать мужа - скучные обязанности главы большого дома. На работу мне сегодня не надо: журнал в печать ушёл вчера, теперь, по крайней мере, пару недель в издательстве можно не появляться, а потом всё пойдёт по кругу. К счастью, наш журнал не ежемесячный, выходят раз в квартал, но он настолько популярен, что его появления ждут и даже делают ставки на то, чьи фото украсят страницы следующего номера. Появиться на его страницах - большая честь любой бдсм-модели, а для меня это просто рутина. В каждом журнале центральный разворот занимают мои фото - я звезда, икона индустрии. За сессию со мной готовы платить любые суммы, но Гена на это никогда не соглашается: я его собственность, его маленькое сокровище, его супруг. Моюсь я быстро. Ну его, а то опять супружник причапает и в ванну ко мне полезет: он любит развлечения в воде, да-да, вон несколько прищепок для сосков так на тумбочке и валяются, и пара интересных пробок... С одной стороны съемки и все, что с ними связано, я ненавижу, но с другой - это позволяет хоть на некоторое время уехать из дому и избавиться от назойливого внимания супруга. А вот сегодня деваться мне некуда, придется целый день провести с Геной. Он писатель у нас, гуру тематического творчества - работает в жанре БДСМ эротики, его романы раскупаются миллионными тиражами. Ваяет свою нетленку он естественно дома. Наверное, надо поехать на шоппинг, мелькнула в голове спасительная мысль. Генасик, так иногда отчего то мне хочется называть супруга, шоппинг терпеть не может, но признаёт, я - лицо медийное, и обновки для меня - необходимая статья расходов, а потому никак в покупках не ограничивает. Решено, еду по магазинам: кстати, в любимый секс-шоп мужа как раз поступила новая коллекция, придется там как следует отовариться, так он отпустит меня охотнее. Надо идти подлизываться. Полчаса позора - и я свободен до вечера. Иду на кухню, не заморачиваясь одеждой, смысла нет - все равно придется раздеться. Гена, весело напевая себе что-то под нос, жарит блинчики, и я решаю, что лучшего времени подольститься просто нет. Медленно подхожу к нему и сразу опускаюсь на колени. После хорошего минета супруг мигом приходит в отличное настроение и может позволить мне все, многократно проверено. К счастью, он скорострел и к финалу приходит быстро. Результат достигнут - вон, едва ли не мурлыкает от восторга наш Казанова, счастливо потрясая жирами. - Ты великолепен, малыш, - щебечет он, скармливая мне блинчик со сгущенкой, - в такие моменты я готов подарить тебе целый мир. Тьфу ты, пакость какая! Во рту вдобавок к тухловато-рыбному вкусу спермы поселяется мерзкий привкус сгущенки, просто ненавижу ее, но счастливо улыбаюсь, демонстрируя восторг. Мир готов подарить? Этого то мне и надо. - Ну зачем мне мир, - глуповато улыбаясь, говорю я, - а вот на шоппинг скататься не помешает. - Тебе что-то нужно? Может быть, онлайн закажем? - предложил Гена. - Нет, - капризно протянул я, притягивая его к себе и награждая сладким поцелуем. - Хочу прошвырнуться по магазинам и накупить тебе подарочков. А то твоя детка совсем заскучала. Отпускать меня мужу явно не хотелось, но отказывать мне он не умел никогда, ни до аварии, как он уверяет, ни после. Надо накупить побольше всякой ерунды, с энтузиазмом подумал я, скоро ведь Хеллоуин. Хочется посмотреть на реакцию мужа, когда он найдет в постели огромного волосатого паука, например, или увидит утром на кухне смерть с косой, исполняющую его любимую песню. Приколюх сейчас в магазинах полно, только выбирай и плати. Праздники я люблю, в этом у меня не малейшего сомнения нет: украшать дом, придумывать забавные конкурсы, дарить подарки - это здорово. Через полчаса я, счастливый и красивый, похожий на ожившую картинку из модного журнала, выбежал из дома и сел в машину. Чувствую, меня ждёт хороший день, о том, что случится вечером, я думать не буду - это ведь будет потом.