Кварцева

Поглядываю на часы и томно вздыхаю, снова наклоняясь над расписанием экзаменов. Только три часа, до конца рабочего дня еще так долго ждать. Постоянные жалобы то преподавателей, то студентов, приближающаяся зимняя сессия. Все наваливалось как-то не вовремя. Вот не люблю предновогодние события, что для студентов стресс, что для преподавателей, и даже нам достаётся. Неожиданно в кабинет кто-то робко стучит и не дождавшись ответа, внутрь заходит моя девочка. Меняюсь в лице, отрываясь от документов и откладываю их в сторону. Маню девчонку двумя пальцами к себе и Миля, вздыхая, подходит ко мне, обходя стол. Явно пришла что-то просить или спрашивать, даже интересно, что на этот раз? — Екатерина Александровна, — Робко начинает она — меня Саша и Арина пригласили погулять, можно я схожу после пар? — Задумываюсь. Ясно, что она вряд ли мне изменит или куда-то сбежит, просто побоится, но все-таки мне это не нравится. Хлопаю ладонью по своему колену и взглядом показываю ей сесть. Она смущается, но выполняет, сейчас она послушная и я удовлетворенно киваю. — И куда вы пойдете, м? — Завожу ей волосы за ухо и прижимаю к себе. Она напрягается, но старается не показывать этого. — В парк, наверное. — Миля поворачивает ко мне голову и кротко целует в губы, видимо что бы задобрить, неужели не поняла, что меня этим не взять? — Не надолго. — Люблю ее наивный взгляд и эту какую-то игривость. — Я отпишусь сразу, как мы закончим. — Поднимаю бровь и смотрю на нее, разглядывая это личико. Надо же, уже выучила мои требования, говоря об их выполнении вперед меня. — Тогда дам тебе ключи. Я тоже задержусь. — Вижу, как она оживляется и поджимает губы, стараясь не улыбнуться слишком открыто. — Приведешь кого-то в квартиру, — Меняю тон на более строгий и смотрю на нее, протягивая связку ключей. — Накажу. А ты знаешь, что будет больно. — Она сглатывает, но выхватывает ключи и убирает их в карман штанов. — Спасибо. — Она на секунду задумывается и тут же выдает. — И я не думала о том, чтоб кого-то тащить вообще-то. — Эмилия закатывает глаза и я шлепаю ее по бедру, но не больно, хотя она прямо дернулась, видимо от неожиданности. — У меня сейчас пара начнется. — Миля пытается слезть с моих колен и я позволяю ей это сделать. — Юбку бы надела хоть раз, а то ходишь в чем попало. — Оглядываю ее, понимая, что приставать к ней в юбке было бы намного удобнее. — Думаю, что куплю тебе парочку на свой вкус. — Ну, вы же в брюках ходите постоянно, почему я не могу ходить в штанах? — Протягивает она и тут же выходит, даже не дождавшись моего ответа. Она знает, что получила бы сейчас за это, поэтому и выскочила, но ничего, домой-то все равно придет, там и посмотрим на ее смелость. Задержусь… Да, только не на работе и не на прогулке с друзьями, как моя девочка. Спустя столько времени она не выходит из головы. Никогда бы не подумала, что меня может потянуть на девушку, и так имея у себя Милю. Тот поцелуй в коридоре, я сделала это только для того, что бы отомстить ей за ее чрезмерное любопытство и болтливость, но как же меня возбуждало ее непонимание и ненависть ко мне за этот поступок. Я часто представляла, как имела бы ее, как она сопротивляется и просит отпустить. Эта Леа просто запала в душу и отыметь ее стало делом принципа. Я не собиралась строить никаких отношений, как-то продолжать с ней общение, просто один секс. Беру кружку с недавно заваренным чаем и делаю глоток. План был простой, пришел он сам собой, осталось только его реализовать, чем я и занялась в данный момент. Вбиваю в интернете больницу где работает Леа и сразу нахожу номер регистратуры. Открыв телефон и провисев на ожидании минут десять, мне наконец-то ответила какая-то девушка с достаточно неприятным скрипучим голосом: — Регистратура. Анна вас слушает. — Ей прямо не подходит это имя, если сопоставить с голосом. — Здравствуйте, мне нужно записаться к Кернер Лее Константиновне. — Да, конечно. Вам на какую дату? — А на сегодня есть? — Да. Но только два времени. Через час и последний час приема врача. Это будет в шесть. — Какая же удача, это просто прекрасно записаться на конец ее рабочего дня, значит времени у нас будет предостаточно. — На шесть тогда, пожалуйста. — Будьте добры, назовите вашу фамилию. — На секунду задумываюсь. Вроде бы Леа не знает мою фамилию, с другой стороны Агата могла сказать. Хотя, какая ей разница? Не убежит же она с работы, да и кажется мне, что наоборот, воспримет это, как прекрасный вариант отомстить мне. — Кварцева. — При себе иметь паспорт и полис. — Сказала Анна стандартную фразу и попрощавшись я сбросила трубку. Миля отдохнет с друзьями, а я отдохну, исполнив то, что так давно хотела. Надеюсь, что у Леи сейчас нет месячных, иначе это будет просто полный пролет. Стучу ногтями по столу и задумываюсь о том, что надо бы сходить на маникюр, а то ногти уже достаточно отросли. Снова сделав глоток чая, приступаю к работе, заполняя бланки с расписанием экзаменов. Надо все составить так, что бы было достаточно времени на проверку, так же на подачу апелляций и, разумеется, пересдач. Прошло, наверное полчаса, может минут сорок, но телефон вдруг начал вибрировать, показывая звонок и бросив взгляд на абонента, я даже перестала писать. Откладываю ручку в сторону и выдыхаю, стараясь успокоится. Можно было бы просто сбросить или проигнорировать, но делать это на протяжении двух недель беспрерывных звонков каждый день, весьма проблематично. Беру телефон в руки и скрипя зубами, нажимаю на зеленую кнопку принятия вызова. — Да, мам. — Откидываюсь на стуле, ожидая ответа. — Катя, наконец-то. — Послышалось на другом конце. — Ты почему не отвечала такое долгое время? Что-то случилось? Зачем заставляешь меня волноваться? — Слишком много вопросов, даже убираю трубку от уха, что бы не слышать хотя бы половину. — Все в порядке. Просто я постоянно работаю, ты же знаешь. — Вздыхаю и снова беру кружку с чаем. — Катя, ответь мне, только не сбрасывай. — Напрягаюсь и уже готова нажать на сброс, хотя вопрос еще даже не прозвучал. — Ты нашла себе мужчину? — Закатываю глаза и сжимаю телефон в руке. — Мам, мы сто раз… — Она перебивает меня и продолжает. — Катя, Катя, я хочу внуков! Или хотя бы зятя. Как уехала в свою Москву, так и не звонишь, не пишешь, никакой связи с тобой. — Ухмыляюсь. Поэтому и уехала. — Катенька, я очень тебя прошу, ну не расстраивай ты меня. Я же тебя одна растила. — Опять начинается это давление на жалость. — Неужели так сложно маму отблагодарить? — За что? За испорченную психику? А деньги спущенные на психолога тоже она мне вернет? — Ты же у меня красивая выросла, вытянулась так. Ну, не может быть, чтоб не один нормальный мужик в твою сторону не посмотрел. — Может и посмотрел. И не один, но мне не интересен брак, мне не нужны дети. Я люблю работу и мне этого достаточно. А еще у меня есть моя Эмилия. — Мам. — Резко обрываю ее и на том конце повисает тишина. — Я тебе сто раз говорила, что не хочу замуж. И детей тоже не будет. И даже если бы я и родила, то никогда бы тебе их не дала даже на день. — Может и грубо, но может она наконец-то от меня отстанет? В прошлый раз после грубого ответа она не звонила мне полгода. — Ты бесчувственная и жестокая сволочь. — Киваю в такт словам моей матери и ухмыляюсь. Наконец-то она показывает себя такой, какой является на самом деле, а то это притворство мне даже надоело, стало казаться, что она не выйдет из себя и не снимет маску доброй матери. — Неблагодарная скотина. Растила тебя, сука, от сердца последний кусок отрывала, ради того, чтоб родную кровиночку на ноги поставить, а ты? — А я не оправдала надежд. Свалила в другой город от родной матери и не хочу выполнять ее хотелки. — Делаю еще один глоток чая и улыбаюсь, слыша, как тяжело она дышит. — Сука, какая ты все-таки сволочь. Я всегда знала, что правильно делала, когда била тебя, как сидорову козу, но видимо надо было больше. — Сглатываю, вспоминая это время. В голове мелькают воспоминания и я ставлю кружку на стол с громким стуком.

***

— Легла. — Раздается грозный голос мамы, эхом отражающийся от стен этого злощастного сарая. — Быстро, я сказала! — Вздрагиваю и стянув с себя маечку, ложусь вдоль лавки, закрывая от страха глаза. Прошлые шрамы никуда не делись и даже не до конца зажили. Слышу, как она проходится от одной стены к другой, шаркая сеном под ногами. Этот сарай существовал именно по прихоти моей матери, он никогда не служил для хранения каких-то припасов или еды для скотины, а был для меня чем-то вроде темницы. Тут меня обычно запирали на ночь в наказание, даже зимой. Помню, что так подхватила менингит и мама наказала меня и за это. — Сволочь такая. — Я знаю, что именно с этой фразой мама взяла в руки несколько прутьев и рассекая воздух, подошла ко мне. — Ну, ничего, выбью из тебя всю дурь. — Она говорила так каждый раз перед началом исполнения приговора. Она полосовала меня до изнеможения, когда я уже не могла кричать и плакать. Казалось, что к этой боли привыкнуть невозможно. Особенно, когда мать наказывала меня спустя незначительное время после прошлого раза, перекрывая прошлые шрамы новыми рубцами. Спина, ягодицы, голени: все было в крови. — Поднимайся и убирай то, что сделала! Немедленно! — Иногда матери просто сносило крышу и тогда она не контролировала себя даже после исполнения основного наказания. Она хватает меня за волосы и выволакивает из сарая, втаскивая в дом и кидая прямо на осколки кружки. Чувствую, как мелкие осколочки впиваются в колени и ладони, но отползаю немного в сторону и начинаю собирать все в ладошки. — Быстрее шевелись. — Мама подходит и мне прилетает ее ботинком по лицу, да так, что осколки, которые я успела собрать, просто разлетаются в разные стороны комнаты. Сердце пропускает удар и я резко бегу, собирая их по пути, пока снова не получила от матери. Все собрав, стою с этим в ладонях и боюсь посмотреть на маму, которая выжидающе смотрит на меня и зло выдохнув подходит ближе, хватая меня за ухо. — Что ты стоишь? В мусорку выкидывай, скотина. — Подбегаю к мусорному мешку и скидываю туда все, отряхивая ладони и замечая, как они блестят от стекла. Она наказывала меня за каждую провинность, не слушая никаких оправданий. Она могла избить меня даже если у нее просто было плохое настроение. Любые ошибки в домашнем задании карались ударами по лицу или головой об стол. Я училась на пятерки, но ей всегда было этого мало, она хотела большего. Видеть во мне идеал, поэтому и стала присматривать лучший вуз в который я должна была поступить. Я должна была отчитываться ей о всех своих действиях до гребанного пятого курса, приезжать тогда, когда она прикажет. Я была зависима от нее, зависима материально, поэтому всегда искала способ заработать деньги. Для меня важна была каждая копейка и когда я наконец смогла обеспечивать себя и снимать, хоть дешевую, но квартиру, я порвала с ней все связи, вычеркнув из жизни. Я поклялась, что даже если буду на самом дне, я никогда не обращусь к ней за помощью, никогда не вернусь назад домой, никогда так не унижусь и не опущу себя. Я не хочу даже видеть ее, видеть в своей жизни, как ее элемент. Она для меня никто и вряд ли когда-то сможет вернуть свою роль родного человека.

***

— Очень рада была тебя слышать, мама. — Пытаюсь вырваться из пелены окутавших воспоминаний. — Не жди в ближайшее время. — Она что-то хотела мне сказать на это, но я сбросила. Давно бы добавить этот номер в черный список, но все эти звонки меня иногда очень смешили тем, что теперь я свободна. Они вселяли уверенность о моей неприкосновенности и безопасности. С трудом дождавшись пяти тридцати, я собралась и вышла из здания университета. Миля, скорее всего, уже где-то шатается со своими друзьяшками, а я, сев в машину, направилась в больницу. В принципе, стандартное белое здание, с достаточно хорошим ремонтом внутри. Пройдя весь круг ада с заполнением какого-то бланка в регистратуре и поиском бахил, я наконец-то стояла у двери с надписью «Гинеколог». Даже не вериться, что здесь была моя девочка и восстанавливала девственность. Только ухмыляюсь и постучав, открываю дверь, проходя внутрь. — Добрый вечер, присаживайтесь. — Говорит Леа, не отрываясь от компьютера. — Добрый. — Как только я это произнесла, тут же она поднимает глаза и замечая меня, сжимает руки в кулаки. — Это вы? — Она встает из-за стола и осматривает меня сверху вниз, не скрывая удивления и какой-то неприязни. — Надо же, какая встреча. Ваша шлюха вас чем-то заразила? — Как же я скучала по этому бойкому голосу. — Нет, милая. — Ставлю сумку на стул и подхожу к ней вплотную, опускаю руку на талию, видя, как ей сразу стало некомфортно. — Эй, только без рук, я вообще-то врач, а вы — Она тыкает мне в грудь пальцем — пациент. И не важно, что мы знакомы. Я вообще вас больше и видеть не желаю после того раза. И не надо обращаться ко мне так, я вообще-то тоже взрослая. — Ухмыляюсь от ее слов и провожу ногтями по спине, обхватив ее со спины. — Какого раза? У нас ничего и не было тогда. — Она пытается вырваться, но только смешит меня этим. — Так, краткий поцелуй, да и только. — Хватит! — Она топает ногой, стараясь наступить мне на ногу, но я уворачиваюсь и заломав ей руки за спину, прижимаю к стене. — Ну, ну. — Она сопротивляется и пытается ногами оттолкнуть меня. — Тише, тише, милая. — Тянусь рукой к сумке и достаю веревку и кляп. Тут же переворачиваю ее лицом ко мне, но все еще удерживаю прижатой к стене и показываю ей то, что достала. — Будешь по хорошему или мне придется применять это? — Киваю на веревку. — Вы адекватная? Вам своей шлю… — Она зло сверкает глазами, видимо все-таки немного понимая свое положение. — Своей Эмилии не хватает? Я нормальная, если вы не заметили! Нормальная! Не радужная или еще там какая-то. — Ну, тише, не кричи так. Нам лишнее внимание ни к чему. — Кидаю веревку на пол и оставляю в руках только кляп на который пристально смотрит Леа. — Я закричу и мне хватит несколько секунд, что бы привлечь кого-нибуть из персонала. — Она снова пытается выбраться и лягнуть меня, но я ударяю ее по бедру и она зло смотрит на меня. — Закричишь? — Поднимаю бровь и с усмешкой смотрю на нее. — Неужели ты так хочешь, что бы твоя сестра лишилась работы? — Она замирает и меняется в лице. — А потом ее не найдет вовсе. — Бля, только не это. Этот шантаж. Я его, кстати, ожидала. — Она закатила глаза. — Я вообще мечтаю, чтоб Агата съехала и жила самостоятельно со своими бабами. А если вы ее уволите, то что ей делать? Вы хоть думали что жизнь сломаете? И не только ей, а в первую очередь мне. Будет жить со мной… — Леа так грустно это сказала, что было ощущение, что я уже уволила Агату. — Это квартира оформлена на тебя? — Она косо поглядывает на кляп в моей руке и надувает губы. — Если вы так много про меня до этого знали, разве это не смотрели? — Опять бью ее по бедру и она морщится от боли. — Ну, да, и что? — Леа снова пытается выбраться, но я только сильнее скручиваю ей руки. — Эй, да полегче, мне больно! — Так что? Кричать планируешь? — Она зло смотрит на меня, но я вижу, что она сомневается и уверенность покидает ее на глазах. — Вот и умничка. Осматриваю кабинет и понимаю, что кресло находиться за ширмой и все интересное, с чем можно поразвлекаться, тоже там. — Не надо, ну блин, я же ничего вам не сделала. — Мне начинает прямо надоедать ее длинный язык. — Я не могу с женщиной, как вы не понимаете, мне это противно! — Капризничает она, надувая губы. — Давай-ка, милая, на кресло ложись. — Она широко открывает глаза и смотрит на меня с явным страхом. — Что такое? Почувствуешь себя на месте пациентов. — Нет! Не, я туда не сяду. — Она опять перешла на повышенные тона и я со вздохом, резко вставляю ее в рот кляп. Она даже не успела плотно сомкнуть челюсть. — М-м-м. — Леа недовольно мычит, а я, заламывая ей руки и нагибая к полу, подвожу к креслу и толкаю ее, показывая, чтобы та села. — Ну, давай. — Верчу в одной руке веревку, попутно поднятую с пола и смотрю на ее испуганные глазки, бегающие туда-сюда по кабинету, но пытающиеся избежать встречи с креслом. — Ты с ним каждый день видишься. Принимаешь кучу пациентов, так неужели страшно лечь самой? — М-м-м. — Она явно пытается что-то сказать и, кажется мне, что это маты. Разворачиваю ее спиной и насильно усаживаю в кресло. Девчонка сильно сопротивляется, после Эмилии эта прямо очень сильная, но я срываю с нее брюки, оставляя в кофте и медицинском халате и валю на кресло, параллельно ударив по лицу, что бы она хоть на секунду успокоилась. — Тише, тише. — Кладу ее ногу на одну из подложек и привязываю, туго затягивая узлы, но так как мои руки заняты этим, она успевает вытащить кляп изо рта и начать колотить меня по спине и рукам. — Не надо! Нет! — Мельком смотрю в ее сторону, думая, что она плачет, но у нее ни слезинки, только страх. — Екатерина… как вас там? — Снова ударяю ее по лицу и тут же впиваюсь в губы. — Она пытается дотянуться до узлов и развязать их, но я тут же пресекаю это попытку, схватив ее руки и удерживая их над ее головой. — Милая моя, хватит сопротивляться. Я же говорю, что все равно получу то, что хочу, иначе твоя сестра лишиться работы. — Она на минуту затихает и я, пользуясь моментом, привязываю ее вторую ногу. — Не надо мне эту хрень в рот пихать. — Она берет кляп и выкидывает его за ширму. — Я не буду кричать. — Сказала она каким-то поникшим голосом. — Сука. — Только ухмыляюсь. — А сопротивляться тоже престанешь? — Она тяжело дышит, видимо уже устала, да и честно говоря, я тоже немного. Выхожу из-за ширмы и беру свою сумку, тут же возвращаясь к Лее, которая тщетно пытается выбраться, развязывая узлы. — Эээ… — Леа тут же падает обратно на кресло, но я только ухмыляюсь и вытаскиваю из сумки вторую веревку. Вообще, их у меня три, так как я планировала на ноги использовать по две, но так вышло, что завязала с помощью только одной. — Милая моя, ну не будь непослушной девочкой. — Вижу, как ее прямо скривило от этого обращения. Хватаю ее за руки и обходя кресло, привязываю их сзади, скрепив вместе. — Вам вообще нормально будет трахать бревно? — Не перестает возмущается Леа и дергает руками, видимо проверяя прочность связывания. — Я тут не пошевелиться, ничего сделать не могу, только говорить. — И на этом спасибо должна сказать, в принципе, могу засунуть кляп обратно. — Рассматриваю стол рядом с креслом и стеклянные шкафчики. — У тебя прямо какая-то коллекция гинекологических стекол. — Беру то, что лежало на столе и слышу странный вздох со стороны Леи. — Вы же не будете в меня это пихать? — Она прямо задергалась на стуле от нервов, я же улыбаюсь и подхожу к ней, проводя рукой по бедру. — А можно не молчать? Мне ваши действия в корне неприятны. — Закатываю глаза и отодвигаю ее нижнее белье, заставляя Лею взвизгнуть и залиться краской. — Спокойно, милая. Я еще ничего не сделала. — Провожу рукой по ее половым губам и медленно проникаю одним пальцем. — Сколько у тебя было половых партнеров? — Она сжимает зубы и посматривает на зеркало в моей руке. — Я не шлюха, в отличии от вашей Эмилии и видимо вас. — Резко вставляю в нее второй палец, чувствуя, какая она узкая и тугая. — Ай! Один! — Она откидывает голову назад и старается вжаться в кресло. — И как же давно у тебя был последний половой акт? — Начинаю медленно входить и выходить из нее. — Вы решили поиграть во врача гинеколога? Что за вопросы? — Леа поднимает голову и зло смотрит на меня. — Не помню. Давно. — Только ухмыляюсь. Понятно, что у нее и вправду был всего один партнер и скорее всего после лишения девственности у нее был максимум один раз. — Ну, что ж. — Слышу, как Леа начинает чаще дышать. Ей приятно и я это чувствую, хотя она пытается это скрыть, явно не ожидая такого предательства от своего тела. — Растянем тебя тогда, а потом продолжим, да, милая? — Ускоряю темп и поглаживаю круговыми движениями клитор. — Да… — Тихо шепчет Леа и я вижу, как она прикусывает губы и двигается мне навстречу. Еще пара минут таких интенсивных толчков и она со стоном кончает, откинув голову назад в этом кресле. — Понравилось? — Зеркало все еще покоится у меня в руке. — Ты прямо вся течешь. — Ну, пиздец. — Выдает Леа и я не раздумывая, бью ее по губам. — Да, блин. Какой кошмар. — Она поворачивает голову из стороны в сторону, будто пытаясь понять что произошло. — Кончить от рук женщины, еще и застонать при этом. — Усмехаюсь и глажу ее по бедру. — Нет, ну, как? Как я могла? Вообще позволить себе расслабиться, сидя привязанной на этом кресле. — Лея тарахтела, не замолкая, мне буквально казалось, что она озвучивает все свои мысли. — Видишь, не так плохо побыть радужной. — Она зло смотрит на меня и я тут же приставляю зеркало к ее промежности. — Расслабься. — Э, нет! — Она начинает дергаться, но я стараюсь медленно ввести зеркало, не смотря на ее попытки помешать мне. — Хотя бы смазку возьмите. — Застонала Леа и я увидела на столе тюбик. — Это зеркало слишком большое для меня, у меня есть меньше. Зачем вообще в меня что-то пихать? Ай! — Зеркало вошло и без дополнительной смазки, у Леи было достаточно своей. — Вот так. — Смотрю на ее перепуганное личико и ухмыляюсь. Сейчас я растяну ее и мы сможем продолжить кое с чем еще. Все-таки предусмотрительность никогда не помешает, поэтому в моей сумке в данный момент был буквально секс шоп с разделом БДСМ. — И зачем это? В чем вам кайф вообще кого-то иметь? Вот объясните. — Затыкаю ее поцелуем и она недовольно мычит мне в губы. — Такая сладкая. — Облизываю свои губы и чувствую какой-то странный привкус. — Блеск с вишневым вкусом. — Бросает она и посматривает за рукоятью от зеркала, торчащую из ее промежности. — Вы не ответили. Вы же не получаете удовольствия? Тогда в чем смысл? — Ты сейчас договоришься и я заставлю тебя себе отлизать. — Леа поднимает брови и кривится. — Я получаю удовольствие от доминирования и власти. А ты видимо очень хочешь, что бы я наконец-то раскрыла зеркало, да? — Нет! — Она взвизгивает и чуть не плачет, когда я начинаю нажимать на рукоятки, сводя их вместе, тем самым раскрывая зеркало внутри Леи. — М-м-м. — Она запрокидывает голову и я вижу, как ей неприятно и видимо даже больно. — Не надо… — Леа, я сейчас это делаю тебе во благо, потому что чуть позже я поимею тебя страпоном и не хочу, что бы тут кричала от боли. — Достаю из сумки страпон и показываю ей в подтверждение своих слов. — Не надо им. — Леа как-то бледнеет. — Он огромный. — Она все еще ерзает на стуле, видимо не могла привыкнуть к зеркалу, раскрытому внутри. — Ты же у нас гетеро, вот, это обычный мужской член. Что-то не так? — Она как-то поникает и качает головой. Еще минут пять я ждала пока Леа привыкнет к зеркалу, а после стала открывать и закрывать его, от чего лея пищала и кричала, прося больше так не делать. Достав зеркало, послышался вздох облегчения со стороны девушки и я только ухмыляюсь, понимая, что ее ждет дальше. — Может все-таки не надо? Я устала и мне домой пора. — Ныла Леа, пока я крепила страпон за ремни к себе. — А вам не надо к этой своей? Эмилии? Идите и трахайте ее этой штукой, а не меня. — Я сейчас тебе кляп вставлю, если не прекратишь. — Леа поджимает губы и вздыхает. Видимо перспектива быть во рту с кляпом ей вообще не нравилась. — Расслабься и глубоко дыши, я постараюсь сделать тебе приятно. Приставляю страпон к ее промежности, предварительно смазав смазкой и за одно движение вхожу полностью. Он буквально скользнул в растянутую Лею и она вздрогнула, вся сжавшись на кресле. Смотрю за ее реакцией и спустя минуту начинаю медленно входить и выходить из нее. — М-м-м. — Леа только мычала, но пока не говорила. — Все. Не надо больше. — Видимо никакого удовольствия она вообще не чувствовала. — Не надо. Хватит. — Решаюсь и вставляю ей в анал два пальца. Она вздрагивает и сжимается. — А в задницу зачем? Это вообще перебор! — Ритмично двигаю и там, и там, а Леа только скулит и постоянно крутит головой, будто стараясь найти спасение. — Больно? — Ускоряюсь и Леа прямо вскрикивает и я вижу, как по ее лицу потекли слезы. Как же мне везет на узких. Закатываю глаза и понимая, что ничего толкового из этого не получится, выхожу из нее и снимаю страпон. — Все? — Леа сказала это таким голосом, как будто закончились ее страдания в аду. — Наконец-то! Господи, я думала, что я умру. — А как ты собираешься с мужчиной сексом заниматься? — Отвязываю ей руки и она сразу сводит их у груди, разминая плечи. — М? — Я… — Леа как-то мнется и ждет когда я освобожу ей ноги. — Наверное мне нужен парень с маленьким членом. — Улыбаюсь, а она смотрит на меня на полном серьезе. — А че? У каждого свои требования. — Она спрыгивает с кресла и едва не падает, видимо от слабости. — Ноги затекли, блин, не могли аккуратнее привязывать? — Шлепаю ее по заднице и она обижено фыркает. — Но ты все равно кончила в начале, помни об этом. — Леа зло смотрит на меня, надевая штаны. — От женщины. От лесбийского секса. — Мне нравится наблюдать за ее реакцией, она зло сдёргивает халат и вешает на вешалку. — Просто у меня давно этого не было, иначе бы мое тело даже не подумало бы откликаться на ласки женщины. — Последнее слово она сказала так, будто сама ей не является. — Отвезти тебя домой? — Спрашиваю, а сама собираю все, что использовала обратно в сумку. — А вы что? Таксистом решили вдруг поработать? И сколько с меня? — Леа берет ключи от кабинета и кивает на выход. — Столько же, сколько и с меня за секс с тобой. — Ухмыляюсь, а она прямо вскипает от злости. — Я не шлюха! Вы меня просто использовали, шантажируя работой сестры. — Ну, может и так, в любом случае я чувствовала удовлетворение. Я взяла ее, поимела так, как хотела. Как настоящую шлюху. Мою шлюху. После того, как Леа сдала ключи на вахту, я взяла ее за руку и подвела к машине. — Можно было меня не трогать хотя бы по пути? — Она села на переднее сиденье и пристегнулась. — Не бойся, трогать больше не буду. — Вижу, как она не верит и старается прижаться к двери, подальше от меня. Доехали мы в течении пятнадцати минут, все это время я правда не трогала Лею, даже воздержалась от того, что бы положить руку ей на бедро. Наверное, как только приеду, надо будет сразу принять душ, а то как-то некрасиво получится перед Милей. Я не считаю это изменой, это просто секс на одну ночь. Или час. Даже интересно, сколько сейчас времени, как-то не посмотрела. — Ну, вот и приехали. — Я снова оказалась у этой девятиэтажки. Спустя почти два месяца. — Спасибо, хотя вообще, не за что вам его говорить. — Леа собирается выйти, но я блокирую дверцы. Она поворачивается ко мне и я резко впиваюсь на прощанье ей в губы. — М-м-м. — Она недовольно мычит и бьет меня по спине. — Вот теперь выходи. — Сказала я, как только разъединила поцелуй. Она тут же вылетает из машины и показывает мне фак. — Ненавижу вас! — Леа хлопает дверью и тяжело идя, толи из-за снега, то ли из-за недавнего секса, пробирается к подъезду. Я же достаю сигарету и закуриваю, выпуская дым в окно. Ни о чем не жалею. На душе спокойно и я отъезжаю с парковки, выезжая на подсвеченную фонарями трассу ночного города.