Плата за запретные чувства

Очнулся Тоша уже в палате. В ней были две кровати, одна на которой лежал Антон, и вторая, на которой сидела какая-то девочка, по виду его ровесница. Она была явно опечалена своим присутствием здесь, и смотрела пустым взглядом на свои колени, когда же та заметила, что её новый сосед по палате очнулся, подняла взгляд на него. — Оу, ты уже проснулся?.. Рада за тебя, надеюсь голова не сильно болит? — Девочка была довольно милой. Русые волосы по плечи. Чёлка шторкой, нависающая над серо-голубыми глазами, которые немного скрывали очки, прям почти такие же, как и у Антона, только форма была несколько другой. Мягкие черты лица, которое украшала милая, хоть и унылая, улыбка. Тощее телосложение, явно последствие прибывания долгое время в этом ужасном месте. Одета та была в белый комплект одежды, состоящий из футболки и штанов, по видимому, это была больничная одежда, которую ещё не выдали Петрову. Мальчик с трудом поднялся. Голова кружилась, а в теле была ужасная слабость. Тоша, мыча, потёр голову и сфокусировал свой взгляд на собеседнице. — Где я?.. — Хрипло спросил тот, ослабшим голосом. Девочка с сочувствием взглянула на подростка. — Ты в больнице для ну… — Отвела взгляд. — Тех, кто нетрадиционной сексуальной ориентации. Сюда попадают все, кто любит свой пол, то есть мальчик — мальчиков, девочка — девочек. — Со вздохом ответила та. — И, видимо, ты здесь на долго. -Аа. — Блондин вспомнил всё, что произошло, и на него накатила тяжелая волна безысходности. Он ведь даже не успел попрощаться с Ромой и теперь они больше не увидеться… Он взялся обеими руками за голову. Она жутко болела, ещё и во рту пересохло. Девочка взяла с тумбочки бутылку воды, и подойдя, протянула её Антону. — Держи, это поможет с болью. Мальчик взял бутылку и стал жадно её опустошать. С каждым глоткой заветной жидкости, становилось чуть легче. — Меня кстати Даша зовут, а тебя? — Представилась Даша, забирая бутылку обратно. — Спасибо. Меня Антон. — После воды стало немного легче. Голос был уже не такой хриплый, а головокружение стало постепенно уходить. — Извини за вопрос, а расскажешь, как ты сюда попала? Даша присела рядом с Антоном. — Приятно познакомиться, Антон. — Она кивнула на его вопрос. — Я влюбилась в свою одноклассницу. Роза. Мы провстречались с ней пол года, после чего я решилась рассказать матери… — Печально отвела взгляд. — Она не поняла. Ну и через пару дней попала сюда. А ты как? Петров тяжко вздохнул. — Печально. А я влюбился в одноклассника… — Мальчик рассказал свою историю. Тут открылась входная дверь. Строгий голос объявил. — «Идём на ужин!» Это была медсестра — Светлана Владимировна. Строгая, вечно всем недовольная женщина. У неё были чёрные волосы, заколотые в пучок. Болотного цвета глаза, со строго нависшими над ними бровями. Одета та была в больничный халат. Сразу после сказанной ей фразой, женщина захлопнула дверь, идя, по видимому, созывать остальных пациентов. Девочка взглянула, как та ушла, шепнула Антону. — Это Светлана Владимировна. С ней лучше не спорить, а то будут проблемы. Пошли. — Она подошла к выходу, глазами показывая типо: «Иди за мой», после чего вышла в коридор. Антон кивнул и направился в след за ней. Коридор больницы был длинный, скучный, не несущий в себе никакой весёлой атмосферы. Он был обшарпанный, палаты выгляди чуть получше, на его фоне. Мальчик и девочка завернули за угол и их взору открылась большая комната — столовая. Все были рассажены за столами по рядам, мальчики и девочки сидели друг на против друга. Некоторые подходили к окошку, где выдавали еду поварихи. Даша взглянула на Тоху. — Я потом тебе всё расскажу об этой больнице, где что находится. — Хорошо, спасибо. — Беловолосый попытался улыбнуться, хотя ему было совсем не весело. Девочка подошла к оконцу и взяла свою порцию, Антон последовал её примеру. Это были макароны трубки. Вскоре они уже сидели за своим столом. Аппетита у Тоши совсем не было, наверное из-за сильного стресса, да и качество еды не играло на руку. Хотелось рыдать, но Тошик из-за всех сил задерживался. Даша же это заметила и шепнула на ухо. — Пожалуйста, не плачь здесь, сдерживайся, а то хуже будет от мед. коллектива Антон кивнул и продолжил пытаться впихивать в себя еду, ведь возможно так эта проклятая слабость уйдёт. После трапезы ребята направились в свою палату, но Антона остановила медсестра. — Петров! — Женщина быстрым шагом подошла в сторону мальчика. — Так, ты у вас новенький? Идём за мной, заберёшь свой комплект одежды и постельное бельё. Тоша покорно отправился за ней. Они прошли в конце коридора, завернули на лево и зашли в небольшую комнатуку. Там стояла полка на которой лежали свёрнутые вещи, которые назвала Светлана Владимировна. На верхних — одежда, на нижних — постельное бельё. Женщина взяла всё по одному и протянула мальчику. — Вот, держи и иди быстрее в палату, через 15 минут отбой. Застелешь кровать, переоденешься и спать. Антон лишь кивнул, и взяв вещи направился обратно к своей новой подруге. Светлана Владимировна и в правду была не особо приятной с первых секунд знакомства. Та всегда говорила на повышенных тонах, недовольным голосом, от чего становилось не приятно. — Ох, ты уже вернулся, приветик. — Поприветствовала его Даша. В отличии от медсестры у неё был мягкий и приятный голос. Как тёплый чай, на фоне сильно газированного напитка. — Да, мне выдали одежду и постельное бельё. — Ответил Петров, хотя сам понимал, что это очевидно. — Мхихи, я поняла, в таком случае, пока ты будешь переодеваться, я выйду. — Конечно хоть им обоим и нравился свой пол, вряд-ли кому-нибудь будет приятно переодеваться при другом, тем более мало знакомом, человеке. Тоша быстренько натянул на себя больничную одежду и застрелил кровать, затем сказал соседке, что та может входить назад. -Такс, стоило бы тебе объяснить, для начала, хотя бы примерные правила. — Начала девочка, присаживаясь на своё место. — Сегодня ты уже не успел, но завтра, после завтрака, мы идём в комнату, которая называется игровая. Находится там не обязательно, но там есть телевизор, книги, пазлы и т.д, так что там будет не так скучно. Здесь запрещено, по большей части, контактировать с людьми своего пола, так что лучше не пытаться подружиться с мальчиками. По вторникам, четвергам и пятницам у нас проходит, так называемые, «процедуры излечения», а именно нас отводят в подобие мини кинотеатра, включают.кхм.порно и заставляют целоваться, естественно с противоположным полом. После ведут к психиатру, который проверяет тебя на наличие твоей «исправности». — Чем дальше дальше девочка рассказывала об этих процедурах, тем более агрессивнее и саркастически становилась её интонация. Но после она выдохнула и успокоилась. — Прости, просто вымораживает от них. Антон слушал это и омерзение к этому месту у него всё росло. Почему? Почему взрослые не могут понять своих детей, принять их такими, какими они есть, а вместе этот закрывают в подобных местах, напрочь руша их психическое здоровье? Этими вопросами задавался Петров, но это было ещё не всё рассказанное соседкой. — Так же на счёт слёз… — Продолжила та. — Здесь лучше вообще не плакать. За истерики или бунтарство тебя могут побить, привязать к кровати и заколотить сильными успокоительными, так что лучше не рисковать. Пожалуй, на этом всё основное рассказано. Если появятся ещё какие-нибудь вопросы или же понадобится помощь, то обращайся, я всегда рада помочь. — Девочка мило улыбнулась. — Мда…не легко здесь будет. Ну. спасибо тебе за то, что помогаешь мне. — Тошик устало сел на кровать, облокотившись о стену. — Да пустяки. Я же знаю какого это, понимаю, как тебе сейчас тяжело, поэтому хочу, чтобы тебе было хоть капельку комфортнее. Ну ладненько. — Даша хлопнула ладошками. — Сейчас отбой будет, так что давай ложиться. — Хорошо, спокойной ночи, в таком случае. — Антону было приятна такая опора. От помощи соседки ему действительно чуть проще всё переживать. И может теперь у него будет подруга. — Спокойной, Антош. — Сказала девочка, выключая свет в палате.