lumen meum?

то был прекрасный вечер очередного тусклого дня. но почему же тусклого? после сговора с флоренс и другими работниками лаборатории феликс изъял со всего этажа все мыло, уже в ожидании разгневанного беннетта. ждать долго не пришлось. он пришел. бесцеремонно ввалившись в кабинет хониккера, тот начал диалог с возмущений: — феликс, куда делось все мыло? — казалось, что блондина было слышно за пределами помещения, но это было не так. — откуда мне знать? я не имею и малейшего понятия. ты прекрасно знаешь, что мне мыло не нужно. — уверяет его красноволосый, но собеседник его совершенно не слушает. — все ты знаешь. я расспросил всех и каждого на этаже, даже хаксли. ни у кого нет его. — яростный беннетт глядит на него с негодованием. эти пламенные глаза, казалось бы, ничего не выражающие говорили ему что слова их обладателя — ложь. — послушай. я ведь знаю, все вы, принимающие эту дрянь делаете это лишь, чтобы забыться от прошлых проблем, повысить свою активность и работоспособность, вкалывая по 20 часов в сутки. но разве не хотел бы ты почувствовать себя настоящего, перестать поглощать это и избавиться от проблем вместо их подавления на некоторое время? хаксли не станет помогать вам в решении ваших личных психических проблем, ему важна ваша работоспособность и энтузиазм к работе. кратко говоря доктору хаксли нужна ваша работа, а не вы сами. но я хотел бы избавить тебя от тяготящей твою душу ноши. — беннет молча глядел в глаза молодого гения удивленно, с замиранием сердца он ждал последней фразы. — я беспокоюсь о тебе. эта фраза застыла у него в голове, как и сам факт того, что яркие глаза выдавали правдивость слов феликса. — серьезно? то есть ты не только готов выслушать полную историю всего произошедшего со мной, так еще и помочь с тем, чтобы избавить меня от всей этой хрени?— парень, не вылезающий никогда из химзащитного костюма был приятно шокирован. неужели хониккеру есть дело до его жизни и прошлого? он.. хочет помочь. — да. — ответ феликса краток, но по делу. — я не знаю. не будет ли проще, если ты просто отдашь мне мыло и я уйду? — хочешь, чтобы все мои старания заманить тебя в мой кабинет стали напрасными? тебе ведь лучше будет. думаешь, приятно смотреть, как ты потом валяешься в ванной то ли от передоза полудохлый, то ли кайфуешь лежишь от мыла? нет уж. мне осточертело смотреть на твои страдания и не мочь ничего сделать. это искреннее желание помочь, меня никто об этом не просил и не платил мне за это. мы обсудим твое прошлое, постараемся решить твои нынешние проблемы. ну же? блондин колебался, но через недолгое время раздумий согласился. после долгой.. очень долгой беседы стало легче. правда, легче. и дышать, и осознавать все происходящее. беседа сама была нелегкой для обоих. но хониккеру не было дело до того, что панические атаки, истерики переходящие в просто рыдания в плечо, а позже и вовсе сходящие на нет кто-то услышит, увидит или еще что-то. главное что происходит сейчас, что нужно проконтролировать ситуацию, не дать ей выйти из-под контроля, чтобы именно помочь, а не ранить. — каждое утро будешь приходить за дозой мыла которую я тебе пропишу, а каждый вечер, когда его действие уже выветрится, мы будем проводить снова такой диалог. за один день уж все не может ведь исправиться. ты всем доволен? так хоть доза будет уменьшаться и губить твое тело менее интенсивно, пока ты и вовсе сможешь отказаться от него. — да, доволен.— беннетт улыбается и обнимает феликса, утыкаясь в его плечо. — ты еще не выпустил все эмоции? мне казалось, что ты уже проплакался. если хочется, ты можешь еще поплакать мне в плечо. — нет, нет, все уже нормально. я же просто обнял тебя, хах. — тихо ответил он, так и не отпуская ученого. этой ночью те спали спокойно, ведь свалившийся с души обоих камень наконец не тревожил их.