За покупками

      — Иди в жопу Галлагер! — вместе с февральским ветром, кричал чумазый парень, яростно перебираясь ногами через сугробы.       Весь вид парня говорил, что он хотел кого-то ударить. В его голове носились две мысли: втащить идущему за ним рыжему или кому угодно, кто попадётся ему на пути. Ноги, скользящие по льду, едва удерживали брюнета от падения. Чёртов февраль со своими заморозками!       — Я сегодня уже был в тебе, — напомнил ему хитрый голос, опаливший ухо Микки. Милкович вздрогнул и опасливо оглянулся: никто же не слышал этот наглый ответ? Втащить Галлагеру захотелось с новой силой. — К тому же это не мне надо, а семья попросила затариться. Перестань, это всего лишь поход в магазин! Никто и не подумает, что я тебя нагибаю каждую смену.       — Ты завалить можешь или нет?! — взвыл Микки, чувствуя, как щёки предательски покраснели, и радуясь, что из-за зимы никто не придаст этому значение. — Ты тащишь меня за покупками 14 февраля. Из-за этого могут подумать!       Микки физически чувствовал, как парень за его спиной закатил глаза, уставший от вечных пререканий с ним. Но Милкович даже не думал что-то ему объяснять или извиняться. Он лишь бегло оглянулся на него и поджал губы, заметив сверкающий взгляд оленёнка, которому невозможно было отказать.       — И че тебе надо купить-то, лопух?       Микки никогда и никому не признается, как пытался скрыть улыбку в своём потёртом шарфе, когда Галлагер счастливо заулыбался и ускорил шаг, чуть ли не влетая в спину парня.       — Галлагер, бля! — выругался брюнет, чувствуя страх из-за их близости и трепетное чувство, поселившееся то ли в сердце, то ли в животе. Глаза забегали от волнения. — Держи дистанцию, ёпта…       Казалось, уже ничто не сможет испортить настроение Йена. Он был счастлив провести день влюблённых с парнем, по которому сох уже несколько лет. И плевать, что тот настаивает на сокрытие их отношений и периодически обзывает его давалкой. Возможно, в будущем, они будут не просто вместе ходить за покупками, а выбирать друг другу подарки…       В магазин парни зашли с особым удовольствием. Йену не терпелось приступить к поискам товаров, чтобы поскорее отвязаться от семьи и провести остаток дня с Микки. Брюнет же был рад возможности погреться, хотя в голове уже представлял, где и в каких позах он с рыжим отметит этот особенный день.       Фыркнув самому себе за глупую улыбку, появившуюся на лице, парень попытался придать лицу суровости. Голубой взгляд упал на рыжего, нервно бегающего по магазину с корзиной. Чёртов Галлагер, так светится, смотря на список покупок, будто всё себе будет покупать.       Микки этого не понимал или не хотел понимать. Зачем что-то покупать, если можно украсть? Милковичи никогда не тратились на подобную херню. Еда и одежда доставалась им бесплатно, спасибо больному папаше Терри, запугавшему ближайшие районы.       Милкович, не желая бегать хвостиком за Галлагером и чувствуя удушающую скуку, хотел по-быстрому свалить, но понял, что тогда никакого секса ему не видать. Галлагер просто расстроится и уйдёт домой.       Расстроится…       Сделав вид, что его это совершенно не зацепило, брюнет схватил первую попавшуюся упаковку сухарей, нагло открыл её и начал жевать: громко, нагло, привлекая к себе внимание. Кажется, где-то уже сматерился один Галлагер. Усмехнувшись, парень засыпал себе в рот все сухарики, кинул пустую упаковку на пол и взял новую.       День определённо становится лучше.       Завидев рыжую макушку через стеллаж, парень решил незаметно подкрасться к Йену и напугать его. Испуганные глазки Галлагера — его любимые. Оленьи. Однако, подойдя ближе, брюнет заметил, что в сувенирном отделе стоял не его пятнадцатилетка, а какой-то взрослый накаченный мужик. Рядом с ним ворчливо (иначе это никак не назвать) стоял и бубнил брюнет, немного выше самого Микки.       — Ебучий Галлагер, — выругался Мик, называя у себя в голове всех рыжих последними мразями.       Было неожиданно, что на его возглас обернутся упомянутые выше мужчины. Их брови взлетели до небес, стоило им увидеть комментатора. Так обычно люди и реагировали на Милковича.       Переглянувшись, заметно побледнев, мужчины тяжело вздохнули и отвернулись.       — Ебучий Френк, — послужило ответом для Микки. — Опять это дерьмо…       — Просто игнорируй, — сказал рыжий и нахмурился, увидев в руках мужчины бритву и дезодорант. — Ты издеваешься?       Микки наблюдал, как на лице брюнета расползается лицо: «достало это всё, хочу домой». Вспылив, он кинул товары на ближайшую полку и развёл руки в стороны.       — Ебать, да что ты от меня хочешь то? — взвыл мужчина. Микки не мог понять почему он до сих пор стоит и наблюдает за ними. — Я блять не ебу, что дарить тебе на эту херь.       Теперь уже брови Милковича подскочили до небес. Эта херь — 14 февраля, что ли? Они… парочка?       — Ты же сам начал отмечать это праздник, тупица, — вздохнул рыжий. Микки физически почувствовал, как брюнет весь замялся на его аргумент. Видимо, крыть было нечем.       Милкович до сих пор был в собственных мыслях, чувствуя жжение зависти в сердце. Так открыто покупают друг другу подарки, пока он просто ходит хвостиком за своим олененком.       — Меня просто оса в жопу ужалила, — буркнул мужчина.       — В феврале? — усмехнулся рыжий.       — Пошёл нахуй! — крикнул брюнет.       Микки улыбнулся. Возможно, следовало бы их запомнить, потом позвать братьев и избить их. Но что-то в груди подсказывало, что это было не нужно. Милкович чувствовал себя отбросом, наблюдая, как парочка выбирает друг для друга подарки.       А ему светит когда-нибудь что-то получить? Он же… не настолько урод, чтоб без подарков жить?       — Давай купим свечи. Это романтично.       — Мы спалим нашу хату, за которую ещё кредит не выплатили. Нет уж, спасибо.       — Ну Мик…       — Не, нихера. Или развод или свечи, выбирай сам, — уверенно высказался брюнет, но всё же положил несколько ароматических свечек в корзину.       Глаза Милковича увидели кольца на безымянных пальцах. Он ощутил укол грусти, осознав, что для него не найдётся такого же рыжего качка, как для этого черноволосого придурка.       Развернувшись, дабы отыскать Йена, Милкович начал искать того между разных стеллажей. Его взгляд зацепился за полку со свечками, что заставило его на несколько секунд остановиться.       Кто-то толкнул его в плечо. Микки уже хотел развернуться и дать по роже напавшему, но голубые глаза мужчины, женатом на рыжем качке, его остановили. Что-то в этом мужчине его интересовало. Незнакомец протянул ему несколько вещей: блокнот в армейском стиле и мыло, пахнущее клубникой.       — Купи это, — потребовал, поморщившись, брюнет.       — Нахер мне это? — Микки захотелось ему втащить, но что-то останавливало.       — Бери, — грубо пихнув товары ему в руки, незнакомец заглянул Микки за спину. — Все рыжие тащатся от блокнотов в военном окрасе. Да и эту хуету используют трудолюбивые люди.       — А нахера мне мыло?       — Чтоб ты, бля, помылся, а то воняешь помойкой, — фыркнул брюнет, оглядев Милковича. — Сначала в душ сходи, а потом уже беги своего парня поздравлять       — Он мне не…!       — Ебать я хотел, кто вы друг другу, — закатив глаза, незнакомец с усмешкой заметил едва заметное смущение, что алыми пятнами прошлось по щеками Микки. — Просто дай ему это херь и он будет счастлив.       Хмуро проводив незнакомца кровожадным взглядом, Микки огляделся и, поняв, что за ними никто не наблюдал, отправился на поиски своего рыжего паренька с кучей веснушек.       «А как этот хмырь понял про трудолюбие Йена?» — пронеслось в голове у Милковича.       — И что ты сейчас сделал? — удивлённо спросил Галлагер у вернувшегося мужа. Брюнет дерзко светился весельем и радостью.       — Создал нашу традицию дарить подарки — поцеловав Йена, Микки ласково тому улыбнулся и глянул на полку с товарами. — А теперь, блять, скажи уже наконец, что мне тебе покупать?!       — Сам думай! — хихикнул Йен и растворился в нежном поцелуе с мужем.