Шизофрения, как и было сказано
10 августа 2023 г., 10:40
Было холодно. Противное жужжание больничной лампы действовало на нервы, словно нашатырь выводя «больного» из глубокого сна.
Открыв глаза, Остап решил немного приподняться, однако тут же, из-за сильного головокружения, был вынужден вернуться в первоначальное положение. В голове сына турецкоподданного вертелось всего два вопроса. Цитирую: «Где я, черт возьми?!» и «Что за чертовщина здесь происходит?!»
— Пациент очнулся. — Махнул коллегам мужчина средних лет.
Великий комбинатор наконец смекнул, в каком ужасном положении он находится. Волна злости и негодования медленно прошлась по его телу.
— Это явно какая-то ошибка, я здоров! — крикнул Остап кипящий от ярости. -В отличие от этого идиота в пенсне! — великий комбинатор снова предпринял попытку встать, но на этот раз больного удержали двое санитаров.
— Хорошо, хорошо. Вы главное не нервничайте, товарищ Бендер.
Остап, быстро оценив обстановку, решил начать играть по другим правилам. Засунув куда подальше страх и непонимание происходящего, сын турецкоподданного вмиг принял важный вид. На его лице читалось ехидство над всем происходящим. Посмеиваясь над «глупостью» санитаров, Остап медленно заговорил.
— Постойте, кажется я начинаю понимать эту нелепую ситуацию, — С ноткой презрения в голосе, великий комбинатор продолжал придуманную секундой назад историю. — Видите ли, я работник аукциона. Недавно человек проживающий по адресу Большая Садовая, 302 бис приобрел у нас один стул из дорогой коллекции мастера Гамбса, недоплатив 1 червонец. В наше время очень выгодно сделать донос — Развел руками Остап, всеми силами стараясь показать, насколько очевидно его прибывание в больнице.
— Ага, значит работник аукциона… Очень хорошо. — Мужчина продолжил перебирать бумаги, даже не затруднившись поднять взгляд на новоприбывшего пациента. — Шурочка, допишите пожалуйста в деле товарища Бендера, что больной снова считает себя работником аукциона.
— То есть как это, считает? — голос великого комбинатора слегка дрогнул. — Как это, снова?! — Остап вновь предпринял попытку встать. На этот раз, под пристальными взглядами санитаров, у него наконец-то получилось. — Пошлый человек! Что только ни делают люди, чтобы не платить деньги!
— Вот и славно! — Врач слегка приподнял очки, бросив на Остапа спокойный, слегка сочувствующий взгляд. — Я понимаю вас, это огромный труд столько лет гоняться за неуплатчиками. Поспите, отдохните, нечего вам нервничать. Шурочка, отведите товарища Бендера в его палату.
— Александр Николаевич, а в какую палату? — Шепотом спросила щупленькая девушка.
— Изолированную. Пациент, судя по его медицинской карте, уже несколько раз лежал с острым психозом. Шизофрения. — Также негромко ответил Врач.
— Погодите, товарищи, какой психоз?! — Остап не смог сдержать порыва посмотреть в мед карту, и в два быстрых шага добравшись до стола, силой отпихивая набросившихся на него санитаров, успел на долю секунды увидеть множество синих печатей за разные года. Каждая подтверждала один и тот же диагноз — шизофрения.
Быстро повалив буйного пациента, санитары с усилием вкололи великому комбинатору несколько кубиков снотворного.
— Он все подсунул! Подделал! — Кричал в отчаянии сын турецкоподданного.
Спустя пару минут крики и попытки вырваться сошли на нет. Остап заснул тихим, беззвучным сном, чему очень обрадовался весь коллектив. Удерживать такого человека, как Остап Бендер, было тем еще испытанием.
— Шурочка, позаботьтесь о пациенте, — Мужчина вытер платком выступившие капли пота. — И пусть товарищи вам помогут.
