coffee shops bring together?

Утром воскресенья, или в любой другой фазе дня воскресенья, Лисы бы занимались своими делами, но не тут то было. Психи Кевина всегда напомнят о себе, особенно, когда до первой игры сезона осталось совсем чуть-чуть. Хоть и воскресная тренировка началась, когда солнце уже прошло самую высокую точку в небе и начало клониться к закату, легче не становилось. Осенняя погода в Южной Каролине на самом деле не сильно отличается от летней, может только дождей больше. Но сегодняшний день обещал пройти сухо. Нил выжал из себя уже все силы, всю тренировку он носился за мячиком как угорелый. Пот бежал с него ручьями, когда прохладный ветерок обдувал его тело. Но Нил достаточно выносливый, чтобы не заболеть после. В целом, все Лисы по-настоящему хорошо выкладывались на сегодняшней тренировке, хоть и ворчали большую часть времени. Робин стала держаться на воротах намного увереннее, чем летом. Она отбивала мячи, но ей не хватало ловкости, и временами Робин недостаточно точно просчитывала траекторию мяча. Нил был уверен в том, что она справится. Рене всячески поддерживала её, как и обычно давала советы, где это было нужно. Поддержка Уокер очевидно шла на пользу. Они двое сдружились и это было многим видно. Дэн вместе с Кевином проводили тренировку. Сначала девушка не особо поддерживала идею оставить Лисов без выходного дня, но Кевин может быть достаточно убедительным, чтобы убедить кого угодно в чем угодно. Матч так скоро, а их игра недостаточно хороша, по скромному мнению Дэя. Нил же был только за потренироваться лишний раз. Их с Кевином часто называют экси-наркоманами, и с этим трудно не согласиться. Джостен уже сам признал себя таковым. Если и быть от чего-то зависимым, то лучше от экси. Для Нила тренировка прошла как обычно, вполне продуктивно. Сегодня он был по-настоящему доволен проделанной работой. Наконец Кевин отпустил уже выдохшихся Лисов. Нил еле удержался чтобы не бросить клюшку прям тут. Он всё же донёс её до инвентарной и пошёл в раздевалку. Там Кевин уже раздавал всем непрошеные советы в своей обыкновенной агрессивной манере, отчего у них с Мэттом завязался небольшой спор. Сегодня Нил решил пропустить разборки мимо ушей и не влезать. Он просто обессиленно снял с себя экипировку и схватив одежду ушёл в душ. Раздевшись уже в душевой кабине, Нил наконец-то почувствовал прохладные струи, бегущие по разгоряченному телу. Джостен сделал над собой огромное усилие, чтобы не стечь на пол вместе с ними. Лисы уже неоднократно видели его шрамы. В первый раз они были по-настоящему шокированы, тем более не зная их происхождение. Но один раз, играя в «правда или действие» будучи очень пьяным, Нил всё-таки рассказал им достаточно, чтобы увидеть охреневшие рожи Лисов. Потом он винил себя за неаккуратность и с тех пор ни разу не пил, но играть соглашался, пусть и с долгими уговорами. После того случая Нилу приснилась Мэри. Она тащила его за волосы куда-то в темноту, не забывая кричать и ругать. Пусть его мать была уже давно мертва, она всё же имела в его жизни небольшой вес. Её голос постоянно звучал в голове, говоря бежать и прятаться, но Нил знал — прятаться ему уже не от чего. Отца давно застрелил его дядя — Стюард Хэттфорд. Теперь не нужно бояться, что он выйдет из тюрьмы и похитит Нила. В тот день, когда это случилось, Джостен видел напуганные и обеспокоенные лица Лисов. Да они сами его чуть не убили от страха и счастья. О прошлой жизни в бегах и в Балтиморе Нилу напоминали лишь его шрамы. Такие шрамы не пройдут никогда. Отвратительные отметины, располагавшиеся по всему телу. Он буквально был соткан из них. Часто прохожие люди косились на него с подозрением и отвращением. Нил не думал, что когда-нибудь будет их стесняться, но презрительные взгляды всех вокруг сделали своё дело. Временами, когда они попадались Нилу на глаза, он хотел их всех срезать или просто поменять кожу. Не так давно Нил стал носить водолазки или черные блузки даже летом, но шрамы на лице было скрыть тяжелее всего. Он до сих пор шарахался своего отражения в зеркале, напоминающее отца.Наверное единственная вещь, отличающая его от Натана — эти шрамы. Не так давно Элисон научила его краситься. Теперь Нил замазывал их, когда выходил в люди, но не всегда. На учёбе все давно привыкли и поэтому иногда он позволял себе не краситься. В основном он делал это, когда приходил в людные места, ну и перед встречами с Эндрю. После знакомства с Эндрю, Нил стал тщательнее скрывать их. Почему-то не хотелось, чтобы именно он видел их. Нил пока не мог найти причины такого своего поведения. Наконец, когда из душа потекла уже совсем ледяная вода, Нил выключил кран. Его тело дрожало от холода, а кожа покрывалась противными мурашками. Джостен насухо вытерся и нацепил оранжевую толстовку. В ней было крайне неудобно и жарко, но из двух зол Нил выбирал меньшее для себя. Он вышел в раздевалку, ожидая увидеть пустое помещение, но Кевин сидел на скамье, явно дожидаясь его. Нил бросил на него кроткий взгляд и полез в сумку, выискивая кисточку и тональник. Сегодня в планах было навестить Миньярда, а перед ним нужно показаться красиво. Наконец, найдя нужные принадлежности, Нил принялся наводить порядок на своем лице, чувствуя себя маляром. — Для чего ты наносишь эту дрянь на себя? — презрительно спросил Кевин. — Какая блин разница, кто и что о тебе думает. — Точно, без разницы. Поэтому заткнись, Кевин. Мне плевать, что ты думаешь о том, что я наношу на свое лицо. — не отрываясь от работы парировал Нил. — Я к тому, что тебе уже стоит принять их. — поспешил пояснить Кевин. — Ты же не будешь всю жизнь краситься. Рука дрогнула на одно мгновение, что не скрылось от глаз Кевина. Конечно Нил понимал: он не будет делать это вечно. В словах Дэя был смысл, но Нил не знал, что делать с этим знанием. — И зачем ты сейчас-то красишься, ты же мог выходить на улицу без него? Мог и может. Нил уже постепенно стал выходить так в свет. И если закрыть глаза, то можно даже не заметить презрительных взглядов. Только Эндрю — совсем другое. — Кевин, это не твоё дело, — зашипел на него Нил. Кевин, услышав такой тон, перестал допытываться, но сделал для себя некоторые выводы. Наконец, Нил закончил свою малярную работу и уже складывал вещи в сумку. Кевин поднялся со скамейки, потягиваясь. Нил услышал хруст его позвоночника. Накинув сумку на одно плечо, Джостен кивнул Дэю на выход. Ко времени, когда они вышли, солнце уже опускалось. На небе образовывались розовые и оранжевые разводы. Кривые линии, уходящие куда-то за горизонт, смешивались с облаками. В воздухе Нил ощутил какой-то необыкновенный лёгкий запах. Вся природа застыла в ожидании чего-то, и это ожидание ощущалось настолько хрупким и хрустальным, что, казалось, одно мгновение, одно неверное движение — и все разрушится. Нил глубоко вдохнул свежий вечерний воздух. До ночи ещё так далеко, как и до приятной прохлады. Эта осень была какой-то аномально теплой. Джостен вместе с Дэем шли уже по привычному пути до общежитий, сохраняя комфортное молчание. Каждый из них думал о своём. Кевин еле тащил ноги. Вообщем-то как и всегда, но обычно он всё-таки старался оставлять сил на дорогу обратно. Сегодня Дэй решил выложиться по полной. Он пнул камешек, попавшийся ему под ноги. Если честно, Кевин и сам не знал зачем сделал это, в знак какого-то непонятного протеста. В голове кружились лишь мысли о кровати, на которую он рухнет, как только доберётся. Дорога тянулась бесконечно долго, но она всё же закончилась. Возле входа в общежитие Нил остановился. Кевин недоуменно посмотрел на рыжего. Тот лишь помахал рукой и умчался дальше по дороге. Сил на разбор очередной загадки Джостена у Кевина не находилось, так что он просто плюнул на всё и пошёл спать. Нил в очередной раз направлялся в кафе, думая, что это может стать странной традицией. Он пока отказывался признавать, но Нил ходил сюда вовсе не из-за клёвого мороженого, а из-за кое-кого другого. Стоп, кое-кого? Осталось только понадеяться на наличие Эндрю в кафе в качестве официанта, а хотя, совершенно без разницы в качестве кого или в каком. Но Эндрю в кафе не оказалось. Нил стоял посередине заведения, оглядываясь по сторонам и пытаясь понять, что ему делать. Нет, похоже придётся признаться — он здесь не из-за мороженого. Джостен услышал стук металла с улицы. Будто что-то столкнулось со стеной здания и упало на землю с едва заметным звоном. Нил поспешил выйти, направляясь к задней части здания. Перед ним представилась чрезвычайно занимательная картина. Эндрю достал из своих повязок нож и покрутил его в своих руках. Казалось, блондин даже не заметил, как его единение нарушили. Он провёл кончиком пальца по заточенному лезвию, не надавливая, будто боялся пораниться. Взгляд Миньярда стал острее, когда он запустил оружие в мишень, висящую на гвозде в стене. Нил без труда даже на расстоянии определил предназначение ножа. И он точно не был метательным. Миньярд наконец заметил его присутствие. Он усмехнулся, не говоря ни слова. Джостен подошёл к Эндрю, не встретив никаких возражений. Сейчас он увидел, что мишень пробита лишь в нескольких местах, далёких от середины, а достаточное количество ножей лежит возле стенки. Эндрю явно не силен в метании. Все также не говоря ни слова, Нил прошел и подобрал один из нескольких, тот, что был более менее похож на метательный. Он покрутил его в руках, отходя на приличное расстояние от стены. Джостен вспомнил уроки отца и его подчинённых. Сколько крови пролилось тогда. Натаниэль довольно быстро осваивал метание, чем напоминал свою мать. Она тоже отлично владела этим навыком. У Веснински метание было в крови. С тех пор, когда он стал Нилом, он боялся брать в руки ножи, омрачая тем самым свою нынешнюю жизнь призраками из прошлого. Но сейчас, Нил подумал, что хочет попрактиковаться. Или это в нем дух соперничества заиграл, или ему захотелось выебнуться перед Миньярдом. Нил предпочёл не разбираться в себе. Джостен выставил руку так, как учил его Натан. Почти не целясь, Нил запустил нож в мишень. Тот с лёгким свистом проделал свой путь и с диким треском вонзился точно в цель, ни на сантиметр дальше. Джостен победно усмехнулся, отряхивая руки и при этом почему-то чувствуя себя Натаниэлем. Эндрю рядом с ним пристально следил за действиями рыжего. Он удивлённо приподнял бровь, уж точно не ожидая такого результата. — Надо же, сколько загадок у нашего крушителя дверей, — протянул Миньярд. Нил криво улыбнулся ему. Эндрю наклонил голову, вглядываясь в его напряжённое лицо. — Предлагаю игру. Нил заинтересованно прислушался. — Правда за правду. Я спрашиваю тебя — ты отвечаешь только правду, ты спрашиваешь меня — я отвечаю только правду. — А спрашивать потом сразу надо? — поинтересовался Джостен. — Необязательно, — Миньярд сверкнул глазами. — Ты согласен? Нил на мгновение задумался. Он предполагал какой вопрос Эндрю собирался задать. Ещё некоторое время назад Джостен бы ни за что не согласился на такую авантюру. Правда была для него болезненной и недосягаемой вещью, когда от твоих слов зависела твоя жизнь. А сейчас он разве в опасности? Всё закончилось, все люди, что причиняли ему боль мертвы. Нил решил попробовать. — Да. — Откуда ты научился пользоваться ножами? — задал свой вполне предсказуемый вопрос Эндрю. — Меня учили подручные моего отца, — без промедлений сказал Нил. Подумав ещё немного, он всё же добавил: — А потом и он сам. Эндрю выглядел нисколько не впечатлённым. Такой спокойный и безразличный, словно океан. Водная гладь остаётся ровной и постоянной, хоть иногда по ней пробегают волны. А иногда происходит настоящий шторм и цунами. Нил уверен — Эндрю способен быть даже пострашнее, чем природные катастрофы. Но Нил видит сквозь лазурную поверхность океана отголоски интереса. — Похоже твой отец настоящая шишка, — Нил знал, Эндрю уловил нечто и в его глазах. Возможно он увидел страх от слова "отец", может он уловил еле заметное изменение голоса, может он разглядел мимолётное движение плеч. -Был, — мертвым голосом поправил рыжий. — Балтиморский «Мясник. Он работал на японскую мафию и обожал пытки. Мой дядя убил его, — безразлично рассказал Нил. Он не стал вдаваться в подробные описания мучений, которые применял Натан, но этой информации было достаточно, чтобы Эндрю больше не стал задавать вопросов. — Давай закроем тему о нём раз и навсегда, — попросил Нил. Эндрю встретил его историю так, будто Нил рассказывал о том, что ел сегодня на завтрак. На его лице не проступило ни одной эмоции, разве что в глазах читалась какая-то тьма. От неё холодели конечности и кровь стыла в жилах. Эндрю лишь кивнул. — Твой вопрос? — Что побудило тебя всегда и везде носить с собой ножи? — Нилу не потребовалось особо много времени, чтобы задать этот вопрос. Он уже приходил к нему в голову, после обнаружения этой особенности у Эндрю. Эндрю чутка приподнял бровь. Было ли это удивление вызвано внимательностью Нила, или Миньярд считал этот вопрос глупым, Джостен в любом случае не узнает. — Они дают мне чувство контроля и защищённости. Нил кивнул. Ему самому знакомо это ощущение. Ножи дарили его Натаниэлю, когда они с Мэри находились в бегах. Ножи помогали чувствовать себя в относительной безопасности во время сна, просто своим присутствием под подушкой. Только благодаря им Натаниэль мог засыпать по ночам, а вовсе не из-за усталости. После того как Нил отыскал свое место и остановился в Пальметто на продолжительное время, обрёл команду по экси и даже друзей, ножи перестали быть успокоением. Всё чаще они становились причиной беспокойства и всплывающих кровавых воспоминаний. Он всё чаще ловил себя на мысли о потере контроля. Всё чаще боялся, что может навредить этими ножами Лисам. В какой-то момент он отдал их всех Рене. — Научи меня метанию, — подал голос Эндрю спустя минуту молчания. В его голосе не наблюдалось просьбы, но и повелительных ноток тоже не было. Джостен задумался на мгновение. Он не уверен, что готов учить кого-то тому, чему когда-то учил его отец. Это слишком опасная зона. — Не сейчас, — просто сказал он. И Миньярд принял его ответ. Кто бы сомневался в этом. — Я хочу мороженое, — сказал Нил после ещё одного опустившегося молчания. — Так иди купи. — Пошли со мной, — попросил Нил. — Пожалуйста? Миньярд поморщился, будто услышал что-то омерзительное. — Я не люблю это слово. Не говори его при мне. Джостен кивнул, не показывая своего удивления. — Ладно. Так. Пойдешь со мной? Эндрю с раздражением зыркнул на рыжего. И как так этот надоедливый засранец стал действовать на него. — Наркоман, — бросил Миньярд напоследок и ушел в сторону входа, зная, что Нил пойдет за ним.