Рядом

      Воланд плохо помнит, что случилось тогда с Эмрисом. У коротышки совсем шарики за ролики заехали! Он силу Абиссы попытался вобрать в себя! Он просто чудом выжил — вот уж правда, легенда.       Тогда ему успели помочь Бастиан и Беннет, а что было потом, демон не знает. Когда пернатый предатель свалил куда-то восвояси, Воланд, на пару с Лололошкой, потащил полу-живого Люциуса в его замок.       — Беги, я послежу за ним — словно чувствуя волнение демона, сказал Лололошка. Полубог ада начал возмущаться, мол, он не беспомощный и в состоянии о себе позаботиться, но мироходец просто повел его в спальню, дабы уложить отдыхать.       А Воланд принял спусковой крючок и в ту же секунду рванул к ордену. Добравшись, взгляду рогатого предстала суета в комнате гоблина — тот лежал без сознания и почти не подавал признаков жизни, только слабо дышал.       Беннет чётко сказал — шанс выжить у гоблина минимальный. Конечно, ему поставили какой-то магический аппарат для поддержания жизни, но надежд особо никто не возлагал — Цесанна плакала в плечо Люка, Бастиан нервно теребил свою бороду, в надежде не дать волю эмоциям, Беннет слегка трясся, когда подключал главу ордена к аппарату, Альберто и Крайр стояли дальше всех от кровати, не желая смотреть на измученное тело Эмриса.       Никто не верил, что он выживет, а Воланд верил. Он буквально чувствовал, что коротыш проснётся и с новой бодростью понесётся опять что-то читать в библиотеке или колдовать на улице.       Все ушли, оставив главу в одиночестве, а демон расхаживал по комнате, нервно виляя хвостом. И хотя Бастиан сказал, что толку от этого не будет и что сейчас Эмрису нужен покой, Воланд не ушел. То в окно посмотрит, резко оборачиваясь на кровать, желая увидеть проснувшегося коротышку, то книжную полку перероет, то ещё что. Даже ночью демон ни на секунду не оставляет Мерлина одного, пододвигает стул к кровати, смотрит на монитор, не понимая ничего из того, что видит. Хвост елозит по полу, а сам Воланд нервно трясёт ногой. Он пропускает момент, когда проваливается в беспокойный сон, в котором слышит тяжёлое дыхание и чей-то крик.

***

      На утро в комнату заходит Бастиан чтобы проверить главу и очень удивляется увидев демона.       — Ты разве не ушёл? — спрашивает маг, проверяя показатели на мониторе. Воланд молчит, следит за чужими действиями, в надежде что-либо понять.       — Дед… — внезапно зовёт рогатый, чем слегка пугает Бастиана. — А… А расскажи, для чего эта штука? — переступить через себя очень сложно, но он обязан это сделать, чтобы не пропустить момент, когда Эмрис проснётся. Мага удивляет такой вопрос, но он объясняет значение показателей и их изменений. Демон запоминает, кивает в подтверждении.       — Спасиб — не особо то искренне получилось, но даже это удивляет Бастиана не меньше.       Он выходит из комнаты и возвращается буквально через несколько минут с рулькой на тарелке.       — Поешь хоть, зверюга. — усмехается маг, протягивая тарелку демону. Тот без доли сомнений принимает столовый прибор, вновь тихо-тихо благодарит и начинает есть, не отводя взгда от монитора.       К вечеру, когда приходит Беннет, у Воланда уже готов почасовой список изменений пульса и дыхания. Записи, конечно, сделанны максимально коряво и неаккуратно, но с трудом разобраться в них можно.       Ботаник искренне удивляется не столько тому, что Воланд серьёзно всё это записывал, сколько улучшению тех самых показателей.       — Присвятой Эко…       — А вы не верили! — демон воодушевленно машет хвостом, чуть ли не подскакивая на стуле.       — Ты молодчина, Воланд! — учёный трепет демона за волосы, бросая взгляд на аппарат. Показатели ещё лучше, чем в последних записях демона. — Ты, я так понимаю, на ночь останешься? Тебе может принести чего?       Брюнет тупит взгляд в пол, а затем отвечает:       — Побольше чернил и перьев, если можно       Смурфик кивает и уходит. Воланд быстро записывает новые показатели, смотрит на часы и ставит время. Чуть ниже, он пишет:

«Вот очнётся коротышка и обалдеет от моей гениальности!»

      Повторять свою ошибку не хочется — спина до сих пор ноет из-за сна на стуле — поэтому вопреки здравому смыслу, Воланд устраивается возле кровати главы. Благо хоть Беннет догадался притащить ему подушку. На полу слегка прохладно, хотя демон это даже не замечает, устраиваясь как можно ближе к кровати и обвивая хвостом запястье Эмриса.       Во сне опять слышится голос, который… зовёт его? Воланд отчётливо слышит своё имя и пытается найти источник звука в кромешной темноте. Почему-то, голос кажется до боли знакомый и родным, но кому он принадлежит, демон всё ещё не может понять.

***

      На утро в комнату заходит Цесанна и вскрикивает при виде демона на полу. Девушка подбегает к нему, начинает тормошить, боясь, что с ним что-то случилось.       — Чего орать так, — сонно мычит Воланд. — Ты мёртвого разбудишь.       — Фух, слава Агнию ты в порядке — волшебница облегчённо вздыхает, прикладывая руку к груди. — Я уж подумала, что и ты коньки отбросил       — Да ну тебя. — бурчит демон, поднимаясь с пола и смотря на монитор. Тянется за блокнотом и пером, чтобы записать показатели.       — Ого, ты и вправду записываешь — Цесанна попровляет очки с неподдельным интересом заглядывая в блокнот — Ты такой умничка, Воланд! — Девушка осторожно чешет его за остроконечным ухом.       — Ага…пасиб       — Я принесу тебе завтрак и позову Бенетта — Цесанна покидает комнату, а демон начинает разглядывать лицо гоблина.       Расслабленнное спокойное, глаза закрыты и совсем маленькие реснички опущенны, ноздри еле заметно расширяются вместе с редко вздымающейся грудью.       — Коротышка, — Воланд обхватывает чужую ладонь, она маленькая и почти идеально помешается в его кулак. — Просыпайся давай… Без тебя тошно — просит демон, всё так же смотря на чужое лицо.       Показатели тем днём ухудшаются, Воланд обеспокоенно машет хвостом, пока Беннет с Бастианом пытаются что-нибудь придумать.       — Я не понимаю, всё же было в норме! Присвятой Эко, что нам делать?! — смурфик нервно ходит из стороны в сторону, пытаясь собрать мозги в кучу, но из-за паники это получается плохо. Бастиан молча листает уже третью книгу, в надежде найти хоть что-то. Во всей этой суматохе и шуме, демон улавливает совсем тихое:       — В-воланд…       Такое слабое, хриплое. Если бы не его чуткий слух, он бы на фоне бубнежа мага и ботаника даже не услышал. Это промямли Эмрис.       Воланд ошарашенно на него смотрит и хватает за руку.       — Коротышка! — вопит демон, чувствуя, как на глазах скапливается влага – он впервые так чертовски боится.       — Это его не разбудит — говорит Бастиан.       — Он только что звал меня! Он в сознании!       Оба мужчин недоверчиво хмурятся и игнорируют слова Воланда, возвращаясь к поиску возможных путей решения.       От безысходности, Демон устремляет взгляд на монитор и замечает, что показатели сердцебиения усилились. Он убирает свои руки и цифра постепенно, удар за ударом и так ели бьющегося сердца уменьшается. Вновь кладёт ладони – увеличивается. Воланд принимает довольно странное решение – ложится головой рядом с Эмрисом и целует его в руку, не переставая держаться за неё.       — Дед — зовёт Воланд — Гляньте-ка       Бастиан и Беннет смотрят на монитор и спокойно выдыхают – показатели приходят в норму.       — Что случилось?! — в изумлении спросил ботаник.       — Не знаю — бубнит демон, замечая как уголки чужих губ слегка приподнимаются.

***

      — Воланд! — когда он вновь слышит этот голос во сне, сомнения отпадают.       — Коротышка! — демон пытается что-то разглядеть, но вокруг всё ещё сплошная темнота, что с каждым шагом только сгущалась и сгущалась, не оставляя и капли надежды. Однако голос становиться громче и Воланд идёт на него. — Эмрис!       — Воланд! — раздаётся совсем рядом, но демон лишь просыпается, подскакивая на месте и смотря на гоблина. Тот так и не открыл глаз, а показатели мониторов оставались стабильными.       На дворе раннее утро, — часы показывают пять часов — комната освещена встающим из-за горизонта солнцем. Брюнет поднимается с пола, на котором сидел и с неохотой отпускает маленькую ладошку Мерлина, подходя к окну.       Раньше ему не было никакого дела до смены времени суток, подумаешь, один шар на другой меняется. Но перед последней встречей с Джодахом, Эмрис вытащил демона посмотреть на закат.       — Красиво, правда? — улыбаясь и сильнее кутаясь в плед на плечах спросил Мерлин.       — Эм… — Воланд почесал затылок, не зная, что ответить. Он посмотрел на заходящее солнце, а затем вновь на гоблина — Наверное да.       — Хотя конечно, кого я спрашиваю, — Эмрис разочарованно вздохнул. — Я уже начинаю жалеть, что позвал тебя сюда — глава ордена фыркнул, потирая переносицу. Воланд давно заметил за ним эту привычку, что-то не нравиться — он трёт переносицу. А ещё демон заметил, как Эмрис сильно истощал, заметил мешки под глазами и уставшие глаза.       — Да ладно тебе — брюнет слегка пнул главу в плечо. — Покончим с этим пернатым ублюдком и будем с тобой хоть каждый день на эти закаты и рассветы смотреть. Глядишь, я пойму, чего ты от меня хочешь — демон захохотал, неосознанно прижав Мерлина к себе. Тот по началу хотел возмутиться, но не стал.       — Пхах, покончим, ага… — гоблин опустил взгляд на посыревшую от росы траву.       — Ты чего?       — Да так, задумался, — Эмрис легонько пнул Воланда в бок. — Пошли, нужно набраться сил для завтра.       — «Набраться сил», ага, как же — мелькнуло в голове. — Коротышка, ты дура-       Не успел он закончить мысль, как краем уха уловил ели слышимый скрип кровати.       Обернувшись, Воланд замечает проснувшегося Эмриса, который пытается сесть.       — Коротышка! — демон кидается к кровати, осторожно придерживает главу за спину, помогая принять сидячие положение. — Ты бы знал, как все переживали за тебя, дурень! Ты хоть представляешь, как я тут изводился эти два дня?! Ты идиот! Самый настоящ-       — Воланд, постой, — хрипло просит Мерлин, прикладывая палец к чужому рту. — Я тебя не слышу       Голос слабый, хриплый, но до жути успокаивающий, нежный и по-своему родной. Демон позволяет эмоциям взять верх, хватает Эмриса за руку и бормочет несвязанный бред, пока с глаз текут слёзы облегчения и радости.       — В-Воланд! Ты чего? — не ожидав такой реакции, глава сжимает чужую ладонь в ответ, поглаживая большим пальцем тыльную сторону. Гоблин оглядывается, замечая аппарат, блокнот на тумбочке и забытую на полу подушку.        Воланд что… ночевал здесь? Они сидят в тишине — если не считать тихих всхлипов демона — ещё несколько минут, хотя обоим кажется, что прошёл час, если не два. Брюнет поднимает мокрые глаза на гоблина, прижимается губами к чужой ладони и целует.       — Я… я рад, что с тобой всё в порядке… — тихо произносит Воланд и эти слова глава слышит.       — Слух вернулся       — А?       — Правда, судя по всему только на одно… — дотрагиваясь до уха на левой стороне, говорит Мерлин. — И то слабый.       — Не важно, я буду говорить громче, если надо! — восклицает демон, тут же осекаясь. Отводит смущённый взгляд в пол, понимая, что только что сказал. — П-прости, коротышка…       — Это я ещё легко отделался, — усмехается Эмрис. Он скидывает с себя одеяло и хочет пересесть на край кровати, чтобы встать, но ноги отказываются слушаться. — Воланд… помоги мне встать. — почти приказывает глава. Демон молча подчиняется, приподнимая гоблина над кроватью и ставя его на пол.       Ноги подкашиваются стоит только оказаться на паркете, а сам Мерлин неожиданно понимает, что эти самые ноги он не чувствует. Приходится ухватиться за то, что стоит ближе всего. Или, вернее, за того, кто стоит ближе.       — Ты чего, Коротыш? — Воланд аккуратно подхватывает того за торс, помогая присесть на край кровати.       — Я... Я кажется ног не чувствую… — в голову закрадывается паника, последнее, чего сейчас хочется, так это остаться инвалидом без возможности ходить.       Демон испуганно наблюдает за дрожащими зрачками. Он начинает щупать чужие ноги, даже впивается в плоть когтями, от чего сквозь штаны проступает немного крови. Но со стороны главы нет абсолютно никакой реакции.       — Я позову Бастиана и Беннета. — Воланд быстро поднимаеться с пола и идёт к выходу из комнаты — Только не пробуй сам вставать, — он оборачивается и смотрит прямо в чужие фиолетовые глаза — Пожалуйста, Эмрис.       Глава молча кивает и остаётся один в помещении. На глаза попадает тот самый блокнот, который до этого заприметил гоблин. Открыв его, он замечает неразборчивые цифры и приписки в духе «Ему лучше!»; «Он идёт на поправку!»; «Вот очнётся коротышка и обалдеет от моей гениальности!»       От этих записей сердце пропускает удар, а на лицо ползёт небольшая усмешка.       Глава смотрит на монитор, тянется к перу и записывает новые цифры, которые своей аккуратностью и изяществом контрастируют с почеркульками демона, добавляя под ними:

«Спасибо, Воланд».

***

      Чуть меньше чем через час в комнате уже собирается половина ордена, осматривая главу.       — Я до сих пор не верю, ты буквально с того света вернулся, Эмрис! — Восклицает Беннет, проверяя глаза Мерлина.       — Хах, ну да — гоблин слегка усмехается. — Ну так что там?       Комната погружается в напряжённую тишину, перебиваемую писком аппарата и хвостом Воланда, которым он елозит по полу. Беннет неловко чешет затылок и смотрит на Бастиана. Но тот лишь кашляет, намекая на то, что рассказать всё равно прийдётся ему.       — К сожалению, Эмрис, прогнозы не утешительны, — смурфик теребит свои пальцы, пока говорит. — Твое левое ухо и вправду потеряло слух, зрение слегка ухудшилось, а ноги... Ты навряд ли сможешь ходить...       Эти слова как гром среди ясного неба отдаются эхом в итак еле слышашем ухе. Мерлину приходится очень сильно постараться, чтобы не дать волю слезам прямо перед коллегами – он же глава…хотя какой из него сейчас глава! Только титул и всё, больше то он и не способен ни на что.       — Не будем загадывать, — строго отвечает Эмрис. — Как только мне станет лучше, проведём более подробную проверку и решим, что делать.       — Ты же в курсе, что можешь не держать всё себе? — уточняет Бастиан.       — Не переживайте, я в порядке — для правдоподобности, гоблин выдавливает из себя улыбку — Я сам виноват в том, что случилось. К тому же, думаю, мы сможем найти решение любой проблемы. Мы же орден сильнейших магов, чёрт нас дери!       Присутствующие улыбаются, пламенные заявления Эмриса всегда придавали уверенности. Только Воланд молчит и смотрит прямо в фиолетовые глаза. Мерлин буквально взглядом просит его подождать, пока комната опустеет и он объяснится.       — Кстати! Не знаю, рассказал он тебе или нет, но Воланд за тобой всё это время присматривал! — желая перевести тему, говорит Цесанна.       — Ах да, точно! — поддерживает её слова Люк. — Когда бы кто из нас не зашёл, он был у тебя, приглядывал за тобой, представляешь?       — Эй, хватит… — слегка смущаясь, просит демон, продолжая вилять хвостом.       — Воланд даже показатели твои записывал! — добавляет Беннет.       — Ну всё, хватит, а то вы его засмущали. — заметив, как демон недовольно смотрит в пол и бьёт по нему хвостом, просит Мерлин.       — Вот-вот и вообще, — демон подходит к магам, показывая руками проваливать — Давайте, пошли от сюда. Коротышке сейчас нужен покой. — на вопрос: «Чего же и ты не уйдешь тогда?», члены ордена ответ не получили, но комнату покинули, смеясь и желая главе скорейшего выздоровления.       Когда же весёлые голоса стали отдаляться, демон взглянул на Эмриса, а тот дал волю эмоциям. С глаз потекли слёзы, в которых чувствовалась горечь, боль и стыд. При всём при том, гоблин не издал ни звука, утирая всё подступающие и подступающие к глазам солёные капли.       Воланд подошёл к кровати, присел на колени возле неё и прижался головой к чужому животу, обнимая.       — В-Воланд... — тихо всхлипнул глава — Рога...       — Извини, — демон слегка поменял положение, так, чтобы рога не упирались гоблину в подбородок. — Лучше?       Вместо ответа, он почувствовал маленькие ладони на своём затылке. Эмрис тихо всхлипывал, уткнувшись лицом в чужие волосы, иногда легонько массируя затылок. Они сидели так ещё какое-то время, не говоря ни слова — не хотелось рушить момент, да и что сказать никто не знал. В голове Мерлина крутилось очень много вопросов, на которые, конечно, хотелось получить ответ.       Он с детства был таким любопытным, то заинтересуется одним, то другим, и вот он уже правая рука величайшего архимага своего мира. Воспоминания о тех днях приносили ужасную боль и желание, чтобы всё, что сейчас происходит, оказалось банальным кошмаром.       Но нет, вот он сидит на своей кровати, с нерабочими ногами, его обнимает демон, который последний месяц только и делал, что требовал немедленного прогресса и откровенно бесил. Почему же сейчас он не ушёл?       — Воланд… — тихо, будто боясь спугнуть, позвал глава. — Почему ты остался?       Демон недоумённо поднял на него взгляд, смотря в заплаканные глаза.       — Ты спрашиваешь, почему я остался конкретно сейчас, или почему я вообще за тобой присматривал? — такое заявление позабавило и Мерлин улыбнулся. — Ну… я… я переживал.       — А?       — Ты свалился тогда без сознания... я сначала даже не понял, потому что отвлёкся на Люца, но когда всё закончилось и эти потащили тебя сюда я… — демон вновь заелозил хвостом по полу, отводя взгляд. — Я перепугался. Одна часть меня говорила, мол: «Это же Эмрис! Проспится и вновь в бой полезет»… А другая чертовкси волновалась, что ты можешь не проснуться…       — Сейчас всё поза-       — Нет. Ничего не позади, Эмрис. Я же вижу, что тебе плохо. — Воланд вновь утыкается в чужой живот и Мерлин, кажется, чувствует поцелуй. — Не держи всё в себе. Если не хочешь мне рассказывать, хотя бы им скажи.       К глазам вновь подступает влага, гоблин пытается как можно незаметнее избавиться от слёз на щеках, но его выдаёт слишком громкий всхлип, из-за чего Воланд прижимается к главе, показывает, что он рядом.

***

      Прошло пару дней, однако Воланд ни на секунду не покидал комнату главы. Не то, чтобы Эмрису сейчас нужно было столько опеки, демон просто не хотел уходить, всё так же засыпая возле кровати и обхватывая хвостом чужое запястье. Мерлин довольно скептически относился ко сну на полу, однако любое предложение, даже на сон с ним в одной кровати демону не нравилось. Вот же упрямый остолоп.       К сожалению, слова Беннета оказались правдивы – на лице главы теперь красуются круглые очки, а на правом ухе аппарат для усиления слуха, потому что когда глава не услышал слова Бастиана, что сидел чуть ли не в притык к нему, Эмриса это чертовски напрягло и он попросил решить эту проблему.       Но была ещё одна проблема, и у неё уже, Мерлин и маги ордена не видели решения. Ноги теперь бесполезным куском плоти были прикреплены к телу.       Божественная сила, пропущенная через недостаточно крепкое тело гоблина, привела к тому, что ткани и мышцы ног начали попросту отмирать. Лучшим вариантом было ампутировать их, пока они не начали гнить.       Эмрис, к этой новости, отнёсся как не странно спокойно, хотя вечером того же дня он молча сжимал руку Воланда, стараясь успокоится.       Демон тогда во второй раз ненадолго покинул комнату – сходил в столовую и заварил чай, про который вычитал в одной из книжек в комнате Эмриса. Да, сидеть в полной тишине, перебиваемой писком аппарата даже Воланду наскучило, поэтому он, от нечего делать, прочитал таки пару книжек.       — Спасибо... — тихо промямлил глава, принимая кружку из чужих рук.       Демон просто молча сел на стул. Заметив, как на очках скапливается пар от горячего напитка, он осторожно подцепил их пальцем и положил на тумбу.       Гоблину это показалось милым, однако он промолчал, опустив смущённый взгляд на кровать. Когда пустая кружка отправилась вслед за очками на тумбу, Эмрис заметил, что Воланд стал ближе – опёрся руками на кровать и смотрел выжидающим взглядом прямо в его лицо.       — Ты чего? — спросил Мерлин. Сейчас демона было четко видно даже без очков – настолько он близко.       Воланд – видимо не думая – неумело прижался своими губами к чужим, располагая руку на одной из щек. Смотрит в глаза напротив, в которых читается непонимание и удивление. Прошли жалкие секунды, но обоим давно кажется, что время играет с ними в какую-то странную игру, потому как для них прошла вечность. Эмрис прижался к чужой ладони, слегка прикрывая глаза, от чего Воланд резко отпрянул назад, убирая руку.       Мерлин непонимающе взглянул на него, ожидая объяснений.       — Я... — демон нервно сглотнул, чувствуя как в груди бешено бьётся сердце, словно ещё чуть-чуть и выпрыгнет наружу.       Эмрис молчал, слегка щурясь, потому что теперь он видел собеседника не так четко. Эта тишина давила на мозг, заставляя и без того паникующего Воланда только сильнее трясти ногой об пол и елозить по нему хвостом.       — Иди сюда. — приказал гоблин, выжидаюше смотря в чужие глаза.       Демон недоверчиво поддался вперёд, жмурясь, ожидая чего-то неприятного, но вместо этого, на его щёки легли две маленькие ладони, притягивая его ближе.       Эмрис тоже целоваться не умел – его движения были скованными, неуверенными, но настолько нежными, что Воланд поддался ещё ближе, отвечая на неумелый поцелуй главы. Губы Мерлина слегка грубые в силу особенностей кожи, волосы на ощупь мягкие и приятные, что Воланд даже не хочет убирать ладонь с затылка.       Когда гоблин отстраняется, демон слышит удивленный вздох.       — Это было обалденно. — внезапно выдает Воланд.       — Я не верю, что сделал это. — глава в шоке смотрит на демона. Его руки всё ещё находятся на чужих щеках, чувствуя исходящий от них жар.       — А мы... — брюнет осекается, на этот раз думает пару секунд, нервно сглатывет, облизывает губы и продолжает — Можем повторить?       В ответ на это Эмрис вновь притягивает его к себе.

***

      — Дэн! Сколько раз я говорил тебе не бегать по коридорам ордена? — гоблин хмурит брови, смотря на рыжего десятилетнего мальчика, что стоял сейчас с опущенным взглядом. — Ты же не хочешь, чтобы мы это рассказали твоей маме?       От этих слов Дэн дергается и быстро мотает головой.       — Дядя Эмрис, не надо! — просит мальчик — Я больше не буду, честно-честно!       — Кажется, кто-то говорил так в прошлый раз. — Воланд усмехается, опираясь на спинку кресла главы.       — Меня тетя Цессана попросила книжку принести из библиотеки, вот я и решил быстренько за ней сбегать...       — Ладно, иди. — Эмрис дотягивается до головы мальчика и трепет его за волосы — Но без необходимости не бегай, хорошо?       — Хорошо! — Дэн быстро убегает в направлении библиотеки.       — Ты был бы самым нудным родителем в мире. — заявляет Воланд.       — А тебе ребёнка доверить нельзя. Удивительно, что Аргус и Катрина до сих пор разрешают ему с тобой общаться — Мерлин откидывается на спинку кресла, вздыхая.       — Вообще-то-       — Воланд, замолчи. — глава прикладывает палец к чужим губам и чувствует, как его целуют. — Это не сработает       — Это уже сработало, Эмрис. — демон ехидно улыбается, делая акцент на слове «уже». Он выпрямляется и берет ручки кресла-каталки. — Напомни-ка, мы шли на закат смотреть, да?       — Так. Ещё одно слово и никуда я с тобой не пойду. — гоблин достает волшебную палочку и кресло откатывается от Воланда на пару шагов.       — Ну не пойдешь, так не пойдешь — демон подходит к креслу, поднимает Эмриса, усаживая того на своих плечах. — Держитесь крепче, мистер глава — смеётся Воланд, придерживая главу за небольшие культяпы ног и направляясь к выходу на балкон.       — Ты невыносим       — Однако ты меня люби-и-ишь — пропел брюнет.       Гоблин выдохнул, улыбаясь. Он позволил себе расслабиться и обнял Воланда, скрещивая руки на подбородке.       — Эмрис, ты меня сейчас удушишь — хрипит демон.       — Извини — Мерлин усмехается, кладет ладони на чужую голову, а руки оставляет с боку головы, прижимая чужие уши. — Спасибо, Воланд. За всё.       — Да, коротышка, всегда пожалуйста. — он чувствует, как его голову целуют и хвост начинает вилять ещё сильнее.