Когда расцветёт весна

      У Тэхёна сложилось стойкое впечатление, что он ничего не понимает. Особенно лучшего друга, который всю неделю ходил, как в воду опущенный. Взгляд неспокойный, поведение задумчивое. Сразу после пар он бежал к домой, не задерживаясь даже в танцзале, до поздней ночи сидел за уроками, а рано утром вставал и снова убегал в университет, заседая там до вечера. Нет, конечно, Тэ знал, что Чимин тот ещё учебный задрот. Иногда даже скучал по времени, когда до учёбы ему было, как до лампочки. После травмы он стал больше уделять ей времени, но сейчас был какой-то особенно сильный перебор.       И только Чонгук, который не появлялся в университете последние несколько дней, смог раскрыть ему всю правду о странном поведении парня.       — Ах ты, маленький мерзавец! Ты несколько дней со мной на связь не выходил, а тут заявился! — Ви больно ударил его по голове увесистым томиком законов. — Где ты был, прогульщик?!       — Прости, я был дома. Отец навалил на меня огромную кучу работы, я из-под неё только выбрался, — обиженно заявил тот, глядя на своего возлюбленного. — Ты даже не спросишь, как у меня дела!       — Отлично у тебя дела! — огрызнулся парень, поправляя очки на носу. — Вижу отчётливые изменения в твоём внешнем виде. Тебя заставили подстричься и прилично одеться. Это прогресс, зайка.       — Отец сказал, что я выгляжу, как сирота из подворотни, поэтому поступил очень радикально. Всю мою прошлую одежду он сжёг, а меня заставил идти в салон и приводить себя в порядок. Мол, я себя запустил, — Чонгук скривился. — Я едва уговорил его пирсинг оставить. Жадный и противный дядька…       — Ммм… яблоко от яблони недалеко падает, — Тэхён упал обратно на стул и вздохнул. — Но твой внешний вид беспокоит меня меньше всего.       — А что волнует мою принцессу? — Чон обнял парня за плечи со спины и положил подбородок ему на плечи.       — Принцессу волнует её шут, — Ким откинул голову назад, упираясь ею в чужую грудь.       — Чимин что ли?       — Мгм, — глаза сами собой прикрылись от поцелуя в лоб. — Я его не узнаю в последнее время. Как зомбированный на учёбу. Почти не разговаривает, всё время торчит в университете, что-то учит… Кто вселился в моего друга?       — В него никто не вселился, — Чонгук весело усмехнулся. — Это просто Юнги ему в любви признался. А тот в шоке ходит всю неделю. Спорим, что он пытается заставить себя поверить в то, что недостоин этого?       — Ааа… Ну, теперь всё встало на свои места, — Ви выпрямился. — Получит сегодня хороших звездюлей. Уже заколебал, придурок. Когда-нибудь я его убью и сяду за это в тюрьму, но честное слово — не пожалею.       — Пожалеешь. Ты без меня жить не можешь.       Ким почти подпрыгнул от неожиданности, резко поворачивая голову и тут же кривясь от боли в шее. Появившийся буквально из ниоткуда Чимин приземлился прямо напротив него и высыпал на стол свои тетради, открывая сразу несколько. Вид у него был немного замученный, а под глазами залегли синяки. Следом за тетрадями последовала дипломная работа, упавшая с громким стуком.       — Мини, — Тэ наклонился ближе и опёрся руками на стол, выглядя крайне недовольным. — Скажи честно — ты идиот?       — Ты мне это восемнадцать лет повторяешь, — невозмутимо хмыкнул тот в ответ, даже не улыбнувшись.       — Чимин!       — Чего ты от меня хочешь? — парень поднял на него усталый взгляд. Тэхён на миг даже замолчал, увидев такую реакцию. Даже ругать его перехотелось. — А, нет, подожди. Я знаю, что ты мне скажешь. И мой ответ — нет.       — Он отличный парень! Взрослый, осознанный, спокойный, независимый, симпатичный… умный, в конце концов! — Ви всплеснул руками. — Чего тебе ещё нужно от второй половинки? При этом он даже в любви тебе…       — Ви! — взгляд Чимина говорил о многом. Кажется, он совершенно не собирался продолжать этот разговор. — А давай я сам разберусь со своей личной жизнью? Не нужно пытаться устроить мне её.       — Ты хочешь выбесить меня?!       Отвечать ему Пак не собирался. Да и не успел. Прямо перед ним опустился гигантский стакан с кофе, от которого ароматно пахло корицей. Правда, он даже глаза не поднял, только взял его в руки, тут же отпивая большой глоток.       — Вкусно, спасибо, — произнёс он, что-то черкая в тетради.       — О чём спор?       Ви ошарашенно наблюдал за тем, как Юнги в белом халате опускается на угол стола и протягивает Чонгуку ещё два стакана, в одном из которых, судя по запаху, был горячий шоколад. Чимин на него даже не реагировал, только потягивал напиток и, казалось, вообще забил на окружение.       — О том, что Чимин — идиот, — произнёс Чонгук, как само собой разумеющееся, вручая шоколад своему парню. На эту фразу он тут же поймал на себе уничтожающий взгляд. Программисту показалось, что Мин пытается прожечь в нём дырку.       — Да что ты? — его бровь иронично приподнялась. — А ну-ка, напомни мне, кто завалил прошлые экзамены и едва перебрался на третий курс?       — Ну, хён!       — А ещё я могу напомнить, что один пиздюк до сих пор не умеет обращаться со стиральной машиной и боится микроволновок, — мужчину было уже не остановить. Чонгук прямо почувствовал, как на него капают ядом. — У меня есть ещё несколько…       — Перестань, — неожиданно подал голос Чимин, по-прежнему глядя только в свои материалы.       — Хорошо, — очень легко согласился Юнги, обращая на него свой взгляд. Ви готов был поспорить, что в этом взгляде просквозило самое настоящее обожание, которое невозможно подделать. На сердце почему-то стало очень тепло. Он, наконец, впервые увидел, как его друга действительно любят, а не просто говорят об этом. — Что ты делаешь?       — Не могу никак разобраться, — Пак чуть нахмурился и закусил карандаш, протягивая Тэхёну тетрадь. — Не пойму, как трактовать. Двоякий закон, но мне нужно вписать его сюда, так как больше, чем он, сюда ничего не подходит.       — Попробуй перефразировать, — тут же включился Тэ, наклоняясь ближе. — У тебя вот этот кусок ещё более двоякий, чем закон. Намджун бы тоже сказал, что нужно переделать.       — Возможно, — он пожал плечами и снова принялся что-то писать. И даже наклонившийся к нему Юнги не отвлекал его от творческого порыва. Кажется, молодой врач интересовался тем, что он пишет, а вот увлечённый юрист плевать хотел на присутствующих рядом. — Юнги-хён, ты слишком громко думаешь. Я всё слышу.       — Правда? Тогда мне нечего скрывать, — мужчина улыбнулся, приподняв уголки губ. — Ты придёшь сегодня? Я решил посоветоваться с профессором, поэтому хотел, чтобы ты тоже присутствовал. Сможешь?       — Я встречаюсь со своим научным руководителем, — Чимин, наконец, поднял на него взгляд. — Не думаю, что моё присутствие сыграет большую роль.       — А если скажу, что я просто хотел тебя видеть?       — Тогда тем более не приду, — невозмутимо ответил парень, глядя прямо в глаза.       Было видно, как печально улыбнулся ему Юнги, понимающе кивая. Ви готов был поспорить, что он увидел в этом некую обречённость. Мужчину ему стало даже жаль. Этот дурачок Пак отпирался от такого чистого и светлого чувства к себе, а сам невероятно в нём нуждался. Включил холодильник на полную катушку и сидит, радуется.       Прямо ударить хочется.       — Ну и дурак, — озвучил свои мысли Тэхён, резко поднимаясь. — Я пошёл. Больше не могу смотреть на этот цирк.       Чонгук удивлённо взглянул сначала на Тэ, затем на Юнги, но всё-таки побежал следом за возлюбленным, решив, что оставаться здесь нет смысла. Попадёшь под раздачу.       Мин кожей чувствовал холод, исходящий от рядом сидящего парня. Он не излучал неприязни, но близко не подпускал. Мужчина лишь на свой страх и риск коснулся чужих волос и порадовался, что от него не отшатнулись. Даже разрешили поправить прядки, заправить их за ухо.       — Посмотри на меня, — попросил он мягко, касаясь костяшками пальцев скулы парня. Послышался тихий вздох, но просьбу тот выполнил, откладывая всё в сторону. — Я неприятен тебе?       — Нет конечно! — тут же возразил Пак.       — Тогда в чём дело? — Мин говорил очень спокойно, почти ласково. И Чимин немедленно купился. В широко распахнутых глазах появилась безнадёга.       — Я просто боюсь, — честно признался он, позволяя гладить себя по щеке. — Я не тот человек, который достоин твоих чувств. А ты всё равно продолжаешь, заставляя чувствовать себя ещё хуже.       — Мин-и…       — Я не хочу отнимать тебя у других. Зачем тебе человек, который даже рядом с тобой не стоит? Мы ведь совершенно из разных миров, а ты всё равно… Юнги, пожалуйста.       Голос его постепенно затих, а лицо мужчины оказалось криминально близко. И когда губ коснулись поцелуем, он даже сопротивляться не смог, позволяя это сделать. К тому же, с ним обходились очень аккуратно, целуя неглубоко и мягко. Слабый к такому, он быстро сдался, сминая чужие губы в ответ.       Это было очень нежно. Его целовали так, будто боялись сломать. Пальцы Юнги вплелись в его волосы, притягивая чуть ближе. Пухлые губы приоткрылись, а чужой язык толкнулся навстречу первым. Это немного удивило, но позволило действовать решительнее.       Чимин же и подумать не мог, что это будет так приятно. Почему, чёрт возьми, поцелуи с этим человеком отдаются внутри таким тянущим чувством? Как можно целовать настолько потрясающе, что отрываться не хочется? Это просто противозаконно!       Он даже поднялся на ноги, не разрывая поцелуя, чтобы оказаться чуть ближе. Им чертовски повезло, что вокруг не было ни души, а находились они в небольшом закутке, иначе очень много глаз могли бы лицезреть то, как красавчик с юридического крепко обнимает чужую шею, прижимаясь в порыве нахлынувшей нежности к другому красавчику, уже с медицинского. Впрочем, по какой-то совершенно неизвестной причине, обоим было активно на остальных наплевать.       Это было так странно, но в то же время так волнующе, что успокоить собственное сердце не представлялось возможным. Чимин даже сжал в пальцах воротник белого халата, а после скользнул в волосы, становясь ещё ближе. Он не мог сам себе оправдать свои действия… но разве сможет он после такого отрицать, что Юнги ему действительно нравится?       Всё было бы проще, не будь у него столько проблем с головой!       — Чимин-а, — Мин, наконец, отстранился, но не слишком далеко, продолжая аккуратно держать чужую талию в руках. — Ты играешь на моих чувствах. Это нечестно.       — Просто невозможно сопротивляться, когда ты неожиданно целуешь, — буркнул Пак, но почему-то улыбнулся. — И это ты играешь на моих чувствах, потому что я не могу тебе отказать. Как ты прикажешь мне бегать от тебя?       — Не нужно от меня бегать, — он сжал объятья на узкой талии чуть сильнее. — Я ужасный собственник. Всё равно заставлю прибежать именно ко мне.       — Юнги!       — Я буду заботиться о тебе, — мужчина серьёзно заглянул ему в глаза. — Я никому не позволю обидеть тебя. Даже самому себе. Я подарю тебе всё, что пожелаешь. Сделаю всё, что попросишь. Только дай мне шанс. Не отказывай мне сразу.       Чимин готов был поклясться, что впервые слышал что-то подобное. Сколько токсичных отношений он прошёл, сколько натерпелся от них. И впервые ему говорят, что сделают для него всё, дадут всё, защитят ото всех. Разве можно так надрывать и без того склеенное много раз сердце?       — Ты же понимаешь, что, если обещание сдержано не будет — я себя обратно никогда не соберу? — голос его снизился до тихого шёпота.       — Я не позволю такому случиться, — эта серьёзность заставляла купиться на всё, что угодно. Видимо, играла разница в возрасте, но Чимин почему-то верил ему. Каждому сказанному слову. Почему? Он понятия не имел. Скорее всего, во всём виновата эта чёртова забота, которую к нему проявляли столь безвозмездно.       Он даже сам не понял, как подался вперёд, целуя первым. Так жадно, так горячо, не сдерживая себя, чувствуя, как руки мужчины вновь крепко сжимают его и притягивают ближе, заставляя упереться пахом в бедро. Будто весь мир остановился для них обоих, не желающих подавлять своих желаний. Чимин не мог поверить, что делает это сам, что позволяет себе такое. Сыграла человеческая жадность? Как он мог подумать, чтобы отдать этого человека кому-то другому? Его же уничтожит ревность, если он увидит кого-то рядом с ним.       Боже, Чимин, ты чертов эгоист… Но разве это не прекрасно?       Это продолжалось бы и дальше, если бы не раздавшийся в кармане звонок телефона. Пак оторвался с большой неохотой, желая податься обратно, но игнорировать его было опасно для здоровья, ведь его научный руководитель никогда не прощал подобных вещей. Поэтому, тихо прокашлявшись, но не выбравшись из чужих рук, он всё-таки ответил, прислоняя трубку к уху.       — Где ты? Неси свою прекрасную задницу ко мне в кабинет, — женщина, которой было уже глубоко за сорок, весело проговорила это в трубку, заставляя прижатого к чужому телу Чимина густо покраснеть.       — Профессор, я ведь просил вас, — пробормотал он смущённо, замечая приподнятую бровь Юнги, который всё слышал. — Скоро буду, я в библиотеке.       — Жду в течении двадцати минут. Опоздаешь — твоя великолепная задница будет отхлёстана кожаным ремнём. И ты не сможешь ничего сделать, я законы знаю лучше тебя, — с этими словами она отключилась, а Пак беспомощно ткнулся носом в чужое плечо, заставляя мужчину рассмеяться.       — Кажется, твой научный руководитель весьма специфичная личность, — произнёс он, поглаживая его по волосам.       — Она с самого первого курса пристала к моему заду. Фетиш у неё какой-то, — недовольно пробормотал он, поднимая голову и заглядывая в глаза снова. — Хочу шоколадное мороженое с шоколадной крошкой и шоколадным сиропом.       — Будет подано сразу же, как только вы освободитесь от своего научного руководителя, господин адвокат, — Юнги подарил ему ещё один сладкий поцелуй, чуть коснувшись нижней губы, а после лично поправил чуть сбившуюся одежду. Даже помог сумку собрать, вешая её на чужое плечо. — Я бы хотел, чтобы ты кое-куда съездил сегодня со мной. Ты не против?       — У меня вроде бы не было больше дел, так что поехали, — Чимин пожал плечами, двинувшись на выход. Мин шёл практически плечом к плечу, но лишнего себе не позволял, потому что начали появляться люди. И плевать, что у Пака губы зацелованные и глаза блестят. Они. Не. Вместе. — А куда?       — Увидишь, — Юнги загадочно улыбнулся, а после и вовсе исчез, заметив группу студентов со своего факультета. И почему-то сразу стало как-то тоскливо. Чимин только сейчас понял, насколько ему было комфортно и приятно в обществе этого человека, что отпускать его совсем не хотелось.       «Фу, какой жадный, — подумал он про себя, но вдруг приподнял уголки губ. — Но рядом с таким человеком хочется быть жадным. Возможно, я недостоин этого мужчины, но разве я не могу проявить немного эгоизма? Я пока и сам не понял, что чувствую к нему, но это что-то определённо приятное… И поцелуи с ним особенно сладкие.»       Он даже не заметил, как вышел на улицу и прошагал аж до собственного корпуса. Очнулся от размышлений лишь в момент открытия двери в кабинет своего научного руководителя, который, по совместительству, являлся заведующим их кафедры.       Эта женщина всегда выглядела просто потрясающе. У неё была шикарная фигура, идеальная кожа, за которой явно ухаживали, невероятные длинные ноги и изысканный стиль в одежде. На ней равнялась большая часть девушек-студенток, которые следили за каждым её шагом. И почему-то именно Чимину она досталась, как научный руководитель. Впрочем, парень догадывался, почему.       Профессор Бан Джехва приметила его ещё на первом курсе. Она ещё тогда делала комплименты его фигуре, а ближе к выпуску и вовсе перестала стесняться, одаривая комментариями его пятую точку. И если на первом курсе Чимин смущался, то на четвёртом ему было уже глубоко наплевать, а смутился сегодня он лишь потому что Юнги был рядом.       — Ну, молодой человек, — произнесла она, прокручивая между пальцами ручку.       — Что? — поинтересовался он с лёгким непониманием.       — С кем целовался? — профессор хитро прищурилась.       «Старая лиса! Откуда она узнала?!»       — С помидорами, профессор. С кем же ещё? — тем не менее, он остался невозмутим и присел за стол, доставая свои наработки. — Вы бы лучше что-нибудь по работе спросили, а не о моей личной жизни.       — Как же мне оставить без внимания свою прекрасную звёздочку? — она элегантно изогнула бровь. — Твоя личная жизнь меня волнует больше. По твоей работе мне и так всё понятно.       — Ну, тогда я её дописал, — он повторил её жест, заставляя усмехнуться. — Забирайте её на правки и дайте мне пару дней передышки. Или у меня шарики за ролики скоро заедут.       — Никогда в тебе не сомневалась, — профессор на работу даже не взглянула. — Всё равно, Чимин-а! Расскажи, кто это был! Мне же интересно! Он красивый?       — Профессор Бан!       — А богатый? Он с нашего факультета или с другого? Он старше? Или младше? А, может, у него семья хорошая? Или это девушка? Тогда у меня ещё больше вопросов!       — Это парень! — сдался он, обессилено роняя голову на стол. — Красивый. И с другого факультета. И старше. И семья хорошая. Только мы не встречаемся.       — Ой, — она легкомысленно отмахнулась, — встречаетесь или нет — дело поправимое. Двух секунд буквально. Ты лучше скажи, он тебе нравится?       — А вы точно мой профессор, а не мама? — он повернул к ней лицо.       — Я просто люблю молодёжные сплетни, — не стала скрывать женщина. — Расскажи-расскажи!       — Я не знаю. Вроде бы, он мне нравится, — всё-таки признался он после небольшой паузы. — Но я ещё не уверен в этих странных отношениях, поэтому не буду ничего загадывать. И вам, профессор Бан, лучше не фантазировать лишний раз. Между нами ничего особенного нет.       — Фу, Чимин-а, чего так скучно? — Джехва подпёрла голову рукой и надула губы. — Я собиралась послушать побольше подробностей, а ты мне «между нами ничего нет». И о чём мне прикажешь сплетничать с коллегами, которые уже выдали за тебя замуж своих дочерей?       — Чего?! — Пак ошарашенно вскинул голову.       — А то ты не знал! Они уже планировали твою шикарную задницу отдать в ручки своих дочек! Мол, парень красавчик, умничка, уже практически при работе в огромной компании — надо бы сосватать ему своё чадо, чтобы то ни в чём никогда не нуждалось! — она театрально изобразила своих коллег и громко фыркнула. Сама-то она не была даже замужем. — Так что я рада буду взглянуть на их лица, когда они узнают об этом. О твоём расставании с Чой Минсу легенды по университету ходили.       — Это я такая фигура популярная? — Чимин в это даже поверить не мог. Она серьёзно?       — Ещё какая! Ты звезда юридического! На Ким Тэхёна никто не заглядывается, ибо там такая личность, что не подобраться, зато ты — лакомый кусочек, — её лисий взгляд снова заставил его поёжиться. — Хочу позлорадствовать! Позволь мне это сделать!       — Будто вы меня спросите, — он чуть потянулся. — Профессор, вы только для этого меня позвали? Я просто… обещал погулять одному человеку.       — Чимин, — лицо женщины стало чуть серьёзнее, что очень удивило парня. Только сейчас сидела и развлекалась, но в один миг изменилась, словно переключили канал. — Вот в чём дело. Скажи, ты кому-то насолил в последнее время?       — Я?! — его брови ошарашенно взлетели. — Да вроде бы нет. А в чём дело?       — Несколько дней назад на кафедру поступил звонок, — она потёрла переносицу. — Я не буду говорить, кто звонил. Просто знай, что это был кое-кто высокопоставленный. Так вот, он потребовал от нас не допустить тебя до экзаменов и исключить из университета.       Пак в шоке даже дышать перестал. Он почувствовал, как затряслись руки, как дыхание в груди потяжелело. Тело бросило в холодный пот. Мысли разбежались.       Как исключить? Почему? Кому он мог перейти дорогу настолько, что они идут на такие меры?       — Конечно, — продолжала профессор, — мы им отказали. Они грозились какими-то судами, но у них нет ни единой причины, за что можно зацепиться. Ты лучший студент не только на курсе, но и на факультете в целом. Ты отличник. Почти не пропускаешь занятия, только по состоянию здоровья. Твоя медкарта у нас тоже есть, так что не прикопаться. Ты всегда и всё выполняешь. Помогаешь профессорам. Никто не позволит им исключить тебя перед выпускными экзаменами.       — Кто это был, профессор? — Чимин поднял на неё потемневший взгляд. — Скажите. Я хочу знать, кто желает мне навредить.       Джехва задумалась, постукивая карандашом по столу. Было видно, что она очень не хочет говорить, но понимала, что человек обязан знать.       — Это был человек адвоката Хвана, который входит в юридическую ассоциацию страны, — сдалась она, прикусив губу. — Ты знаешь кого-то, кто с ним связан?       Ярость только от услышанной фамилии застелила глаза Чимина красной пеленой. Теперь его трясло вовсе не от паники, а от ненависти.       Как. Он. Посмел?!       Парень сорвался с места, вскочив на ноги. Он уже не слышал зовущего его профессора, не видел перед собой препятствий. Бежал по лестнице, сломя голову, и остановился лишь в самом низу, где, копаясь в телефоне, стоял Юнги. В руках его действительно было маленькое ведёрко мороженого, и только это вынудило Чимина слегка остыть и прийти в себя. Вот только многого это не решило.       Он почти рывком забрал десерт из рук мужчины, привлекая внимание того. Судя по удивлённому взгляду, тот совершенно ничего не понимал, только наблюдал, как с агрессией ест Чимин, тыкая деревянной палочкой в угощение.       — Что случилось? — осторожно поинтересовался он, стараясь не навлечь на себя гнев. Чимин же громко хмыкнул, поглощая мороженое с ещё большим недовольством.       — Помнишь того ублюдка, который был в компании Ким? — спросил он, наконец, заговорив. Юнги медленно кивнул. — Так вот! Он мне мстит. Представляешь? Звонил человек его отца и требовал не допускать меня к экзаменам и отчислить! — он почти прорычал последнюю фразу, после чего надулся, едва держа себя в руках. — Увижу его — порву на британский флаг.       — Не стоит, — от такого холодного тона по спине побежали мурашки. Чимин поднял удивлённый взгляд и ошарашенно захлопал глазами. Вид у Юнги был пугающий. Его взгляд потемнел, а лицо стало таким непроницаемым, что стало даже жутко. Однако тот следом же улыбнулся, протягивая руку. — Идём. Не переживай об этом. Всё будет в порядке.       — Нет, ты подумай, — продолжал ворчать Пак, покорно следуя за мужчиной, который сжимал его ладошку в своей. — Он ведь посмел, мудак, сотворить такое. Это же просто какой наглостью нужно обладать?! Неужели настолько хочет сделать мне плохо, потому что я его отшил? Ну и…       — Хватит возмущаться. Лучше просто поехали со мной, — Мин дослушивать его не стал. Не обращая внимания на косые взгляды, он протащил его до самой парковки. Только там он отпустил его руку, аккуратно снял халат, убирая его в машину, по-джентельменски открыл дверь своему спутнику, чем заставил того тихо рассмеяться, но всё же сесть. И лишь затем сел за руль. Всё происходило так естественно, будто они каждый день так делали. Чимина это даже позабавило, но говорить он ничего не стал. Ему больше было интересно, куда же они едут и что его ждет в этом загадочном месте.