разрываю нервы

понедельник, 24 ноября 2016 года. звон старого будильника, который уже не раз падал с обшарпанной прикроватной тумбочки времён советского союза огласил комнату. Антон невольно пощурился от солнечного света, который даже через блеклые занавески освящал кровать. на ощупь отключив ненавистный будильник, юноша сел на кровати и потянулся. руки приятно захрустели. босыми ногами, в пижамных шортах и домашней футболке шастун пошел в ванную, включил горячую воду и... ничего. шастун уже почти три месяца не оплачивал коммуналку, и разумеется, горячей воды у него нет. а откуда у него деньги? ему 16 лет, работать не берут, мать торчит целыми днями в клубах, а отец умер, когда парню было всего 2 годика. ну и ладно, Антон уже привык к своей нелегкой жизни в двушке Воронежа. сегодня он пропустил первый урок. да и второй тоже. все равно информатика и физкультура ему особого ума бы не придали, особенно в начале 9 класса. зачем сейчас стараться последний год? единственная проблема-экзамены, но запугать какого-нибудь ботана, чтобы он дал ответы, Антону не проблема. все учителя постоянно говорят, что парень от рук совсем отбился, и что отчислить его надо. но так и не отчислили. а сейчас Антон уже перестал волноваться по этому поводу: последний учебный год, отчислять нет смысла. кое-как собравшись и позавтракав бутербродами, шастун взял рюкзак и вышел из квартиры. взял в руки свой старый "редми" с разбитым экраном, старые проводные наушники, в некоторых местах перевязанные изолетной, и включил в скачанных песнях "батареи-нервы". песне уже 6 с половиной лет, но Антон все равно обожает эту песню и считает ее самой любимой. как и группу. заветной мечтой Шастуна уже почти 3 года-попасть на концерт нервов. он знает почти все песни наизусть, и восхищается участниками. когда-то он сам хотел стать музыкантом, чтобы восхищать таких же отбросов, как он. но быстро забросил эту мечту почти сразу, как ему купили гитару. сейчас она валялась на шкафу в его комнате, покрывшись огромным слоем пыли. от дома Шастуна до школы 5 минут прямой ходьбы, так что уже через это время(а для антона через несколько мгновений) он оказался у дверей трёхэтажного, обшарпанного, старого здания. школе уже лет 30, это точно. парень, сделав глубокий вдох, заходит в здание. блеклый свет ламп в холле ослепляет, но через пару секунд глаза привыкают. Антон смотрит на вахту: охранника снова нет. возможно, снова напился вечером и сейчас спит где-нибудь в кустах. ну и ладно. Шастун заходит в раздевалку и снимает старую олимпийку-ей года три, но на новую денег у Антона нет. кое-как вытерев уличные кроссы от грязи, парень поднимается на второй этаж и ищет кабинет русского. простояв перед дверью с минуту, словно ожидая, что она сама откроется, шастун робко постучал и открыл дверь. —извините за опоздание, можно войти?-антон заглядывает в кабинет, ожидая ответа учителя. Лидия Вячеславовна, учительница русского языка, смеряет его брезгливым и осуждающим взглядом, вздыхает и отвечает. —заходи и садись. резкий ответ пронзает слух, но шастун послушно пробегает к своей предпоследней парте третьего ряда. наспех здоровается со своим соседом и по совместительству лучшим другом-димой позовым. Дима был хорошистом из обеспеченной семьи, но слабым. а Антон, как полная противоположность, ударник, у которого едва хватает денег на еду, зато всегда заступался за позова в случае чего. из-за этого и началась их дружба: в пятом классе, когда позова задирали ребята из класса на год старше, Антон вступился за него и избил главаря этой мелкой "банды". с тех пор они и сдружились. уроки(оставшиеся 5) пролетели незаметно, и шастун, слегка подпрыгивая, пошел домой. он зашёл в пустую квартиру и ему сразу стало душно. хотелось снова вырваться на волю, чтобы не секунды больше не оставаться тут. поэтому антон небрежно бросил рюкзак в прихожей и пошел гулять. он чаще зависал на заброшках или пустырях, и сегодняшний день не исключение. он зашёл в заброшенный детский сад и поднялся на второй этаж. там была пробита стена, и это было некое окно для Шастуна. затянувшись дешёвой сигаретой, Антон думал о разном. основной его мыслью было уже очень долгое время "уехать в Питер и попасть на концерт нервов". только вот как он это сделал бы без денег-не ясно. уже вечером, ближе к 10 часам, Антон все таки решил вернуться домой. зайдя в квартиру, он услышал храп матери из гостиной. парень тихо прошел к своей комнате и запер дверь. оглядел уже привычную "будку" взглядом. на стене над кроватью плакаты queen, КиШ, Цоя и нервов. рядом с кроватью украденный дорожный знак "стоп" два года назад, которым Антон, честно, гордился. некоторые вещи он хранил в тележке из пятерочки, уже ржавой в некоторых местах. комната Шастуна больше напоминала кладовку с разным хламом из разных мест, но все они несли воспоминания, и парню было жалко с ними расставаться. Антон брезгливо посмотрел на грязный стол. убираться слишком лень, хотя, наверное, надо бы. давно надо. недели 2 точно. но Антону постоянно то лень, то времени нет, то сил. поставив свой редми на зарядку, шастун устало упал на кровать и отрубился прямо в одежде. на утро у Шастуна сильно болела голова. он решил, что раз все равно проспал 1 урок, то не пойдет вообще. однако счастье валяться в кровати, даже с головной болью, продолжалось не так долго. после третьего урока Антону позвонил Позов. —шаст, прием! ты чё в школу не пришел? вообще не придёшь? что-то стряслось? Дима звучал раздражённо неким предательством друга, но при этом и обеспокоенно. шастун сразу успокоил его. —да в норме я! просто голова немного болела, сейчас прошла уже. но я все равно не приду. —ладно, отдыхай там! и таблетки прими! и.. и... —успокойся, поз. давай, конец связи. Антон сбросил трубку и уставился в потолок. хотелось гулять, но, скорее всего, если шастун попытается пройтись, сразу упадет в обморок. поэтому он просто лежал до конца занятий и спал. а когда проснулся, голова уже не болела. шастун обрадовался(что для него было редкостью), встал, оделся и пошел гулять. на этот раз он пошел на другую заброшку-старый сгоревший дом. года 2 назад шастун постоянно гонял тут с ребятами с района и разбирал вещи, некоторые оставлял себе, некоторые продавал. от настольгических воспоминаний шастун слегка улыбнулся и стал осматривать дом. с последнего раза, как он тут был, ничего не изменилось. видимо, больше сюда никто не ходил. походив бесцельно по черным от сажи комнатам с разбитыми окнами Антон отправился гулять по городу. снова включив нервы в наушниках, он ходил по улицам и тихо напевал текст песни. некоторые люди косо на него смотрели, и в другой момент шастун бы начал осматривать себя и думать, что не так. но сейчас, из-за музыки, он будто забывал обо всем. будто есть только мелодия в наушниках и он. музыка исцеляла. музыка лечила. музыка рассказывала.