Внедрение в комплекс

Я проснулся от будильника. На часах было 4:05 утра. Я стал готовиться к операции. Первым делом я положил в карман жёлтую карту учёных. Но тут я увидел под столом хорошую, увесистую палку, которая была прикручена к ножке стола. Я аккуратно оторвал палку от ножки. На палке было 3 гвоздя сверху, что было очень хорошим способом обороны. Я взял с собой большой рюкзак, чтобы спрятать палку. Я очень надеялся на удачу и на то, что никто мне не помешает. Я осторожно вышел из своей комнаты и двигался по карте, которую я уже досканально изучил. Быстрым шагом я шёл к SCP-914 (машина). По дороге никого не было и я без особых проблем дошёл до машины. Я был удивлён, что всё так хорошо складывалось, ведь чёткого плана у меня не было. Вот я стою перед SCP-914 и слева я увидел навесную аптечку. Они были сделаны для использования их в экстренных ситуациях. В этой навесной аптечке я нашёл саму аптечку и адреналин. Это всё мне очень понадобился в будущем. Я приложил свою карту к считывателю. Прозвучал очень громкий звук открытия титановых дверей. Я опешил, но вбежал в неё и в спешке закрыл двери. Звук был очень громким. Я достал карту и палку с 3 вбитыми гвоздями. На полочке около машины лежала карта уборщика. Её я тоже взял с собой. Я бросил свою карту с картой уборщика на 1:1, после нажал на машине: "fine" и ещё раз нажал: "fine". Хорошо, что я уже знал как улучшать карточки. Но во время прокачки карт до карт совета О5 я услышал открытие двери перед машиной. Меня затрясло, как в лихорадке. Машина прокачивала карты тоже не тихо, и каждому кто подошёл бы к машине было бы понятно, что я точно не уборщик. Я снова встретился со смертью лицом к лицу. Я аккуратно взял палку с гвоздями и убрал руку за спину. Карты ещё прокачивались. Я услышал звук медленно открывающихся титановых дверей. Увидев серый силуэт с оружием я всё понял. Евгений: Так-так... Что тут делает господин учёный в четыре утра в машине? А!? Я: Ждём уборщика... Евгений: Уборщика... Хах, это хорошо... Евгений начал медленным шагом подходить ко мне и медленно доставать наручники. Я почуствовал, что-то внутри меня как-будто проснулся демон. Я не понимал, что делаю. Из-за спины я достал увесистую палку с гвоздями, которая больше была похожа на биту, и со всей злости вмазал охраннику Евгению по голове. Прозвучал звук, похожий на проверку качества арбуза только в дватцать раз сильней. Евгений грохнулся всем своим телом на пол и начал кричать от боли. Я рукой держал его рот. Оружие вылетело из его рук. Я кое-как дотянулся до закрытия двери машины. Я начал шептать плачащему от боли охраннику: Я: Никто не смеет мешать мне! Никто не смеет связывать меня... Ты должен знать, кто такой Томас Крафт! Умри же за своего хозяина! Я снял с него кофту, которые носят охранники, и закрыв его рот, чтобы тот не кричал начал терзать его тело. Медленно я проводил гвоздями по его коже. Охранник уже не сопротивлялся, а лишь тихо плакал, ожидая своего близкого конца. Вскоре на полу от бывшего человека ничего не осталось. Создавалось ощущение, что на полу делали винегрет: на полу лежали разорванные кишки, сердце и печень. Всё это было покрыто кровью. Я взял ведро и начал оттирать всё, что я там сделал, сложив всё, что я не мог оставить в рюкзак. Всю кровь я оттёр, помыл свою одежду и самого себя. Но рюкзак, точнее его содержимое, было очень страшное и мне нужно было от него избавиться. Я взял тряпку, чтобы вытирать кровоподтёки из этого рюкзака. После всех этих событий у меня тряслись руки. Понятно, что я бы никогда такого не смог забыть. Я положил рюкзак в железную герметичную коробку и вынес его на мусорку. Слава богу такие коробки были в комплексе, но я их использовал по другому назначению. Приходя с улицы меня бросило в дрожь, от происходящего. Я не мог поверить, что я на такое способен. Я выпил 3 таблетки успокоительного и вроде бы мне стало немного легче. Я отправил письмо Регенширму о получении карты совета О5 и пошёл отдохнуть. Поспать мне было необходимо. Засыпая я понял, что если бы я не сделал этого, то меня бы убили и тогда было бы больше жертв Томаса Крафта. И я не думаю, что ему было бы жаль меня, поэтому борьба с режимом Томаса Крафта требует жертв. Война не бывает без жертв... К сожалению... С этой мыслью я уснул...