Мне не нравится, что ты зовёшь к себе Костю

      Утро воскресенья. Наконец, заслуженный отдых. Время, когда можно забить на бесконечные олимпиады, домашние задания, занятия с репетиторами и просто спать…       … до треклятого «Вставай, с первыми лучами вставай!», доносящегося из динамика телефона.       Помни, он стоит десять тысяч, его нельзя разбивать, нельзя…       В ответ что-то под боком недовольно замычало. А после стащило подушку и швыряет её в сторону тумбы. Устройство данное действие не оценило и уже подвибрирывала к краю.       Благо Саша успел среагировать раньше, и телефон удалось спасти. Пока. Сон, к сожалению, уже выветрился окончательно. А как говорил отец: «Не можешь уснуть? Тогда вот тебе занятий на ближайшую неделю…» — то есть, всегда можно найти, чем себя занять. Например, завтрак себя сам не приготовит.       Когда Саша уже закрывал дверь, видел на кровати лишь сопящий холмик, накрытый простыней.

***

      — Доброе утро!       Из проёма показался взлохмаченный миниатюрный парниша с веселой широкой улыбкой на лице. На вид и так не скажешь, что он старше Саши на полгода, так ещё в толстовке, явно ему не по размеру…       В Сашиной толстовке. За которой не было видно домашних шорт.       Саше надо было просто привыкнуть к этому, безусловно, дружескому жесту. И не пялиться так, чтобы не вызвать очередную ехидную улыбку и намёк на неправильные мысли.       — Доброе, — Саша отвёл взгляд от греха подальше и вернулся к сковороде, — Сегодня омлет.       — О, какое счастье! — пролепетал Костя, плюхаясь на стул, — С сахарком?       — Очень смешно, — фыркнул Сахаров, выкладывая блюдо на тарелки.       Уже положив еду на стол, он заметил, как Костя что-то быстро печатает на телефоне в чёрно-белом чехле…       Стоп.       — Это же мой, — поспешно выхватил из рук устройство Саша.       — Ой, Шурка, извини, — хихикнул Омлетов, — Взял первый, что под руку попался.       — Просил же не брать, — недовольно выдохнул Саша, просматривая последние вкладки.       — А вот сам виноват! Нечего вещами…       Дальше Сахаров не слышал. Крайней открытой страницей значился чат с матерью. Твою ж мать. Его ж мать, если быть точнее. Она с отцом уехала на две недели в командировку, потому Саша каждый день отписывался, что да как.       Лишь бы он ничего не сморозил, лишь бы- Мама: «Привет, сынок. Ты уже позавтракал?»

«да»

Мама: «Что ел?»

«минет»

      Пальцы Саши судорожно печатали новое сообщение.

«Омлет. Т9 включился»

Мама печатает…       — Ты невыносим.       Костя уже перестал сдерживать смех и теперь чуть ли не под стол лез. Мама: «Мне не нравится, что ты завтракаешь со своим другом, не сообщив нам.»       — Ненавижу тебя, — простонал краснеющий Саша, прикрывая лицо рукой.       — Я тебя тоже люблю, Шурочка, — сквозь смех ответил Омлетов.

«Прости. В следующий раз сообщу»

Мама: «В следующий раз?»

«Не говори отцу, пожалуйста»

      Ещё нагоняя от отца не хватало. Он и так Костю недолюбливал, особенно тот факт, что его сын общался с парнем из бедной семьи. Если начнёт что-то подозревать, беды не миновать. Благо когда дело доходило до отцовой немилости, они с матерью становились сплоченнее Суини Тодда и Ловетт.       Ответ приходит через бесконечно долгую минуту. Мама: «Хорошо. Дома поговорим.»       — Ешь, Шурка, а то остынет. Или ты хочешь чего-то другого?       — Пошёл ты.       В ответ лишь заливистый смех. В Костю полетело кухонное полотенце.

***

      Утро воскресенья. Наконец-то. Время, когда можно отдохнуть от всего тяготящего и посвятить свободные минуты спокойствию, тишине и покою…       … или личному времени с другом с пятого класса. Что под одеялом вытворял такое, отчего поджимались пальцы ног и из горла вырывались хриплые стоны. Руки потянулись к тёмным волосам, зарылись в них, поглаживая, надавливая, направляя. Косте это нисколько не мешает, даже наоборот — теперь к Сашиным постыдно приятным ощущениям добавилась вибрация от чужого голоса.       Терпение было на пределе. Пальцы Саши потянули за пряди в попытке оттащить, но Костя только сильнее вцепился в его бедра своими и опустился ниже. Сдерживаться не осталось сил.       — Дурак, — беззлобно, на выдохе прохрипел Саша, пока тянулся к ящику с салфетками.       — Я не виноват, что ты такой сладкий, — хихикнул Костя, облизнувшись и заигрывая бровями.       — Иди лесом, — шутливо ударил в плечо, вызвав тихий смех.       Хотелось снова спать или как минимум лежать до победного. Костя, судя по мирному сопению, предпочёл первое. Рассудив, что дел и без того нет, а Алла Михайловна, его репетиторша по обществознанию, заболела, Саша собрался присоединиться. Но перед этим закончить одно дело. Мама: «Привет, сынок. Вы уже поели?»

«Доброе утро. Да. Омлет»

      Отключив телефон, Саша повернулся на бок и, глядя на своё сопящее недоразумение, заснул.