Наследие предназначения

       Вместе с Кейси и Драксумом Сплинтер отправились защищать город, им пришлось разделиться, чтобы не допустить новых разрушений, каждый понимал, что должен постараться изо всех сил, как и то, что они могли только верить друг в друга и черепашек. Леонардо, Рафаэль, Микеланджело и Донателло оказались прямо над охваченной цепями статуей, которая покрывалась трещинами, стенала, но пока что не падала вниз.        Цепи тянулись к правой руке эль-даркина и тот оказался без привычного плаща, в свете заходящего солнца сверкала алым кожа, нет, скорее доспехи, под ними в груди виднелась бордовая субстанция, а в ней сияли три сгустка энергии, ещё один, горящий жёлтым, просматривался через прозрачное запястье. Леонардо первым ворвался в бой, швырнув одну из катан к цепям и разрубив их, но те не опали, а будто змеи кинулись к Леонардо, тут же оказавшемуся внизу у второго клинка. Моментом Микеланджело без промедления воспользовался, направил оружие к эль-даркину, связывая его по рукам и ногам, не забыл о хвосте, а Рафаэль, вокруг которого сияла магическая оболочка, с яростным криком бросился в атаку. Прежде, чем он дотронулся до брони эль-даркина, тот взревел, разрывая цепи, высвободил свои и обвил ими руку Рафаэля, швырнул его в основание статуи, мгновением позже бросился на Микеланджело. Железные когти вспахали землю на месте, где он только что стоял. — Спасибо, Ди!        Краешком губ и лишь на мгновение Донателло улыбнулся, помог брату спрыгнуть в безопасном месте, сам занял позицию на возвышении, превратил бо во множество боевых орудий, которые принялись стрелять по эль-даркину. Ни один из снарядов не задел его, защищённого магической красной оболочкой, ему оказалось достаточно лишь выставить огромную алую руку, чтобы пули и ракеты разбивались о его ладонь. Микеланджело напал с другой стороны, обхватил цепями левую руку эль-даркина и что было сил потянул на себя, пусть не заставил противника даже шага ступить. Тот оскалился, не мог ни высвободить руку, ни переместиться в более удобное для нападения место. Над головой эль-даркина забрезжил голубой, а затем алый свет. Из открытого Леонардо портала показалась гигантская красная рука, вкладывая в неё всю силу, всю ненависть и страх за братьев, Рафаэль врезал эль-даркину, выбивая его из магической оболочки, словно комету ударил его о землю.        Поднялась пыль, в сторону разлетелись куски бетона, сквозь дымку виднелось, как эль-даркин, похожий на стального дракона, поднялся на ноги. На нём не осталось ни единой царапины, он не устал, не запыхался и не воспринимал противников всерьёз, а вот Рафаэль чем дольше глядел на него, тем сильнее проигрывал морально. Снова этот неоправданный чудовищной силы страх начал сковывать руки и ноги, не позволял ни двигаться, ни трезво мыслить, шептал, чем обернётся противостояние. Эль-даркин, в руке которого горела красная энергия, покрыл её защитной оболочкой, развернулся к Рафаэль и Микеланджело, разрезая воздух хвостом, они видели лишённые эмоций глаза и не могли сделать ничего, кроме как приготовиться к нападению. Снова на эль-даркина обрушился град магических снарядов, от которых тот закрылся рукой, как щитом. В тот же момент Леонардо открыл портал позади эль-даркина, занёс меч обеими руками, но не успел ударить. Воздух покинул лёгкие, на миг Леонардо показалось, что его сердце замерло, когда когти эль-даркина впились прямо в грудь. Секунда, и он ударил спиной о землю, выбивая кислород, Леонардо вскрикнул от боли. — Не тронь его! — яростно проревел Рафаэль, бросаясь на эль-даркина, но тот без труда перехватил руку Рафаэля, который за несколько секунд до удара остановился и безвольно замер. Эль-даркин вонзил когти под полупрозрачную оболочку.        Атака провалилась, но Леонардо по крайней мере успел упасть в портал и оказаться подальше от чудовища. Заставив магический покров исчезнуть, Рафаэль отскочил назад, встал, совершенно не готовый к бою, почти не чувствовал боли в руке, но ощущал, что-то не так, сердце колотилось, силы стремительно покидали тело, а им не удавалось выиграть те полминуты, в которых все так нуждались. Эль-даркин не спешил нападать, он взмахнул правой рукой, под запястьем на ней заструилась серая энергия. — Мне надоели ваши игры. Мой бог не будет больше ждать.        Произнеся это, эль-даркин ударил ладонью о землю и та задрожала. Каждый камень, каждая песчинка, покрытая трещинами статуя и её основание, весь остров словно ожил и чужакам он не был рад. Колонны, каменные змеи и щупальца вырвались из земли и величественной статуи, они бросились на черепах разъярённой стаей. Одна из колонн сбила Донателло, вторая едва не придавила его, но Леонардо успел открыть портал, спасая брата. Леонардо тут же ринулся вперёд, едва уворачивался от десятков каменных копий, которые вырывались прямо из-под земли, одно из них чуть не пронзило Микеланджело, но Рафаэль успел закрыть его спиной. Копьё разбилось о магическую оболочку, но тут же появились новые, копья из земли и камня, они градом обрушились на Рафаэля, повезло, он сумел среагировать и метнуться в сторону, одной рукой придерживая Микеланджело под брюшко.        Оружия за спиной Донателло едва успевали отстреливать каменных змей, те разбивались на пыль и осколки, падали на землю и вновь собирались в стены и колонны, надвигающиеся со всех сторон. Черепахам удавалось выстоять, но лишь какое-то время, ведь скоро почва под ногами задрожала, начала то проваливаться, то подниматься, медленно, а затем вдруг резко, вынуждая следить теперь за всем вокруг, постоянно перемещаться, уворачиваться и разбивать бесконечных каменных змей. Почва под ногами Рафаэля резко ушла вниз, тот успел зацепиться за выступ и в следующую секунду оказался подброшен. Всё, что Рафаэль смог сделать, это создать защитную оболочку прежде, чем огромная змея из камня раззявила пасть и бросилась на него, вбивая в асфальт, разбивая магическую защиту и себя.        С помощью механического панциря Донателло успешно маневрировал в воздухе, мистическое оружие взрывало, обстреливало и сбивало каменные колонны, вместе с тем он пытался помочь братьям, и как раз вовремя. Громадная лапа начала формироваться над Микеланджело, у него не получалось ступить ни шага, ведь со всех сторон нападали бесчисленные копья, столбы, змеи, их едва удавалось успевать разбивать, как тут же появлялись новые. Ладонь с огромными когтями поднялась вверх и резко ударила, не попала по Микеланджело, которого успел подхватить Донателло, чтобы, едва он миновал лапу, обоих сбила вдруг сформировавшаяся колонна.        Копья появлялись на стенах статуи, вылезали из земли и громадных колонн, десятки, а может сотни. Они замерли, но через секунду устремились в Рафаэля, в Микеланджело и Донателло, готовые пронзить их, но вдруг снова остановились. Настала тишина, лишь редкие камни осыпались вниз и пыль медленно оседала, когда эль-даркин повернул голову к Леонардо и открытому рядом с ним порталу. До боли сжимая оружие, Леонардо тяжело дышал, на его руках и ногах различались неглубокие порезы, а в глазах — ужас. Как только эль-даркин двинулся, Леонардо сделал шаг к порталу, глотал воздух, чтобы суметь заговорить, громко, яростно, с отчаянием. — Тронешь их, и скажи «прощай» своему богу.        Эль-даркин сощурился, глухо прорычал. — Не знаешь, куда он ведёт? — Леонардо с трудом мотнул головой в сторону портала. — Можешь поверить, там ты меня не найдёшь.        Из-под доспехов снова прозвучало рычание. Эль-даркин выпрямил спину, слабо повёл рукой, от чего копья начали отступать, но не слишком далеко, им всё ещё хватило бы секунды, чтобы бросить в атаку. Леонардо собрал достаточно сил, чтобы продолжить говорить, хотя сам едва стоял на ногах. — Пусть мои братья уйдут, а со мной делай, что хочешь. — Их смерть не нужна мне, — задрал голову эль-даркин. — Брось своё оружие, воин, и стань вместилищем силы моего бога.        Всё своё внимание эль-даркин сосредоточил на одном лишь Леонардо, даже не бросил взгляд на Рафаэля, который, с трудом опираясь на колено, поднялся. Он покрепче взял сай, призвал магическую оболочку и вздрогнул, когда услышал Леонардо, его напуганный голос: — Раф, нет!        Рафаэль поглядел на Леонардо, на открытый портал, на Микеланджело, которого собой закрывал Донателло от острий зависших в воздухе копий, на свои руки, они всё ещё тряслись при одном лишь взгляде на эль-даркина. Склонив голову, Леонардо бросил катаны в портал, встретился глазами с эль-даркином. — Отпусти моих братьев.        Когда эль-даркин выставил руку, в Леонардо что-то дрогнуло, он не был уверен, как быть, если это чудовище нападёт, не успел бы забрать оружие, сам бы добрался до портала, но остальные… Однако эль-даркин лишь повёл пальцами, призывая Леонардо отойти, и он подчинялся, чем дальше отходил от портала, тем дальше отступали копья. Те начали рассыпаться. Когда эль-даркин взмахнул рукой, в ней засияла голубая энергия, в одно мгновение он оказался прямо перед Леонардо, слабо взял того за горло. Леонардо не сопротивлялся, как не успел бросить последний взгляд на братьев прежде, чем эль-даркин бросил его в созданный портал.        Леонардо ударился плечом о каменный пол, и от удара всё тело пронзила боль, будто ей наконец позволили высвободиться. Едва Леонардо поднялся на ноги, как их, руки и шею связали сияющие жёлтым цепи, они сдавили до хрипа, но не пытались убить, только заставили встать на колени. Сквозь зубы Леонардо прошипел, узнавал этот багровый свет, эти своды заброшенного святилища, видел, как сияла броня эль-даркина, шагающего кругами, будто волк у добычи. — Я чувствую твою силу, воин, но семейные узы делают тебя слабым.        Издевательская усмешка сама собой сорвалась с губ, она так странно смотрелась на лице Леонардо, стоящего на коленях посреди разрушенного храма, связного, истекающего кровью. — Слабым? Хах… Без них я — никто.        Вскинув голову, эль-даркин фыркнул, он взял Леонардо за лицо, слегка царапая кожу когтями, принялся разглядывать, будто видел в первый раз. — Твоё тело сильно, но дух твой слабейший. Что же, значит мне недолго придётся ломать его.        Леонардо ухмыльнулся, пусть цепи сжимали до боли, но не так, как сердце осознание того, что это может быть конец. Возможно, с духом того бога и удастся сладить, но как долго? Вряд ли Леонардо сумеет подавить его, если это вообще реально, может, выкроит пару минут, едва ли удастся бороться с ним дольше. С вызовом Леонардо заглянул в глаза эль-даркина. — С этим я бы поспорил.        Вновь Леонардо усмехнулся, но в этот раз над собой. После того, как всё получилось в прошлый раз, с крэнгами, сердце Леонардо щемило от слепой наивной надежды, что сейчас тоже обойдётся, но реальность казалась более жестокой, и Леонардо понимал её. Они вчетвером не смогли получить даже несколько секунд, чтобы справиться с эль-даркином, а теперь точно не одолеют его, раненные, уставшие, побитые, находящиеся так далеко, но хотя бы в безопасности. Где-то в глубине души Леонардо надеялся снова увидеть улыбку Микеланджело, послушать какую-нибудь занудную речь Донателло об очередном его изобретении или выслушать замечания от Рафаэля, однако вряд ли это когда-нибудь случится. Наверное, этого никогда больше не произойдёт. Как и к Кейси больше не удастся прикоснуться, просто так, потому, что захотелось ощутить его тепло.        Цепи стянулись сильнее, вырывая из Леонардо глухой хрип. Леонардо сжал пальцы, попытался двинуться, однако стало только больнее, цепи стянули едва ли не до хруста панциря. Может, Леонардо слегка поспешил с мыслями о том, что сумеет долго продержаться, и тем более, что сможет противиться богу эль-даркина, этому чудовищу, которое висело прямо над головой, кажется, оно почувствовало своё новое тело, начало медленно двигаться в своём пузыре. Наверное, это в самом деле конец. Обидно. Леонардо так не сумел сказать Кейси то, что хотел, то, что чувствовал, пусть не до конца мог объяснить это самому себе, но сказать бы очень хотел, ещё раз поцеловать его или просто увидеть.        Свет, падающий сверху, усилился, заставляя Леонардо склонить голову в поражении. Видимо, он всё-таки опоздал, воли оказалось не так много, как Леонардо предполагал, но сдаваться он не собирался, до последнего обещал себе бороться с этим богом эль-даркина ради своих братьев, ради Кейси, ради Эйприл и пап. Свет стал ярче, но не такой, как должен был, этот оказался другим, слишком знакомым, родным, нежно-голубым, на который Леонардо поднял голову, не веря собственным глазам. Прямо в потолке открылся портал, точно такой же, как те, которые создавал Леонардо. Нет, не просто похожий, а тот самый.        Эль-даркин взмахнул рукой, призывая защитную оболочку исполинских размеров, встретил удар не менее огромного кулака. Рафаэль ударил эль-даркина в грудь, но, конечно, не пробил красную броню. Едва Рафаэль увидел его, едва уловил энергию, исходящую от этого чудовища, как потерял весь запал, снова мышцы будто превратились в камень, а в голове лишь трещала паника. Но пусть гением, как Донателло, Рафаэль не прослыл и стратегом являлся таким себе, но кое-что всё же заметил. Магическая энергия вокруг Рафаэля потухла, он закрыл глаза, позволил себе лишь секунду, чтобы успокоить дыхание, и с голыми руками бросился на эль-даркина, не открывая глаз. Против его громадной оболочки глупо выступать без оружия, но Рафаэля это никогда не волновало. Он нападал на эль-даркина, которому не причинял никакого вреда, зато Рафаэль сосредоточил на себе всё внимание противника, быстро перемещался и за счёт разницы в размерах легко уворачивался от атак. Рафаэль делал то, что должен, бил всё сильнее, преисполненный намерения защитить свою семью, даже если не мог причинить эль-даркину никакого вреда.        Свою роль Рафаэль сыграл, в очередной раз, когда он приготовился напасть, из портала хлынули пылающие цепи, они опутали руки, ноги и хвост эль-даркина. Яростно проревев, он разорвал одну из цепей, освобождая руку, попытался разрубить остальные когтями, но Рафаэль бросился на врага, за несколько секунд до того, как напасть, призвал мистическую силу, покрывая ею кулак, и ударил эль-даркина в грудь, выбивая его из магической оболочки, швыряя прямиком в каменную стену. — Моя сила бесполезная? А как тебе это?! — пылко крикнул появившийся из портала Донателло, призывая оружие.        Выставленное вперёд бо удлинилась, на его острие вспыхнул бур. Он вонзился в металлическую грудь эль-даркина и с чудовищной скоростью начал вращаться, высекая искры, а тот оскалился, издал сокрушающий стены рёв, однако не мог остановить вращение бура, едва дотронулся до него, как немедленно одёрнул когтистую руку. Вновь эль-даркин зарычал, обвил бур хвостом между лезвий и сжал, замедляя вращение, но это помогло лишь на миг. Бо начал трансформироваться, от древка стали сформировываться дополнительные ответвления, и на каждом появлялся из фиолетовой энергии бур, они крутились настолько быстро, что казалось, лишь дрожали. Острия вонзились в руки и ноги эль-даркина, в его грудь и хвост, не позволяя чудовищу сдвинуться, вбивая его всё глубже в стену, от чего разлетались куски камня и пыль.        Наконец из портала выпрыгнул Кейси, зацепился крюком и, минуя огромное расстояние, приземлился возле Леонардо, пилой разрубил цепи и немедленно кинул ему катану. Лишь секунду Кейси с Леонардо позволили себе обменяться взглядами, выстраивая план, а затем бросились в бой. Леонардо ощущал, как стучало воодушевлённое сердце, не стал противиться улыбке, которая сверкнула на губах. Он взмахнул рукой, рисуя новый портал, стал ждать момента, чтобы открыть второй.        Донателло не позволял эль-даркину сдвинуться, однако тот не намеревался сдаваться, постепенно он давил на буры, отталкивая их от себя, но недолго. Создав вокруг себя громадную магическую оболочку, Рафаэль взялся за бо, отвёл его назад и с неистовой мощью вонзил в эль-даркина, пока буры вращались всё быстрее. Невиданной мощи удар пробил металлическую броню, та пошла трещинами, а буры всё сильнее разрушали её, разрывали на куски. Как только Леонардо увидел, что тело эль-даркина лопнуло, словно стекло, создал портал прямо перед ним, а Рафаэль одёрнул оружие.        На разломанную грудь эль-даркина, через которую просматривалось неясное вещество алого цвета, Микеланджело положил ладонь, пальцами начертил узор, какому обучил Драксум, как он говорил, обязательно справа налево, немного вниз, и направил энергию, всю, какая только имелась, ради братьев, ради своих пап, всю злость, обиду и радость, которые мог испытать. Нарисованный энергией круг засиял золотым светом, он стал распространялся по телу эль-даркина, покрывая его истинную сущность трещинами, Леонардо выскочил из портала, тут же схватил Микеланджело за панцирь и затащил вместе с собой обратно, чтобы выйти рядом с братьями. Те видели, как жёлтый свет покрывал эль-даркина, слышали, как тот рычал, ревел и скалился, попытался призвать свою силу, однако едва мог пошевелиться, чужое тело больше не слушалось его, а дух постепенно терять связь с телом. Сияющие трещины распространялись по груди и рукам эль-даркина, начинали ломать его, вырывали из него всполохи украденной энергии и в конце концов та высвободилась взрывом, от которого черепах и Кейси закрыл Рафаэль, прижал к себе и защитил мистической энергией.        Постепенно всё угомонилось, сверху посыпались обломки камней, по-прежнему падал зловещий бордовый свет, но сейчас не внушал такой опасности, как прежде. Не отпуская катаны, Леонардо замахал ладонью, разгоняя пыль, не видел эль-даркина, от него осталась лишь броня, которая медленно тлела, последние искры энергии монстра тоже растворялись в воздухе вместе с ощущением угрозы. Не успел Леонардо с успокоением выдохнуть, как получил мощный подзатыльник. — Ау! — Хватит так делать! — крикнул Рафаэль, а в следующую крепко обнял Леонардо, к нему с объятиями кинулся Микеланджело, подошли Донателло и Кейси.        Наконец Леонардо почувствовал, как начало успокаиваться сердце, выронил оружие, чтобы дотронулся до братьев, ощутить их тепло, обнять в ответ. Первым отошёл Донателло, принялся закреплять на стенах и полу округлой формы устройства, между тем Рафаэль не скрыл восхищения перед тем, как здорово у Микеланджело получилось, какой он молодец, а заодно Рафаэль позволил Кейси и Леонардо остаться наедине. Тот устало улыбнулся. — Как ты сделал это? — Не знаю... мне просто нужно было это сделать, — в ответ улыбнулся Кейси, вновь прильнул к Леонардо, в этот раз вплотную, крепко обнял его и почувствовал прикосновения к своей спине.        За происходящим Рафаэль украдкой наблюдал, ощущая внутри покой, рука болела, как и всё тело, почти природный ужас перед эль-даркином не развеялся до конца, они едва не погибли, но снова справились, вместе. А ещё Рафаэль заметил, что делал Донателло, насторожился из-за красного мигая на маленьких устройствах. — Донни, ты уверен, что это хорошая идея? — Разумеется. Мы поговорили с Драксумом и пришли к выводу, что это место нужно сравнять с землёй! — с нескрываемым почти садистским удовольствием ликовал Донателло. — Как скажешь, — Рафаэль поднял с земли катану, передал её Леонардо, встречаясь с ним взглядами, улыбнулся. — Выводи нас отсюда, братишка.        Открыл портал он не один, сделал это вместе с Кейси, накрыв его ладонь своей. Всего одно плавное движение и портал вспыхнул, а как только Леонардо и Кейси вошли в него, позади раздался частый писк, за ним чудовищной мощи взрыв, каменные стены и потолок обвалились, погребая под собой место, где был запечатан последний эль-даркин. Больше никто не знал к нему дорогу.        Драксум и Сплинтер сумели одолеть последователей клана Фут, вновь заставляя их сбежать. Как надолго, никто не знал, но в который раз Нью-Йорк был спасён, пострадала разве что Статуя Свободы, но вряд ли ей приходилось привыкать. Все устали, но испытывали непередаваемую гордость за себя, за своих сыновей и братьев, успокоение от того, что опасность миновала, не смогла выстоять перед настоящий силой, когда Леонардо, Рафаэль, Донателло и Микеланджело работали сообща. Едва вернувшись в логово, они без сил рухнули спать, все, кроме Леонардо, у него имелись совсем другие планы.        Лёжа под Кейси Леонардо долго целовал его, гладил спину, поясницу, пропускал чёрные пряди между пальцами, не в силах насытиться пьянящей страстью, свободой, желанием, которое больше не приходилось сдерживать. После сражения с эль-даркином мышцы Леонардо болели, особенно спина, и руки, и шея, в общем-то, вообще все, и Кейси чувствовал это лучше него, не позволял подняться, придерживал за плечи и живот, скользя подушечками пальцев по щиткам пластрона, но порой опускал ладонь ниже, проводил между ног Леонардо, будоража его.        Кейси плавно поднялся, рефлекторно размыкая губы, сделал глоток воздуха и через ресницы поглядел на Леонардо, не менее очарованного происходящим. От переизбытка чувств рука Кейси дрожала, он дотронулся до лица Леонардо, улавливая горячее дыхание, положил ладонь на щёку, провёл по красной полосе снизу глаза, коснулся уголка губ с этой уверенной, ехидной, слегка неловкой улыбочкой. Ещё раз большим пальцем Кейси провёл по полоске, поцеловал Леонардо под глазом, затем шею, ловя шумный честный выдох. На коже Леонардо осталось несколько царапин после цепей, на руках, ногах и шее, и к ранам Кейси бережно прикасался, будто пытаясь таким образом их исцелить, иногда дотрагивался до них губами, нежно целуя, пока Леонардо, закрыв веки, чувствовал.        Он знал, что вместе они одолеют эль-даркина, не думал только, что это произойдёт так скоро, намеревался сражаться с Бьёртил Оскуни своей волей, до последнего отвоёвывать тело, но это не потребовалось. Сейчас же Леонардо лежал и вполне осознанно отдавал своё тело Кейси, ощущал каждое его прикосновение. Леонардо чувствовал, как тот провёл по боку, как накрыл ладонью пах, стал бережно гладить, заставляя кровь кипеть, а сердце стучать чаще. Сквозь губы Леонардо выдыхал, приподнял веки и стал глядеть на Кейси, в его глаза, на лицо, на которое упали пряди, на уши и щёки, горящие от стеснения. Такой милый.        В глубине души Кейси понимал, что эти отношения станут сложнейшим испытанием в жизни, с ними не получится бороться, в них не удастся погрузиться, словно в океан, придётся постоянно балансировать между одним и другим, однако Кейси со всей ответственностью понимал, что готов сделать это, готов завязать свою жизнь на Леонардо. Снова. Кейси едва прикасался к показавшемуся из-под кожи члену Леонардо, кончиками пальцев скользил вдоль ствола, лишь иногда слегка сжимая, слушал дыхание Леонардо и биение своего сердца, желания, которые страсть шептала на ухо. Осуществить то, что задумал, Кейси считал практически своим долгом, ради себя, ради Леонардо, ради того, что могло ждать их в будущем. Когда половой орган полностью показался, Кейси шумно выдохнул. Его окутала страсть, кожа слегка взмокла, по ней странствовали волны, то дрожи, то жара, то непреодолимого желания, которым Кейси пока что управлял. Он осторожно опустился на живот Леонардо, а тот почти сразу положил ладони на бёдра Кейси, провёл по худым ногам. — Не больно? — прошептал Кейси, в ответ получая мягкую улыбку. — Нисколько.        Прежде, чем перейти к главному, Кейси наклонился за новым поцелуем, провёл по груди Леонардо, по щиткам, а затем коже, дотронулся до плеч, до шеи, снова коснулся полос на лице. Отстранился Кейси плавно, но решительно, полный намерения доставить себе и Леонардо удовольствие, может быть глупое, может быть примитивное, может даже жалкое, но то, которое они оба хотели получить, то, которое они заслужили. Подушечками пальцем Кейси провёл по пластрону, сначала по грудным щиткам, потом брюшным, паховым, на несколько мгновений замер, выдохнул.        Опираясь на грудь Леонардо, Кейси приподнялся, ощутил, как с бёдер ладони Леонардо переместились на ягодицы, ухмыльнулся. Кейси почувствовал, как головка ткнулась в анус, наполнил лёгкие воздухом, это слегка успокоило. Меньше всего Кейси хотел тратить время впустую, но помнил, что в прошлый раз получилось немного больно, а потому потратил несколько драгоценных минут, чтобы подготовить себя. Делать это под пытливым вниманием Леонардо оказалось невыносимо, Кейси не смотрел на него, пока осторожно растягивал кольцо мышц, а вот Леонардо не отрывался от лица, дышал надсадно из-за возбуждения, ловил воздух ртом.        Постепенно Кейси закончил, по крайней мере сам он считал, что этого будет достаточно, обхватил ствол члена Леонардо, направляя, и осторожно опустился, позволяя головке скользнуть в кольцо мышц, Кейси немедленно закрыл глаза. Необычное ощущение, словно клубок пламени проникал в Кейси, плавно, без сопротивления, сначала узкий, но он расширялся тем больше, тем ниже Кейси опускался. Он позволил Леонардо целиком проникнуть внутрь, закрыл глаза, медленно дышал, свыкаясь с чувством, не замечал, как легонько царапал пластрон, как Леонардо сжал зубы. Немного погодя Кейси открыл глаза. — Не тяжело? — Тяжело… ждать, — с усмешкой добавил Леонардо, ладонью провёл по бедру Кейси, задел его бок, чтобы дотронуться до руки, переплести с Кейси пальцы.        Тот выждал ещё немного, пока вернёт власть над телом, пока снова сможет контролировать себя, по крайней мере частично, ведь ни о каком самоконтроле сейчас речь не шла. Кейси начал двигаться. Одной рукой он опирался на грудь Леонардо, второй всё крепче держал его, двигался вверх и вниз, чувствуя жар, влагу, энергию, которая призывала лишь к одному, просила чаще, просила быстрее, и Кейси не считал, что нужно пытаться сражаться с ней. Какой смысл? Со всей ответственностью Кейси признавал, что ему хотелось сделать это, без остатка отдать себя Леонардо, в ответ принять всего его и не только сегодня, не только в этот раз, а всегда.        Каждый толчок Кейси невольно сопровождал шумным выдохом, пока ещё контролировал себя, но чем чаще двигался, тем меньше владел собой, задрожал, когда Леонардо провёл по спине, слегка надавил, уговаривая Кейси лечь себе на грудь, обхватил за поясницу и сам начал двигаться, от чего Кейси едва не заскулил. Толчки стали резче, хаотичнее, сильнее. Кейси больше не управлял ситуацией, отдал власть Леонардо, прижимаясь к нему, не отпуская его руку, порой тихонько шипел и почти неслышно постанывал, а может скулил. Дыхание Кейси начало сбиваться, он прогнулся в спине, приподнял голову и не мог открыть глаза, на это словно не осталось энергии, только на ощущение, на пламя, сжигающее нутро, в нём не имелось места ни для опасений, не для стеснения, ни для мыслей, ни для чего угодно другого.        Кейси не сопротивлялся, даже когда почувствовал как глубоко Леонардо ввёл член, как крепко взял за руку, как прижал за спину. Кейси лишь дрогнул, когда внутрь стало изливаться сперма, затрепетал, но даже не попытался отстраниться, впрочем, не сумел бы сделать это при всём желании. Кейси глотал воздух, прижимался всем телом к Леонардо, чувствовал его так близко, как он крепко, но бережно держал, как легко гладил по спине, и Кейси отвечал тем же. Он начал восстанавливать дыхание, сделал несколько глубоких вдохов и поднял веки, чтобы увидеть Леонардо, его уставшую обаятельную улыбку, направленный на одного лишь Кейси взгляд, сейчас внимание Леонардо принадлежало только ему.        Осторожно Кейси поднялся. Сперма текла по ногам, капала на покрывало и живот Леонардо, но того это нисколько не смущало, он притянул Кейси к себе, накрыл объятиями. Следовало ли что-то сказать? Обсудить? Решить? Возможно, но сейчас не пришло время, Леонардо, как и Кейси оказалось достаточно лежать рядом, слышать дыхание и стук сердца друг друга, и понимать, что больше им ничего не угрожало. ***        Когда проснулся, Рафаэль некоторое время лежал на животе, глядел вперёд и блаженно улыбался. Да, в теле перекатывалась слабость и гудящая боль, особенно в руке, о которой позаботился папа, наложил мазь, перебинтовал, но всё улеглось, они справились, как настоящая команда, так что на этом фоне боль не имела вообще никакого значения. Аккуратно, стараясь не опираться на раненную руку, Рафаэль поднялся, потянулся и с удовольствием наполнил лёгкие чуть спёртым воздухом. Как же хорошо.        Тихонько, чтобы никого не разбудить, Рафаэль прошёлся по логову, заглянул к Донателло, который уже трудился над каким-то механизмом, папа спал, а Микеланджело с Драксумом гремели посудой на кухне. Идиллия. Напоследок Рафаэль оставил самое важное место, робко переступил порог комнаты, где в обнимку спали Кейси с Леонардо, прижимались друг к другу и выглядели такими безмятежными, от чего сердце Рафаэля чуть не щемило от умиления. Они всё-таки сделали это, Рафаэль не мог перестать любоваться своим братом, который прижимал к груди Кейси и при этом улыбался, спокойно так, блаженно, что взгляд не удавалось отвести. И пусть нарушать единение не хотелось, пришла пора просыпаться, Рафаэль постучал кулаком о стену вагона, заметил, как первым встрепенулся Кейси, начал подниматься, но Леонардо обнял его и притянул обратно к себе. — Вставайте, сони, пора завтракать.        Леонардо замахал ладонью, всё не отпуская от себя Кейси. — Да-да, уже идём.        Услышав, что Рафаэль ушёл, Кейси потёрся носом о грудь Леонардо, ощутил, как тот запустил кисть в волосы, стал гладить, медленно, с наслаждением. Ещё некоторое время Кейси с Леонардо лежали в обнимку, не открывая глаз, слушали, как бились сердца, чувствовали, как спокойно и хорошо было на душе, и так не хотелось подниматься, но это всё же нужно было сделать. Кейси поцеловал губы Леонардо, погладил его по щеке и аккуратно поднялся, чем немедленно взбодрил Леонардо, тот стал глядеть на спину Кейси и немного ниже. Раньше Леонардо подумать не мог, что будет с таким удовольствием смотреть на кого-либо, тем более на такое место, как ноги и ягодицы, а Кейси чувствовал на себе взгляд, сгорал от неловкости, но заставлял себя одеваться неторопливо, не сдерживал улыбку, пока сердце трепетало в груди от изумительной гармонии радости и успокоения.        Когда Кейси надел штаны, Леонардо вдруг притянул его к себе, обнял за поясницу и поцеловал раковину уха, и Кейси не спешил двигаться, наслаждался объятиями, едва верил, что Леонардо позволил себе так открыто выражать чувства. Может он не до конца проснулся? Немного погодя Кейси взял Леонардо за запястье, потёрся о его щёку своей, чмокнул и встретился с ним взглядами, вдруг посмеялся. Как же хорошо Кейси чувствовал себя сейчас, жался к Леонардо, который крепко обнимал и едва ощутимо покусывал мочку уха. Стало щекотно. Кейси плавно отпрянул, обернулся к Леонардо лицом, взял за руку. — Нам пора.        Леонардо окинул взглядом Кейси от груди до живота. — А майку не наденешь?        От стеснения Кейси снова посмеялся, поднял и встряхнул футболку, натянул, после чего взял Леонардо за руку и повёл на кухню, где уже собрались остальные, Донателло что-то с умным видом рассказывал Рафаэлю, который явно ничего не понимал, но исправно кивал, а Микеланджело внимательно слушал Драксума, речь шла про магию и то, как замечательно Микеланджело справился, как быстро освоил один из ритуалов, хотя ни по каким признакам не должен был сделать этого. Кейси с Леонардо сели вместе, некоторое время просто слушали разговоры.        Улыбка сама собой появлялась на губах Леонардо, он чувствовал, как Кейси легонько держал за руку, ловил его взгляд и сам глядел на него почти не отрываясь. Все завтракали, Рафаэль едва удерживался, чтобы не толкнуть какую-нибудь речь, ведь все явно устали и нуждались в отдыхе, как физическом, так и моральном, сам Рафаэль, впрочем, тоже, так что он просто с удовольствием наблюдал за братьями, слушал их, иногда смеялся. Как же хорошо стало на душе. И Рафаэль не думал, что ближе к концу завтрака, когда все поели и стали просто разговаривать, Леонардо вдруг поднимется, взяв Кейси за руку и уговорив его сделать то же, откашлялся в кулак для привлечения внимания. — Семья, я бы хотел кое-что сказать, — на удивление серьёзно начал Леонардо, пусть звучал довольно стеснённо и не слишком уверенно. От внимательных и явно издевательских взглядов Леонардо ощущал себя неловко, однако не отказался от идеи сделать то, что намеревался, даже если после этого братья обсмеют. — Мы с Кейси теперь вместе, то есть пара. — Я так рад за вас! — захлопал в ладоши Микеланджело.        Информацию Донателло воспринял с задержкой, будто пинг вдруг подскочил, а когда понял, что именно Леонардо сказал, подавился соком, выплюнул его, принялся кашлять, Рафаэль же с улыбкой закивал, похлопал брата по спине. В работе мозга Донателло случился некоторый сбой, причём не потому, что Леонардо с Кейси решились на отношения, это ладно, а потому, что Рафаэль оказался прав, то есть, он не просто так читал книжку и не просто так называл признаки признаками. Теперь Донателло попросту боялся вообразить, в чём ещё Рафаэль мог быть прав. Может это единичная акция? А если нет?!        Между тем Драксум плавно кивнул, принимая слова Леонардо. — Достойный выбор. — На самом деле я думал, что первым женится Красный, — задумчиво заметил мастер Сплинтер. — Мы ещё не женимся! — выкрикнул Леонардо, однако не переставал улыбаться, почувствовал, как Кейси крепко взял за руку.        Теперь Леонардо сделал всё, что намеревался. Они одолели эль-даркина, в очередной раз прогнали клан Фут, завалили проход в храм, чтобы больше никому не пришло в голову вернуть древнее существо, Леонардо объявил всем о чувствах к Кейси, и всё за пару дней. Но самое главное, теперь Леонардо знал, что делать дальше, не в одиночку и не только с Кейси, а со своей семьёй.