Tender Moments

Когда Нил взглянул на себя в зеркало в ванной, он понял, что день будет плохим. Пар и тепло поднимались от пола и окрашивали его спину в темно-красный цвет. Он чувствовал, что его сейчас вырвет. За полчаса до этого он проснулся от дурного сна. Он был почти полностью посвящен его детству, до того, как мама забрала его и сбежала. Он помыл кожу, пытаясь избавиться от всех воспоминаний, но когда он стер туман, чтобы показать свое отражение, мир резко остановился. Вдох, который он сделал, мог бы заморозить ад. Человек, смотревший на него, стоял неподвижно с ледяными голубыми глазами, которые лишали красоты все остальные цвета. Рыжие волосы обрамляли его испуганное и избитое лицо, которое, казалось, разглаживалось в стекле. Его губы загибались по углам, и он обнажил зубы, покрытые багровым цветом. Этот мальчик с другой стороны не был Нилом — это был Натаниэль. Не думая, он ударил кулаком по шкафчику, и стеклянные осколки разлетелись по комнате. Он чувствовал, как мелкие осколки впиваются в его тело, а кровь приливает к костяшкам пальцев. Прошло несколько секунд, прежде чем ручка на двери несмело дрогнула, но Нил не услышал голоса Эндрю, зовущего его по имени. Прошла целая вечность, прежде чем наступило осознание, и Нил понял, что он натворил. — Нил, я собираюсь силой открыть дверь. — Голос Эндрю был характерно спокойным, но под его языком скрывалась смесь раздражения и беспокойства. Прежде чем Эндрю успел еще что-нибудь сломать, Нил отпер дверь. Он прижался спиной к дереву и не дал ей открыться. — Не входи сюда. — Его голос был грубым от паники. — Что случилось? — Нил слышал, как Эндрю сделал шаг от двери. — Я все уберу. Присутствие Эндрю было непоколебимым. — Ты не ответил на мой вопрос. — Я разбил наше зеркало, — Нил очень тяжело дышал, и его слова были странно растянуты. — Прости. — Ты ранен? Нил на мгновение опустил взгляд на свою голую грудь и поврежденную руку. — Я в порядке. Эндрю фыркнул и сделал шаг назад к двери. — Нил. — предупредил он. — Ладно, хорошо. — Нил провел рукой по лицу и осмотрел себя. — Я немного ранен. Но крови не так много, и мои порезы не помешают сегодняшней тренировке, так что это хорошо. Эндрю вздохнул. — Меня, блядь, не волнует, сможешь ли ты еще играть. — Нил почувствовал тяжесть по другую сторону двери. — Можно мне войти? Нил воспользовался моментом, чтобы вернуть себе часть своего достоинства и прикрыть талию полотенцем. — Да. Нил поставил ногу вперед и изо всех сил постарался избежать осколков стекла на кафеле. Он быстро убедился, что это почти невозможно. Дверь со скрипом открылась, и в дверном проеме появился Эндрю, все еще в пижаме и с тяжелым приступом головной боли. Он нахмурил брови, глядя в остекленевшие глаза. — Только не входи, здесь везде стекло. Я в полном беспорядке. — Это прозвучало так, будто он хихикнул, но выражение лица Нила не изменилось, и он не улыбнулся, как обычно. — Я знаю. — сказал Эндрю. Только он не смотрел на пол, он смотрел на Нила. Осматривал его на предмет потенциально возможных катастрофических повреждений или боли. Вместо этого он обнаружил лишь оболочку мальчика, покрытую красным. Повреждения на его лице были гораздо серьезнее, чем на коже. Грохот на заднем плане заставил их обоих повернуть головы. Кевин с сердитым видом выглянул из спальни. — Все в порядке? — проворчал он. — Да, возвращайся в постель, Кевин. — Кулаки Эндрю побелели, и он выглядел так, будто собирался разорвать этого человека в клочья. — А как же Нил? — Его оцепеневший разум не мог понять намека. — Я позабочусь об этом. — сказал Эндрю. Наконец, Кевин сдался и зевнул. — Только убедитесь, что вы двое не занимаетесь каким-нибудь странным сексом, где я могу вас услышать. — Он с грохотом закрыл дверь. Кевин подумал, что они поссорились, ну и дела, подумал Нил. Однако это было не так смешно, когда Эндрю повернулся к Нилу с огненным треском в теле. — Убирайся оттуда сейчас же и иди садись на кухне. — холодно приказал он. Нил не мог двигаться быстрее. Когда Эндрю закончил убирать самое страшное, он возник на кухне как тень и накинул мягкое одеяло на дрожащую спину Нила. Эндрю подошел к раковине и начал распаковывать аптечку. — Тебе нужен Адвил? —спросил он. За то время, пока его напарника не было, Нил снова начал погружаться в свои мысли. Все становилось все более мрачным и трудным. — Нет. — Его голос был едва выше шепота. Эндрю встал на колени рядом с креслом Нила и заглянул в его глаза, ища. Он поднял руку в дюйме от щеки Нила. — Могу я прикоснуться к тебе? Нил кивнул. Рука Эндрю была нежной, когда он провел ладонью по шрамам Нила. Он провел большим пальцем под глазом мальчика и погладил под ухом. — Ты можешь показать мне свою руку? Нил положил свою потрепанную руку перед Эндрю и отвел глаза. Он не хотел видеть, насколько все плохо, особенно потому, что он сам это сделал. Эндрю молчал, пока он чистил, дезинфицировал и перевязывал порезы. Он осмотрел его кожу на предмет крупных осколков стекла и надавил на ноги, чтобы определить, где болит. Он не осуждал и не утешал Нила. Когда он закончил, он встал и поставил все на стойку. Он наполнил стакан соком и поставил его перед Нилом. — Я сейчас вернусь. — Его ноги зашаркали в спальню. Ему понадобилось всего несколько минут, чтобы вернуться с комплектом свободной одежды для Нила. — Хочешь, я помогу тебе надеть это? — Эндрю протянул рубашку перед пустым взглядом Нила. — Я справлюсь сам. — Нил осторожно взял рубашку из рук Эндрю и позволил ей опуститься на его фигуру. Эндрю отвел взгляд, пока одевал остальную часть одежды. Солнце уже начало подниматься, и мягкий свет разливался по общежитию. — Скоро начнется тренировка. — сказал Нил, неуверенно поднимаясь со стула. Эндрю повернулся и нахмурил брови. — Ты не пойдешь. Нил нахмурился. — Нет, иду. Эндрю подошел к Нилу. — Ты сейчас не более чем мертвый груз. Ты сказал, что твоя рука в порядке, но это не так. Ты не можешь так играть. — Я играл и в худших условиях. — Он не хотел отказываться от единственной вещи, которую он чувствовал сейчас стабильной. — Это потому, что твои инстинкты выживания включаются только тогда, когда ты на грани смерти. Я говорил тебе перестать быть мучеником. — Пожалуйста, Эндрю. —Нил почувствовал, как его захлестывает чувство вины. Он не должен был этого говорить. На лице Эндрю появилось выражение неприязни. — Ты знаешь, что мне не нравится это слово. — Он прошел мимо Нила. — Делай, что хочешь. — Его ботинки стучали по земле, а коробка сигарет в его руке звякнула, когда он открыл входную дверь и ушел. *** Практика проходила относительно нормально, если не считать того, что Нил упорно избегал Ваймака. Он не мог находиться рядом с человеком старшего возраста, а тем более смотреть ему в глаза. Его тренеру не потребовалось много времени, чтобы понять, что происходит. Его товарищи по команде по-разному отреагировали на его руку. Кевин накричал на Эндрю за то, что тот не отвез его к врачу. Мэтт и Дэн спросили Нила, действительно ли он в порядке и нужно ли ему ехать домой. Рене стояла в стороне, молчаливо поддерживая его, ее глаза выражали ласковые слова. Эндрю не сказал ему ни слова с раннего утра, когда он оставил Нила стоять на кухне. Во время игры Нил был небрежен и неорганизован. Дополнительные мысли о больной руке приводили к неаккуратной игре, из-за которой все вокруг играли хуже. Тренировка закончилась, когда он врезался лицом в плексиглас и получил кровотечение из носа. Кроме того, у него снова открылись раны на перевязанной руке. Эндрю вытащил его со стадиона после непрекращающегося беспокойства Эбби и молча отвез в общежитие. Он все еще отказывался признать их предыдущую ссору. Нилу тоже не хотелось признавать это. Он хотел, чтобы мир сожрал его заживо. Волны в его голове разбивались о хрупкие стены, которые он воздвиг, чтобы защитить себя в последние пару месяцев. Он думал, что уже давно не испытывает никаких проблем и что, возможно, все это наконец-то пройдет. Его ноги дрожали, и он прикусил губу так сильно, что выступила кровь. — Нил. Он подумал, что, возможно, просто хочет немного поспать. — Нил. Нил открыл глаза и наклонил голову в сторону Эндрю, который нависал над ним через дверь со стороны пассажирского сиденья. Выражение лица Эндрю казалось спокойным, но в его взгляде явно читалась осторожность, как будто он боялся, что одно слово может сломать хрупкого человека, стоящего перед ним. — Мы здесь. — О. — Эндрю отступил от машины, и Нил вытащил свое тело наружу. На его плечи словно навалилась тысяча валунов, и он подумал о том, чтобы просто позволить ногам отняться. В любом случае, так было бы легче. Он втянул воздух и мелкими шажками вошел в здание. Путь размывался, пока он не почувствовал на своей щеке мягкую подушку, пахнущую Эндрю. Теплая рука провела по его волосам медленными успокаивающими движениями. Нил закрыл глаза, но воспоминания нахлынули на него. Он слышал голос отца и чувствовал, как его мозолистая рука ставит синяки на коже мальчика, которому было меньше десяти лет. Ощущения пронеслись короткими вспышками жара от ног Нила до его головы. Все горело. — Прекрати... прекрати это. — пробормотал он. Рука в его волосах исчезла почти сразу. Он почувствовал, как матрас приподнялся, когда Эндрю встал. На секунду в тишине наступило спокойствие. Нил заставил свои глаза открыться и протянул забинтованную руку к размытой фигуре перед ним. — Эндрю. — Он сделал паузу, когда фигура начала отступать дальше. — Эндрю, я не это имел в виду. Нил был обеспокоен. Он не мог произнести то, что действительно хотел сказать. Его голова была словно каша. — Я не с тобой разговаривал. Ты не сделал ничего плохого. Эндрю стоял в нескольких футах от кровати. Он выглядел так, словно его обожгли. — Это был мой отец, Эндрю. Я разговаривал со своим отцом. Ты никогда не обижал меня. Ты не такой, как они. Это, казалось, вернуло Эндрю к действительности. Он подошел к кровати, но не прикоснулся к Нилу. Выражение его лица было узловатым и испуганным. — Эндрю. — сказал Нил. — Мне жаль. Сейчас и раньше. Эндрю выпустил дыхание, которое он сдерживал, и взъерошил волосы Нила. — Все в порядке. Мне тоже жаль. Нил улыбнулся в первый раз за этот день, и, возможно, это была тошнота, но Нил мог поклясться, что видел звезды вокруг головы Эндрю. Это вдохновило его сделать что-то для них обоих. Он положил свою руку рядом с рукой Эндрю, но не протянул ее, чтобы дотронуться. — Могу я увидеть твои шрамы? Эндрю выглядел смущенным и растерянным. — Что? Нил продолжил. — Могу ли я порисовать на них? Это еще больше смутило Эндрю, но он принял решение без лишних вопросов. Он сел на кровать и потянулся к своим нарукавным повязкам, снимая их, пока Нил наблюдал за ним. Нил уже несколько раз видел шрамы Эндрю от самоповреждений. Линии были глубокими и плотными на его предплечьях. Они свидетельствовали о жизни, с которой он боролся и выжил. Нил ничего не сказал, но взял ручку с прикроватной тумбочки. Он посмотрел на Эндрю. Его глаза были закрыты капюшоном и темнели за золотыми ресницами. — Это нормально? — Да. — Эндрю протянул руку на колени Нила. Нил нежно провел ручкой по бугристой коже. Он рисовал, пока не остался доволен. — Ты знаешь светящиеся в темноте звезды, которые можно приклеить к потолку? —спросил Нил, закончив последнюю иллюстрацию. — Мм. — Эндрю расслабился у стены, откинув голову назад и уткнувшись взглядом в стену. — Я всегда хотел их, когда рос. Мама говорила мне, что у нас не может быть хороших вещей, поэтому я пошел к отцу. Он сказал, что ночники — это для слабых ублюдков и что он сломает мне лодыжку, если я еще раз попрошу. Эндрю кивнул в знак признательности. — У меня они были в доме Кэсс. Они перестали светиться через несколько месяцев. В темноте было сложнее определить, когда он был в моей комнате. Нил хмыкнул. — Тогда это для всех звезд, которые не сияли, когда мы больше всего в них нуждались. — Нил поднял руку Эндрю перед взором парня. Он смотрел на них несколько долгих минут. Когда он опустил руку, Эндрю наклонился, чтобы убрать волосы в сторону на лбу Нила. — Может, тебе стоит заняться искусством вместо дурацкой игры с палкой. Тогда я буду гораздо меньше беспокоиться о тебе. — Он поцеловал Нила в лоб, прежде чем снова посмотреть на рисунки. Дыхание больше не казалось сложной задачей. Лицо его отца и его имя начали исчезать. Впервые за этот день Нил почувствовал себя в порядке.