Вспомни меня, любовь

Чонгук не понимал, как обуздать свои чувства. Теперь, когда он понял, что Тэхён жив, это были новые ощущения. Он стоял возле окна в кабинете, в доме, который они арендовали на время поездки. Услышал, как брат вошёл в кабинет, но не повернулся. Несколько минут стояла тишина. — Ты планируешь говорить? — довольно агрессивно спросил Чонгук. — Или так и будешь маячить у меня за спиной? — Могу поговорить, если ты хочешь. — Хосок, совершенно не обижался на тон брата. — Но думаю, моя история менее интересна, чем твоя. Чонгук повернулся и оглядел младшего брата. Они смотрели друг на друга, стоя относительно близко в небольшой комнате. — Ты пришёл о чём-то меня спросить? — произнёс Чонгук спустя пару минут. — Или это тактика, которая используется в переговорах, чтобы абонент потерял терпение от молчания? Хосок рассмеялся, но отрицать ничего не стал. — Я хотел бы попросить тебя, чтобы ты подтвердил или опроверг мою догадку. — спокойно сказал он. — Какую? — заинтересовался Чонгук. — Ты спал с нашим братом? Чонгук усмехнулся и, нисколько не растерявшись, ответил: — Сводным братом. — Тебя смутило в моём вопросе только то, что я не добавил к брату слово сводный? А то, что он тоже мужчина, тебя это не смущает? Чонгук, я, конечно, не гомофоб и не имею права осуждать тебя. Но я не понимаю, когда ты успел переметнуться в другой лагерь? Насколько я знаю, ты всегда был падок до женщин. — Да, ты прав, Хосок, ты не имеешь права лезть в мою постель. И с чего вдруг появился вывод, сделанный тобой, что я с ним спал? — Чонгук, я хорошо тебя знаю. Если ты не забыл, я твой родной брат. Я начал догадываться об этом тогда, когда Тэхён ушёл из твоей жизни. Каким ты стал по отношению к женщинам. Кстати, все твои любовницы приходили ко мне жаловаться на тебя, ты в курсе? — Жаловаться? — Чонгук громко рассмеялся. — Нет, ты мне не рассказывал. — Плакались мне в жилетку, что ты перестал уделять им время и вообще обращать на них внимание, стал холодным в постели. — Даже так. Холодным в постели. — смеялся Чон, его удивлению не было предела. — Ты искал Тэхёна в каждом парне. И я понял, что это не просто любовь к сводному брату. Он был и мне братом. Но я смирился с его потерей и забыл о нём. А ты нет. — Я не знаю, почему он сбежал и выдал себя за погибшего. — став серьёзным, произнёс Чонгук. — И он не намерен мне об этом рассказывать. Секунду Хосок наблюдал за ним, словно взвешивая свои слова. — Когда ты хочешь сообщить отцу, что ты нашёл Тэхёна и он жив? — Я обязательно об этом позабочусь. — заверил Чонгук и его губы непроизвольно дрогнули в усмешке. — Думаю, старик встретится с ним. Я уверен, это будет самое забавное воскрешение из мёртвых. — Я рад, что ты считаешь это забавным, но я бы так не сказал. — Хосок вдруг стал серьёзным. — Честно говоря, последние пять лет ты занимался самобичеванием. — Не было никакого самобичевания. — возразил Чонгук. — Просто пришло время повзрослеть и я повзрослел. — Ты не находил себе места, когда сообщили, что он умер и долгое время после этого. Чонгук нахмурился — Я рад, что он не погиб, Хосок. — Ну ты разве рад, что он жив? — спросил брат. — Конечно, я рад. Что за ерунду ты спрашиваешь? — начинал заводиться Чонгук. Младший брат мгновение его рассматривал. — Ты маешься от того, что он не может вспомнить тебя. — Просто я не верю, что он всё забыл. Тэхён просто ушёл и оставил меня. — Чонгук. — начал Хосок. — Брат мой. — Обсуждение окончено. — отрезал он. — Но я не закончил. Не сравнивай Тэхёна и нашу мать, которая ушла, оставив нас. — Хватит, Хосок. Я смирюсь с тем, что он всё забыл. Это довольно давняя история и не надо приплетать к нему нашу мать. На мгновение он подумал, что брат ему возразит, и напрягся. Чонгук приказал себе успокоиться, в конце концов перед ним его брат, единственный человек, который никогда его не предаст. — У тебя есть причина думать, что он притворяется? — спросил Хосок. — Ты же понимаешь, что память либо вернётся к нему, либо нет, — внимательно следил за Чонгуком. — Может уже не важно, помнит он или нет, что произошло с вами обоими в прошлом? — Но я хочу, чтобы он вспомнил меня и сделаю всё для этого. У меня есть идея. — бодро проговорил Чонгук и сел в кресло. Хосок сел напротив него. — Боюсь даже спросить, какая. — Ты возьмёшь все мои обязанности по бизнесу на себя. Уверен, ты справишься. Я остаюсь здесь. — Ты с ума сошёл? Что скажет отец? Он будет рвать и метать и может опять вычеркнуть тебя из завещания. — Мне без разницы. Пусть подымает свой зад и сам руководит компанией. — Не понимаю и всё это ради Тэхёна? — Да, ради него. Я не жил эти пять лет, понимаешь? Просто существовал, отдаваясь работе. Сейчас, я как будто начал дышать полной грудью, осознав, что он жив и у меня есть шанс всё исправить. Я больше не потеряю его. — А ты не задумывался, что может ты не нужен ему? Он вспомнит всё и пошлёт тебя. — Я завоюю его сердце заново. — Ты любишь его! — констатировал факт Хосок. — Да, я люблю его! — Но что ты будешь делать здесь? Как ты к нему приблизишься? — У меня есть план. И надеюсь, кое-кто мне в этом поможет. — сообщил, улыбаясь, Чонгук. Тэхён вышел из душа. Вытирая волосы полотенцем, посмотрел на спящего Есона, который раскинув свои руки и ноги, развалившись на всю кровать, сладко сопел. Сын всегда спал с ним. Он никак не мог его приучить спать в своей кровати. Тэхён и сам любил обнимать тёплое тельце сына ночью. Ему нравилось, когда он скатывался во сне к нему под бок, сопя ему куда-то в грудь. Улыбка непроизвольно появилась на лице, глядя на это маленькое чудо. Его смысл жизни. Ради кого хотелось свернуть горы, уберечь и защитить. Неизвестно, как сложилась бы его жизнь, если бы однажды судьба не сделала ему такой подарок. Тэхён оделся в рабочую одежду, широкие джинсы и клетчатую рубашку. Работу в питомнике никто не отменял. Подошёл к спящему сыну и легонько поцеловал его в лоб. Тихо вышел из комнаты, закрыв дверь. На кухне уже во всю хозяйничала тётушка Салли. Он привык её так называть. Она, увидела вошедшего парня и улыбнулась: — Доброе утро, Марк, ты уже поднялся. Садись завтракать. Сегодня твои любимые блинчики. — Доброе утро, тётушка. — Тэхён сел за стол. — Спасибо. Как всегда, аромат божественный, — свернул блинчик, откусив его, отпил из чашки кофе. — Наш пострелёнок спит ещё? — Спит. Тяжело вам уже, наверное, с ним весь день? — Да что ты, бог с тобой. — заворчала Салли. — Есон такой умный и послушный мальчик, с ним легко. — Папа. — раздался детский голос. Тэхён обернулся. В проходе стоял Есон в пижаме, с растрёпанными волосами и потирал глазки. — Иди ко мне, мой хороший. — раскинул руки в стороны. Тот босиком прошлёпал по кухне и забрался на колени к отцу. Тэхён прижал его к себе и уткнулся носом в волосы, которые пахли детским шампунем. — Ты идёшь на работу? — спросил мальчишка звонким голосом. — Да сынок, слушайся бабушку. — наказал Тэхён. — А можно я отнесу один блинчик Вайту? — Кто это? — удивился Тэхён. — Это мой щенок, дядя вчера помог мне и дал ему имя. — Какой дядя? — На которого ты ругался. А он хороший. Он сказал, что Вайт вырастет и будет меня защищать. Тэхён понял, что речь идёт про Чонгука. Внутри сразу образовался комок страха. Он совсем забыл про него. Что он может ещё выкинуть, ведь сказал, что не отстанет от него. А зная Чона, тот всегда добивается чего хочет. — Хорошо, но сначала поешь сам, потом умоешься, переоденешься и можешь отнести блинчик своему будущему охраннику. Есон улыбнулся, сморщив носик. Тэхён, допив кофе, встал из-за стола, посадив на своё место сына. — Мне пора. Собачки тоже хотят кушать и гулять. Пожелал хорошего дня тётушке Салли и, чмокнув в нос сына, вышел из дома. Дорога до питомника на автомобиле занимала минут двадцать. Это была большая, огороженная территория. В нём проживало тридцать собак разных пород. Люди привозили сюда бездомных и больных животных, их выхаживали, растили и воспитывали. Иногда собак оставляли на передержку, пока волонтёры искали для них семьи, которые потом их забирали. В обязанности Тэхёна входило выгуливание собак, чистка вольеров и кормление. Ему нравилось возиться с животными. Собаки умеют быть благодарными своей преданностью. Он остановил машину возле входа. Поздоровавшись с охранником, прошёл на территорию питомника. Лай собак был слышен ещё на подходе. Тэхён зашёл в хозяйственную постройку, чтобы взять вёдра и скребок для чистки клеток. — Марк, ты тут? — услышал голос Пабло. — Да, доброе утро. Сейчас начну. — крикнул складывая тряпки в ведро. — Принимай помощника, надеюсь вы сработаетесь. Тэхён вышел из постройки и чуть не потерял сознание. Перед ним стоял Чонгук. В джинсах и растёгнутой рубашке поверх футболки. — Вы? — еле набрав воздух, произнёс Тэхён. — Как видишь. — ответил Чонгук. — Я же сказал, что не уеду отсюда, пока ты меня не вспомнишь. — Пабло, что он здесь делает? — спросил разъярённый Тэхён. — Он попросился ко мне на работу. Я подумал, лишние руки нам не помешают. И может, тебе пойдёт на пользу и ты что-то вспомнишь. — Но мне нечего вспоминать, я не хочу с ним работать. Чонгук не дал ничего ответить Пабло. — Тэхён, прекрати вести себя, как обиженный ребёнок. Это просто работа. Бери надо мной шефство и веди, показывай, что нужно делать. Тэхён открыл было рот, чтобы ответить и тут же закрыл его. Сощурив глаза, посмотрел на Чонгука. «Ну хорошо, — подумал про себя, — я устрою тебе такую работу здесь, что ты, избалованный роскошью, сам сбежишь отсюда.» — Ладно. — ответил Тэхён. — Пошли. И улыбнулся так ехидно, что у Чонгука пробежали мурашки по спине.