Sorry, I love you

Хонджун сидит в первых рядах. По сцене ходят модели, парни и девушки совершенно разной комплекции и внешности. Тут он только ради одного человека. Это не совсем обычный случай. Показ для нового бренда, который выпускает одежду и для девушек, и для мужчин. Каждая вещь подходит обоим полам. Сегодня эта коллекция представляет собой разного рода нижнее белье, повседневную одежду, пижамы и вечерние костюмы. Хонджун пришёл только чтобы поддержать возлюбленного, для Сонхва принять участие в такого рода показе — совершенно новый опыт. В начале мероприятия демонстрировались пижамы. Затем, почти сразу, шла обычная дневная одежда. Юбки, брюки, рубашки и футболки. В середине — демонстрировали нижнее бельё. В основном то были топы, майки, боксеры. В конце должны были представить вечерние наряды. Сонхва ранее проходился по подиуму в голубой клетчатой полуюбке, белой кожаной куртке нового кроя, таких же белых ботинках и чёрной рубашке,образ дополняли серебряные аксессуары из последней коллекции бренда и макияж, нежно-голубой смоки. Уже при первом выходе Сонхва на сцену Хонджун потерял дар речи. "Стилисты постарались на славу, нужно будет взять их контакты." И вот, последняя линейка коллекции на сегодня. Ким понял это, как только на сцену вышли парень и девушка, одетые в одинаковые чёрные платья с элегантными вырезами в форме левиофанов по бокам, вырез на юбке так же открывал обзор на прекрасные ноги. Они шли вровень, руки их были свободно связаны красной лентой. Дизайн помещения прекрасно сочетался с этой концепцией. Красная ковровая дорожка под ногами моделей, такие же красные частички фатина, которые были развешаны ко всему залу, и тусклое освещение от ламп везде, кроме сцены, под неё были строены яркие прожектора. Ким потерял дар речи после первой же пары: "кто этот дизайнер, он же гений". Он пристально смотрел за каждой следующей парой на подиуме. Эта часть показа ему определённо понравилась больше. В обилии моделей он заметил знакомое лицо. Ёсан был одет совершенно странно, но не менее красиво. Он и его спутница были в одинаковых пиджаках с прозрачной тканью на спине и вышитыми жемчугом рукавами, на вороте которых так же были видны серебряные левиофаны, на ногах были причудливые брюки, тоже все в узорах и с вырезанными коленями. Кан как всегда выглядел прекрасно, недавно покрашенные в чёрный волосы были бережно уложены по всей голове, чёлка же была залачена на одну сторону, с другой стороны остатки волос держали две заколочки. На них были инициалы "JH" и "YS", подарок Чонхо на их с Ёсаном первую годовщину, парень старался надевать их на каждый свой показ. Они с Чхве не хотели офишировать отношения, по этим заколкам всё было понятно лишь близким друзьям. Хонджун проводил друга взглядом, на лице появилась лёгкая улыбка. "Скоро выйдет Сонхва, он всегда идёт за Ёсаном". Он был прав. Сонхва и его напарница должны были закрыть показ. После ещё некоторых пар на подиуме показались две высокие фигуры. Сонхва и его напарница были почти одного роста, руки были перевязаны уже белой лентой. Одеты они были в длинные струящиеся полупрозрачные рубашки, по шее и ключицам свисали какие-то две серебряные цепочки, внизу по бокам, прямо по строчке, были симметричные неглубокие вырезы, через них тянулись такие же серебристые цепочки. Пуговицы были стилизованы под жемчуг с драгоценными камнями по краям. Под рубашкой можно было увидеть майку и что-то похожее на шорты, это всё было ранее представлено на показе. Каждый их шаг босыми ногами по кавролину был планый, казалось будто они плывут. Дойдя до конца подиума, они расстегнули друг у друга по верхней пуговице, рубашка спала с плеч и осталась держаться на плечах теми серебряными цепочками, которые стали играть роль тоненьких бретелек. Сонхва подошёл к девушке почти вплотную проведя рукой вверх от её ключиц и дальше вверх по шее. Та в свою очередь положила свою руку на грудь парня, чуть заползая руками под бретель майки. Хонджун пребывал в трансе и неком шоке. Одновременно в голове сошлись похоть и ревность. Хотелось тут же вбежать туда, к Сонхва, и поцеловать его со всей страстью, что сейчас росла в геометрической прогрессии. Ким никогда раньше не ревновал своего возлюбленного, полностью доверяя ему. Но в этот вечер ревность всё-же пришла к нему погостить. Сонхва и напарница вскоре повернулись обратно к залу и после направились за подиум. Только после того, как Сонхва смыл макияж и пошёл переодеваться, он заметил сообщение от Хонджуна: "через пол часа чтобы был в нашем номере" — Ли, можно выкупить у вас рубашку, в которой я сегодня дефилировал? — Забирай, это мой тебе подарок. Подходя к своему номеру, уже в коридоре отеля, Сонхва улавливает сладковатый аромат духов. Такие мог использовать только один знакомый ему человек, он прямо сейчас находился за стеной. Минуя преграду в виде двери, Пак заходит в номер. Взгляду сразу открывается милая картина. Хонджун сидит на подоконнике, оперевшись спиной о оконную раму и поглядывая на ночной город. Его серебристые локоны вьются от потока ветра из открытого окна. Легкий макияж, который остался после прошедшего концерта и показа идеально сочетался с оверсайз рубашкой, поверх которого был надет укороченный пиджак и завязан разглаженный галстук, внизу штаны карго и, полюбившиеся самому Сонхва, конверсы. Старший закрывает за собой дверь и медленно движется к оконной раме, опирая на неё изящные руки. — Я думал, ты вернешься раньше. — Извини, я не думал, что задержусь на площадке. Следует легкий поцелуй в губы Сонхва, руки музыканта перемещаются на затылок возлюбленного и тихонько поглаживают немного грубые из-за лака черные волосы, переливающиеся на свету неоновых вывесок города. Сонхва закрыл глаза, проваливаясь своей душой глубоко в поцелуй. Их пара была похожа на союз ветра и моря. Тихим и бескрайним морем был Пак Сонхва — спокойный, вместе с тем властный, с твёрдым характером. Его ветром был Ким Хонджун — вспыльчивый, вместе с этим самый нежный и мягкий в обращении человек. Они идеально дополняли друг друга, даже во время ссор (хотя их было не так много, как можно полагать). Даже сейчас, вся инициатива была за младшим. Он будто мысленно диктовал что делать, а Сонхва читал его, как открытую книгу, отзываясь всем телом на движения и намеки возлюбленного. Ким начал сдвигаться с подоконника, плавно опустив свои ноги обратно, на пол. Он будто переставлял старшего на своё место, не отрываясь от поцелуя. Пак легко схватился за талию возлюбленного и пальцами пробежался по позвоночнику сквозь рубашку, постепенно двигаясь к плечам, скидывая пиджак Хонджуна к их ногам. Сонхва облокотился на окно, давая полную свободу рукам Кима. Они в свою очередь легли на нежные щеки парня, притягивая ближе, хотя он прекрасно осознавал, что ближе уже нельзя. Но Хонджун хотел сегодня играть, точнее этого хотел не он сам, а демон ревности, вселившийся в него. Пришлось оторваться от поцелуя. — Сонхва, скажи мне, что было там. — Где, Хони? — На сцене. — Голос стал твёрже. Ким смотрел прямо в глаза парня своими, томными, но злыми. — С той девушкой. Не поверишь, но я, кажется, начал ревновать. — Когда кажется креститься надо. — Хотел было разбавить напряжение Сонхва, но в ответ на это Хонджун лишь ударил руками по сторонам от тела любимого. — Или ты сейчас идёшь в душ, или я за себя не ручаюсь. Сонхва не оставалось ничего, кроме того как пойти в душ и готовиться. Он знал, что всё так и закончится, он планировал. У Хонджуна только закончилось расписание промоушена с последним альбомом, сегодняшний концерт был последним. Пак всё уже давно спланировал. Хонджун уже стоял в своём любимом шёлковом халате, он сходил в другую ванную комнату в их вип номере, когда Сонхва закончил процедуры. Старший прошёл вглубь комнаты оказавшись в метре от Кима. Он надел ту самую рубашку с показа, только в этот раз под ней ничего не было. Влажные волосы красиво упали на лицо, капли воды с них скатывались вниз, попадая на ключицы и рубашку. Взгляд Хонджуна в ту же секунду стал подобен взгляду хищника которому удалось найти свою добычу. Он скользнул взглядом от ног любимого до его губ, задержав свой взгляд на них и облизнувшись. В один момент Хонджун схватил Сонхва за руку и повалил его на идеально заправленную кровать. Оперевшись о постель, поставил руки по обе стороны от Пака, не давая ему возможности сбежать, он навис сверху. Рубашка оказалась ещё тоньше, чем могла показаться на показе. Она не скрывала почти ничего. Ключицы, шея, руки, грудь, пресс, бёдра и нарастающее возбуждение. Всё это Ким мог прекрасно осмотреть. Ревность испарилась, на её месте появилась нарастающая с каждой секундой страсть. Хонджун опустился у любимому лицу, завлекая в новый поцелуй. А этот раз он проник в рот Сонхва языком, сплетаясь с чужим, касаясь нёба, стараясь не попадать по зубам. Он то и дело углублял его, придерживая подбородок своего парня большим пальцем руки, но стало быстро не хватать воздуха. Оба знали как легко заводиться Сонхва, и как Хонджун любит ласки. Оторвавшись от пухлых губ, Ким сполз поцелуями на шею Пака, его чувствительную зону. Хотелось оставить отметины до фиолетовых синяков. Хонджун старался этого не делать, вдруг у Сонхва съёмка скоро. — Джуни~и — Донёсся голос сверху, Сонхва будто прочитал мысли — можно, съёмка не скоро. Голос старшего дрожал от накатившего возбуждения, от количества чувств к Киму. По телу пробежался лёгкий холодок. После на шее и ключицах Пака появились несколько свежих красноватых пятен и пара синяков. Поднявшись на выпрямленных руках и проверив свою работу, Хонджун вновь установил зрительный контакт. Он уселся дальше на длинные ноги старшего, подняв его за руки в сидячее положение. Сонхва всё ещё был в сознании, но постепенно начал плавится от ласк. Волосы подсохли, взгляд был потерян, а губы горели красным. Хонджун потянулся к ним, в этот раз уже только чтобы искусать. Он подминал то одну, то вторую губу. Прикусывая, не желая отпускать. Но нужно было дать Сонхва вдохнуть воздуха, младший вновь отстранился. Он хотел любоваться на Пака в этой рубашке и дальше. В ней он выглядел словно ангел. Но ещё больше хотелось стянуть её, оборвать эти цепочки, сорвать пуговицы и расширить территорию для дальнейших поцелуев. Ловкие пальцы музыканта быстро справились с жемчужными пуговицами. Руки Кима огладили выпирающие мышцы тела возлюбленного и поднялись выше. Рубашка спала с плеч, открывая младшему обзор на широкие плечи. Она осталась висеть на двух тоненьких цепочках. Сейчас, при пристальном рассмотрении, Ким увидел, что они были усыпаны фальшивыми алмазами. — Я скажу ему сделать для тебя лямки из натуральных топазов, они мне нравится больше. Хонджун продолжал поглаживать любимого, играясь с его сосками сквозь тонкую холодноватую ткань, и осыпать все доступные места поцелуями. Снова добравшись до губ и отвлекая старшего, он перебросил чужие бёдра на свои, поменявшись с ним местами и притянув ближе к себе. Теперь края рубашки были на доступны. Руки игрались с летящей тканью, приподнимая их с каждым разом выше. Хонджун продолжал ласкать Пака поцелуями и прикосновениями свободной рукой. Сонхва хотелось уже снять этот кусок ненужной ткани, но он знал, как его парню нравилось смотреть на него в этой рубашке, иначе она уже давно валялась бы где-то на полу. Знал, как Хонджуну нравилось пожирать его взглядом и плавить под напором своих действий после каждого показа. Потому что далеко не все новые вещи не мешали Паку, так нравились рэперу и так приковывали взгляд. Сонхва чувствал, как чужой орган напряжён, как каждый раз подёргивается от прикосновения к внутренней частих бедра модели. — Хон~Аа — первый звонкий стон сорвался с Уст Сонхва. — Что такое, звёздочка? — Любимый, я больше так не выдержу. — Как именно? —Хонджун пытался играть, но у самого получалось плохо. Мысли затуманены. — Сука, не строй из себя невесть что! — Звёздочка, а мы кричим? Так ещё и материмся. Мне уйти? — Нет, Джун~и, только не это. — Из глаз выкатилась слеза. — Пожалуйста, сделай это уже, я устал терпеть. — Звёздочка, прости что я довёл тебя до такого. Хорошо. Только... — Что!? — Сонхва горел от нетерпения, он почти ревел. — Не сдерживайся. Не бойся, я всё предусмотрел. Любимой мелодией Хонджуна были стоны старшего. На сколько бы Сонхва не казался властным, доминантным и строгим в глазах других людей, но под Кимом он стонал, как самая развратная шлюха. Он плавился под прикосновениями Хонджуна, отдавался ему полностью, требовал большего. Ловил губами воздух, только чтобы не задохнутся от чувств, растёкшихся по телу тягучим сладким вязким сиропом. Зелёный свет получен, Сонхва кивнул и в тот же миг оказался припичатан спиной обратно к постели. Оставшиеся пуговицы с треском оторвались от рубашки, за ними и цепочки на которых продолжали держаться уже слетевшие рукава. Хонджун наскоро вынул её из под любимого, кинул куда-то в угол комнаты. Быстро добежав до своей сумки и снимая по пути халат он вернулся со смазкой и презервативами обратно. Ким закинул ногу Сонхва себе на плечо продолжая ласкать парня поцелуями и прикосновениями ко внутренней части бедра. Он выдавил чуть-чуть содержимого тюбика себе на пальцы, растёр и ввёл один из них в разгорячённое тело Сонхва. — Готовился, любимый. Было свободно, так что почти сразу можно было ввести два. Хонджун уже хорошо научен, он знает, что даже если подготовка было проведена заранее, лучше разработать получше. Он раздвигал пальцы на манер ножниц. Продолжая выцеловывать бёдра Сонхва и ловить ушами каждый, даже самый тихий, стон. Когда только третий палец спокойно входил в тело? Ким понял что может войти. Быстро стянув с себя боксеры и раскатав защиту по всей длине он подвёл головку к колечку мышц и начал постепенно двигаться вперёд. Он снова поймал губы старшего увлекая в поцелуй. Хонджун отвлекал его до тех пор пока не вошёл полностью. Они уже давно знали все слабые места друг-друга, как физические так и моральные. Поэтому Киму было не сложно найти комок нервов, от одного прикосновения к нему Сонхва простонал настолько громко, что Хонджун действительно не пожалел о том, что ему пришлось договорится с начальником по поводу всех соседних номеров. Младший продолжил толкаться в податливое тело под выбранным углом, выбивая из Сонхва всё новые и громкие стоны и попутно лаская член старшего свободной рукой. Кончили они вместе, оргазм накрыл одновременно. Пак себе на живот и с именем любимого на губах, а Ким в презерватив с ехидной улыбкой на лице. Понимая, насколько Сонхва устал, Хонджун обтёр его и уложил на кровать поближе к подушкам,накрыв сверху одеялом. Сам же убрал следы преступления и ещё раз сходил в душ. Сонхва почувствовал, как матрас рядом с ним прогнулся, силы нашлись только на то, чтобы повернуться в сторону. — Хва, звёздочка, ты проснулся? Ты в порядке? —Джун~а, ты в порядке? Всё точно хорошо? Потому что у меня всё в порядке. — На самом деле не всё. Я в последнее время слишком много пропадаю на работе, а тут каким-то образом появилась ревность. Хотя я знаю что ты так никого не поступишь, ты у меня верный. Просто... — Ох, Хон. — Сонхва потянулся к лицу парня и быстро поцеловал куда-то в щёку. — Мы и вправду слишком мало вместе бываем в последнее время. Но сейчас мы наверстаем упущенное. — Звёздочка, ты слишком устал, спокойной ночи. — И тебе, люблю тебя. — Я тоже тебя люблю... Я тоже. Короткий поцелуй в лоб. Тишина.