Аура 0

Разумеется, он не оставлял свои бесплодные попытки «помочь мне». Мне даже было любопытно каждый раз, что он собирается предпринять, чтоб наставить меня на путь истинный. Поэтому я и приходил. Признаюсь честно, его советы зачастую давали пользу. Хотя они никак не помогали с моей основной проблемой и в этом был главный прикол моих с ним встреч. В этом была вовсе не вина нашего дорогого мага или его плохих способностей — даже напротив. Так как я сам, к своему несчастью, был умен, я мог в полной мере оценить его опыт в ведьмовских искусствах и особом, пристальном видении мира, охватывающим сразу несколько слоёв реальности. Подобным навыком обладал и я, только у меня не было такого же чудовищного количества энергии. Таких людей на нашем языке звали «ведьмами», от слова «ведающая мать», и я не знал, какое слово было для мужского пола. («Экстрасенс» тоже не подходило — оно звучало как сказка для глупых телешоу, и наверное, людей, которые обладают реальными способностями, стоило звать как-то по другому). Так что я продолжал звать его «колдуном» или что-то типа того. — Я могу приворожить тебя к человеку. — сказал господин маг на одной из наших сессий. — О боже мой. — закатил глаза я. — Конечно. Крутая идея. Чтоб он все время хотел меня трахнуть и задушить одновременно, потому что привязка к человеку лишает привязки к материальному миру? Да меня даже не к кому привораживать! Все мои друзья — НАТУРАЛЫ! — Да что в этом такого? — всплеснул руками колдун. — Я в своей молодости привораживал сотню девиц, и поверь, некоторые были теми ещё лесбиянками! (Ему было 18, о какой молодости, черт возьми, он говорит?) Я ещё подозреваю, что мои-друзья натуралы были в разы страшнее, чем его подруги-лесбиянки, но решил об этом умолчать. Неизвестно, что было хуже — подкатить к накрашенному гею в баре, который выглядит как женщина, или к какому-либо однокласснику (гопнику) в кожаной куртке, который либо сторчался, либо потерял несколько зубов в уличной драке. Эти ребята ещё и были популярны у девушек. Наверное, они тоже частенько пользовались услугами приворота, иначе я вообще не знаю, как это объяснить. — Господи. — я ударил себя по лицу. — Ты не можешь хотя бы мне какой-то амулет поставить?! Не знаю, на удачу там или на привлечение любви. — Амулет? — ухмыльнулся маг. — Давай ты лучше сделаешь вот как. Просто выложи все свои голые фотки в соцсети и к тебе сразу все привлечется: и парни, и девки, и деньги, и любовь… — Такое уже один раз было, когда меня взломали друзья девушки. — нахмурился я. — И нет, отвечая на твой вопрос, ничего не привлеклось. Кроме суицидальных мыслей. Мы должны были найти другой путь. Тот, который хотел я, был неисполним. Поэтому нужно было срочно думать, как разрешить эту ситуацию. — Может, тебе вообще не нужна любовь? — спросил он, пытаясь копать все глубже в гробницу моего подсознания. — Есть такие люди, которые всю жизнь живут в одиночестве. — Конечно, не нужна, — я кивнул, раздумывая и над таким будущим. — На самом деле любовь — занятие тупых скотов, которые не способны создать ничего, кроме себе подобных. Если найти призвание, можно возвыситься над стадом. Но я тупой. — Почему? — Раньше я считал, что мое призвание — это магия. — неохотно произнес я. — Я изучал эзотерические учения несколько лет подряд. Все это мне не очень-то пригодилось. Я начал замечать, что все люди, которые глубоко вдаются в магию или религию — те ещё лентяи. Они думают, что одной молитвой или заклинанием можно решить все проблемы. Не то, чтобы я стал конченым материалистом, я по прежнему верю в магию. Но … — я задумался. — Мне кажется, она работает несколько по-другому. — Как? — Не знаю. Вот почему я сказал, что я тупой. — я понизил голос. — Я могу почувствовать это, но смысл… он просто не приходит в мою голову. Через слова? Через «послание»? Через энергию, которой не существует и она одновременно пронизывает все тело? Ее не должно существовать. Законы физики и биологии никогда не описывали такую энергию. Но она реальна, реальнее самого реального мира. — Опиши мне это чувство. — потребовал маг. — У меня есть множество примеров, когда это чувство появлялось в моей жизни. — сказал я. — Однажды я увидел сон. Не знаю, почему я рассказываю ему именно этот пример. Это как раз тот пример, который он не должен слышать. — Мой отец — мошенник, который возглавлял секты. — начал свой рассказ я. — Это в реальности так. Сейчас он в розыске и я уже пять лет его не видел. А что насчет сна… Я видел подростка, которого они с другом заперли в квартире. Этот человек был магом, и он умел лечить людей. У него было совсем немного энергии, и они заставляли его работать целыми сутками, излечивая инвалидов, больным раком людей, стариков, и прочих бедолаг. Конечно, это благое дело. Но вот только маг за это денег не получал. Он был в рабстве у секты, которые забирали весь его доход. И, как ты сам понимаешь, круглые сутки он терял энергию, что не самым лучшим образом сказывалось на его здоровье. Что в итоге довело его до… не самого приятного состояния. В один прекрасный день мы с другом Кирюхой гуляли во дворе и играли с котом. Кирилл очень боялся кошек, поэтому я любил пугать его при помощи этих тварей. Он смешно визжал. Ну так вот. Однажды за ним всё-таки погнался кот, и гнал его аж через несколько улиц, пока мы не прибежали к одному дому с решетками на окнах. Когда я подошёл к этому дому, то услышал чьи-то крики о помощи. Я заглянул в то самое окно с решетками и увидел лицо подростка. Он плакал, и говорил, что его держат там взаперти. Одна его рука была прикована наручниками к батарее. На этом моменте я загадочно замолчал, будто собираясь с мыслями. — Что было дальше? Ты спас его? — заинтересованно спросил маг, как будто уже знал продолжение этой истории. — Мы были ещё подростками, и это было трудно. — вздохнул я. — Но я взял из дома напильник и перепилил решетку. Затем цепь от наручников. Понятно, что я никогда бы этого не сделал в реальности. Это сон. Но одну вещь я не могу понять до сих пор. Лицо того мага… Я вздохнул, пытаясь не волноваться, но мой голос все равно дрожал, слова застревали в горле. — Оно было похоже на твое. — наконец закончил историю я. — Точнее, не так. Оно и было твоим. Черты лица, глаза, волосы, цвет кожи. Это был ТЫ. — Какой замечательный сон. — похвалил меня маг. — Такие совпадения действительно… случаются. Магия здесь не причём. — Сон снился, когда мне было 12. Я даже близко не мог знать тебя тогда. — упрямо твердил я. — Это не может быть ошибкой. Даже твой голос был похож. — Ты слышал мой голос, когда я плачу? — ядовито отозвался маг. — Не знал, что ты следишь за мной. Ты что, сталкер? — … Ты не хочешь поблагодарить меня за спасение? — пробурчал я. — Ты уделяешь слишком много времени воображаемым вещам. — укоризненно сказал мой наставник. — И это при реальном-то маге! — Реальный маг мог сделать реальной любую нереальную хуйню. — усмехнулся я. — Но, ладно, вернёмся к прозе… Я все равно не могу убедить его в реальности этого сна. Как меня ещё не достало это слово? «Реальность», буэ. Оно даже звучит противно. Да и к тому же, не надо объяснять, что он мог делать те же штуки, что и чел из моего сна — лечить людей. Восстанавливать живые ткани. Кровь. Органы. Плоть. Кости… эти слова звучат как оргазм на моем языке. Наверное, он мог и убить человека, весьма жестоким образом, и я очень хотел это увидеть. Когда он был рядом, во мне всегда просыпался садист или мазохист. Он делал все те вещи, которые делала с нами природа, только более эффективно. Ее навык в нем был сильнее в несколько раз, и иногда он говорил Ее языком. — Ты! — однажды он величественно показал на меня пальцем. — Ты должен покориться мне! — Я? — я оглядел себя, едва удерживаясь, чтобы не заржать. — Зачем? — Ты должен покориться. — властно повторил маг. — Твой разум должен открыться мне… Иначе я никогда не смогу тебе помочь! Он и так никогда не сможет мне помочь. Глупый колдун. — Мда. Твои перформансы, конечно, оставляют желать лучшего. — пожал плечами я. — Конечно, я же настоящий маг, а не какой-то там циркач! — оскалился брюнет. — Зачем бы мне были нужны какие-то театральные уловки? Когда я могу сделать ЭТО. Он высунул язык изо рта, и в следующее мгновение он удлинился, превратившись в огромную змею. Он обернул язык вокруг моей шеи и поднял меня на стол, притянув к себе. — Ты… — произнес маг, втянув язык обратно. — Ты приходишь почти каждый день и тратишь мое время. Мы занимаемся хернёй. Ты подумал о тех людях, которых я мог бы вылечить за это время, не будь тебя здесь? Я всего лишь маг плоти… а тело бессмысленно лечить, когда нездорова душа. Тебе нужен психолог, или психиатр. Хотя я сомневаюсь, что даже они смогут вправить тебе мозги. Я как ни в чем не бывало продолжил лежать прямо перед его лицом. — Что-то я не видел у твоего порога толпы больных людей. — спокойно ответил я. — Они иногда приходят! — сверкнул глазами маг. — Ты просто не замечал… — Просто признай: ты так же одинок, как и я. — ухмыльнувшись, я уставился ему прямо в глаза и сел на стол. Ему, как и любым другим животным, не понравился прямой взгляд. Он яростно вскочил из-за стола и принялся ходить по комнате. — Ты и правда не догадываешься, почему ты одинок? — наконец спросил маг, смотря в окно улицу. — Я? — спокойно отозвался я. — Догадываюсь. Здесь большого ума не надо. — Ну и почему же, если не секрет?! — маг вернулся ко мне, буравя меня взглядом. — Потому что я неудачник. Никто не любит неудачников. — А ты предполагаешь, что должен быть успешным?! — осекся он, остановившись. — Ты думаешь, все любят успешных людей? Идиот! Им завидуют, их ненавидят и желают им подохнуть самой поганой смертью. А ты ещё что-то говоришь про неудачников. Нет ничего лучше, чем быть неудачником, на которого всем плевать. — Моя девушка ненавидела меня, потому что я неудачник. — просто сказал я. — Она смеялась надо мной и рассказывала, какой я странный и нелепый. Она могла даже изменять мне налево и направо с моими знакомыми, зная, что я ничего не сделаю. И над этим она смеялась тоже. Это ещё не всё, что она делала, но я не хочу рассказывать остальное… — Смеялась?! — вызывающе обернулся он. — Судя по всему, она получала хорошее настроение, находясь рядом с тобой. Так с чего ты смеешь утверждать, что она ненавидела тебя?! Ты нравился ей! Будучи неудачником! — Заткнись! — заорал я, пытаясь сдержать слезы. Одна слезинка все же предательски появилась на левом глазу. — Заткнись. — прошептал я, с ненавистью глядя на него. — Подумай сам. Если бы я запрещал ей ходить на тусовки, видеться с людьми. Закрыл бы ее дома на все замки, как домашнюю кошку, боясь, что она куда-то убежит… и пригрозил ей тем, что она должна быть верна мне всю жизнь, иначе ей грозит смертный приговор… Боясь, что человек, которого я поймал в клетку, убежит меня, как от страшного зверя. Потому что другим путем я не смог ее удержать. Держаться за женщину, словно за последнюю тростинку, будто в моей жизни больше никого не будет. Назвав дешевку слишком дорогой для меня… Разве бы я не был ещё большим неудачником?! За окном давно наступила ночь. Становилось холодно, так что звёзды на небе истерично горели в свою полную силу, будто замерзали. Их свет во тьме казался острым, их лучи капризно выглядывали из-за туч. Я почувствовал мягкое прикосновение к голове. Его рука гладила меня по волосам, и это действовало почти усыпляюще. — Ты не неудачник. — проговорил он, осторожно присев рядом. — Знаешь что? Я, кажется, понял, что мы сейчас сделаем.        Мы собрались и вышли на улицу. Не знаю, чем он в этот раз решил помочь, но мне было пофиг. Небо сегодня такое прекрасное. Я последовал за ним, задумчиво глядя сквозь его спину. Он был в черном пальто, на его волосах огоньками играл синий лунный свет. Заглядевшись ими, я не заметил, как он остановился, и врезался прямо ему в спину. — Ты чего?.. — обернулся брюнет, на всю улицу гогоча со смеху. — Уснул, что ли?! — Я просто задумался! — начал злиться я. — Я сказал тебе оставить все твои мысли дома! — приказал маг. — Потому это может нам помешать. — Хорошо. — простодушно согласился я. — Что мы собираемся делать? Вечер был ещё не совсем поздний, здесь, у парка, то и дело прохаживалось достаточно много людей. Большинство из них были гуляющие парочки, молодые люди, и подростки, которые шныряли по парку с алкоголем, громко обсуждая что-то между собой. Мы стояли прямо посреди оживленной улицы. — Теперь ТЫ попробуешь доказать, что ты не неуверенный в себе неудачник! — торжественно произнес маг. Я попытался вжаться в асфальт, уже загривком чувствуя что-то недоброе. — ТЫ подкатишь к первым встречным женщинам этого района! — Зачем бабы?! — негодовал я. — Ну, ты же не будешь кутить с ними прямо на улице, верно? Это просто тренировка для разогрева. По факту, не важно, кто именно это будет, главное, чтоб было весело. Не хочешь баб, попробуй склеить мужиков! — радостно предложил маг, разведя руками. Мимо проходящие пацаны в гопнических шапках испуганно шарахнулись от нас. — Не уверен, что у тебя есть достаточное психологическое образование, чтоб проводить подобные эксперименты. — мрачно воззрился я на своего лыбящегося пикап-тренера. — Ну давай! — хлопнул меня по плечу он. — Не бойся, это весело. Смотри. Он резко обернулся, остановив на месте двух старшеклассниц, которые шли вместе. — Красавицы, а у вас случайно не будет по 10 рублей? — с ослепительной улыбкой произнес этот чаровник. — Чё?.. — протянула школьница, лопнув пузырь жвачки. — Свали нахрен из нашего города! Тц… развелось цыганьё… — она пошла прочь, потащив за собой подружку. — М-да. — я подошёл к нему. — Походу, у тебя тоже не слишком много опыта. — Это не страшно. — заявил колдун, уставив руки в бока. — Негативный опыт куда лучше позитивного, потому что когда тебя все время хвалят — это скучно! — Несомненно. — хмыкнул я, подходя ближе к нему. Его смеющееся лицо и густые черные волосы под ночным небом смотрелись прекрасно. Я не мог оторваться от него. В сочетании с черным шерстяным пальто, чей фасон идеально подходил под его прическу этот образ преследовал меня ещё долго. Он был необычайно красив. На месте этих девушек я пожалел бы, что не остановился и не последовал сразу к нему в постель. — Только если все нас будут отшивать, как мы найдем тёлочек? — сомневался я. — О, поверь мне, совершенно неважно. — ухмыльнулся колдун. — Пускай это будет приключение ради приключения. Поначалу я боялся подкатывать ко всем подряд и выбирал наименее угрожающих жертв, вроде девушек моего возраста. В нашем городке не отличался вежливостью никто. Раз. — Вы так прекрасно выглядите сегодня… — начал с банальщины я. — Пошел на хуй, пидр галимый. — презрительно отозвалась дама, сплюнув на землю. Сверкнув черными зубами, она пошла дальше. Два. — Вы так красивы, вам очень идёт эта шляпа… — Иди на хер, откуда ты вообще взялся?! — злобный взгляд и особа в красной шапке скрылась в парке. Три… — Ваша улыбка стоит тысячи картин признанных гениев. — Так, слушай сюда, дибил. — девушка взяла меня за воротник. — Ещё раз ко мне подойдёшь, улетишь отсюда пинком к чертовой бабушке! Тебя не смущает, что со мной рядом ПАРЕНЬ?! — Ээээ, — промычал что-то неопределенное тип в шапке, который был ее парнем. — Костя, что ты стоишь? — завизжала она. — Скажи им что-нибудь! — Ээээ вхлблоирп это вбплбмоядевушка Карина… — промямлил что-то типок, прожевав слова так, что я даже половину из них не понял. Карина, громко матерясь, потащила за руку своего ухажёра дальше. Мой магический друг, стоящий рядом, заливался смехом, глядя на эту ситуацию. — Тебе стоило подкатить к ее парню. — сказал он, положив мне руку на плечо. — Он был бы не против? — занервничал я. — Ну был или не был, мы бы все равно этого не узнали. — усмехнулся он. Мой уровень волнения нарастал. Я мог бы подкатить к любому парню, так же, как и к девушке. они в равной степени сейчас мало меня интересовали. Наверное, я уже прокололся. Ничто больше не пробуждало во мне жизнь, кроме этого мага. Я хотел быть рядом с ним, слушать его мягкий, проникновенный голос, чувствовать ласковые прикосновения его руки и бархатистой одежды. Все остальные люди казались мне безликими, чужими и невыносимо отвратительными, словно это была какая-то скользкая бесформенная пародия на живых существ. Мне было так больно находится среди них, что хотелось плакать. И все же, я должен был стоять на месте. Эта миссия обречена на провал. Здесь не было парней, просто красивых, не говоря уже о том, чтобы они были столь же красивы, как он. Здесь проходили высокие качки с весьма заросшими лицами (может быть, под ними и скрывалось что-то привлекательное?), высохшие наркоманы в черных одеждах, которые заходили в парк, чтобы слоняться там, как неприкаянные души, полупьяные непривлекательные дебилы, которые тоже клеились ко всем проходящим женщинам, какие-то ботаники с сальными лицами, зашуганные офисные работники с длинными волосами, и, наконец, в противоположность им всем, наглые холеные студенты с лисьими мордами, которые обычно нравились моему другу Кириллу. Но я считал их слишком неинтересными. — Смотри и учись. — потребовал маг, обращая мое внимание на одиноко идущего парня в спортивном костюме. На его голову был накинут капюшон поверх кепки. Руки он засунул в карманы. Он так агрессивно и целенаправленно шел к своей цели, что я сразу догадался, что он идёт за пивом. — Молодой человек! — остановил его маг с серьезными выражением. — Чувак! Бро! — Ну чего тебе? — Парень поглядел на него исподлобья, но все же остановился. — Тебе кто-нибудь говорил, что ты… красавчик? — с вдохновленным видом произнес маг. — Ну так вот, я сейчас это говорю! Ты прекрасное создание. Делаешь мир лучше одним своим видом. — Ты чё, нарк? — озадаченно поднял бровь парень. — Вот как это происходит. — произнес маг, глядя в удаляющуюся спину того типа. — Они все такие злые, потому никто не говорит хороших вещей. А тут… Гляди, он прям расцвел. Я, конечно, плохо видел его со спины, но по моему, его лицо ничуть не изменилось, оставшись таким же мрачным. — Может быть, на лице это никак не отразилось. — попытался убедить меня маг. — Но уверен, в его душе теперь порхают бабочки! Этот город болен, как и множество других… если бы мы стали хоть немного теплее друг к другу, мы могли бы объединиться и победить все беды. — Так вот чем мы на самом деле занимаемся. — покачал головой я. — Поднимаем моральный дух граждан? — Ты слишком плохо понимаешь мои методы. — маг приблизился ко мне и тихо произнес. — Поверь мне, о них я беспокоюсь меньше всего. В то, что он беспокоится обо мне, мне верилось ещё меньше. В таком случае он давно должен был прочитать мои намерения. Его лицо было так близко к моему, что я чувствовал горячее дыхание на щеке, мне хотелось повернуться и поцеловать его. Но вместе этого я зачем-то положил руку на его талию. Меня накрыла волна неловкости. Кто так вообще делает?.. Особенно подкатывает к парням. Его черные, словно пустота, пряди щекотали мое ухо. Интересно, он свободен? У него есть девушка? Впрочем, я не хотел вообще ничего знать… — Не прижимайся ко мне так сильно. — в ответ на все мои вопросы ответил брюнет, все с той же веселой дебильной улыбкой. — Остальные подумают, что мы вместе… а ты ещё должен склеить, как минимум, пару-тройку пацанчиков! — он подмигнул. Ну ладно. Может быть, этот маленький эксперимент сможет во мне что-то изменить. Честно говоря, надежд у меня было немного. Прямо к нам, недобро ухмыляясь, и перекидываясь грубыми репликами между собой, направлялась парочка молодых людей. Они были шумными и в крайне негативном ключе обсуждали каких-то девушек (которых не было с ними рядом). Один был рыжий в кепке, худощавый и истеричный. Второй был загорелый и мускулистый, в белой дорогой рубашке. В руке он держал бутылку виски, постоянно размахивая ею и пытаясь что-то доказать оппоненту. — Бля, иди на хуй! Твоя Катя шалава! Я ебал ее, но это было давно! — А что ты на это скажешь, мудила?! — рыжий поднес к нему светящийся экран телефона. — Это все фейк! Меня взломал Вася на прошлой неделе… или на позапрошлой. — Да?! То есть по-твоему 30 летний карлик с ДЦП решил подкатить к моей бабе, с твоей странички, и отправляя ей ТВОИ фотки?! Так что ли получается?! — заорал на всю улицу рыжий, толкая его в плечо. — А потом этот человек, не умеющий ходить, каким-то чудом переместился на другой конец города, сука, чтобы выебать ее на ТВОЕЙ хате!        От них в испуге шарахались все прохожие, думая, что сейчас начнется драка. Я решил, что это как нельзя кстати, и подошёл, чтобы не упускать свой шанс. — Прошу прощения, господа, что вмешиваюсь. — произнес я, подняв бровь. — Не желаете ли пройти со мной в бар? — Какой бар, Андрюха, кто это? — в замешательстве уставился на меня агрессор. — Это ты его подослал? — Никак нет. — лениво отозвался тип с вискарем в руке. — Думаю, один из ебырей твоей подружани. Как раз про бар говорит. — Кончай ебло корчить! Ты кто?! — схватил меня за воротник горе-влюбленный. Я тут же растерялся, не зная, что ответить. Я не ожидал, что мне удастся так быстро вписаться в эту провинциальную пьесу. Из-за моей спины выскочил маг, окинув их грозным взглядом. — Слышь, руки убрал, гнида вонючая! Он те ниче плохого не сделал! Он просто пытался вас трахнуть! Ой… Момент истины настал слишком быстро. — ЧЕ? Да вы че все, охуели?! — взревел ревнивец, закатывая рукава. — То Катя, теперь ещё и это! — Не знаю, че там с Катей, но это уже явно ни в какие ворота не лезет. — заявил второй тип с вискарем, потягиваясь. — Давай зададим этим уебанам! Рыжий мощным хуком справа прописал мне удар в щеку, от чего я отшатнулся назад. Чел в белом попытался ударить моего друга. Но дальше полпути его удар не зашёл. Маг стремительным движением остановил его кулак своей ладонью. Пока он держал его, здоровяк просто ударил его другой рукой. В то время, как они отдаленно махались наедине, рыжий схватил меня за куртку, продолжая навешивать удары по моему лицу. Все произошло настолько быстро, что я не сразу почувствовал жуткую, резкую боль в голове. Очнулся я лёжа в грязной луже лицом. Вся одежда была мокрой, я понадеялся, что хотя бы от дождя. Рядом стоял тот самый колдун с крайне мрачным выражением лица. Он подал мне руку, чтобы я встал. — Они уже ушли. — в ответ на мой молчаливый взгляд буркнул он. — Не бойся. Уползли на 4 лапах, как хромые собачонки. Он обнял меня, прижав к черной ткани своего пальто. Она была мягкая и приятная на ощупь, жаль, что я не чувствовал ничего, кроме боли. — Прости. — он посмотрел в мои заплаканные глаза. — Я не сразу заметил… Я обязательно вылечу тебя, слышишь? Это ничего не будет стоить, потому что это была моя ошибка. — Пацаны хотя бы в порядке? — сквозь слезы произнес я. Мои зубы не были выбиты и я обрадовался, что хотя бы не буду шепелявить, как последний идиот. — Да. Я не стал их сильно наказывать. Все-таки мы сами к ним пристали. Звучит справедливо. Постойте, а зачем мы вообще все это устроили?.. Это и есть конечная точка, к которой мы должны были прийти в конце эксперимента? Почему все стало только хуже?! Придя к нему домой, я окончательно разревелся. Мне уже ничего не было стыдно. Не знаю, что болело сильнее, мое опухшее лицо, или самооценка, полная отвращения, которое уже переливалось через край. Зачем я это сделал? Зачем я подошёл к ним?! — Ты точно борзый. Нормальные люди не получают так быстро по ебалу. — прокомментировал он, оглядывая мое лицо. — Значит, от неуверенности мы уже избавились. — Что?! Я теперь ещё больше боюсь людей! — Да я тоже. — печально вздохнул маг. — Может, оно и правильно. Человек — самое опасное животное в мире. Не хочешь выпить? — он достал из-под стола бутылку водки. Раньше я думал, у него нет диплома психолога, а теперь уверен, что никогда не будет. — Нет… — я обиженно фыркнул носом, вытирая кровавые сопли из распухшего носа. — Сейчас я начну лечить тебя, и это может быть больнее, чем ты думаешь. Поэтому лучше выпей. — посоветовал он. — Болевой порог у тебя ниже, чем у бабы. — Спасибо. — он так и продолжит меня одаривать подобными сравнениями? — Это не комплимент. Сейчас ты начнёшь орать на весь район. Я не хочу, чтобы вызвали ментов. — заявил он. — У меня и так с ними проблемы. Ладно. Я решил не привносить сложности в его и без того тяжёлую жизнь, и выпил грамм сто. Я поморщился от неприятных ощущений. Спирт разъел и без того кровоточащие десна. — Ложись. — он указал на диван. — Я постараюсь сделать это быстро. Правда, я не знаю, что чувствуют обычные люди при этом. Я научился саморегенерации ещё в детстве и уже привык к этим ощущениям. — Ты не можешь просто обезболить мои раны? — я умоляюще посмотрел на него. — Совсем. — Я могу, но это не лучшее решение. Боль помогает человеку понять, что что-то меняется в организме. Когда ее нет, это не совсем… естественное состояние. Понимаешь? Нейроны считывают все, что происходит. И магия состоит в изменении. Я ориентируюсь на боль. Если ее не будет… Я могу запутаться и только сделать хуже. — Я понял из этого только то, что ты садист. — Значит, так и будет. — хмыкнул он, садясь рядом и взял меня за щеки. — Тебя никто за язык не тянул. А-ха-ха-ха… — Что?! Нет! — я в страхе замотал головой. — Да, да. — посмеиваясь, произнес он. — Заткнись. И только попробуй закричать или дернуться, иначе я уничтожу тебя. Я плохо помнил, что было дальше. Во время его манипуляций с моим лицом я почувствовал острую смертельную боль, мое сознание начало куда-то проваливаться, и я понял, что сейчас просто откину ноги. Он понял это тоже, и решил влить в меня ещё немного водки, чтоб я стал спокойнее относиться к боли. Но это не особо помогало, я продолжал страдать и корчиться в конвульсиях. Поэтому он с каждым разом увеличивал дозу, в итоге потратив всю бутыль и набухав меня до состояния заспиртованной креветки. Даже не знаю, что это было. Все ощущения просто перемешались между собой, и бьющееся от страха сердце, и головокружение, и лёгкая расслабленность. Я был возбуждён от этой кучи выпивки, и его теплых прикосновений, граничащих с болью. Я встал с дивана и почувствовал какую-то невероятную силу, которую не может испытывать человек, побитый и нажравшийся, как не в себя. Она текла по моим венам, как мощный водопад, разрывающий все на своем пути, и одновременно лёгкий и невесомый. И это точно не алкогольное опьянение. Это все была его магия. Я рассеянно поблагодарил его за лечение, и, повернувшись, отправился к себе домой. Я не мог больше оставаться рядом с ним в таком состоянии. Пока он сидел рядом, мой стояк превратился в камень, и его было видно сквозь штаны. Я отчётливо не чувствовал стыд. Я вообще ничего не чувствовал из эмоций. Маг сказал, что это нормально. Потому что его энергия «заставляет кровь течь сильнее», и вполне могут быть эффекты вроде этого. Потом он что-то добавил про порнушку. Он был крайне разочарован тем, что я рано ушел. Когда я стоял у двери, он заорал мне вслед: — Только не наткнись опять на тех чуваков! Иначе никогда не уйдешь из моего дома. На самом деле, я так и не понял, что он от меня хотел. Я попытался размышлять об этом, пока спускался по лестнице, но в голове было совершено пусто. Тело как будто жило своей жизнью. Когда я вышел на улицу, то увидел знакомые лица. На скамейке были те самые парни, которые побили нас. Они сидели в обнимочку друг с другом и вискарем и громко орали, включив музыку на телефоне. С ними был низкорослый инвалид на коляске и что-то вещал. — Бля, пацаны! Я говорил вам, какая Катя шмара! Не встречайтесь с ней! — Братан! Если б только мы тебя послушали! — Братаааан… Когда я прошел мимо, они замерли, будто забыв, о чем говорили, и проводили меня остолбеневшими взглядами. В чем прикол так делать?.. Я пронзительно уставился на них в ответ. Они разинули рты от испуга. Эта встреча, напоминающая контакт с НЛО, закончилась, и я наконец-то ушел. Тот колдун… Дома я нашел бутылку водки, спрятанную матерью, чтоб набухаться ещё больше. Я не хотел больше ничего к нему чувствовать. Но это было невозможно остановить. Я слышал его грубый смех, вновь видел, как он в прихожей переодевается в свое чудесное пальто и бежевый свитер. Его темная высокая фигура, преследовали меня постоянно, его запах был на моей одежде, я даже не раздевался. Этот образ сделал меня одержимым, так сильно, что мне казалось, я — это он. Я не мог спать. Меня не покидало стойкое чувство, что он должен быть в одной постели со мной, сейчас. Прямо какая-то ошибка Вселенной. Я ощущал дикое неудовольствие от его отсутствия. Просыпаясь каждый час, я даже видел, как нечто похожее на него лежало рядом. Но это были всего лишь галлюцинации. У них не было того же тепла, что у него. Они рассеивались, как только я прикасался к ним. Я даже не мог дрочить. Все это был обман. Я бы просто не смог кончить без него. Я хотел прямо сейчас вломиться к нему в дом. Но знал, что ничем хорошим это не закончится. Поэтому я просто лег, уставившись в стену. Всю ночь мои глаза были открыты. Я плакал, пока у меня оставались силы.